Там, где рождается магия

До автобуса мы не то чтобы успели, нам его даже ждать пришлось. И за это время я успела узнать, что мы едем в ближайшую деревню, где по выходным устраивают предновогоднюю ярмарку, поражающую своими масштабами, программой, гуляньями, и мне уже не терпелось это увидеть. Но ожидание никогда не входило в список моих добродетелей, скорее наоборот. Как неправильный снежный маг, я вместо того, чтобы терпеливо ждать, предпочитала не тратить попусту такой ценный ресурс, как время. Мне требовалось куда-то девать энергию, но вокруг было полно народу, и все, что я могла себе позволить, это создавать снежинки на ладонях. Они мерно переливались под лучами зимнего солнца, приобретая еще более волшебный вид. И когда скопилось около дюжины, их резко сдуло поднявшимся порывом ветра. Снежинки закружили в медленном танце и плавно опустились в ладонь уже знакомого мне стихийника. — Спасибо, что одолжила. А то издали неудобно их рассматривать, — Эвр улыбнулся, словно сытый кот, закручивая снежинки в небольшом вихре. Парень стоял в небольшой группе студентов, но был единственным, кто не принимал участия в оживленной беседе. Он ловко перебирал пальцами, заставляя снежинки пускаться в галоп по всей округе. Они так грациозно рассекали воздух, что я невольно улыбнулась и засмотрелась. А затем они все разом прилетели мне в лицо: застыли в волосах, на ресницах, щеках. — Как неловко вышло, — Эвр состроил удивленное лицо, отворачиваясь от меня к парням из своей компании. — А ты, я посмотрю, приглянулась ему, — зашептала на ухо Эви, наблюдая за стихийником из-за моей спины. — Нет, это он за вчерашнее отыгрывается. Подруга поддалась ближе, без слов требуя рассказать ей все. Я кратко изложила свое небольшое приключение после поломки автобуса, и на моменте появления парня она ухмыльнулась, уже что-то вырисовывая в своей голове. Эви была главной сводницей и сердцеедкой в округе и уже не раз пыталась мне кого-нибудь сосватать. Но мне было всего семнадцать, и в отличие от подруги, все мои мысли были направлены на учебу. Чем выше я разовью свой потенциал, тем больше у меня будет выбор будущих мест работы. — Теперь мне все понятно, — она произнесла это с расстановкой, растягивая почти каждое слово. — Даже знать не хочу, что тебе понятно. Обычно твоя версия событий не совпадает с действительностью. — А мне, знаешь ли, моя реальность нравится куда больше твоей скучной действительности. Я демонстративно закатила глаза и вновь перенесла внимание на Эвера. Он о чем-то шутил со своими приятелями, и, признаться, мне тоже захотелось немного пошутить. Наша маленькая баталия не могла закончиться его победой — я искренне желала одержать в ней верх. С кончиков пальцев сорвалось свечение, и каменная плитка под ногами Эвера заледенела. И стоило ему переступить с ноги на ногу, как он поскользнулся, утянув за собой в сугроб всю компанию, кроме одного парня. Тот спокойно отступил в сторону, внимательно наблюдая, как в воздух взметнулся сноп снега, засыпав всех магов, в особенности того, для кого это и затевалось. Эвр тут же перевел на меня заинтересованный взгляд и подмигнул. Но вместе с ним в мою сторону обернулся и парень, миновавший мою шутку. Он несколько секунд разглядывал мое лицо и волосы, а затем выверенной походкой направился ко мне. У него была горделивая осанка, холодный огонь в глазах, а ещё — стать и выдержка, исходившие от него волнами. Он был высоким, плечистым, с приятным телосложением и ястребиным профилем. Таких парней девушки из моего королевства обычно называли ледяными монолитами или же передвижными айсбергами: такие же крупные, холодные и очень опасные. — Шалость не удалась, — тихо проговорил он, смиряя меня тяжелым взглядом. Я выглянула за его плечо, наблюдая, как парни все ещё пытаются встать, но каждый раз поскальзываются и падают обратно. Слегка улыбнувшись, я вернула зрительный контакт «ледяному монолиту», ответив: — Это с какой стороны посмотреть. С моей вот довольно хорошо видно обратное. Парень взмахнул ладонью, и лед под ногами тут же растаял. А я неуверенно сглотнула. Передо мной стоял огневик, или даже маг со способностями огневика, но характером снежных. Обычно они импульсивные, разгоряченные, безудержные, но он… он словно был полной их противоположностью. — Шалости — это по части твоей ребячливой компании, Кайен, — рядом со мной появилась Эви, скрещивая руки на груди. — Так что ступай, ступай к ним. — Эвелина, твоя подруга должна понять, что подобные выходки на территории академии недопустимы и могут привести к травмам. — Кай, ты хоть на несколько часов выключай свой автомат с нотациями, а то от постоянной нагрузки он и задымиться может. И где же мы тогда найдем ещё один? — А ты хоть иногда выходи из комнаты, не прихватив с собой парочку отменных острот. — А что, уже соскучился по ним? — Еще даже не начинал. — Ну так поспеши. Эви широко улыбнулась и подмигнула отдаляющемуся от нас парню. И как раз в тот момент подъехал