Свинообраз

Главный рынок Оргриммара, «Черепобойня», был местом, где можно было найти всё, если у тебя было чем платить. Воздух гудел от гомона сотен голосов, запах специй, гнили, кожи и металла ударял в нос. Гарз и Лираэль пробирались сквозь толпу к рядам, где торговали сталью и инструментами. У них был чёткий список: добротные топоры, пилы, наборы для обработки камня, прочные вёдра. Лавочка, на которую они вышли, принадлежала семье клана Каменного Кулака. За прилавком стояла молодая орчиха по имени Борга. Не девичьего вида — её зелёные, мускулистые руки знали работу с металлом, а в жёлтых глазах светился врождённый торгашеский азарт. Она сразу оценила Гарза, её взгляд скользнул от его плеч к бёдрам и обратно, и её толстые губы растянулись в ухмылке. «О, а это кто к нам пожаловал? — голос у неё был хриплым, но мелодичным. — Слыхала про тебя, зверь. Что надо-то?» Лираэль, взяв на себя переговоры, выложила список. Борга просвистела, оскаливая кривые, но чистые клыки. «Качество просишь, качество и получишь. Но и цена соответствующая. Особенно для… не членов клана». Лираэль не моргнув глазом выложила на прилавок кошель с серебром. Борга пересчитала, почесала затупленный подбородок. «Маловато будет. Но… есть вариант. Вижу, вы с ценным ресурсом ходите». Она кивнула на Гарза. «У меня две младшие сестрёнки. Живые, здоровые, любопытные. Девственности лишились давно, но такого… — она облизнулась, — такого ещё не пробовали. Сделаешь с нами троими хорошее дело, да так, чтобы запомнилось — скидка в треть цены. И девчонкам праздник». Лираэль обменялась взглядом с Гарзом. В её глазах мелькнул холодный расчёт. «Скидка в половину», — парировала она. Борга захохотала. «Агрессивная! Половина — это много. Но… глядя на масштаб проекта, согласна. Половина. Но чтоб он нас всех троих отделал, как следует. Без поблажек». «Он не умеет иначе», — сказала Лираэль, и в её голосе прозвучала странная гордость. Гарз, слушавший молча, хрипло произнёс: «А деньги за представление?» Борга нахмурилась. «Какое ещё представление?» «Если делать, так на публике, — продолжил Гарз, его звериный ум ухватил новую возможность. — Ты получишь скидку. А прохожие… заплатят за зрелище. Твоя лавка станет известной. А мы — с деньгами на остальные покупки». Лицо Борги озарилось хищной радостью. «О-о-ох! Деловой подход! Люблю! Давайте! Прямо здесь, у лавки! Гизз! Мокра! Выходите сёстры, развлечение будет!» Из-за занавески в глубине лавки вынырнули две молодые орчихи, помладше, лет по шестнадцать. Они были такими же мускулистыми, но менее грубыми, с горящими от любопытства и возбуждения глазами. Они уже, видимо, слышали разговор. Лираэль, поймав общий азарт, сняла с себя широкополую шляпу одного из прохожих (который, ошеломлённый, даже не возразил) и поставила её на землю перед прилавком. Она встала рядом, как церемониймейстер. «Уважаемые граждане и гражданки Оргриммара! — её голос, усиленный лёгкой магией, прозвучал над рыночным шумом, заставляя людей оборачиваться. — Уникальное зрелище! Дикий самец редкой породы демонстрирует свою силу и плодовитость на трёх дочерях клана Каменного Кулака! Вход свободный, но за впечатления — добровольный взнос в шляпу!» Толпа начала собираться. Орки, тролли, гоблины, другие редкие расы — все с любопытством уставились на Гарза, который уже сбрасывал с себя верхнюю одежду. Его массивное, покрытое шрамами и щетиной тело, его уже наполняющийся кровью, чудовищный член — всё это вызывало аханье и одобрительные выкрики. Борга, не теряя времени, скинула с себя кожаный фартук и толстую рубаху, обнажив мощную, зелёную грудь с тёмными сосками и упругий живот. Она повернулась спиной к толпе и, нагнувшись, уперлась руками в прилавок, выставив свои широкие, сильные ягодицы. «Давай, зверь! Покажи, на что способен! Сделай Борге хорошо!» Гарз подошёл сзади. Он плюнул на ладонь, грубо смазал свой член и её влагалище, которое уже блестело от возбуждения. Толпа затихла в ожидании. И он вошёл. Борга взревела — не от боли, а от восторга. Её крик был оглушительным. «ДА! Вот так! О, Мать-Земля, какой размер! РВИ МЕНЯ!» Гарз начал двигаться. Его движения были неистовыми, демонстративными. Каждый