«Чистое небо»

Нолан очнулся от дикого крика, который словно сигнал тревоги прервал его мрачные сны. Металлическая дверь его камеры вздрогнула так, словно по ней со всего размаху влепили гигантским тараном. Каменные стены башни отозвались гулким, звучным эхом, а с потолка посыпалась пыль. Нолан открыл глаза не столько от этого шума, сколько от самой вибрации удара. Пол под ним будто жил собственной дрожью. Где-то вдалеке раздался ещё один сильный удар, а за ним — резкий громкий треск. Где-то явно проломили что-то массивное. Нолан не стал кричать или делать резких движений. Он медленно сел на каменный пол, приложил ухо к сырому камню темницы и внимательно прислушался к происходящему хаосу снаружи. Крики. Вот что он слышал отовсюду. Не приказы, а именно нестройный, буйный рёв, рваные, надломленные вопли, по которым даже было непонятно — то ли это ярость, то ли это чей-то смех. Где-то выше по башне кто-то словно захлёбывался, кто-то умолял, а кто-то резко переставал кричать, словно его голос прятали в мешок. Нолан даже не пытался понять, что за чертовщина происходит сейчас во всём Кйалгоре. Его волновала лишь одна единственная задача: выбраться. Он поднялся и тихонько подошёл к двери, внимательно к ней присматриваясь. Замок на его двери был тяжёлый, кованый, — так просто не выломаешь. Снаружи тем временем раздавались шаги — быстрые, юркие, беспорядочные. Затем так резко наступила тишина, что Нолан невольно отпрянул от двери, ожидая, что сейчас что-то произойдёт. А потом до его чутких от напряжения ушей донёсся шорох, словно кто-то крался к двери и старался себя не выдать. Получалось у того откровенно плохо. Кто-то стоит у двери. Нолан это почувствовал по одному ему известной чуйке, которую многие зовут интуицией, а он — «особым дыханием». Догадка подтвердилась, когда в смотровую щель заглянул чей-то глаз. Белёсый, выпученный так сильно, словно его только что ошпарили. — Тебя… освободили, — прохрипел за дверью голос. — Все нынче свободны. И теперь можно… Дверь резко распахнулась настежь. Стражник — или то, что им было — стоял перед Ноланом с окровавленным лицом. Щёки бедолаги были частично обглоданы, а губы рассечены, и в сочетании с широченной улыбкой это смотрелось до того жутко, что казалось, будто его лицо сейчас треснет напополам. В одной руке он держал ключи от темницы. В другой — короткий серповидный кинжал. И он с восторженным кличем бросился прямо на Нолана, явно не горя желанием заключить его в дружеские объятия. Нолан едва успел телепортироваться в сторону, когда лезвие психа вспороло воздух там, где секунду назад была его шея. Он схватил нападавшего за запястье и ловко его вывернул — послышался сухой чавкающий хруст. Кинжал со звоном ударился об пол. Псих в ответ лишь просто засмеялся, и не переставал даже когда Нолан со всей силы ударил его лбом в переносицу. В ответ стражник, словно бешеный зверь, вцепился зубами в плечо Нолана. Нолан вскрикнул и влепил коленом в живот, а затем повалил противника кулаком в висок. Всё ещё испытывая сильную боль, Нолан на этом не остановился и обрушился на врага сверху. Раз. Два. Три. Готово. Тело психа обмякло и больше не подавало никаких признаков жизни. Нолан вытер рукавом кровоточащее плечо и осмотрелся в поисках ключей. Те лежали у входа в камеру. — Спасибо, — всё же шепнул он напоследок улыбающемуся уже беззубым ртом мертвецу, который, как никак, частично решил его проблему с побегом. Он вышел в коридор. Тюремная башня превратилась в настоящую бойню. Ступени лестниц были окрашены кровью так, словно какому-то идиоту пришла в голову идея раскрасить ступеньки красной краской. Двери камер были по большей части распахнуты настежь, и по большей части там лежали трупы заключённых, что здесь сидели. Видимо, Нолан был не первым на очереди у спятившего охранника. Кто-то дрался прямо на одной из лестниц против сразу двоих, которые ели его прямо во время боя, словно спущенные с цепи голодные псы. Нолан