Бабахия|Начало

На следующий день после заключения договора с трупными осами штаб-квартира K-Ortel погрузилась в хаос. Со стороны морга надвигался странный фиолетовый туман, пахнущий несвежими пирожками и экзистенциальным кризисом, а в воздухе стоял зловещий шелест — это трупная моль пошла в наступление со своим союзником, фогом, существом из тумана и несданных сессий. Кобяков собрал всех в бывшем процедурном кабинете, где на стене висел скелет с табличкой "Бывший владелец": — Итак, ситуация хуже некуда. Моль привела фога. Это существо питается страхами и может принимать форму самых ужасных кошмаров. Вчера он прикинулся моим дипломом о высшем образовании — до сих пор трясёт. Трупные осы жужжали, проверяя свои жала и поправляя галстуки-бабочки: — Нашшшш яд бесссссполеззззен против тумана, — сказала главная оса-учёный, доставая калькулятор. — Но мы можжжжем попробовать математичессссски доказззззать его несссссущщщщесссствование. Степан, недолго думая, предложил: — 42 братуха! Давайте замутим шашлыки! Моль на углях — это по-пацански вкусно! Ваня, тем временем, пытался привести себя в чувство после вчерашнего насвая. Его руки дрожали так, что он случайно собрал кубик Рубика и разобрал автомат Калашникова. В глазах горел огонь — возможно, от наркотиков, а может, от того, что он снова увидел в углу своего воображаемого друга-краба. Когда фиолетовый туман, в котором плавали чьи-то потерянные надежды и одинокий носок, окутал территорию больницы, появился фог — гигантское бесформенное существо с горящими глазами-прожекторами и щупальцами из тумана и невыученных уроков. — БРАТАНЧИК! — крикнул Степан, размахивая огнетушителем и надевая на голову дуршлаг. — КЕМЕРОВО! СЕГОДНЯ МЫ СТАНЕМ ЛЕГЕНДАМИ, КАК ТОТ ПАРЕНЬ ИЗ МЕМАСОВ! Друн и Ч, два бойца Кобякова, заняли позиции: · Друн, гигант с татуировкой "рождён для драки" на веке, вооружился арматурой и начал читать стихи Есенина для боевого настроя · Ч, худой парень в очках, начал настраивать какое-то электронное устройство, собранное из микроволновки и старого пейджера Трупные моли атаковали роями, пытаясь окружить ос. Их крылья издавали звук, вызывающий головокружение и непреодолимое желание заняться балетом. Фог тем временем принял форму самых отвратительных бомжей и наркоманов Мурино: Для Вани он стал Пропитым — тем самым бомжом со свалки, но теперь двадцатиметрового роста, с бутылкой жидкого огня и парой голубей в кармане: — Что, сутулит? Опять царррррствовать пррррришёл? — рычало чудовище, размахивая бутылкой размером с автобус. — А водку ты хоть прррринёс? Для Степана фог превратился в наркомана-неудачника с иглой вместо руки и счётом за коммуналку вместо лица: — Эй, братуха! — передразнивал монстр. — 42? Сейчас получишь 42 счета за ЖКХ! Для Кобякова фог принял образ бывшего оператора колл-центра, который когда-то уволил его, но теперь с тремя головами и указкой: — Ваши показатели эффективности ниже средних, Кобяков! — вопил кошмарный менеджер. — Премии не будет! И борщ в столовой отменяется! Друн и Ч сражались с роями моли, отбиваясь подручными средствами. Друн пытался задушить моль штанами, а Ч включил микроволновку, надеясь, что моли приготовятся. — Братан! — кричал Степан, уворачиваясь от иглы-монстра. — Надо что-то делать! Мне уже надоело быть мишенью! Ваня, дрожащими руками, достал последнюю щепотку насвая и швырнул её в фога: — На, подавись, тварь! Это моё последнее, что осталось от былого величия! Неожиданно это сработало. Фог, принявший форму бомжа, начал с жадностью поглощать насвай, теряя концентрацию. Его формы стали расплываться, и он начал напевать песню "XXL". — Все! — скомандовал Кобяков. — Атакуем сейчас, пока он не начал танцевать вальс! Степан использовал свой коронный приём — начал хаотично вращаться с криками "42 братуха!", создавая вихрь, который разгонял туман и случайно запустил в воздух несколько стульев. И тут с громким хлопком и запахом жареной картошки появились Алах и Прах. Алах был в стельку пьян, покачиваясь на ногах и размахивая бутылкой с надписью "Эликсир вселенской мудрости", из горлышка которой вылетали разноцветные математические формулы и один грустный смайлик. Прах, в очередном приступе всех своих болезней одновременно, чихал так, что от его чихания отваливались куски штукатурки и рождались новые виды грибка. — Сынок! — крикнул Алах, спотыкаясь о порог и случайно создавая новое измерение. — Я почувствовал... хм... что тут весело! Принёс подкрепление и немного тёмной материи для закуски! Прах, чихнув, случайно создал небольшую черную дыру, которая поглотила несколько трупных молей и один диван: — Апчху!.. Ой, простите... У меня тут... апчху!.. грипп с ангиной и немного ностальгии по 90-м... Алах, пытаясь помочь, вылил свой "эликсир" на фога. Тот, принявший форму бомжа, начал метаться и кричать: — Что это? Я чувствую... знания! Квантовая физика! Теория струн! Помогите, я становлюсь умным и начинаю сомневаться в смысле бытия! Фог в ужасе отступал, не в силах вынести внезапное просветление и начав читать Ницше. Прах тем временем, чихнув ещё раз, создал торнадо из использованных носовых платков, который унёс половину трупных молей и пару законов термодинамики. — Извините, — хрипел он, — у меня аллергия... на насекомых... и на реальность вообще... и на эту погоду... Трупные осы, воспользовавшись моментом, окружили дезориентированного фога и впрыснули ему яд. Существо из тумана закричало, начало растворяться и при этом пыталось сдать сессию заочнику. Когда туман рассеялся, территория больницы была в руинах, но враги побеждены. Повсюду валялись обломки мебели, несколько молей, которые всё ещё пытались кого-то загипнотизировать, и один одинокий ботинок. — Мы... мы смогли... — тяжело дыша, сказал Ваня, поправляя на голове дохлую медузу. — Но теперь у меня закончился насвай... Кобяков похлопал его по плечу, случайно сломав ему ключицу: — Неплохо для Сутулита. Теперь ты действительно свой. Держи, — он протянул Ване новую пачку насвая. — Это аванс. Степан ликовал, танцуя на обломках: — 42 братуха! Я же говорил! Мы сила! Теперь можно и шашлыки! Трупные осы одобрительно жужжали и раздавали визитки с надписью "Трупные осы: решим ваши проблемы быстро, качественно, с гарантией". Алах, тем временем, пытался налить остатки эликсира в кактус, а Прах уже лежал в углу, накрывшись своим списком болезней как одеялом, и тихо стонал, изредка создавая новые химические элементы. И именно в этот момент Ваня, смотря на эту безумную компанию, понял — иногда самые нелепые союзы оказываются самыми прочными. Особенно когда вместе вас объединяет насвай, трупные осы и общий враг в виде существа из тумана.