Между шотами

      Как ни странно, сели в машину они тоже молча — Гарри даже по привычке застегнул ремень, как только оказался на переднем сидении, хотя вчера явно пренебрегал правилами дорожной безопасности. Сидеть, откровенно говоря, пока было немного дискомфортно, но это не сильно тревожило. Было в этой боли свое удовольствие, она не распирала и не жгла, скорее мягко напоминала, что происходило сегодня ночью. Примерно так же, как и следы на его шее, на сей раз спрятанные за толстовкой. Интересно, если Том догадался оставить засосы пониже, чем в прошлый раз, это уже не считалось демонстративным поведением?       — Взял повербанк? Не забыл? — уточнил у него Том тихим голосом, вновь включая радио на фон, но предусмотрительно убавляя звук — популярная песня играла совсем тихо, и Гарри с трудом мог услышать, о чем там поется.       — Да, взял, — Гарри достал его из кармана вместе с телефоном, как бы доказывая, что все на месте. — Спасибо большое. На парах заряд мне точно понадобится.       — Списывать будешь? Двоечник, — насмешливо фыркнул Том.       Звук заведенной машины будто привел Гарри в чувства. Еще немного, и это странное утро закончится, оставив его один на один со своими мыслями о Томе — тот уедет на работу и продолжит свой день, как обычно это делал. И явно не будет мучать себя воспоминаниями. Пусть Гарри и плохо знал Реддла, он понимал, что тот совершенно не похож на человека, который держит подобную чушь в голове слишком долго. Гарри тоже не планировал этого делать, но что-то ему подсказывало, что его разум будет жить самостоятельно в этой области, и сам станет подкидывать абсурдные мысли для внутренней рефлексии.       — Нет, вообще-то. Я хорошо учусь, — Гарри недовольно цокнул языком. — Но иногда списываю, да. Списывать тоже нужно уметь, знаешь ли.       — Ох, разумеется, знаю, — отозвался Том снисходительным тоном. — Значит, офицерский корпус? — припомнил он, переводя тему.       — Ага, — Гарри убрал телефон вместе с зарядным устройством обратно в карман бомбера. Обернулся. Рюкзак, как раз кстати, остался на задних сидениях со вчерашнего вечера — он не забирал его, когда они поднимались в квартиру Тома. Теперь стоило не забыть его, когда будет выходить.       — Хочешь стать военным? Благородно.       — Нет, учусь я на информационные технологии, — объяснил ему Гарри, неуверенный, что мужчине нужна эта информация. — Но еще не решил, что я хочу: гражданскую карьеру или пойти в армию.       — Парни твоего возраста наоборот не хотят там оказаться, — проговорил Том. Его голос звучал задумчиво. — И радуются, что у нас нет обязательного призыва.       — Мне это интересно, — пожал плечами он.       — А как же семья? Они не будут против, что ты всегда находишься так далеко? — спросил Том, ненадолго повернув голову в его сторону.       Гарри неловко сжался. Почему-то ему всегда было неловко отвечать на этот вопрос, и каждый раз на сердце скреблось что-то тоскливое, когда он осознавал, что волен делать буквально все, что захочет — дома его никто не ждал. У него были друзья, конечно. И семья Рона у него тоже была — Молли, мама его друга, очень заботилась о нем, словно он был ее родным ребенком. Но в действительности Гарри не был сыном, братом или крестником. И никогда им не станет. Смириться было легче, чем убеждать себя, что кровь — не главное. Для каждого ребенка было важно иметь свою маму.       — У меня нет семьи, — сказал он все же, поправляя очки за дужку. — Могу работать везде.       — Извини, — в голосе Тома не было сожаления, но он был слишком вежлив, чтобы не попросить прощения за не тактичный вопрос. — А студентам офицерского разве разрешено покидать общежитие на ночь?       — Тем, у кого специальность военная, конечно, нельзя, — ответил Гарри. — А тем, кто просто совмещает две области, можно, но с оговорками.       — Как вчера, — догадался Том.       — Да, — Гарри неловко растрепал волосы на голове. — Но я не часто покидаю общагу, когда проходят все эти мероприятия. Даже на работу не выхожу. Вчерашний день, правда, был исключением. Сборы закончились ближе к вечеру, но официальный их конец наступил сегодня утром.       — Какие сложности, — скривился Том, постучав по рулю. — Но это дисциплинирует, верно?       — Еще бы. Это хорошо, что никто не заметил мое отсутствие — заставили бы с утра отжиматься или приседать.       — Приседать, — повторил Том, усмехнувшись. — Я бы взглянул.       — Знаешь, в это время я вспотевший и уставший. Не очень сексуально, — фыркнул он.       — Не переживай, я бы смотрел исключительно сзади, чтобы не смущать тебя.       — Ты ужасен, — со смехом проговорил Гарри, чувствуя небольшое смущение. Флирт Тома был приятным — он чувствовал себя желанным и интересным, и это очень благоприятно влияло на юную самооценку.       — Возможно, да, — не стал спорить Реддл. — Тебе нужен главный вход? Или пары в другом корпусе? — спросил он после.       — Давай на главный. Оттуда недолго идти, — чуть подумав, произнес Гарри. У него хоть будет время оправиться после этой поездки.       — Хорошо, — Том завернул на нужную полосу. — Открой бардачок.       — Зачем? — спросил Гарри, вскинув бровь.       — Открой.       Он задумчиво покосился на мужчину, но послушно открыл бардачок. Здесь было на удивление чисто. Гарри не видел лишнего хлама или мусора, только необходимые вещи: сухие салфетки, леденцы от боли в горле со вкусом эвкалипта, небольшая расческа в виде гребня, отвертка и…       — Там пачка с визитками, видишь? Возьми одну. И напиши — я сохраню твой номер, — сказал ему Том, сосредоточенно глядя вперед. Движение в районе университета утром было довольно оживленное. А еще на дороге была глупая кучка пешеходов, которые не смотрели по сторонам. Поэтому он немного раздраженно сжимал руки — Гарри видел, как спина мужчины напрягается.       Открыв небольшую упаковку с плотной пачкой карточек, Гарри вытащил себе одну, после чего убрал их на положенное место и закрыл бардачок. Посмотрел на ламинированное покрытие и размашистую надпись «Доминион». Консалтинговая компания, значит. Должность руководителя, которая была указана рядом с номером Тома, уже не удивила Гарри — он догадался о том, что тот был начальником, еще до их второй встречи. Все было ясно по тому, как общались между собой его коллеги.       — Но мне не нужны услуги консалтинга, — пошутил Гарри, весело смотря то на визитку, то на Тома.       — Как жаль, — Том закатил глаза. — Тебе придется связаться со мной просто так.       — Придется связаться? А вдруг не напишу?       — Я знаю, где ты работаешь и учишься. Ты правда думаешь, что не смогу найти тебя снова?       — Бито, — коротко отозвался Гарри. — А может, я просто мошенник и хочу украсть твой повербанк?       — Забирай, малыш, — легко отозвался тот. — Только зубы мне не заговаривай, — голос Тома был жестким и настойчивым, но при этом совершенно не грубым, будто он просто привык общаться таким образом.       Лидерские повадки не то чтобы бросались в глаза — они взрывались в самой близи от них, искорками врезаясь в стекла очков. Гарри не знал, как именно к этому относиться — с одной стороны, он не был подчиненным Реддла и не нуждался в его командовании. С другой, признаться честно, ему очень нравилась эта властность. Мужчина был горяч в своей уверенности, это уж точно. Это не было плешивым нарциссизмом, как у Драко Малфоя с его курса, и совсем не походило на самовлюбленность Маклаггена, который приставал к Гермионе. Том буквально давил своим присутствием. Его однокурсницы назвали бы это аурой, и Гарри был вынужден согласиться с таким термином, ведь он подходил очень точно. Аура Тома была тяжелой, густой, обволакивающей — это даже могло быть пугающим, но Гарри чувствовал себя очень уютно в этом давлении. Да и не нянчить им внуков вместе, чтобы переживать о каждом сказанном им слове, ей Богу.       — Ладно, напишу тебе. Уговорил, — улыбнулся Гарри весело, заранее забирая рюкзак с задних сидений и кладя к себе на колени, чтобы быть уверенным, что не оставит его в машине.       — Это дар убеждения, — сдержанно пошутил Реддл, игнорируя вибрацию телефона в кармане пальто. Гарри даже стало интересно, кто мог так настойчиво искать его, если рабочий день еще не начался? Но спрашивать не решился: его не должно было это беспокоить, так что Том оказался бы прав, скажи, что это не его дело.       Нарываться на грубость не хотелось. Все таки ему предстояла встреча с друзьями, занятия, и очередной нагруженный день — Гарри не считал нужным портить себе настроение из-за мелочи, которая произойдет аж с утра и будет тревожить его до вечера. Они снова замолчали, вслушиваясь в тихий гул радио. Кажется, это были Arctic Monkeys. Гарри нравилась эта группа. Он прислушался к песне, постукивая пальцами по колену.       