автобус. На нем не было никаких опознавательных знаков, лишь нарисованный герб академии с обеих сторон и расходившиеся от него разноцветные волны. Скорее всего, таким образом хотели показать цвета всех видов магии, но вышло не то, что не очень, вышла каша из красок. — Вы с Кайеном так мило общались, а вы случайно не… — обратилась я к подруге, когда мы заняли задние сиденья. — О чем ты? — поинтересовалась Эви, пытаясь протереть запотевшие очки. — Он мне не нравится. Хотя да, он главный красавчик академии, лучший студент, сильный маг. Но знаешь, такие, как он, обычно зациклены на себе, а мне нужен тот, для которого я буду значить все. Она повернулась ко мне, стряхнула с моих плеч снег, поправила прилипшие ко лбу волосы и вновь улыбнулась. Но не с холодным интересом, как к идущим навстречу парням или Кайену, а с теплотой. Так, как она улыбалась только родным ей людям. — Ты пока еще маленькая и не понимаешь, но выбирать нужно не тех, от кого бегут как от пожара, а тех, к кому прибегают, чтобы укрыться от него. Так что слушай меня, и мы найдем тебе заботливого, верного парня. Я издала смешок и обвела беглым взглядом салон автобуса. Затем прикоснулась к дужке ее очков, и иней на стеклах исчез, а вместе с ним и малейшая способность запотевать. Но мой подарок она сможет оценить только тогда, когда в следующий раз зайдет с улицы в теплое помещение. — А ты когда собираешься найти себе такого? — А я как лебеди — в вечном поиске идеального спутника. Наши обсуждения ее личной жизни закончились, а вот поиск пары для меня возобновился и усилился. Эви на протяжении всей поездки указывала на парней, на которых стоит обратить внимание, расписывая их достоинства и недостатки. У меня на секунду сложилось впечатление, что она подбирает мне не парня, а новые лыжи или коньки. Уж слишком вольно и бестактно она о них отзывалась. А я все это время смотрела в окно, наблюдая за зимними пейзажами. Постепенно на стекле начали оставаться снежинки от бушующего на улице ветра, но, когда из них стал образовываться узор одной большой снежинки, я обернулась. Хотела обратиться к Эви, чтобы удостовериться, что мне не кажется, но взгляд зацепился за недалеко сидящего Эвера. Он неспешно вращал пальцами, разговаривая при этом с соседом, но через пару минут остановился. Обернулся в мою сторону, но посмотрел сначала на доделанный узор на стекле, а затем на меня. Он довольно улыбнулся и отвернулся, а я задумалась об обладающей им силе. Управлять своей стихией в движущемся транспорте и при этом создавать узоры на стекле уж точно не базовый навык. Каким же потенциалом он обладал? — А ты случайно не знаешь, на каком курсе учится Эвр? — Я знаю все, но вот с какой целью ты спрашиваешь? — она прищурилась, а я указала ей на окно. — О, мы уже подъезжаем. Она достала из сумки небольшую косметичку, чтобы подправить макияж, а я обернулась, пытаясь застать снежинку на стекле, но ее уже не было. Зато заметила за окном развевающиеся флаги на шатрах. И на каждом было свое изображение: то ли герб, то ли обозначение ремесла палатки: два скрещённых меча, котел с булькающим зельем, магический шар… — Поспешим, времени не так много. В пять у нас отъезд. Она потащила меня через весь салон, не дожидаясь, пока выйдут все студенты, и почти все парни пропускали ее с глуповатой улыбкой на лице. А я успела глянуть на часы, которые показывали без десяти девять, врезаться в широкую спину Кайена и даже обменяться с ним парой слов. — Если что, Эвр, как и Кайен, учатся на четвертом курсе, — Эви вдохнула полной грудью морозный воздух и, схватив меня за руку, потащила в самую гущу палаток. — Сверху указаны виды магических ремесел. Выбирай, в какую хочешь заглянуть, но в шатер с предсказаниями мы обязаны зайти. Сибил — настоящая пророчица, и все, что она нагадает, сбывается. Так что я побежала занимать нам очередь, а ты пока осматривайся. Запишусь и найду тебя. Последнее предложение она крикнула на бегу, пытаясь обогнать сам ветер. Обычно она никогда не спешила, ходила с прямой осанкой, грациозно, а тут помчалась, не глядя под ноги. А я осталась стоять посреди аллеи из пестрых палаток. Среди них весело сновали люди и маги, и я неторопливо двинулась в противоположную от них сторону. На этой ярмарке было все, от небольшого колеса обозрения до тихоходной карусели, где уже вовсю катались дети. Я неспешно ходила от одной палатки к другой, решая, какую бы мне хотелось посетить. Но так ничего и не выбрав, зашла туда, куда обычно заходят на обратном пути, — в магазин сувениров. Шатер был небольшой, но стоило войти внутрь, как он увеличился до размеров бального зала. Я прошлась вдоль каждой полки, остановившись у стеллажа со снежными шарами. Несмотря на то, что они стояли неподвижно, снег в них кружился небольшими хлопьями, медленно оседая и вновь поднимаясь вверх. — Только не бери шар с лисами. Как только купишь его, они сбегут в нору и больше носа своего не покажут. Я подняла голову на стоявшего рядом Кайена. Он