The Mystery of Midoriya Izuku/Тайна Мидории Изуку

      Мультиварка, по мнению Шоты — одно из величайших изобретений человечества. Да, он готов поспорить с кем угодно на эту тему. Просто бросаешь в кастрюлю кучку ингредиентов, варишь на медленном огне часов восемь, и к твоему приходу домой все готово. Помимо рисоварки и кофеварки, это был самый незаменимый прибор в доме Ямады-Айзавы.       Шота включает рисоварку и пробует карри, которое Хизаши приготовил утром в мультиварке. Оно достаточно острое для Шоты, но не такое жгучее, чтобы Хизаши пришлось пить кофе со сливками в поисках "сладкой передышки".       Снова.       Шота растягивается на диване, а Ублюдок присоединяется к нему и устраивается у него на животе, чтобы вздремнуть. Шота откидывается на спинку дивана, полузакрыв глаза, и тоже собирается вздремнуть до того, как зазвонит рисоварка. Конечно, несмотря на долгий день, прошлой ночью он выспался. Ну, для него это был приличный сон. В любом случае все это кажется бессмысленным.       Вместо этого он тянется за телефоном, проводит пальцами по простому черному чехлу и открывает приложения. Приходит письмо от Маиджимы, который не против, чтобы Бакуго задержался после школы и прибрался в дизайн-студии. Судя по всему, Хацумэ в отличной форме и много чего делает. Еще два письма приходят из начальной и средней школ Мидории, в которых директора соглашаются встретиться с Шотой завтра. Наконец-то пришло письмо от Шинсо, который, похоже, оправился от кишечного гриппа и скоро вернётся в школу.       Сначала Шота отвечает своему протеже, что у них не будет физических тренировок до следующей недели. В основном потому, что он знает: ребенок будет настаивать на том, что с ним всё в порядке, хотя на самом деле это не так. У Шоты помимо всего прочего, есть чуткий рвотный рефлекс, который объективно хуже, чем плач. Он также не хочет иметь дело с тем что Шинсо начнёт тошнить, а в последствии выслушивать нотации от девочки целительницы       Да.       Нет, спасибо.       Вместо этого Шота отправляет Шинсо несколько аналитических упражнений, над которыми работали дети с геройского курса, чтобы компенсировать пропущенную физическую подготовку. Несмотря на то, что ребенок, возможно, больше не болеет, в ответном электронном письме звучит почти облегчение от того, что у него нет физической подготовки. Шота считает, что один из его учеников, в конце концов, может научиться чему-то вроде здравого смысла.       (Думал ли он, что этим человеком окажется Иида? Да. Да, думал. Затем Иида отправился мстить Стейну в Хосу. Примерно в это же время Шота решает уделять больше внимания этому классу детей-демонов.)

***

      — Немури сказала мне, что ты сегодня с ней разговаривал — говорит Хизаши за ужином.       — Я разговариваю с Немури по несколько раз в день. Но я не хочу выслушивать ее советы по поводу нашей интимной жизни.       Хизаши фыркает: "Она говорила о маленьком слушателе".       — У тебя было немного времени понаблюдать за ним с тех пор, как я заговорил об этом — говорит Шота, глядя на своего мужа. — Что ты об этом думаешь?       — Думаю, у Мидории в жизни были травмирующие отношения с авторитетными фигурами — лаконично отвечает он. — Он пытается стать меньше, незаметнее, вместо того чтобы действовать наперекор, как это делал я.       Глядя на общительного и обаятельного супергероя Сущего Мика, никто не подумает, что в детстве над ним издевались. Но это было бы ошибкой.       То что "Голос" — мощная причуда, не означает, что Хизаши было легко в школе из-за неё. Он в лучшем случае плохо контролировал свою способность, из-за чего некоторые члены его семьи стали плохо слышать. Шота в ускоренном темпе изучил различные марки слуховых аппаратов, которые носили Ямады. Учителя тоже не любят такие мощные причуды. Хизаши запрещали говорить на уроках.       Не говоря уже о случае двадцатилетней давности, когда учитель надел намордник на ученика с причудой, связанной с голосом. Это был своего рода прецедент, после которого подобное обращение стало категорически незаконным. Никто, кроме Шоты и еще троих, не знал, что безымянным учеником в наморднике был Хизаши. Так что если кто и мог понять, что такое травма, связанная с авторитетными фигурами, особенно с учителями, то это его муж и сам Шота.       