If it's true you're gonna run away

(Если это правда, что ты собираешься убежать)

Tell me where

(Скажи мне куда)

      

I'll meet you there

(Я тебя там встречу)

      — Карета приехала, — оповестил Том задумавшегося парня, подъехав ближе к кованным воротам, которые успел заметить вчера, когда ехал в ресторан с работы.       — Надеюсь, она сейчас не превратится в тыкву? — уточнил Гарри. — Не хотелось бы, чтобы ты стал крысой.       — Хорошо, что мы не в Золушке, — закатил глаза Том, моментально узнав предсказуемый сюжет.       — Спасибо, что подвез, — поблагодарил Гарри, задумчиво прижимая к себе рюкзак.       И ведь снова перед ним стоял выбор. На сей раз о том, как лучше стоило попрощаться — несмотря на их физическую близость, Гарри совершенно не знал Тома, и не мог предполагать, одобряет ли он тактильность в случае приветствия или прощания. Например, соседка Гермионы, Лаванда, терпеть не могла, когда ей пожимали руку. Вряд ли, конечно, Том был похож на двадцатилетнюю студентку…       Устав продумывать каждый свой шаг, Гарри резко дернулся вперед и сухо поцеловал Тома в щеку. В знак благодарности. Тот все-таки накормил его завтраком, дал повербанк, чтобы Гарри не ходил с севшим телефоном и даже отвез до университета. Том же, если и был удивлен внезапному порыву, то не подал вида. Его ладонь легла ему на заднюю сторону шеи и осторожно сжала. По спине пробежалась колючие мурашки.       — Не забудь написать, — напомнил Реддл.       Гарри молча кивнул, вцепился в лямки рюкзака и бодро выскочил из машины. Конечно, привлекать к себе лишнее внимание не хотелось, но многие студенты остановились, рассматривая дорогую машину и оценивая, кто мог быть ее владельцем. Слава Богу, из толпы зевак Гарри не увидел ни одного однокурсника — сейчас это было очевидным преимуществом. Надев рюкзак на плечо, используя всего одну лямку, за что его всегда ругала Гермиона (он портил себе осанку), Гарри быстрым шагом направился к учебному корпусу. Это странное утро подошло к концу — будто Том разделил его на первую часть и вторую. Первая, конечно, пришлась Гарри по душе — проснуться в просторной кровати, вкусно поесть, доехать до учебы в тепле и комфорте. Все это было очень необычно, и поэтому выбивалось из привычного рутинного распорядка яркой вспышкой.       — Доброе утро, путешественник, — послышался знакомый голос подруги. Ох, он очень надеялся, что та не станет отчитывать его сейчас. Хотя бы не на глазах остальных студентов — те и так иногда подшучивали, что Рон и Гарри нашли себе маму в стенах университета.       — Привет, — коротко отозвался Поттер, приобняв ее за плечо и мягко взъерошив пушистые волосы на затылке. — А где Рона потеряла?       — Он идет прямо за тобой. Вид крайне озабоченный. В руках подставка с кофе. Три больших стакана, — с шутливой серьезностью описала обстановку она, отодвигаясь, чтобы рассмотреть идущего к ним Уизли.       — Прямо за мной? — Гарри почувствовал, как сердце рухнуло куда-то в живот. Вчера он специально подождал, пока Рон пойдет в другую сторону, чтобы сесть в машину Тома.       Но если тот все это время шел на одном уровне с ним… Значило ли это, что друг успел заметить, из какой машины он выходит? Кофейня стояла на углу между университетом и ближайшей библиотекой, поэтому заходил тот однозначно с главного входа, то бишь ворот. В такой толпе Гарри легко мог его не заметить.       — Ну че, рассказывай, — вместо приветствия сказал Рон, похлопав его по плечу и вручив один из плотных стаканов с горячим кофе. Увидев вопросительный взгляд Гарри, он оскорбленно фыркнул. — Здесь латте с соленой карамелью. Будто я забуду.       — Вдруг, — пожал плечами Гарри, забирая стакан. — Спасибо большое, — сказал он, сделав глоток сладкого напитка. В глубине души парень надеялся, что его занятость каким-то образом отвлечет друзей от основной темы, над которой те переживали.       — Тачка, конечно, мощная, — Рон не выдержал первым.       Пиздец. И что ему делать? Рассказать все так, как было или упустить некоторые детали, дабы не травмировать нежное заботливое сознание? Выбор был сложный. И ведь снова он! Гарри уже устал выбирать, но неоднозначные ситуации буквально притягивались к нему, словно он был магнитом для непонятной херни.       — Мощная, — отозвался Гарри тихо, согревая ладони о тепло стакана.       — Тачка? Вы о чем? — спохватилась Гермиона, заинтересованно поглядывая то на своего молодого человека, то на друга, который выглядел слишком подозрительно в своей немногословности.       — Гарри приехал на офигевшем мерсе, — рассказал ей Рон. — С учетом того, что ты не ночевал в общаге, складывается очень интересно, — повернулся он уже к нему. — Колись!       — Я не наркоман, чтобы колоться, — неловко пробормотал Гарри.       — С каких пор у нас секреты друг от друга? — Гермиона прищурила глаза.       — Да нет никаких секретов, — Гарри мысленно чертыхнулся, поняв, что съехать с темы все-таки не выйдет. — Я был с Томом.       — Не поняла, — Грейнджер забавно распахнула глаза. — Который с бара? — уточнила она после.       — Да, — он неловко провел ладонью по волосам. — Но теперь мы были не в баре.       — А как вы вообще встретились? — не понял Рон. — Ты же говорил, что даже номерами не обменялись.       — Он меня сам нашел, — Гарри развел руками в стороны. — Ты вчера его обслуживал, кстати. Сидел у окошка.       — Охренеть! — Рон удивленно дернулся, будто готовый прыгать от нетерпения — ему явно хотелось услышать полную историю. — А я то думаю, чего он смотрит так по сторонам. Уже подумал, что сумасшедший.       — Относительно, — произнес Гарри, стараясь не говорить так громко, как Рон. — Я забирал посуду. Голову поднимаю, смотрю — он.       — А ты хоть узнал, сколько ему лет? — с сомнением в голосе протянул Рон. — Он заметно старше.       — Ему тридцать четыре, — поделился Гарри полученной информацией. Видя скептическое выражение лица подруги, а после встречая такой же взгляд у Рона, он закатил глаза. — Какая разница? Мне с ним не детей крестить.       — Тоже верно, — пожала плечами Гермиона. — Получается, ты ночевал у него?       — Да. И он меня отвез.       — Вы снова переспали? Я правильно поняла?       — Нет, блять, в карты играли, — Гарри недовольно фыркнул. — Что за вопрос такой? — в груди всколыхнулось слабое раздражение. Ему не очень хотелось это обсуждать.       — И вы типа любовники теперь? — поинтересовался Рон, проигнорировав злость друга: понимал, что та по большей части напускная. Из-за дискомфорта. — Или какие у вас отношения?       — Рон, мы виделись всего два раза, — Гарри вспомнил о кофе в своих руках, делая большой глоток. Еще теплый. — У нас нет никаких отношений.       — Но в этот раз у тебя хотя бы есть номер? — с надеждой в голосе проговорила Грейнджер.       — Есть, — не стал скрывать Гарри, достав визитку из кармана бомбера. Вспомнил, что Том просил написать, но временные рамки тот не выставил, поэтому он не стал спешить и прерывать разговор с друзьями, чтобы выполнить его просьбу.       — Визитка? — Гермиона заинтересованно подалась вперед, заглядывая в содержание ламинированной карточки. — Доминион… Кажется, я где-то слышала это название.       — Ты увлекаешься консалтингом? — приподнял бровь Гарри, удивившись подобной осведомленности со стороны подруги.       — Не сказала бы, — та пожала плечами. — Кажется, эту компанию упоминали в той статье, которую я читала, помнишь? Про руководителя фонда «Око».       — А они там каким боком? — не понял Гарри, но его плечи заинтересованно дернулись. Он помнил ту новость: они убирались, когда Гермиона решила озвучить новость о случайном самоубийстве, будто это была будничная информация для обсуждения.       — Ой, я не помню, — Гермиона неловко заправила прядь волос за ухо: ей всегда было не по себе, когда она не могла ответить на чей-то вопрос четко. — По-моему, они помогали с оптимизацией какого-то расследования.       — Мы же вместе потом читали с тобой, — вспомнил Рон, положив ладонь на талию девушки и слабо сжав ее. — Фонд вел расследование по какому-то нотариусу. А твой «Доминион» ему помогал.       — И что в итоге? Не успели закончить расследование? — спросил Гарри.       — Успели. Оказалось, что подозрения были беспочвенными и руководитель фонда принес публичные извинения, — дополнила Гермиона. — А вечером того же дня…       — Сиганул с моста, — цокнул Рон. — Видимо, не привык оказываться проигравшим.       — Перебор, конечно, — логично решил Гарри. — Неудача в работе и самоубийство не очень вяжутся.       — Очень вяжутся, — возразила Гермиона. — Он делал очень много заявлений, компрометирующих организацию. А это ведь услуги нотариуса — им очень важно доверие людей. Крауч, по-моему, называется.       — Крауч, — задумчиво повторил Гарри. — Да и хер с ними, если честно. Мне надо будет не забыть написать Тому, чтобы отдать ему повербанк. Он дал мне с собой, чтобы я севший не ходил, — парень похлопал себя по тяжелому карману.       — Заботливый какой, — иронично хмыкнул Рон, двинувшись в сторону входа. — И ты хочешь сказать, что это полное отсутствие каких-либо отношений?       — Две встречи не означают любовь до гроба, — заметил Гарри тихим голосом.       — Любовь — нет. Но тебе стоит убедиться в том, что это безопасно. Не хотелось бы узнать потом, что к тебе возвращаются в перерывах между другими…связями, — поучительным тоном произнесла Грейнджер.       Что ж, в чем-то она была права. Но инициировать разговор на эту тему не хотелось. Совершенно. Пусть Гарри и понимал, что ответ требовался именно ему — Том явно не имел причин для переживаний. Поттер был студентом, который либо учился и тренировался, либо ходил на работу, зарабатывал свои копеечки и возвращался в общагу, грустно плюхаясь в постель и размышляя о смысле бытия. Периодические тусовки обилия красок в жизнь не добавляли — все было скучно и однообразно.       А вот жизнь Тома была для него загадкой. Руководитель, судя по всему, престижной компании, вряд ли был обделен вниманием. Гарри даже показалось, что Реддл сам мог избегать навязчивого интереса в свою сторону — он ведь даже коллегам отказывал в совместном ужине, что уж говорить о новых знакомых. При этом, если он и правда помогал кому-то с расследованием, да и в целом многим оказывал свои услуги, это означало широкий круг знакомств. А Том не выглядел невинным цветком, который никогда в жизни не прибегал к своим связям. Оставалось разобраться, какими могли быть его связи: исключительно рабочими или с намеком на что-то личное.       Быть игрушкой для траха Гарри не хотел. Даже если ему самому нравилось проводить время с Томом — он лучше найдет кого-нибудь другого, чем будет подстилкой для богатого самомнения.       Мотнув головой, он понял, что отстал от друзей. Допив вкусный кофе и выбросив стакан в мусорку, он поправил рюкзак на плече и ускорил шаг, чтобы догнать их. Совсем скоро начиналась первая пара, и в его интересах было разгрузить свои мозги от лишней смысловой нагрузки, чтобы иметь возможность правильно отвечать на вопросы и обрабатывать поступающую информацию. Теперь на голову давили не только мысли о Томе Реддле, но и стены университета — просторный коридор будто сжимался, оставляя узкую тропинку, по которой приходилось идти очень осторожно, едва перебирая замерзшими от долгого нахождения на улице ногами. Он понимал, что теперь его тревожат другие вещи: предстоящий тест, на котором нужно набрать балл выше среднего; скорая закупка продуктов; планирование бюджета, благодаря которому их комната напоминала приятное жилье, а не тюремную камеру.       Романтика закончилась. Суровая реальность вернулась на законное место, и он, будто понимая это, споткнулся на ровном месте, впечатывая ладони в спину Рона. Услышав недовольное ворчание, он лишь улыбнулся, положил руки на плечи парочки, втиснувшись посередине и весело зашагал вперед, не обращая внимания на недовольное сопение друга, которому пришлось прервать свои любовные объятия. Он на секунду почувствовал себя тем самым другом «Стивом», мысленно посмеялся с этого факта, покрепче ухватился за друзей и с облегчением вздохнул, искренне надеясь, что разговор об его личной жизни не повторится. Хотя бы сегодня.       Его надежды были не зря: день прошел в такой суете, что им некогда было обсуждать не то что его отношения, а вообще что угодно, кроме того, что напрямую относилось к учебному процессу или их выживанию. Когда вечер стал приближаться и за окном начало медленно темнеть, Гарри даже обрадовался: мозги вскипели за сегодня не один раз, поэтому было здорово оказаться в своей комнате и плюхнуться на кровать, слушая сплошную тишину. Прямо таки роскошно. Даже лишнего шороха одежды и постели не было слышно, потому что Рон еще не вернулся. Они с Гермионой звали его прогуляться, но Гарри настолько вымотался от всего рода людского, что только отмахнулся и буквально бегом отправился в общежитие, надеясь, что сможет просто лечь и гордо ничего не делать. Так и получилось: переодевшись в растянутую футболку, которая была ужасно застиранной, но комфортной, он завалился на заправленную кровать. Включил телефон, предварительно положив повербанк на тумбочку, обходясь с ним осторожно и даже не бросая, как обычно делал со своими вещами. Сломать чужое имущество ему не очень хотелось, даже если Реддл мог позволить себе хоть сотню таких. Это вряд ли значило, что ему можно расточительно относиться к его помощи.       Спохватившись, Гарри резко сел, потянулся к тумбочке и взял отложенную визитку. Сегодняшняя суета так давила, что он и думать забыл о просьбе Тома связаться с ним. Тот, конечно, вряд ли чах над своим телефоном, ожидая, пока он соизволит отправить сообщение, но не хотелось пренебрегать обычными просьбами. Вбив номер и сохранив контакт, он остановил палец у лаконичного «Том», будто сомневаясь, но все же перешел в мессенджер.       

