Знакомство с семьёй

Как правило, по дороге домой в Малые Норки, Джуди Хоппс устраивалась у окна поезда и надевала наушники, после чего её мысли растворялись в потоке музыки. Она наблюдала, как за стеклом медленно сменяются пейзажи, и погружалась в свои фантазии. Она могла грезить о чём угодно — главное, чтобы поезд продолжал мчать вперёд. Но сегодня всё шло не по привычному сценарию. Книги были разбросаны повсюду: раскрытые тома лежали у неё на коленях, ещё несколько занимали соседнее сиденье. На откидном столике светился экран ноутбука. Джуди неотрывно металась взглядом между экраном и страницами книг, делала пометки, подчёркивала строки — сосредоточенная до предела, словно весь остальной мир перестал существовать. Так прошло уже почти два часа. На сиденье напротив развалился её напарник. Он молча наблюдал за ней, скрывая взгляд за тёмными очками. Руки были скрещены на груди, а сам он съехал так низко, что казалось — ещё немного, и он сползёт на пол. За всю поездку лис и крольчиха перебросились лишь парой фраз. Ник постучал пальцем по руке. — Подумываю собрать музыкальную группу, — лениво произнёс он. — Наберу состав из работников полиции. Пока не знаю, как назовёмся, но вариант «Дикие псы» мне нравится. — М-м. Здорово, Ник, — отозвалась Джуди, не поднимая головы. Несколько секунд он смотрел на неё в полном молчании. — А ещё собираюсь перекрасить мех в розовый, уволиться из полиции и стать кукловодом, а ты будешь моей марионеткой. — Ага… Угу… Конечно. Уголок его рта пополз вверх в довольной усмешке. Ник провёл языком по клыку и тяжело вздохнул. — Морковка. Эй, слышишь меня? — Ник наклонился вперёд и помахал лапой прямо у неё перед носом. — Приём, Земля вызывает Хоппс. Джуди вздрогнула и подняла взгляд, моргнув несколько раз подряд. — А? Что? Мы уже приехали? Ник усмехнулся, и уши Джуди тут же настороженно дёрнулись. — Чего? Что смешного? — резко спросила она. — Да ничего, — пожал он плечами. Ник устроился поудобнее, оперев локоть о подлокотник и подпирая голову лапой. — Ты не отрываешься от работы с момента, как мы сели в поезд. — Мне нужно разобраться в этом деле, — возразила Джуди. Она снова посмотрела в книгу, но тут же метнула взгляд обратно на Ника. Тот разглядывал её поверх тёмных очков. — Что? — не выдержала она. — Я вот думаю… — протянул Ник и положил палец на крышку ноутбука. Медленно, нарочито, он закрыл его. — Тебе бы расслабиться. Разве это не что-то вроде отпуска? Поездка к семье, прогулки, новые места… Джуди отмахнулась от его лапы и снова открыла ноутбук. — Я просто использую время с пользой. Мы до сих пор не знаем, кто устроил пожар в церкви Святого Сердца, и что означает тот символ, которым исписали стену, и… Она осеклась. Джуди наклонила голову, недоумённо глядя на Ника. Тот всё так же смотрел на неё сквозь очки, почти не двигаясь, дышал медленно и ровно. В тёмном стекле линз отражалось её лицо. — Почему ты так на меня смотришь? — требовательно спросила она. Уши Ника дёрнулись, наклонившись вперёд, а затем вернулись в прежнее положение. Он выпрямился в кресле и медленно повёл плечами, словно снимая напряжение. — Просто, — произнёс он. Ник откинул голову, выпрямляя шею, и отвернулся от Джуди. Она ощутила что-то странное. Ей показалось… или нет? Он всегда так раньше на неё смотрел? Её взгляд задержался на нём ещё на мгновение, прежде чем она вновь вернулась к экрану ноутбука. — Ничего не складывается, — пробормотала Джуди. — Это не буква ни одного алфавита, и я не нахожу никаких мифов или фольклорных