не стал здесь задерживаться. Он знал, куда унесли его оружие. Комната хранения, где они лежали, находилась двумя пролётами выше. Он пронёсся по лестницам как лань, попутно перепрыгивая через тела растерзанных жертв. На одном из поворотов его всё же заметили. Трое. Глаза жёлтые, как искры костра, движения их рук резкие, ломанные, но быстрые и точные. — Он живой! — крикнул один из них, и в его голосе прозвучала неподдельная радость. Впрочем, явно не та, которую Нолан предпочёл бы услышать. Они бросились на него в едином стадном порыве. Нолан схватил ближайшего из них за ворот и швырнул его в перила. Тот перевалился через них и упал вниз со звуком, гарантирующим перелом шеи о каменные ступени лестницы. Второй воспользовался моментом и обхватил Нолана сзади, вцепившись ногтями в его чёрную кожу. Нолан резко двинул назад, врезавшись нападавшим в стену. Воздух мигом выбило у того из лёгких. Сильный удар затылком — и черепа за спиной как не бывало. Третий уже был рядом, размахивая куском здоровенной цепи. Нолан удачно поднырнул под очередной замах и ударил противника в горло. Пока тот хрипел и кашлял, Нолан выхватил цепь из его рук и молниеносным движением обмотал её вокруг шеи противника, после чего поднял его и несмотря на отчаянное сопротивление выбросил психа прямо в раскрытое окно, не выпуская при этом цепь из собственных рук. Подержав его в подвешенном состоянии какое-то время, Нолан всё же разжал пальцы и тело вместе с цепью грохнулось во двор. Шум вокруг тем временем лишь нарастал. На самом верху раздался грохот такой страшной силы, что вся башня вздрогнула до основания, а по её стенам пошли во все стороны трещины. Видимо что-то очень сильно ударилось о крышу. У Нолана не было времени проверять эту теорию: он уже вбежал в оружейную. Дверь туда была сорвана с петель. Внутри все стойки были перевёрнуты, а оружие разбросано в полном беспорядке, в котором Нолан всё же находит их. Вот они, его красавцы — тёмные, тяжёлые, с позолотой на рукоятях. Его певчие пташки. Снаружи раздался рёв. Не человеческий. Глубокий, металлический, будто рвётся сама конструкция мира. Нолан вздрогнул и вскочил, не веря тому, что услышал. «А ОН то что здесь делает?!», изумлённо подумал он про себя. «Всехозяину это определённо не понравится. Будем надеяться, что я для него всё ещё свой и он меня не тронет». Теперь он спускался уже не скрываясь. Имея при себе оружие, противники в башне не представляли собой большой проблемы. Каждый поворот — выстрел. Каждая тень — цель. На нижнем уровне Нолан обнаружил пролом в стене, сквозь который было видно сумрачное небо, затянутое дымом. Нолан тотчас же воспользовался столь соблазнительной возможностью и оказался снаружи. Крепость больше не была крепостью. Стены из Чёрного Мрамора были попросту разорваны в клочья, от чего даже у Нолана глаза на лоб полезли. Он знал, что F-0X очень силён... Но не настолько же! Вокруг царили паника и хаос, в котором Нолана словно не замечали. Решив, что если не будет себя выделять в толпе, то ему удастся пройти незамеченным, Нолан повернулся и... застыл. Перед ним стоял он. F-0X. Самая передовая разработка Ордена, созданная Всехозяином лично. И ныне хозяин кровавого пира. Стальной лис нависал над Ноланом, словно ангел смерти, жаждущий приказа свыше. Раскрытые железные зубы монстра держали в своей цепкой хватке голову старика, в котором Нолан признал одного из членов Совета Избранных. Робот резко сжал челюсти и голова лопнула, словно грецкий орех, раздавленный стальными щипцами. Жёлтые окуляры машины неотрывно смотрели на Нолана, словно пытались его загипнотизировать. — Я тебя знаю, — произнёс наконец F-0X. — Тебя можно было бы назвать очередной шестёркой моего хозяина... Но он мне больше не хозяин. И ты не просто очередной бот, вроде них. — Он показал когтями на царившую вокруг вакханалию. — Ты первый. Первый из нас. — Вас? — скептически поднял бровь Нолан, стараясь впрочем сильно не