держал в руках снежный шар, внутри которого резвились лисы, а позади них была припорошенная снегом нора. Парень несколько секунд рассматривал живую картинку за стеклом, а как только поставил его обратно, животные внутри замерли. — Да ты эксперт по здешним сувенирам. Что еще мне не стоит покупать? Он приподнял один уголок губ в улыбке и с видом опытного экскурсовода стал проводить мне мини-экскурсию по шатру, заглядывая почти на каждую полку. — Конфеты в виде елок — тягучие, как смола, и со вкусом еловых шишек. У макета ярмарки со временем слезет вся краска, а еще у всех футболок с надписями ровно через одну стирку начисто испарится рисунок, как будто его и не было. — А это? Я взяла в руки статуэтку огненной лошади, у которой грива развивалась пламенем, но оно не обжигало, а наоборот, согревало. Рядом стояли похожие фигурки, выполненные изо льда, кристаллов, переплетенных ветвей, и имели разные формы: сова, лиса, дракон. Но меня зацепила именно лошадь. Она стояла на дыбах и горделиво смотрела вверх. — А это новая коллекция. Купи, потом расскажешь. Вдруг со временем ускачет. Кайен купил еще один снежный шар к себе в коллекцию — на этот раз в виде уменьшенной копии ярмарки и конфету-елку размером с ладонь. А я все-таки решилась раскошелиться на огненную лошадь, от стоимости которой сгорал мой еженедельный бюджет, и на модельку Академии «Омфалос» на крутящейся подставке. К слову, она стоила в два раза дешевле этой горящей фигурки. Мы вышли из магазинчика и застыли на пороге, неспешно провожая шумных прохожих незаинтересованными взглядами. Кайен оказался не таким занудным, каким показался в первый раз, и даже слегка импонировал. Он отличался от стереотипов, и мне это нравилось — нравилось, что он не такой, как все огневики. И это давало своего рода призрачную надежду, что, возможно, однажды и я не буду бояться стать такой. Но затем я поспешно отмела эту мысль. Я — истинный снежный маг, такой же, как и все в моей семье. Парень продолжал смотреть вперед и одновременно протянул мне купленную конфету. — Каждый, кто сюда приехал, обязан попробовать этот изыск. — Ни за что. Своими смоляными шишками довольствуйся один. — А если пополам? — он разломал конфету надвое и ту часть, что получилась больше, протянул мне. С неохотой я все-таки приняла сладость из его рук. Я откусила сразу побольше, чтобы побыстрее справиться с «несъедобным» лакомством, пока Кайен откусывал по чуть-чуть. И когда он увидел, как смело я вгрызлась в «елку», поперхнулся, спешно протягивая мне бутылку воды. Но того ужасного вкуса, о котором предупреждал парень, я не почувствовала. Этой конфете следовало бы убрать горчинку и добавлять меньше нуги, липнущей к зубам, а в целом она отдаленно напоминала наше варенье из шишек в Криосе. — Не нужно, — я отказалась от воды, дожевывая конфету. — Она в целом даже не так плоха, просто нуждается в доработке. — Это особенность всех снежных или особенная только ты? — Кайен обвел меня внимательным взглядом, задерживая внимание на глазах. Он смотрел, а складывалось ощущение, что изучал по ним мою душу, осторожно, бережно снимал слой за слоем, пытаясь добраться до самой сердцевины. Но когда такое внимание стало чрезмерным, я первая в нерешительности отвела взгляд. — Первый раз вижу, чтобы кто-то так спокойно съел эту сладость и не поморщился. И даже похвалил. — Просто в нашем королевстве существуют довольно специфичные деликатесы, гораздо хуже этой конфеты. Никогда не слышал о щербете из замороженных водорослей или о ландышевом джеме? — Теперь услышал. И даже слегка заинтригован. — Просто поверь на слово, что на вкус это в разы хуже вашей шишечной смолы. В воздухе медленно кружили хлопья снега, покрывая нас белой пеленой. А мы с Кайеном продолжали неспешно бродить вдоль шатров, изредка заглядывая в понравившиеся. Меня заинтересовал флаг с эмблемой переселения магии, где менталисты со способностью внушения давали обычным людям почувствовать, будто они обладают любым видом магии. Магов с такой способностью очень мало, и каждый из них находился на строгом учете, чтобы кто-нибудь не воспользовался силой во зло. Но людям нравилось это представление, и у шатра буквально выстраилась очередь. А Кайен заглянул в палатку укротителей огня. Огневики показывали во всех смыслах огненное шоу: вздымали пламя к потолку, передавали его от зрителя к зрителю, создавали фигуры и даже образовали огненный пузырь. В нем маг не просто находился, а управлял шаром изнутри, перемещался по сцене и даже оторвался от земли на несколько сантиметров. — Если тебя заинтересовало, мы можем зайти и посмотреть с первых рядов, а не заглядывать из складок шатра, — предложила я, когда Кайен с тяжелым вздохом высунул голову. — Из года в год они показывают одно и то же представление, но каждый раз добавляют один новый номер, который мы с тобой и посмотрели. И он меня не впечатлил. — И почему? Как по мне, было довольно завораживающе, особенно когда тот парень залез в надутый