символов, с которыми можно было бы связать этот знак… — Если тебе нужно мнение со стороны, — подал голос Ник, — скорее всего, это обычные хулиганы из округи. Разве священник не говорил, что за несколько дней до пожара кто-то разбил окно, бросив кирпич? — Говорил. Полиция ещё спрашивала, были ли у него враги — те, кто мог бы намеренно навредить ему или прихожанам. Он ответил, что, насколько он знает, таких нет. И да, версия с подростками возможна… Но между вандализмом и поджогом слишком серьёзный скачок. Джуди постучала ручкой по подбородку и повернулась к окну. За стеклом начали виднеться холмы, покрытые жухлой и ломкой травой под первым зимним холодом. Солнце едва просвечивало сквозь плотный слой серых облаков. — Буйволсон уже выставил патрули по всем Норам, — продолжил Ник. — Тот, кто это сделал, теперь знает, что за ним наблюдают. — Я понимаю. — Тогда почему бы тебе не сделать паузу… — Посмотри сюда. Джуди развернула ноутбук, показывая Нику экран. — Я это уже раз сто видел, Морковка, — отозвался он. — И, по-моему, это просто паршивое граффити. Тому, кто это рисовал, явно не помешали бы уроки рисования. — Это послание, — упрямо возразила Джуди. Она откинулась назад и скрестила руки на груди, быстро постукивая ручкой. — Меня раздражает другое: я перерыла всё, что могла, но так и не смогла понять, что означает этот символ. Ник сжал губы и взглянул на неё. Затем он снял солнечные очки, наклонился вперёд и уставился на изображение — уже, казалось, в сотый раз. Его глаза сузились, брови сошлись на переносице. Прошло несколько секунд, и Джуди напряглась, решив, что он заметил то, что ускользнуло от неё. Ник глубоко вдохнул и наконец выдал: — Не-а. Извини. Для меня это всё те же каракули. Джуди закатила глаза, а Ник тихо усмехнулся, снова надевая очки. Он откинулся в кресле, подняв голову к потолку. — Если бы я был поджигателем, — начал он, — и хотел бы передать полиции «загадочное послание», то именно такое и намалевал бы на стене. Не чтобы что-то сообщить, а чтобы заставить ломать голову и видеть смысл там, где его нет. Джуди снова внимательно посмотрела на изображение. Снимок получился слегка смазанным — пламя  размывало свет по краям кадра. Сам символ, впрочем, был отчётливым, пусть и совершенно непонятным. Под фотографией значились её собственные заметки: «Фигура, похожая на пару штанов (?) или зуб, пересечённый направленным вниз треугольником. Над центральным треугольником — два маленьких. Цвет аэрозольной краски — красный». Джуди тяжело вздохнула, скрестила руки на груди и откинулась назад, проложив голову на спинку сиденья. Она повернулась лицом к окну. В её глазах отражался проносящийся мимо неё пейзаж: пустые зимние поля, редкие голые деревья, и где-то вдали — тёмно-зелёное море сосен, покрывающее горные склоны. Постепенно её взгляд скользнул к Нику. Он тоже смотрел в окно, подперев подбородок лапой. Поезд шёл ровно и плавно, а сменяющиеся друг за другом виды отражались в тёмных линзах его очков. Ник чуть повернул голову в её сторону, одно ухо было развёрнуто к ней. — Что? — спросил он. Джуди вздрогнула. — Что? Ничего, — поспешно отозвалась она и принялась суетливо перекладывать бумаги перед собой. — А что, уже и посмотреть друг на друга нельзя? Ник улыбнулся, пожал плечами и снова перевёл взгляд к окну. — Расскажи о своей семье, — сказал он. — Ты с моей семьёй уже знаком, — ответила Джуди. Она постучала стопкой бумаг по столику и засунула их в толстую энциклопедию — одну из многих, которую получилось взять