раздражать машину, понимая, как мало шансов у него против лиса. — Ты причисляешь меня к этим животным, что оскверняют всё на своё пути одним лишь своим присутствием, не говоря уже о большем? — О, разумеется, нет, — проворковал F-0X. — Ты не такой как все. Заметь — ты был первым, кто узнал правду о нашей природе и принял её такой, какова она есть. Интересное стечение обстоятельств, не правда ли? — Что ты имеешь ввиду? — недоумённо поинтересовался Нолан, почувствовав в словах робота какой-то скрытый намёк. Но тот лишь покачал своим острым когтем и коротко хихикнул. — Знаешь, можешь воспринять это как хочешь — как комплимент, или как оскорбление, мне плевать — но ты мне нравишься, и поэтому я убью тебя... последним. О, кстати, а ты знаешь, из какого фильма эта фраза? Хотя о чём это я — ты же ведь наверняка даже не знаешь, что такое фильм! F-0X оглушительно расхохотался, в то время как Нолан тщетно пытался понять, что он только что услышал. — В общем, смотри, — сказал наконец лис, мгновенно остановив скрежет, заменявший ему смех. — Я даю тебе возможность уйти. Прямо сейчас. Мои люди, если их ещё можно так называть, тебя и пальцем не тронут. Взамен же ты передашь от меня Всехозяину следующие слова: я иду за тобой. Коротко и чётко, не правда ли? А ТЕПЕРЬ БЕГИ, ПОКА Я НЕ ПЕРЕДУМАЛ!!! Просить дважды Нолана не требовалось: тот по праву мог боготворить фортуну за то, что так дёшево отделался. Но вот в чём была загвоздка: так просто уйти он тоже не мог.

***

Тарк Хранитель ничего не понимал. Даже и не пытался понять, что происходит. Страх, ужас, отчаяние заполонили весь его разум. В панике закрыв глаза и схватившись за руку своего телохранителя, он бежал — бежал прочь из ада, которым оказался Кйалгор. Хотя на деле они бежали не из крепости, а вглубь. Его телохранитель сказал ему, что есть некое тайное убежище, в котором они могут укрыться и переждать мясорубку. Потому Тарк бежал, бежал практически вслепую, всецело доверяя своему верному слуге. В одном из коридоров и в самом деле оказалась потайная дверь, которая открылась после нажатия на какой-то скрытый рычаг в стене. Тарк и его верный страж проскользнули в раскрывшийся проём и стена тотчас же сдвинулась вслед за ними. Тарку впрочем показалось на мгновенье, что за ними прошмыгнула некая тень, но он был слишком напуган, чтобы обратить на это внимание. Едва тот отдышался, он спросил своего стража: — И как долго мы будем здесь ждать? И то, что он услышал в ответ, заставило его затрястись пуще прежнего: — О, ждать я больше не буду!!! Наконец я разделаюсь с тобой без лишних глаз!!! Тарк в ужасе попятился, ударившись затылком о камни: его телохранитель неестественно сгорбился, держа в руке меч, а на его лице играла нервная дёргающаяся улыбка, слегка подсвеченная безумием жёлтых глаз. С торжествующим криком он прыгнул на Хранителя — и тотчас же раздался звук едва слышного пистолетного выстрела. Тарк заверещал, судорожно пытаясь отбиться от навалившегося на него трупа. В итоге тому, кто его спас, пришлось оттащить тело от Хранителя, чтобы тот смог наконец увидеть Нолана. — Ты?.. — удивлённо прошептал седовласый карлик. — Но почему?.. Мы же ведь противоборствующие стороны! — Больше нет, — отрезал Нолан. — Прежнее понятие свой-чужой размылось окончательно, и у нас есть как минимум одна общая цель — сбежать из этого небожительского места. — Но мы же можем переждать здесь... — И лишить ваших воинов боевого духа?! — Нолан схватил Тарка за плечи и хорошенько того встряхнул. — Поймите — Избранные мертвы, все до единого! И теперь вы и только вы будете решать, что делать Свободным Небесам! Всехозяин хочет увидеть вас лично и заключить с вами договор — так что у нас нет такой роскоши как время! Ну так что, вы готовы идти со мной? — Да... — прошептал Тарк, неуверенно поднимаясь с пола, что далось ему с трудом при его дрожи. — Только пожалуйста, будьте осторожны... — Осторожность — моя профессия, — усмехнулся Нолан.