Вместо того чтобы заставить его замолчать, они сделали так, что он стал еще более громким и склонным к позерству. Если бы они хотели, чтобы он заткнулся, Хизаши сделал бы прямо противоположное. Со временем его склонность к позерству нашла выход в Сущем Мике. Благодаря этому и терапии, Хизаши стал намного лучше, чем в детстве. Сам Шота выбрал путь незаметности.       До тех пор, пока он не привлекал к себе внимание, обычно вступив в драку с хулиганом.       Кстати, о хулиганах…       — Думаю, Бакуго издевался над Мидорией, когда они были детьми.       Хизаши тихо шипит: "Этого нет в его досье?"       — Я не видел досье Бакуго без ограничений. Но, судя по моим наблюдениям и наблюдениям других, я думаю, что мы неверно истолковали ситуацию в их отношениях. Хотя я предполагаю, что, поскольку у Бакуго "идеальная" причуда для того, чтобы стать героем, мы увидим чистый послужной список.       Среди детей, которых Шота исключал из школы на протяжении многих лет, было немало тех, у кого были "идеальные" причуды, но при этом плохая репутация. Некоторых исключённых из школы, как бы встряхивала смерть их мечты и они начинали работать над собой, чтобы измениться к лучшему. Другие не менялись и либо оставались в школе, либо переводились в другие учебные заведения. Впрочем, ни одна другая школа героев не захочет принимать к себе тех, кого исключили из UA, независимо от причуды или якобы безупречной репутации.       Другие школы героев знают эти уловки не хуже, чем UA. Но без психологической оценки или явных нарушений в биографии абитуриентов с этой проблемой мало что можно сделать. К сожалению.       Тем не менее это симптом системы, от которой у Шоты зубы сводит. В конце концов, именно причуды определяют ценность человека. По крайней мере, так считает общество. Многие профессиональные герои придерживаются иного мнения о власти. Но, конечно, ни школьные советы, ни Комиссия героев их не слушают.       Не дай бог, они прислушаются к тому, кто занимается воспитанием юных героев, а не к тем, кто жаждет власти.       Отчасти поэтому этот класс стал для Шоты (в основном) глотком свежего воздуха. Их любовь и поддержка друг друга и других людей просто поражают. Шота определенно планирует и дальше развивать эти качества. Сочувствие, интеллект, хитрость, доброта — все это необходимо, чтобы стать настоящим героем. А этот класс? Эти ребята? Кто знает? Может быть, они разглядят систему и заставят ее измениться. Они, конечно, достаточно упрямы для этого.       Теперь ему нужно убедиться, что они выживут в UA.       — Как думаешь, ты исключишь его? — спрашивает Хизаши, возвращая его к реальности.       А разве это не вопрос дня? Ну, или, по крайней мере, один из главных вопросов дня.       Шота вздыхает и проводит рукой по волосам.       — Я не знаю. Минету, определенно, если он не перестанет вести себя как извращенец к концу тренировочного лагеря, то его исключат. Мне все равно, с кем он связан в Совете директоров UA, и Незу меня поддержит. Бакуго, с другой стороны, стал немного более общительным, чем был в начале года. По крайней мере, он будет работать с Киришимой. У него все еще есть потенциал.       Хизаши задумчиво хмыкает.       — Но у него есть характер, свое мнение и Мидория.       — Да. Я отправлю его к Гончиму псу на сеанс. Надеюсь, он посоветует парню поработать над управлением своим гневом.       Обычно дети могут отказаться от такой рекомендации, но только не ученики курса героев. Если только они не хотят не посещать занятия по подготовке героев. Возможно, Бакуго нужны не только дисциплина, но и инструменты, которые помогут ему справляться с гневом. У этого парня есть потенциал, но ему также нужен стимул.       — В любом случае, как прошло интервью с метким стрелком? — спрашивает он, меняя тему на работу, которая не касается его озорников.       Хизаши, доказавший, что он самый лучший муж, вполне счастливо переносит смену темы разговора.