с собой. — Я познакомился с твоими родителями и младшими братьями и сёстрами… с первого по двадцать восьмого, — парировал Ник. Джуди покосилась на него, и Ник тихо прыснул от смеха. Он выпрямился, после чего сверкнул клыком в широкой ухмылке. — Ну же, — сказал он. — Расскажи мне о своей семье. Джуди сложила книги в одну стопку и отодвинула их на соседнее сиденье. — Даже не знаю, — ответила она. Захлопнув ноутбук, Джуди снова откинулась назад и скрестила руки. — Они… хорошие. Любят порядок. Еще каждый день чей-нибудь день рождения празднуем. — Расскажи про Малые Норки, — попросил Ник. — А что там рассказывать? Тихий городок. Все вокруг выращивают морковь. Ник приподнял бровь. — Мне показалось, или ты не слишком тепло отзываешься о родных местах? — Нет! — Джуди рассмеялась. — Вовсе нет, просто… — она отвела взгляд. Вагон был почти пуст: помимо них, с другой стороны сидел всего один пассажир, в нескольких рядах дальше. — Ты только взгляни, — сказала она, обводя жестом пустые кресла. — Не похоже, чтобы кто-то мечтал рвануть в Малые Норки. Она снова посмотрела на Ника: — В детстве я больше всего на свете хотела выбраться и увидеть мир. Мне было тяжело привыкнуть к однообразию. Я могла стать полицейским где угодно, но Зверополис был моей мечтой. Ник кивнул, глядя в потолок. — Понимаю. Маленькая зайка из провинциального городка с большими амбициями садится на скоростной поезд и уезжает прочь. Про таких даже песни сочиняют. — Очень смешно, — фыркнула Джуди, снова уставившись в окно. — И всё же… — спросил Ник. — Это того стоило? Покинуть дом? — Да, — ответила она, провожая взглядом проносящуюся линию деревьев. — Это было правильно. Не пойми меня не так — я люблю свою семью. Но я должна была уехать. Джуди, улыбнувшись, сморщила нос и легонько пнула Ника по колену. — В центре города есть одна закусочная, я хочу тебя туда сводить. А ещё озеро «Лебединая заводь». Я знаю все хорошие тропы в долине — для прогулок самое то. Может, успеем немного побродить. — Эй, я тут турист, — сказал Ник, подняв лапы. — Ты — гид, так что я полностью твой. Джуди улыбнулась и снова переплела руки, глядя в окно. Нога начала быстро стучать по полу, явно выдавая её. — Я что-то не то сказал? — спросил Ник, наклоняясь вперёд и глядя на неё поверх очков. Когда поезд начал сбавлять ход, Джуди была готова мысленно возблагодарить кого угодно — высшие силы, кроличьи корни, саму судьбу. В вагоне резко стало жарко, а сердце металось в груди, будто вот-вот взорвётся. Я полностью твой. Он, разумеется, не вкладывал в это никакого скрытого смысла… И всё же его слова тянулись в мыслях, как тонкая нить на веретене. По громкой связи раздалось объявление: — Поезд прибывает в Малые Норки. Конечная, поезд дальше не идёт. Благодарим вас за выбор компании «Зверотрэк». Джуди вскочила с места ещё до полной остановки. Резкий рывок застал её врасплох — она споткнулась и буквально влетела в Ника. Он успел её подхватить, и, подняв головы, они оказались почти нос к носу. — Прости, — пробормотала Джуди. Она отпрянула с неловким смешком, прижав уши к голове, и натянула на голову шапку. Ник снял очки и зацепил их за ворот свитера, затем с тихим вздохом потянулся, разминая спину из стороны в сторону. Он вышел в проход и снял с верхней полки чёрную спортивную сумку. Джуди тем временем сгребла свои заметки, книги и ноутбук в рюкзак и, встав на сиденье, подпрыгнула и ухватилась за багажную полку, чтобы дотянуться за своим чемоданом. — Я достану, — сказал Ник, поднимая руки к