кубики

весенние солнце радовало, согревая лондон. кроули стоял у окна и подставлял  лицо лучам, позволяя приласкать светом.  жизнь по ту сторону стекла не кипела. непрекращающийся поток людей в сохо стал таким обыденным и укоренившимся делом, что тишина и покой улиц — вот кульминация жизни. кроули смотрел на божьих тварей и не мог запомнить их лица. они шли, такие маленькие, и тут же исчезали, не имея никакого значения. это точно, что следить за муравьиной фермой.  кроули думал (как-то прочитал в журнале, что периодически может быть полезно) о том, что происходящее за окном всё реже стало его касаться. он каждое утро приезжал к ангелу и весь день сидел в него, уходя, лишь когда свет солнца и всех рядом стоящих магазинчиков погасал. всё чаще он стал оставаться на ночь, погружаясь в дрему под шелест страниц.  азирафель всегда был любителем посидеть дома, и кроули стал понимать, почему: стены книжного влияли, одаривая находящихся гостей уютом и комфортом, располагая к безделию. на самом же деле азирафель просто любил тишину и читать, а кроули любил тишину и не любил просиживать задницу в машине сутками.  всё чаще в его голову встревала мысль, что он и сам дома, но он старался задвинуть её в дальний ящик до следующего раза, когда нужно будет подумать.  демон и раньше догадывался, но теперь полноценно осознал, почему мимо проходящих людей, несмотря на все старания азирафеля, так тянет в эту лавку. пыльные полки и старые ковры — всё было пропитано любовью ангела к этому месту, к книгам. все это чувствовали и непроизвольно тянулись, хоть и не понимали, что за трепет возникает, стоило одному сантиметру тела проникнуть в магазин. а это любовь, и она — всюду в этих стенах.  у двери послышались колокольчики, и кроули повернул голову на звук. — кроули! — азирафель радостно зашагал к демону. — урвал!  ангел ткнул в лицо кроули две картонки. опрятные ручки дрожали, но демон смог разглядеть надпись: «много шума из ничего».  — ангел, — кроули почти шептал, заулыбался и поднялся, становясь близко-близко к азирафелю. — урвал.  ангел буквально светился, демонстрируя демону самую счастливую улыбку на свете. от радости он чуть ли не прыгал, тряся руками с билетами в них, будто пытаясь доказать и себе, и кроули, что они действительно тут, осязаемые.  — низкий поклон, ангел.  — ну что же ты, — азирафель смущенно отвёл взгляд.  пьеса «много шума из ничего» практически не шла. последний раз, когда её можно было застать на афишах лондонских театров, был около шестидесяти лет назад. в шестнадцатом веке кроули удалось похихикать с неё, и он был не прочь повторить. азирафель не оценил шекспировских комедий, но вовсе не противился идее культурно провести с кроули время.  на всеобщее удивление — на удивление одного только кроули — в вчерашней газете появилось объявление о скором показе в каком-то малоизвестном студенческом театре, о чём демон тут же восклицательно огласил. азирафель тут же отложил книгу, вскочил с кресла и покавелял к выходу, попросив кроули оставаться в магазине: «ты же любишь ждать внутри».  — начало в семь. я так взволнован, кроули! мы давненько не выбирались в люди.  — да, это особенный день, ангел. нам обязательно нужно его запомнить.  демон посерьезнел и проскользнул оценивающим взглядом по азирафелю. тот, озадачившись, тоже опустил взгляд на свой жилет.  — что? — спросил он, недоумевая.  — так не пойдет, — отрезал кроули. — ты ходишь так каждый день. ничего особенного.  — в этом и универсальность моего образа, дорогой. он подходит как для повседневной носки, так и для выхода.  — брось, ангел, — прокричал кроули, уже поднимаясь по лестнице на этаж выше. — тебе нужно сиять.  