[19:22] Гарри:

а вот и я!

      Стало любопытно. Никакого фото профиля у Тома не отображалось, и серая иконка с неизвестным силуэтом немного действовала на нервы. Но Гарри предполагал, что дело было в настройках приватности: у мужчины по-любому был какой-нибудь аватар, ведь он постоянно работал с людьми, и вряд ли стал бы это делать за пустым аккаунтом. Впрочем, скорее всего, это его молодежные заморочки — вряд ли люди, которым потребовались услуги консалтинговой компании, заморачивались над тем, что стоит друг у друга на главной фотографии. Лично он, конечно, аватаркой своей очень гордился: на ней был он сам, улыбающийся и создающий «маску Бэтмена» сложенными пальцами возле лица. Ему нравилась эта фотография своей беззаботной атмосферой, и он любил смотреть на нее, когда скучал по абстрактному понятию «дом», которого у него никогда не было — жилище его дяди с тетей с трудом можно было назвать так. Оно было с хорошим ремонтом, со всеми удобствами и декором, но не предназначенным для него, так что мимо. В слегка размытом фоне фотографии угадывалась Нора — так они называли дом Уизли. Вот там он любил находиться и даже ночевать. Уютный интерьер, куча побрякушек на скромном комоде, яркие обои — было видно, что Гарри находился в полностью домашней обстановке, в которой не было и намека на стильный минимализм и эстетичные детали.       Раздался негромкий звук уведомления. На этот вечер нужно было выключить любой шум, исходящий от телефона: в общей тишине комнаты он раздражал. [19:25] Том: Я думал, уже не напишешь. [19:25] Том: И придется искать тебя по окрестностям универа.       Гарри смущенно поджал губы. Да, он долго не выполнял просьбу Реддла, но ему и правда было не до переписок. Сначала были пары, потом окно, в которое он убежал мыться и переодеваться, затем последнее занятие, где им вынесли все, что могло называться их мозгом. Дальше Гермиона утянула их с собой, чтобы составить список продуктов — обычно они закупались вместе. Это выходило дешевле и удобнее, ведь они, в любом случае, проводили большую часть своего времени вместе, включая приемы пищи. Исключения были, но общий запас продуктов все равно использовался исправно и всех устраивал. Поэтому в супермаркет они пошли тоже вместе — Гермиона всегда настаивала на том, чтобы они тоже принимали участие, а не просто несли корзины и пакеты. А их, собственно, вполне устраивала роль рабочей силы, если девушка прихватывала лишнюю пачку чипсов или чего-то вредного.       