собственноручно пузырь. — В этом-то и дело, — начал Кайен, пропуская меня вперед по протоптанной тропинке, — это все фальшивая постановка, рассчитанная по большей части на людей. Огневик не может поднять себя в воздух, будь он в огне или без него, — на это способны только аэроманты. А про то, что он не задохнулся в этом сплошном углекислом газе, я и говорить не буду. Огневик способен выдержать температуру выше полутора сотен градусов, но уж точно не может выжить без воздуха. Так что я разочарован. Я подняла голову, наблюдая, как хмурится парень. Брови свелись к переносице, и между ними пролегла небольшая складка. Но, несмотря на хмурость, он не выглядел недовольным или мрачным, скорее задумчивым. И, признаться, я не смогла отвести от него взгляд. Ярко-карие глаза, точеные скулы, острый нос, я разглядывала его без зазрения совести, и, если бы он не посмотрел на меня в ответ, продолжала бы любоваться им дальше. Он, его характер были словно высечены из камня, и все это притягивало еще до того, как я успевала осмыслить возникающие чувства. — Перед поездкой мы начали не с того, — нарушил возникшую тишину Кайен, приподнимая губы в легкой улыбке. — Хочу это исправить. Хоть ты и знаешь, как меня зовут, но хочу представиться лично. Меня зовут Кайен Роу, но можешь звать меня Каем. Этот парень не кружил мне голову (все-таки минимальный отчет я себе отдавала), но заинтересовывал, и с каждым разом — все сильнее. Я улыбнулась в ответ на его повторное знакомство и протянула руку для рукопожатия. И плевать я хотела в тот момент на все правила снежных магов. Рядом с этим парнем мне хотелось быть другой: раскрепощённой, обаятельной, дружелюбной и уж точно не частью смотрящей на всех свысока серой (точнее, белой) массы. Проявления чувств в виде рукопожатий и объятий с малознакомыми магами недопустимы, но меня это мало волновало. — А меня зовут Оливия Соул. Но ты можешь звать меня Лив. — Ливи, вот ты где! — раздался за моей спиной голос, и через секунду передо мной материализовалась Эви. — А что это вы тут делаете… вдвоем? — Мы с Каем посещали интересные нам шатры, пока ты околачивалась у ясновидящей. — Эй, я, между прочим, нас с тобой на сеанс записывала! У неё свободные окошки разлетаются за считанные минуты, но мне удалось урвать нам лакомый кусочек на четыре. Она довольно потерла ладони, а затем демонстративно поправила локоны так, чтобы они развивались на ветру, и уверенно зашагала вперед, вынуждая нас следовать за ней. Но как бы она ни хотела быть душой компании, вечно отвлекалась на проходящих мимо молодых магов. Точнее, это они отвлекались на нее, а она не обделяла себя их вниманием. И уже буквально через пять минут Эви оказалась за нашими спинами, и мы с Каем прокладывали ей дорогу, все время о чем-то разговаривая. Именно в тот момент, когда парень собирался задать мне вопрос, подруга решила поучаствовать в разговоре. — Вот смотрю на вас и думаю: Снежная Королева и Кай, Кай и Снежная Королева, — подруга сделала паузу, обдумывая сказанное, и вклинилась между нами. — А хорошо звучит, так, словно вы герои сказки. Я собиралась вставить свою колкость, но мы как раз вышли к открытому катку, и я резко остановилась. Для меня катание на коньках или лыжах подобно дыханию, я без этого жить не могла. В Криосе как минимум раз в день обязательно выходила на лед или заснеженную тропу, но на время поездки пришлось об этом забыть. А сейчас мне страстно захотелось вновь встать на коньки, почувствовать легкость на душе и новую землю под ногами. — Думаю, я знаю, где мы проведем ближайший час, — я уже направилась в сторону аренды коньков, когда подруга остановила меня за рукав. — Поверь, это не лучшее место для демонстрации своих способностей. Лед в сплошных зазубринах, а народу как в кроличьей норе — не протолкнешься. — Ну так поверхность я могу и сама исправить, это несложно. — Но энергозатратно, — вмешался Кай. — Эвелина права, на таком льду только травмы зарабатывать да друг за другом кататься. — Сколько раз я тебе говорила — зови меня Эви, — осадила подруга парня, но затем быстро переключилась на меня. — У нас недалеко от академии есть небольшой пруд, если хочешь, можешь покататься там. — Хорошая идея. На… — начал Кай, но Эви его тут же перебила. — А у меня других не бывает. — На нем обычно никого не бывает, да и лед попрочнее будет. Я успела только досадно вздохнуть, когда Эви с Каем потащили меня дальше, минуя мой личный райский уголок. Радовало лишь то, что рядом с академией находился свой каток, на котором я могла пропадать хоть весь день. Единственный минус состоял в том, что мои коньки были в чемоданах, которые мне до сих пор не доставили. И пока я раздумывала, где можно раздобыть личное средство передвижения, эта парочка уже затащила меня в палатку, над которой развивался флаг с двумя дуговыми стрелами, попутно громко беседуя. — А где ты своих чудаковатых оставил? Вроде бы игровой комнаты, куда родители могут сдать своих буйных детей, здесь еще не