чемодану. — Нет, я сама. Джуди подтянулась на одной лапе, а второй, пытаюсь нащупать, похлопала по ручке чемодана. — Похоже, тренировки в зале не прошли даром, — заметил Ник. — Он застрял, — пробормотала Джуди. Ник поставил сумку на пол и полез помогать, но чемодан даже не сдвинулся. Тогда он забрался на сиденье и несколько раз стукнул по дну, пытаясь выбить его с багажной полки. В этот момент с противоположной стороны прохода поднялся единственный пассажир во всём вагоне, кроме них. Это был медленный лори в простой толстовке и джинсах; не отрывая больших глаз от телефона, он печатал одной лапой. В другой он держал чёрную дорожную сумку — точь-в-точь такую же, как у Ника. — Бирка зацепилась, — сказал Ник. Он дёрнул чемодан резким рывком. Тот сорвался с полки и взмыл в воздух. Ник потерял равновесие, соскользнул с сиденья в проход и едва не рухнул прямо на ничего не подозревавшего лори. — Ой, извините! — вырвалось у Ника, когда он едва успел удержаться на ногах. Лори дёрнулся от неожиданности и выронил свою сумку. Его огромные глаза сузились в сердитом взгляде. — Смотри, куда прёшь, лис, — прошипел он. Он схватил сумку, метнув злобный взгляд сначала на Джуди, затем снова на Ника — и поспешил прочь, ковыляя по проходу и скрываясь за дверью с чёрной дорожной сумкой в лапе. Ник и Джуди молча проводили его взглядом, после чего переглянулись. Ник поморщился. — М-да, вот уж кто явно встал не с той лапы, — пробормотал Ник. Он поднял с пола чёрную дорожную сумку, закинул её на плечо и протянул Джуди чемодан. Та спрыгнула с сиденья, забрала его и тут же водрузила рюкзак за спину. Вместе они прошли по проходу, спустились по ступенькам — и оказались на перроне станции. Там никого не было. Часы на столбе показывали ровно полдень. Холодное дневное сияние едва доходило до земли, спрятанное за дымчато-белыми облаками. Джуди посмотрела на часы на своём запястье. — Может, они опаздывают, — сказала она и поёжилась, поправляя шапку. Небо было таким же серым, как и её мех, а зелёные когда-то пейзажи родных мест поблёкли, став коричнево-серыми в зимнем убранстве. — Джуди! Они с Ником обернулись и увидели, как из-за угла станции появился Стю Хоппс. Под мышкой у него была сложенная газета, а поверх рабочей одежды — тёплое пальто. — Привет, пап, — сказала Джуди, когда он подошёл ближе. Стю обнял её, слегка раскачивая, затем отступил и хлопнул по плечу. От него пахло печёной морковью и яблоками с корицей — и Джуди вдруг ощутила атмосферу дома. — Рад, что ты приехала, Джуд-жук, — сказал он. Большим пальцем он указал себе за спину. — Мама и остальные ждут тебя в норе. Затем он повернулся к Нику, широко взмахнув лапой, словно маятником. — Никстер, иди сюда! Ник пожал лапу Стю. Кролик хлопнул его по предплечью, а затем повёл их вдоль платформы. — Ну как добрались, ребята? — весело спросил он. — Как жизнь в городе? Всё ещё большие знаменитости? Преступления раскрываете, тайно маскируетесь? — Он замахнулся рукой, будто нанося удар, и рассмеялся. Джуди глянула на Ника, и её улыбка смешалась с недовольной гримасой. — Ник, надеюсь, ты любишь морковь, — добавил Стю между делом, — потому что Бонни готовит ужин, достойный короля! Ну или точнее — двухсот восьмидесяти трёх кроликов и одного лиса. Но это всё равно будет невероятно! Он повёл их к парковке за станцией, звеня ключами, пока открывал дверь своего грузовика. — Кладите сумки в багажник, — сказал он, забираясь в водительское кресло. Ник и Джуди подняли свои вещи и уложили их в кузов, а затем направились