Из гранита и ясеня

Глава 4: Дорога молчания Первые дни пути были мучительным молчанием. Они шли быстро, почти не сбавляя темпа, выбранного Арагорном — упругим, долгим шагом следопыта, который казался Леголасу умышленно тяжелым и неуклюжим. Леголас двигался бесшумно, его шаг был легким, а взгляд постоянно скользил по верхушкам деревьев, по склонам холмов, ища не только опасность, но и отдушину от земли, увязающей в сапогах его спутника. лы были краткими и функциональными. Арагорн добывал дичь и готовил на костре простую, сытную пищу. Леголас довольствовался лепешками лембас и дикими ягодами, которые находил по пути, подчеркивая этим свою непричастность к грубым человеским нуждам. «Твоя еда лишена вкуса, — однажды, уже на пятый день, проворчал Арагорн, наблюдая, как эльф отламывает еще кусочек лембас. — Как и твои слова». Леголас не поднял на него глаз. «Вкус — это привязанность к преходящему. Лембас питает волю и тело, не отвлекая дух. В отличие от дыма и гари от твоего костра, что виден за три лиги». «Именно дым и гарь, эльф, часто означают тепло и безопасность для тех, у кого нет веков в запасе, чтобы греться одним лишь «духом», — парировал Арагорн, переворачивая на углях куропатку. Леголас замолчал, но тишина теперь была заряжена, как перед грозой.