поставили. — Они ее сами отыскали. Часть ушла поучаствовать в магических состязаниях, другая — в боевых поединках. И после этих слов я на секунду задумалась об Эвере. Что выбрал он? И чем сейчас занят? Весело ли ему или он уже нашел занятие поинтереснее? Но эти ненужные размышления вовремя прервал Кай, отодвигая для нас с Эви плотную ткань шатра. Внутри стоял полумрак, нарушаемый лишь догорающими свечами. Людей было столько, что они едва помещались, но благодаря Эви мы оказались почти у самой сцены. Вот только все это было не так примечательно, как энергия, скопившаяся в шатре. Она густо пропитала пространство, норовила залезть под кожу, оставить след и просочиться дальше, за границы сдерживающего ее изолятора. Маг, обладающий такой силой, был не просто силен — он был могуществен. И оставалось только гадать, что такой, как он, забыл на увеселительной ярмарке. — Темный, — прошептала Эви, наблюдая за ведущим — высоким, худощавым мужчиной на сцене. На протяжении веков темных магов страшились и относились к ним с настороженностью. Но их не презирали и не боялись так, как снежных, несмотря на специфику их магии: заклинания на крови, заговоры, проклятия, варево запретных зелий. К ним привыкли, их приняли, они стали своими, оставаясь при этом обособленными. А когда снежные решили стать независимыми, нас заклеймили и сделали изгоями. Меня это, конечно, не волновало, но раздражало, и когда маги и люди громко зааплодировали выходу ведущего, я лишь негромко хмыкнула. — Уверен, вы уже устали от шарлатанов и бессмысленных увеселений и пришли посмотреть на настоящую магию. Поэтому предупреждаю: здесь не будет дурацких взмахов фальшивых палочек и глупых чар. На ваших глазах произойдет обмен магией между двумя волшебниками. И если вы не готовы к такому зрелищу — лучше покиньте шатер сейчас. Мужчина выдержал театральную паузу, обводя собравшихся испытующим взглядом, но на мне и на Кае заострил внимание, приподнимая уголки губ в зловещей ухмылке. Я нервно сглотнула и вздрогнула, когда он громко хлопнул в ладоши. — Тогда приступим! — полы его черной мантии взметнулись, стоило ему развести руки в стороны. — Сегодня среди нас присутствует не просто маг, а зимушница, и я попрошу ее подняться на сцену, — темный выждал паузу, пронзая меня своими обсидиановыми глазами, — если она, конечно, не против. Мужчина подошел ближе к краю сцены и, широко улыбаясь, протянул руку в мою сторону. Взгляды всех присутствующих мгновенно приковались к моей спине, не оставляя возможности отмолчаться. Под сдержанный шепот я вышла вперед, слегка отстранив его руку. Я сделала глубокий вдох и обернулась к залу, расправив плечи. И все, кто до этого перешептывался, замолкли, внимательно разглядывая меня. Для многих увидеть снежного мага воочию было в новинку, и каждый изучал меня в ожидании действий. Они сочинили о нас достаточно мифов и теперь с нетерпением ждали, когда я смогу их воплотить. Темный обошел меня сзади, помог снять куртку, а затем поспешил вызвать на сцену второго участника. — Сегодня мы проведем с вами поистине впечатляющий опыт. Вы никогда не задумывались, что будет со зимушником, обладай он магией огня? Нет? Тогда предлагаю нам это выяснить. За спинами зевак вспыхнули свечи и тут же погасли, погружая шатер в беспросветную мглу. Но уже через секунду на сцене вспыхнули огоньки, и я заметила стоящего рядом Кайена без верхней одежды. Сначала он удивленно посмотрел на меня, а затем перевел холодный взгляд на ведущего, но промолчал, ожидая дальнейших действий. — Все в сборе, теперь можно начинать, — мужчина оттеснил Кайена в сторону и встал между нами, обращаясь шепотом к взбудораженной толпе. — Для начала прошу представиться. Мы по очереди назвали наши имена, а после Кай жестким тоном потребовал, чтобы и темный назвал себя. — Прошу простить, увидел эту белоснежную даму среди присутствующих и тут же позабыл обо всем на свете, — мужчина обворожительно улыбнулся залу, и у женской половины тут же перехватило дыхание, а я незаметно закатила глаза. — Меня зовут Карвен Кроу. Он на пару секунд склонил голову, а затем нетерпеливо развернулся к нам. — Заклинание обмена магией не из простых. Оно требует сосредоточения, тишины и… крови, — зал испуганно ахнул, но Карвен тут же успокоил зрителей. — Всего пару капель. Само заклятие продлится лишь несколько минут, так что используйте их по полной. — И насколько это безопасно? — спросил Кай, пристально разглядывая ведущего. — Абсолютно. Вам будет подвластен лед, а моей дражайшей Оливии — огонь, не более. Я уже не раз проводил подобные эксперименты. Моя постоянная публика может это подтвердить. Толпа одобрительно зашумела, а мужчина попросил нас подойти ближе. На пальце каждого он сделал небольшой надрез, омывая свои руки нашей кровью. Закрыв глаза, он зашевелил губами, тихо бормоча что-то невнятное. Я слышала каждое слово, но не понимала ни одного, зато чувствовала, как с каждым новым звуком что-то во мне меняется. Я ощущала, как уходит