к пассажирской двери. Ник наклонился к Джуди и шепнул ей на ухо: — Он сказал «двухсот восьмидесяти трёх»? — Это же праздники, — объяснила Джуди. — Все собираются вместе. Джуди первой открыла дверь и устроилась на пассажирское сиденье, Ник последовал за ней. Началась небольшая суматоха, когда трое пытались уместиться в тесном салоне. Ник прижал хвост к коленям и сжался плечом к Джуди, чтобы поместиться рядом. Он закрыл дверь, прижимаясь к ней ещё плотнее, а Стю завёл мотор. — Не могу даже передать, как я рад, что вся семья собралась на Рождество, — рассмеялся Стю. Грузовик завёлся с глухим урчанием и хрипом, когда Стю выехал с парковки и свернул на дорогу. — Твои братья и сёстры целый день не унимаются, спрашивают: «Когда Джуди приедет?». Я пытаюсь им объяснить, что у тебя важная работа в городе, но это их не останавливает — словно с ума сходят! — Он бросил взгляд на Джуди. — Кстати, они видели тебя в новостях вместе с Ником. Та история со змеёй их просто повергла в шок! А как там твой друг-змей? — У Гэри всё хорошо, — ответила Джуди, отвлекаясь на Ника, прижавшегося к её боку. — Недавно он начал заниматься благоустройством города. Хочет продолжать семейное дело. Стю улыбнулся, качнув головой. — Отлично. Я встречался с ним всего раз, но он показался мне прямолинейным… Хотя, если учесть, как змеи ползают, наверное, лучше сказать — изививистым… Он взглянул на Ника, который наблюдал через окно за мелькающими полями. На нём вновь были очки, а правое плечо было прижато к двери. — Ник, а ты там чем обычно занимаешься? — спросил Стю. Уши лиса дёрнулись. — О, эм… Раскрываю преступления, тайно маскируюсь, ничего нового. — Ха! А вы с Джуди хоть где-нибудь бываете? Делаете что-то кроме работы? Наверняка у вас полно времени! Ник сжал лапу на колене. Воспоминания последних нескольких ночей словно парализовали его. Джуди напряглась и бросила на Ника беспокойный взгляд. — Мы разгадываем судоку, — выпалила Джуди. — Судоку? — переспросил Стю. — Судоку, — повторила Джуди, сжимая бедро, чтобы нога не дергалась в такт. На несколько секунд повисла тишина, потом Стю пожал плечами: — Ну ладно, ничто так не сближает, как немного математики, верно? О, кстати, Джуди, на праздники к нам присоединится твоя прабабушка Маргарет. Не пойми неправильно, я её очень люблю, но каждый год она привозит свой фруктовый пирог, и он твёрдый как кирпич… Между нами, я думаю, она добавляет туда опилки вместе с мукой, и… Стю продолжал говорить, но его голос постепенно растворялся в шуме дороги, пока он подробно расписывал рецепт пирога. Джуди и Ник больше не слышали его, их мысли переплетались друг с другом, так близко, как их плечи в тесной кабине грузовика. Ни один из них не говорил этого вслух, но оба думали об одном и том же: после той ночи в квартире Джуди им просто невозможно было заснуть порознь. Неважно, у кого дома они проводили вечер, каждый раз они тихо оставались вдвоём, скользя друг к другу в кровать, обнимаясь и засыпая вместе. И только сейчас, сидя рядом в кабине грузовика Стю, наблюдая, как мимо пролетают поля, холмы и фермерские домики Малых Норок, они осознали, что то, что начиналось как «простая ночёвка», превратилось в их общий секрет. Глаза Джуди устремились к Нику. Он посмотрел на неё краем глаза, видимым сквозь очки. Медленно, осторожно, так, чтобы никто не заметил, правая лапка Джуди скользнула к её боку, а мизинчик едва коснулся бедра Ника. Лапа Ника, словно по собственной воле, дрогнула навстречу её, и кончики их пальцев соприкоснулись.