[19:26] Гарри:

уже соскучился по мне? как мило

[19:26] Том: По повербанку соскучился.       

[19:27] Гарри:

пиздеж! сам говорил, что почти не используешь его

[19:27] Том: Все-то ты помнишь.       

[19:28] Гарри:

конечно. я же отличник

[19:28] Том: Не пуши хвостик, малыш.       Гарри почувствовал, как уши загорелись от неловкости — особенно в тот момент, когда Том, по всей видимости, добавил его в контакты, и в верхней части экрана появилась его фотография. Как ни странно, она была довольно неформальной — на мужчине была надета светлая футболка-поло, а он сам, очевидно, находился не в Великобритании — на вывеске позади была иностранная надпись. Кажется, французский язык, но Гарри не мог сказать точно — фон тоже был немного размыт, прямо как у него, что говорило о портретной съемке. Он сидел к камере почти боком, но голова была повернута в ее сторону, так что снисходительный взгляд угадывался почти сразу — в голову Гарри пришла мысль о том, что он явно не просил его сфотографировать, и эта аватарка появилась на свет абсолютно случайно, судя по выражению лица Реддла.       Интересно, а как тот сохранил его контакт? По имени или придумал странное прозвище? Сам Гарри фантазию решил не мучать, используя одно лишь имя — ему было как-то стеснительно подписывать взрослого мужчину фразой из какого-нибудь популярного мема. Или все же стоило подписать его «Скуф»? Он пока не решил.       

[19:29] Гарри:

а то что? будет контрольная работа? :)

[19:29] Том: Ага. [19:30] Том: Билеты будешь тянуть ртом.       Гарри понял, что горящие уши из-за невинного «хвостик» — меньшее, что его ждало. Потерев затылок ладонью, он даже немного растерялся. Он вообще не ожидал, что с Реддлом будет активная переписка, и думал, что тот просто сохранит себе номер и будет связываться по непосредственной необходимости, когда решит приехать или спросить что-то нужное. Такое впечатление создавалось само, стоило только посмотреть на мужчину — тот ведь сам строил образ собранного интеллигента. Либо Поттер преувеличивал все в своей голове сам.       

[19:31] Гарри:

а если нет?

[19:33] Том: А ты сам уверен, что скажешь «нет»?       

[19:33] Гарри:

я могу

[19:34] Том: Можешь. Но не захочешь.       

[19:34] Гарри:

ты такой самоуверенный

[19:35] Том: Иногда это полезно. [19:36] Том: Это все, конечно, шутки. Я не насильник.       

[19:37] Гарри:

знаешь, моя шея думает иначе

       [19:37] Том: Не дури. Я слышал твое «недовольство», пока делал это.       

[19:38] Гарри:

ну ладно, хорошо

[19:38] Том: Спасибо за одолжение.              Гарри не знал, что ответить. Заблокировав телефон, расположился на спине поудобнее, сосредоточенно разглядывая треснувший потолок. Внутри тлела надежда, что побелка не станет сыпаться ему на кровать. Или же, если решит сделать это, то не в тот момент, пока он сладко спит. Интересно, сейчас был подходящий момент спросить Тома, что между ними завязывается? По идее, его интерес был логичен: мужчина явно не собирался обрывать контакт теперь, хотя причина не совсем была ясна. Поттер ведь должен понимать, к чему все ведет и есть ли смысл от этих совместных «приятностей», которые Том ему обеспечивал.       