азирафель только лишь тяжело вздохнул и поплелся за демоном.  вопреки тому, что ангел игнорировал потребность сменить имидж уже давольно давно, у него была выделена отдельная комната под одни лишь костюмы. там было множество пиджаков и брюк, отличавшихся друг от друга исключительно незначительными и незаметными невооруженному глазу деталями, там был шкаф, выделенный только под налакированные туфли, и там была причина, по которой кроули немножко боялся заходить туда (но никогда не признался бы в этом) — огромная коллекция бабочек. у азирафеля не было ни одного галстука.  демон включил в гардеробе свет (который, в отличии от всех прочих комнат книжного, был очень-очень ярким, и непривыкшие глаза покалывало) и осмотрелся на открытые вешалки. потом глянул на подошедшего вскоре азирафеля. потом снова на вешалки.  — тебе нужно что-то.., — протянул он, проходя вдоль бесконечных пиджаков, пытаясь хоть за один зацепиться взглядом. — что-то эффектное… бля, что это?!  кроули достал синий костюм, покрытый стразами.  — о-о-о, — улыбнулся азирафель, — в двухтысячном году один мой знакомый женился и приглашал меня на свадьбу. была морская тематика.  демон понимающе промычал, но от удивления не отошёл: давненько он не видел что-то такое выделяющееся и провокационное в стенах книжного. — ну, это действительно эффектно. готов поспорить, ты затмил жениха. но не сегодня, — кроули спрятал синее нечто обратно в пучину пиджаков. — нужно, чтобы это отражало тебя, но было немного роскошным.  демон продолжил внимательно обходить гардероб. азирафель почувствовал, что он здесь вовсе не к месту.  всё происходящее привело его к мысли, что, действительно, он давненько не вносил в стиль изменений.  так ведь не всегда было. лет триста назад азирафель, только узнавший о каком-либо нововведении в человеческую одежду, тут же бежал к портному. потом, ближе к концу девятнадцатого века, люди перестали придумывать что-то новое, и лишь модернизировали старое, и ему стало скучно. а в костюм свой ангел до беспамятства влюбился и считал, что он ему не только очень идёт, но и визуально описывает его как личность. — морской — хороший цвет, — вырвал его из размышлений кроули, рассматривая нежно-голубой пиджак в своих руках. — ну, то есть, голубой, синий и всё такое.  кроули слепо отдал пиджак азирафелю, а азирафель слепо его принял.  демон быстро нашёл того же цвета брюки и, немножко скрепя сердце, бабочку в голубой тартан. в руках азирафеля появилось два новых элемента одежды.  кроули одарил его и костюм задумчивым взглядом.  — рубашка твоя тоже голубая, не пойдёт. всё сольётся в одну голубую лужу, — он потёр подбородок. — море — голубое — и песок. песок — жёлтый.  без особого труда найдя рубашку жёлтого цвета, кроули отправил азирафеля наряжаться. в гардеробе предусмотрительно оказалась примерочная со шторкой.   одевшись, ангел показался кроули. взгляд демона невозможно было прочитать.  — рубашка не та, — заключил кроули. — и туфли нужно поменять.  азирафель не встревал, да и не очень хотел. он достаточно быстро уяснил, что его мнение в данном вопросе не будет иметь никакого веса.  кроули тут же запихнул ангела обратно, вручая тому бледно-розовую рубашку и пару белых туфель.  новый наряд был встречен всё тем же нечитаемым взглядом. демон помолчал немножко, скользя по ангельскому телу глазами, потом щелкнулся пальцами, и костюм с рубашкой поменялись цветами.  — тебе идёт этот цвет, — ровно сказал он.  кроули нахмурился и потёр переносицу.  — ладно, — сказал он и, тяжело вздохнув, снял с вешалки синий костюм со стразами.  — его надо носить с белой рубашкой с рюшами, да, вот этой, — подсказывал азирафель. — и бабочка там тоже специальная, но тут не ошибёшься.  действительно: бабочку, что кроули узнал по цвету, украшали те же стразы, что и костюм. демон снова тяжело вздохнул и передал всё ангелу.  кроули не видел, как азирафель переодевается, но он мог почувствовать, как тот получает от этого удовольствие. в его голове возник вполне закономерный вопрос: как можно получать удовольствие от примерки одежды?  ангел выпархал из-за шторки и, весь светясь, покрутился вокруг себя.  кроули сверял его серьезным взглядом пару десятков секунд, потом закрыл лицо ладонями и взвыл.  — я хочу, чтобы ты шёл без одежды, — простонал он.  — но почему?! — азирафель свёл брови к переносице. — я же шикарный! — именно поэтому, — сказал кроули, идя обратно к вешалкам.  демоническое внимание привлёк белый чехол, скрытый в самом неприметном углу. кроули опустил змейку, и его взгляду представился он. демон улыбнулся.  подобрав подходящие туфли и бабочку, кроули вручил всё азирафелю. тот лишь неуверенно пожал плечами.  ангел вышел из примерочной, демонстрирую наряд. на нём был надет чёрный смокинг, того же цвета бабочка и белая рубашка — самый обыкновенный классический костюм.  — не знаю даже, — сказал азирафель своему отражению. — мне кажется, мне не идёт черный цвет.  кроули, выходя из оцепенения, встал за его спиной, смотря на его отражение тоже.  — посмотри на себя, ангел, ты великолепен.  — ой, спасибо, — смущено улыбнулся азирафель. — но я всё равно неуверен.  через зеркало кроули показал ангелу жёлтый кубик. тот закатил глаза и усмехнулся, но красную костяшку сотворил.  они сели на пол и принялись трясти кубики в руках.  — готов?  — да, я готов, как и всегда, — сказал ангел, всё ещё усмехаясь.  — раз, два… три!  кубики стукнулись о пол. жёлтая кость показала три очка, а красная — всего одно.  — ну хорошо, — сказал азирафель, поднимаясь и поправляя невидимые складочки на костюме. — а что насчёт тебя?  — что насчёт меня? — нахмурился кроули.  — что ты наденешь?  — эм, ну, — кроули осмотрел себя и шёлкнул пальцами. его привычная одежда сменилась на такой же чёрный смокинг, как и у азирафеля, но с чёрной рубашкой и красным галстуком.  — очень хорошо, — ангел улыбнулся, — позволь мне только… прозвучал щелчок, и цвет смокинга с галстуком кроули сменился на белый, а рубашки осталась чёрной. демон только и поднял бровь. в ангельских глазах показались искорки. он медленно подошёл ближе и погладил белоснежный лацкан. постояв так немного, он взял кроули под руку и наконец поднял взгляд на его лицо.  — ну, мы готовы? — игриво спросил он. — ещё как, — ухмыльнулся кроули.  *** колокольчики на двери зазвенели, представляя книгам вошедших. впрочем, они услышали бы и без колокольчиков: одна из пар ног топтала по полу с такой силой, что это можно было запросто спутать с землетрясением.  — ну прекрати, милый, ты преувеличиваешь.  — я преувеличиваю?! — кроули резко остановился, разворачиваюсь к азирафелю. — нет уж, я говорю всё как есть! даже слегка преуменьшаю. — всё было вовсе не так плохо.  — нет, ангел, всё было плохо именно так. это было ужасно, — он раскинулся на диване. — это не пьеса, это просто порнография какая-то. в самом плохом её проявлении.  ангел прыснул, подходя ближе.  — была неплохая комедия, — не унимался демон, — а они… а они…  азирафель приземлился рядом.  — а они сделали из неё плохую комедию. и потратили наше время, — поставил точку кроули.  азирафель погладил его по плечу и глянул из под ресниц.  — ну, зато мы были там самыми красивыми.  кроули поднял на него усталый взгляд.  — я люблю тебя больше жизни, — сказал он зачем-то.