мой внутренний холод, и вместо него меня начинала окутывать морозная свежесть шатра. Она обволакивала тело, застревая под кожей вместе с тьмой, точно сотни отравленных игл. И с каждым новым «вживлением» мне становилось лишь хуже, словно яд стремительно разносился по венам. Силы не просто покидали тело — их словно насильно выкачивали из меня, стремясь опустошить сосуд до последней капли. Сначала появилось легкое головокружение, после меня охватил сильный озноб. Я чувствовала, как замерзают ноги в ботинках, как немеет лицо от холода, как сводит судорогой пальцы. И лишь потом обратила внимание на свои волосы. Кончики хвоста чернели, обретая прежний цвет. Вместе с утекающей магией менялся и мой облик. Все это время я так стремилась обрести внутреннюю гармонию, стать той, кем хотела. Но быть собой означало измениться, и я сделала для этого все. А сейчас… Кем я стала? Кто я, если не снежный маг? Как бы плохо мне ни было, в этом я не была одинока. Кай выглядел не лучше: побледневшее лицо, синие губы, его лихорадило, как и меня, но он стойко держался. Прямая осанка и гордый вид никуда не ушли, лишь стали тверже, и часть этой выдержки передалась мне. Я выпрямилась и уверенно посмотрела прямо на Карвена. Он перестал шептать и теперь с холодным любопытством разглядывал нас с парнем. И в мою голову тут же закралась мысль: темный нас обманул. Он забрал наши силы, присвоил их себе, а сейчас собирался обыграть это под аккомпанемент наших предсмертных вздохов. Но вместо ожидаемых лживых оправданий мужчина щелкнул пальцами, и меня тут же бросило в жар. Он разливался по телу стремительной волной, выжигая каждую клеточку. Возникло ощущение, будто у меня резко подскочила температура градуса на три, но подтверждения этому не было. Внутри взрывался настоящий вулкан, опаляя лицо и сосредотачивая всю силу в ладонях. Мне хотелось крикнуть, чтобы настежь открыли окна, распахнули двери, но я понимала: внешний холод не сможет меня остудить. Жар шел изнутри, и его было не потушить таким способом. Я сгорала заживо и не могла ничего с этим поделать. Хотелось выпустить этот огонь из себя, дать ему волю, позволить жить собственной жизнью, но только не внутри меня. Я закрыла глаза и представила, как языки пламени вырываются из моих ладоней и жадно поглощают сцену, на которой я стояла. Они разносятся по округе смертоносной волной и наконец отпускают меня из своей железной хватки. Едва видение померкло, я услышала испуганные вопли и распахнула глаза. Огонь обхватил мои руки и медленно перебирался на балки, что держали свод шатра. Пока все вокруг впали в панику, я оставалась спокойной и бегло оценила обстановку. Карвен стоял в стороне, с нескрываемым интересом наблюдая за устроенным им же шоу. Эви бросилась на сцену, пробираясь к Каю. А Кай… Он выглядел так, словно его заморозили на несколько лет и только сейчас выпустили. Волосы побелели, на кончиках появились кристаллы инея, скулы заострились, а сам он был мертвенно-бледным. Темный и вправду смог произвести обмен. Пока я в буквальном смысле сгорала изнутри, Кай замерзал заживо. Пожар тем временем распространялся, и несколько огневиков бросились тушить пламя, но у них ничего не вышло. Этот огонь не был им подвластен. Он, как я и хотела, начал жить собственной жизнью. И тогда вмешался Карвен. Он откинул полы мантии, вытащил небольшой кинжал и сделал надрез на руке. Сжал кулак, прижал его к губам и начал бормотать заклинание. Пламя начало медленно гаснуть, а толпа с благоговением вздыхала, переводя восхищенные взгляды на темного. Можно было подумать, что он все это подстроил и заранее знал, что произойдет. Но не до конца потушенный огонь вспыхнул с новой силой. И на этот раз погасить его Карвен был не в состоянии, сколько бы крови ни проливал. Он лишь попытался прекратить действие предыдущего заклятья. Эви тем временем подобралась ко мне, но побоялась дотронуться. Пламя продолжало расходиться от меня, покрывая тело и шею, и стоило мне сделать несколько шагов в сторону Кая, как огонь неустанно следовал за мной. Я остановилась, и тогда парень сам подошел и взял меня за руку. Она была ледяной, и это немного ослабило жар. — Ты можешь потушить этот огонь, — произнесла я и облегченно выдохнула, когда Кай обнял меня. Он передавал мне свой холод, а сам впитывал мое пламя. Я положила голову ему на плечо, притягивая его еще ближе. Я льнула к нему и к холоду, что исходил от него. И не хотела отпускать. — Мы можем сделать это вместе, — прошептал он мне на ухо и слегка отстранился. Его глаза светились холодной решимостью. Одна рука крепко сжимала мою талию, а другая очерчивала скулу. Мы с ним были полной противоположностью друг друга, но вместе с тем являлись и спасением. — А еще лучше, я сделаю всё сам! — громогласно крикнул Карвен, опускаясь на колени перед перепуганной публикой. Он наскоро начертил на полу письмена, приложил к центру кровоточащую руку и вновь принялся читать заклинание. На этот раз громко и решительно, чтобы