***

      — Я н-начинаю думать, что вы ищете меня, Сотриголова, — говорит Мидория через пятнадцать минут после того, как Шота приземляется на крыше его дома. В этом довольно смелом заявлении его ученика почти нет запинок, что само по себе необычно.       — Ты продолжаешь угощать меня горячим шоколадом — пожимает плечами Шота, беря кружку. Его ученик усмехается, его глаза блестят в лунном свете.       — Я... я могу сказать вам название бренда. Уверен, Ямаде сэнсэю понравится — отвечает Мидория с хитрой ухмылкой. Шота чуть не подавился горячим шоколадом. О его браке с Хизаши мало кто знает.       — Что ты имеешь в виду?       Проблемный Ребенок приподнимает бровь, но все равно слышит вызов в голосе Шоты.       — Я... я внимателен. Вы с Ямадой сэнсэем... вы хорошие, осторожные люди. Но я вижу, как вы смотрите друг на друга. Я видел, как он смотрел в USJ. Н-не так уж сложно было догадаться. Влюбленные люди, — он краснеет и пожимает плечами. — Они смотрят друг на друга по-другому, вот и всё.       В его голосе слышится легкая грусть, думает Шота. Учитывая, какие взгляды Тодороки бросает на Мидорию, это неудивительно.       Шота издает звук, похожий на смешок: "Что ж, поздравляю. В следующем семестре у тебя будут дополнительные баллы по обоим предметам — и по моему, и по предмету Мика.       Это давнее обещание, данное друг другу. Если кто-то из учеников догадается и обратится к одному из них с этим вопросом, то получит дополнительные баллы за семестр. Поскольку этот семестр подходит к концу, баллы придется перенести на следующий. Но Хизаши будет в восторге.       Парень отшатывается и поворачивается к нему с растерянным выражением лица.       — Ч-что?       — Никто из наших студентов так и не догадался или, по крайней мере, не спросил напрямую. Думаю, ты первый. Поэтому мы решили, что если такое случится, то этот ученик получит дополнительные баллы за семестр. Поскольку этот семестр почти закончился, мы перенесем это на следующий.       Мидория смотрит на него широко раскрытыми глазами.       — И... никто не догадался?       Шота ухмыляется: "Нет. Но я тебя поздравляю. Мик будет в восторге. Ты уже один из его любимых учеников.       Проблемный ребёнок смотрит в свою кружку с какао. Его щёки заливает румянец. Но это правда. Хизаши любит Мидорию. Шота откидывается назад и делает глоток. Он смотрит на парня, прежде чем осторожно затронуть тему Бакуго.       — Хорошо поработали сегодня.       — Э-э, вы так думаете? Я-я не струсил перед Каччаном?       Шота вздыхает: "Бакуго очень узко понимает, что такое драка. Это не просто когда два человека бьют друг друга. А в героике? Редко когда все происходит честно, в его понимании этого слова".       — вы используете свое оружие, чтобы никто не смог вас коснуться — говорит Мидория, глядя на здания и линии электропередач. — А когда они подходят ближе, вы вступаете в бой без использования причуд, полагаясь на свою. Но в основном вы действуете скрытно, застаете их врасплох и вырубаете еще до того, как они вас заметят, верно? Это немного напоминает змею в траве. Не то чтобы это было плохо. Никто не замечает змею, пока она не нападёт.       Хм. Довольно точное описание его стиля. И метафора неплохая.       Шота расплывается в улыбке: "А вот это впечатляет, парень."       Румянец на щеках его ученика становится еще ярче. Но в этом есть то что приносит радость.       — Мне нравятся герои и их анализ. Есть несколько форумов, посвященных подпольным героям. Судя по тем немногочисленным роликам, которые я видел, это наиболее логичный вариант. И это действительно впечатляет, Сотриголова.       — И то, как ты справился с Бакуго, было впечатляюще. Мидория, знаешь, почему я чуть не выгнал тебя в первый же день?       Мидория прикусывает губу: "П-потому что вы увидели у-ученика с м-мощной причудой, который не с-смог ее контролировать?"       — Верно. А знаешь, почему я передумал?       — У м-меня был потенциал.       Шота кивает: "И ты показал это, размышляя и приспособившись к ситуации. Именно это я и ценю в людях с героическим потенциалом. Ты показал это и сегодня. Иногда нельзя бросаться в омут с головой. Нужно все тщательно обдумать. Твой ум, а не причуда, Мидория, твой главный актив.       Зеленые глаза вспыхивают при этих словах. Легкая дрожь в его голосе: "В-вы так думаете?"       Шота кивает.       Парень долго прислушивается к своим мыслям.       — В-вы думаете... Вы бы подумали, что я... если бы я был б-безпричудным? — Спрашивает он тихим и дрожащим голосом.       Мидория не знает, что Шота видел его личное дело. Он не знает, что известно Шоте. Но у Шоты есть ответ, и он был бы таким же, даже если бы он не знал того, что знает. Однажды, даже несмотря на сокращение числа людей без причуд, он знает, что найдется кто-то, кто никогда не познает чувство силы, живущей в его теле, кто-то, кто попытается поступить в UA, чтобы стать героем.       Даже если бы у него не было всей этой информации, Шота точно знал бы, что сказать.       — Причуда — это инструмент — говорит он просто, почти мягко. Он чувствует, что именно это может заставить Проблемного Ребенка довериться ему, поэтому должен быть честен. — Как и у любого инструмента, у причуд есть свои плюсы и минусы. Я не стану врать и говорить, что человек без причуд не имеет никаких недостатков, но они есть у всех. Просто люди не хотят об этом говорить, слишком очарованные внутренней силой. Но, отвечая на твой вопрос, скажу, что в тебе есть сострадание, доброта и эмпатия. Ты умный, Мидория, и у тебя хорошо получается разрабатывать стратегии. Даже если бы у тебя не было причуды, я думаю, ты все равно стал бы моим учеником. Я думаю, ты был бы героем, даже без причуды.       Мидория смотрит на него. Он совершенно неподвижен, настолько неподвижен, что Шота даже немного волнуется. Он напоминает Шоте компьютер, который перезагружают. Внезапно мальчик двигается, ставит кружку на ограду и обнимает Шоту за талию.       У Шоты едва хватает времени, чтобы собраться с духом, потому что для относительно невысокого парня Мидория очень мускулистый. Он прижимается лицом к груди Шоты и всхлипывает. Это полуистерические всхлипы, совсем не похожие на другие слезы Мидории. Нет, эти всхлипы напоминают Шоте о ком-то, кто действительно думал, что умрет, но не умер. Все их потрясение, радость и страх выплескиваются разом.       Шота никогда не умел успокаивать плачущих людей. Со временем он стал справляться лучше, но все равно не очень хорошо умеет утешать. По крайней мере, не так, как Хизаши. Тем не менее он нежно кладет руку на спину Мидории и гладит ее круговыми движениями, как делала его мама, когда он был маленьким.       В конце концов мальчик успокаивается и отстраняется от Шоты, вытирает глаза рукавом и достает пачку салфеток из кармана толстовки с изображением Всемогущего. Кажется, он так измучился от слез, что забыл о смущении, которое иногда его одолевало.       — Простите, — шепчет Мидория. — Я просто… эм… у меня не было п-причуды до в-вступительных э-экзаменов. Т-так что я собирался попробовать и стать первым профессионалом без п-причуды. И, эм… наверное, мне нужно было это услышать. Спасибо.       Шота, конечно, обо всем этом знает. Но он понимает, что это очень важно. Мидория действительно доверяет ему, пусть и немного. Шота хочет его поддержать.       — Спасибо, что рассказал мне, проблемный ребёнок, — говорит он, положив руку ему на плечо. — Прости, что не узнал об этом раньше. Я бы попробовал другой подход к твоему обучению. Но для человека, который получил свою причуду совсем недавно, ты добился поразительных успехов.       На лице мальчика румянец, но есть и что-то еще. Что-то вроде гордости или воодушевления. Как будто он хочет получить похвалу от взрослого, который, по его мнению, не обязан его хвалить.       — Но завтра мы поговорим о том, чтобы добавить в твой график тренировки. Не смотри так удрученно. Ты будешь заниматься с Каминари и Аоямой. Честно говоря, мне стоило сделать это раньше, — говорит Шота. — Еще раз прошу прощения, что не сделал этого.       — Не нужно извиняться передо мной, Сотриголова, — отвечает он.       — Нужно, — подтверждает он. — Потому что тебе нужна была помощь, и я должен был найти способ помочь тебе раньше, Мидория. И потому что, когда кто-то совершает ошибку, он извиняется и идет дальше. Они пытаются стать лучше, извлекают уроки из этого. Просто потому, что я здесь учитель. Это не значит, что я непогрешим.       Мальчик снова сглатывает и кажется, что он вот-вот снова заплачет, но он слишком измотан и у него больше нет слез.       Вместо этого он награждает Шоту дрожащей улыбкой.       — Вы хороший учитель — говорит Мидория, глядя на него красными от слез глазами. — Не думаю, что у меня когда-либо был такой учитель, как вы.       И от этих слов у Шоты внутри все переворачивается.       — Но должны были быть, проб-Мидория, — говорит он.       Парень хватает кружки и направляется к двери. Как будто он закончил на сегодня и хочет пойти спать. Шота это чувствует. Он получил... часть того, чего хотел. Но не всё. Он так и не получил подтверждения того, что Бакуго издевался над Мидорией, но Мидория ему доверяет.       — Мне нравится, когда вы называете меня Проблемным Ребенком — наконец говорит он, глядя на дверную ручку. — Как когда Урарака-тян называет меня Деку. Или когда Всемогущий называет меня своим мальчиком. Это приятно.       Шота думал так же, когда в детстве его самого называли проблемным ребенком. Это был человек, рядом с которым все казалось правильным.       От этих слов в груди у Шоты что-то теплеет. Тошнота, вызванная предыдущим признанием Мидории, проходит. Эти ребята его доконают, но, по правде говоря, он бы предпочел умереть в постели в окружении близких.       — Спокойной ночи, проблемный ребенок.       — Спокойной ночи, Сотриголова. Будьте осторожны.       Шота взмывает в воздух, как только Мидория закрывает за собой дверь.       Он думает, что мальчик наконец-то начал ему доверять, по крайней мере немного.​