толчок заставлял прилавок скрипеть, а тело Борги содрогаться. Он хрюкал, его слюна летела на её спину. Он драл её так, будто хотел сломать пополам, а она только подначивала его, кричала грязные слова, её стенания и вопли эхом разносились по рынку. Лираэль тем временем с важным видом обходила зрителей. «Великолепно, не правда ли? Мощь дикой природы в действии! Не поскупитесь на благодарность артистам!» В шляпу посыпались медяки, даже пара серебряных монет. Толпа гудела, подбадривая. Некоторые орчихи в толпе начинали тереться бёдрами друг о друга, их глаза горели. А тем временем две младшие сестры, Гизз и Мокра, не стали ждать своей очереди пассивно. Они, возбуждённые до предела зрелищем, повалились на расстеленные у лавки мешки и приняли позу 69, с жадностью вылизывая друг друга, их тонкие, юные стоны смешивались с рёвом старшей сестры. Гарз, чувствуя приближение, ускорился. Его рёв слился с воплем Борги, и он излился в неё, его семя горячими толчками заполнило её, часть выплеснулась наружу на пол под одобрительный рёв толпы. Он вытащил себя, его член, блестящий и всё ещё твёрдый, был готов к следующему раунду. Он подошёл к Гизз, той, что была сверху. Он поднял её за бедро, она визгнула от неожиданности, и, пока она всё ещё лизала свою сестру, он вошёл в неё сбоку. Её тело было уже, моложе. Она закричала, но не оттолкнула его, а, наоборот, прижалась сильнее к лицу сестры, её бёдра начали двигаться навстречу его мощным толчкам. Мокра, чьё лицо было занято, не осталась в стороне. Она протянула руку и, пока Гарз долбил её сестру, начала ласкать его яички, а затем принялась вылизывать их своим длинным, гибким языком, заставляя его стонать и хрипеть от двойной стимуляции. Этот тандем — Гарз, трахающий одну сестру, в то время как вторая лижет его яйца, а толпа ликует, — был апогеем представления. Деньги в шляпу сыпались градом. Когда Гарз кончил в Гизз, он вытащил свой, всё ещё не сдающийся член. Затем он взял Мокру. Он перевернул её, поставил на четвереньки и вошёл в неё с той же неистовой силой. Она, уже возбуждённая до предела, кричала так, что, казалось, перекричит весь рынок. Именно в ней, второй сестре, он достиг своего финального, самого мощного оргазма. Его рёв заглушил все звуки, когда он излился в неё, затапливая её юную утробу. Но он не остановился на этом. Пока его член всё ещё был твёрдым и находился глубоко внутри Мокры, он схватил её за бёдра, поднял, так что её ноги оторвались от земли. Его член, глубоко проникший, служил сейчас и точкой опоры, и якорем. Мокра визжала от неожиданности и восторга, обхватывая его шею руками. И так, с насаженной на свой член, кричащей от смеси боли и экстаза орчихой, Гарз пошёл. Он сделал несколько шагов вдоль прилавка, демонстрируя её толпе, её счастливое, залитое слезами наслаждения лицо, её тело, конвульсивно содрогающееся вокруг его члена. Толпа взорвалась овациями. Девушки, наблюдавшие за этим, кричали, некоторые падали в обморок от перевозбуждения, другие срочно тащили своих подруг или кавалеров в тёмные уголки. Деньги в шляпу Лираэль падали уже не по одной, а горстями. После этого Гарз осторожно «снял» Мокру с себя и опустил её, дрожащую и счастливую, к ногам сестёр. Борга, уже пришедшая в себя, сияла, как солнце. Она собрала товары по списку и, с громким смехом, отдала их Лираэль почти за бесценок, плюс добавила пару инструментов «в подарок за шоу». Лираэль, с тяжёлой шляпой, полной монет, и свёртками с товаром, смотрела на Гарза с новым, глубоким уважением. «Иногда, — сказала она, — твоя звериная природа оказывается самым изощрённым бизнес-инструментом». Гарз, одеваясь, лишь хрипло фыркнул. Он обеспечил долину не только инструментами, но и солидным запасом монет. И заработал новую, весьма специфическую славу. В Оргриммаре теперь знали: если нужны товары со скидкой, можно обратиться к клану Каменного Кулака. И быть готовым к самому незабываемому способу оплаты в истории рынка. Дорога домой предстояла долгая, но они шли, чувствуя себя не просто покупателями, а триумфаторами, доказавшими, что в мире Калимдора даже самый базовый инстинкт можно превратить в прибыльное предприятие.