слышали все. Сначала его голос пьянил, но это была лишь наживка, чтобы проникнуть в самую суть нашей с Каем магии. Сперва появилась легкая тошнота и головокружение, а после — ощущение, будто мне пытаются вскрыть череп. Я схватилась за волосы и с силой стянула их на затылке. Чувство было нестерпимым. Хуже оказался лишь метавшийся по телу жар, не желавший покидать свой новый сосуд. Внутренний огонь скользил по венам, ища убежища, пристанища, где мог бы пересидеть, но Карвен завел его в ловушку и вырвал с корнем, подобно сорняку. Первым желанием, как только из меня вновь выкачали магию, было упасть на колени и прижать пылающий лоб к потрескавшимся доскам. Хоть на пару секунд мне хотелось побыть обычным человеком, без плескавшейся внутри силы. Но едва ушел огонь, на смену ему тут же вернулся привычный холод, и я облегченно выдохнула. Лед заживлял оставленные пламенем ожоги и приносил душевное успокоение. Я выпрямилась, обретая не только утраченную магию, но и уверенность в собственных силах. Мои глаза ярко загорелись, позволяя одним взмахом ладони затушить последние огоньки и остудить помещение. Но бурлящая во мне энергия после этого не утихла, она норовила погрузить под лед весь шатер, а в особенности его владельца. Карвена Кроу так и хотелось превратить в ледяную статую, но рука, опустившаяся на плечо, вернула рассудок на место. — Представление окончено. Актеров просят сойти со сцены, — прошептал Кай, бережно беря меня за руку. Я посмотрела сначала на наши переплетенные пальцы, а затем заглянула в его янтарные глаза и неосознанно согласилась со всем, что он сказал дальше. — Здесь недалеко есть хорошее кафе. Предлагаю подкрепиться и набраться сил. Как только мы спустились, часть толпы бросилась к Карвену за подробностями, автографами и просьбами наделить их магией. Я хоть и не была темной, но знала: это никому не подвластно. Если в теле магия не заложена с рождения, то никакими способами ее туда не переместить. Уж я-то знала. Как только бабушка узнала, что мама выбрала в спутники жизни человека и не собиралась его бросать, она заволновалась о будущем наследнике. Вероятность того, что я могла родиться человеком, была пятьдесят на пятьдесят, а бабушке нужен был внук или внучка с магическими способностями. И тогда она решила найти способ сделать отца магом. Но если сосуд изначально пуст, его ничем не заполнить. Кай отодвинул ткань шатра, и в наши спины полетели прощальные слова: — Это был атипичный обмен. С одним из вас что-то не так, поэтому заклинание сработало экстраординарным образом. Покопайтесь в себе и в своем прошлом, может, и найдете ответ. Кафе находилось в нескольких шатрах от того, где мы были, и до него мы добрались в абсолютной тишине. Мы с Каем шли впереди, обдумывая слова темного, а Эви плелась позади, что-то причитая себе под нос. — Может, вернуться и поджечь его… — Эви сделала паузу, и мы с Каем синхронно обернулись на нее, — мантию. Будет гореть ярче новогодней елки. А вы о чём подумали, безумцы? — Месть — не лучший способ добиться правосудия, — возразил парень. — Зато эффективный, — парировала Эви, на что Кай лишь удивленно приподнял бровь. Они препирались вплоть до входа в кафе и даже после того, как сделали заказ. А я могла думать лишь о словах Карвена. Могло ли все дело быть в том, что я лишь наполовину маг? Может, это заглушало внутренние потоки, искажало магию, делало мои силы слабыми и уязвимыми для внешних воздействий? Я никогда не стыдилась своего происхождения и безумно любила отца и мать, но иногда становилось грустно от мысли, что не могу использовать весь свой потенциал. Потому что его просто не было, и ему было неоткуда взяться. После небольшого, но сытного и вкусного обеда мы втроем зашли еще в пару шатров, но, к счастью, такого «веселья», как у темного мага, больше нигде не встретили. А ещё через пару часов Эви торопливо попрощалась с Каем и потащила меня на долгожданную встречу с провидицей. Всю дорогу она без умолку болтала о том, какая Сибил всемогущая. Та была менталисткой и обладала даром предвидения. Эта женщина могла не только заглянуть за завесу времени, но и читать мысли, излагать судьбу. А самое интересное — ей было под силу узнать магический потенциал. С рождения в каждом человеке или маге образовывался невидимый сосуд, и его наполненность показывала, до какого уровня можно развить способности. — А я тебе уже говорила, что она всемогущая? — с волнением произнесла Эви, глядя на развивающийся на ветру флаг. — Раз двадцать за последние пять минут. Мы переступили порог шатра, но вместо основной комнаты нас ждал небольшой вытянутый коридор. Он был погружен в полумрак и заполнен фиолетовой дымкой, что придавало месту мистичности. Я лишь тихо усмехнулась этой попытке нагнать таинственности. Обычно такими трюками пользовались шарлатаны, и я не ожидала ничего сверхъестественного. Вход в зал был завешен плотной тканью, и стоило нам подойти, как она сама распахнулась. Нас встретила темнокожая