[19:45] Гарри:

слушай

[19:45] Гарри:

ты еще тут?

[19:46] Том: Куда бы я делся?       

[19:47] Гарри:

хотел спросить, какой статус тебе нужно присвоить

[19:48] Гарри:

то есть, мы любовники, знакомые или вообще кто?

      Гарри моментально выключил телефон снова. Он чувствовал себя ужасно некомфортно, но при этом, как верно сказала Гермиона, опасался грязи, в которую мог ввязаться. Уж лучше услышать сразу от мужчины его планы на себя, чем влипнуть в преждевременную привязанность и расхлебывать последствия. [19:48] Том: Хороший вопрос. Ты молодец.       Интересно, это была похвала или сарказм? Гарри не был уверен, но и уточнять, конечно, точно не собирался: проще верить в то, что эти слова были действительно положительными. [19:49] Том: Я пока не могу сказать. Но воздержись от чужих мужиков возле себя, договорились?       

[19:50] Гарри:

а что насчет тебя?

[19:50] Том: Я тоже воздержусь.       

[19:51] Гарри:

я думал, у тебя отбоя нет от поклонников

[19:51] Том: Не глупи. Существуют мои предпочтения и сила воли.        [19:52] Том: И у тебя есть явное преимущество.       

[19:52] Гарри:

даже интересно, что это

[19:55] Том: Ты меня не раздражаешь.       

[19:56] Гарри:

это типа комплимент?)

[19:56] Том: Типа да.       Гарри не понимал, нормальным ли был тот факт, что ему стало приятно от этих слов. Том будто отделил его от остальной массы людей вокруг себя, определив ему местечко поближе. С одной стороны, это мягко ласкало самооценку изнутри, а с другой… Ему не хотелось верить в то, что Реддл намеренно хочет выделить его, заставить чувствовать себя особенным и не таким, как все, хотя в действительности это было совершенно не так. Этот инструмент подчинения был известен абсолютно всем: мужчины часто пускали пыль в глаза, сначала говоря ласковые вещи, а потом резко меняя пряник на кнут, жестко наказывая им за проявленное доверие.       Почему сознание вечно было зациклено на чем-то негативном? Иногда Гарри казалось, что это была не осторожность, а настоящая паранойя — настолько сильной была привычка переворачивать любую ситуацию в плохую сторону, даже если причин на это, объективно, совсем не было. Ему казалось, что свою лепту в это внесла Гермиона — она всегда старалась приземлить их с Роном, чтобы они действовали рационально. Или же он просто впустую обвиняет ее, вместо того, чтобы разобраться с собственными тараканами в голове. Да, наверное, это грубо, думать, что во всем виновата твоя лучшая подруга. Хорошо, что она не слышит этих сомнительных размышлений.       Повернувшись на бок, он включил телефон. Лента уведомлений была пуста, только интернет-маркетплейсы сообщали о своих акциях и предстоящих скидках, благодаря которым можно выиграть фен, новомодную плойку для волос и даже автомобиль, пускай и неизвестной фирмы. Гарри, правда, в таких розыгрышах никогда не участвовал, придерживаясь мнения, что его запасы везения давно исчерпались, примерно в тот момент, когда получилось поступить в университет на бюджетной основе.       Сообщений от Тома, к сожалению, больше не было. Впрочем, Гарри настолько вымотался за сегодняшний день, что совсем не был уверен в том, что сможет поддержать разговор и не показаться пустоголовым дурачком. Лучше уж мало, но качественно, чем настрочить кучу сообщений и умереть от стыда на следующее утро.       Обхватив подушку одной рукой, он прикрыл глаза. Устало вздохнул. Неделя пролетела быстро, будучи довольно сумбурной из-за высокого уровня загруженности. И теперь, в очередной раз добравшись до выходных, Гарри ощущал себя участником бесконечного дня сурка.       Накинув на себя край пледа, которым заправлял постель, он почувствовал, как прикрытые веки стали совсем тяжелыми, и сознание медленно погрузилось в сон.