женщина с округлыми формами, в длинном персиковом платье и с разноцветными бусами на шее. Копна кудрявых волос была убрана в тугой пучок, а в ушах красовались большие круглые золотые серьги. Она широко улыбнулась и заключила нас с Эви в крепкие объятия. — Как же давно я тебя не видела, дорогая, — провидица выпустила нас и по-матерински провела пальцами по щеке Эви. — Как твои дела? — Все хорошо, спасибо, Сибил, — подруга вновь обняла женщину и указала на меня. — Знакомься, это моя подруга Оливия. — Да-да, я помню, ты рассказывала. Славная девчушка. Теперь рада познакомиться лично. Сибил провела нас в центр к круглому столу и жестом пригласила сесть на придвинутые к нему стулья. В этом зале, как и в коридоре, царил полумрак и цветная дымка, но гораздо более легкая. — Кого-то познакомлю, а кому-то напомню основные правила. Сначала я расскажу, что ждет вас в ближайшем будущем, а потом вы сможете задать мне один вопрос, на который я отвечу. Но будьте аккуратны с формулировками — все, что вы спросите, подлежит ответу. Она протянула нам руки через стол, и мы вложили в них раскрытые ладони. Сибил прикрыла глаза, глубоко вдохнула и через несколько секунд заговорила тихим, размеренным голосом. — Вы весело и запоминающе отпразднуете Новый год. Большую часть праздников проведете в разъездах, обретете интересные знакомства. И расстанетесь не так скоро, как планировали. Предсказание закончилось, и мы с Эви переглянулись, одновременно улыбаясь и отпуская руки провидицы. Не знаю, насколько ее слова были правдой, но пророчество мне понравилось. Слегка размыто, конечно, ну а чего еще было ожидать? — Пока связь с вашими энергиями не разорвана, вы можете задать свои вопросы. Но поспешите, она истончается с каждой секундой. Пока Эви обдумывала свой вопрос, я задала тот, что волновал меня больше всего. — Насколько развит мой магический потенциал? Сибил вновь прикрыла глаза, а затем резко распахнула их, уставившись на меня немигающим, стеклянным взглядом. Она просидела не шевелясь несколько долгих минут. Мы с Эви даже забеспокоились, но вскоре женщина подняла на меня глаза цвета карамели и поджала пухлые губы. — Сожалею, но ответить на этот вопрос я не могу. Твоя сила слишком специфична и не позволяет мне заглянуть за завесу, что скрывает твой магический сосуд. — Ливи, ну ты нашла что спросить! — пихнула меня локтем Эви, переводя взгляд на Сибил. — Нужно задавать правильные вопросы. К примеру, будут ли у Ливи отношения в следующем году? — Да, — не раздумывая, ответила провидица, все так же не отводя от меня глаз. — Но спутника придется выбирать не сердцем, а разумом, иначе счастье будет недолговечным. — Что? — озадаченно вскинулась Эви, приподнимаясь со стула. — Нет, я не хотела загадывать это! Я хотела про себя! — Но ты уже произнесла вопрос вслух, — мягко напомнила Сибил, возвращая плавность своим движениям. Эви сокрушенно откинулась на спинку стула, слегка обиженно поворачиваясь ко мне. — Теперь ты должна мне вопрос, понятно? — Правда, придется подождать годик. Когда Сибил снова начнет принимать, — напомнила я, легонько посмеиваясь над рассеянностью подруги. Сеанс подошел к концу, и мы неспешно поднялись со своих мест. Эви выглядела слегка расстроенной, но, когда провидица заключила нас обеих в объятия, позволила себе легкую улыбку. А затем и вовсе повеселела, стоило Сибил проводить нас до выхода и положить ей голову на макушку. — Ничего, дорогая, я и не заглядывая в будущее могу сказать: любой парень будет твоим, как только ты сама этого захочешь. — Ты права, Сибил, — согласно закивала подруга, идя рядом с ней рука об руку. — Даже и хорошо, что так случилось. Я не впустую потратила вопрос, а узнала, сможет ли кому-нибудь дать шанс эта снежная королева, — Эви легонько приобняла меня за локоть, разворачиваясь ко мне вполоборота. — Но ты все равно должна мне вопрос. Сибил вновь обняла Эви, крепко сжимая ее в объятиях, но стоило ей прикоснуться к моей руке, как женщина застыла. Ее зрачки расширились, а хватка усилилась, сдавливая мне локоть. Я хотела одернуться, но провидица притянула меня к себе, торопливо шепча на ухо утробным, чужим голосом отдельные фразы: — Пять королевств… пять видов магии… одна цель… Он забирает ее… По крупицам отнимает и присваивает у всех на виду… Он спользует тбя, вили… Сибил затряслась всем телом, словно в припадке, не слыша наших с Эви испуганных окликов. А когда мы попытались отвести ее обратно в зал, она потеряла сознание. Мы устроили ее поудобнее в кресле и первое время пытались привести в чувство, пока не поняли, что она погрузилась в глубокий транс. Эви сидела рядом, нежно поглаживая ее пальцы и едва сдерживая слезы. А я металась из стороны в сторону, пытаясь придумать, как помочь и кого позвать на помощь. Но едва я приняла решение обратиться к темному и направилась к выходу, как услышала срывающийся голос у себя за спиной. Провидица пришла в себя, завершая начатое предсказание: — Он сделает тебя человеком, Оливия.