Дочь врага

      Тринадцать лет спустя

      — Дельфи! — она услышала окрик отца. — Немедленно сюда!       — Беги! — шёпот был адресован Джо, и тот послушался, перемахнув через забор, а оттуда, с безопасного расстояния, сунул два пальца в рот и презрительно засвистел.       — Держись подальше от моей дочери, недоносок! А ты, — Сирил перевёл грозный взгляд на Дельфи, — отправляйся в свою комнату!       — Нет, отец! Давай поговорим! Мы не делали ничего плохого! — У неё, кажется, лоб раскалился от гнева, но Дел пыталась сдержаться изо всех сил.       В окне соседнего дома появилась голова миссис Смит. Она смотрела на них, как на представление, и скалилась беззубым ртом.       — Отвали! — крикнула ей Дел, и отец схватил её за плечо, чтобы потащить в дом.       — Не смей кричать на соседей! — прошипел он. — Нечего объяснять, я всё видел. Ты курила!       — Отпусти! Мне больно! Я пожалуюсь шерифу, и тебя запрут в тюрьму!       Он сразу отпустил ее, окинув резким взглядом.       — Если будешь так себя вести, мы здесь надолго не задержимся, — категорично бросил он. — Понравилось спать в чистом поле? Две недели, Дельфи! Ты продержалась всего две недели!       — Это всё из-за тебя! Никто не переезжает с места на место с дочерью-подростком. Это тебя принимают за маньяка-педофила! — на одном дыхании выпалила она.       — Кто принимает? — видно было, что ему с трудом удаётся сохранять спокойствие. — У нас никогда не было проблем по этому поводу.       — Социальный работник в школе меня допрашивала. Если скажу, что ты мне не отец, тебя посадят!       Разумеется, здесь не Британия, а свободные штаты Америки. С приезжими, которые нарушают закон, разговор короткий.       — Я твой отец, и ты это знаешь!       — Где тогда моя мать, и почему я не знаю никого из родственников?       — Делли, я рассказывал тебе много раз. Твоя мать умерла. Мы не можем вернуться на родину, потому что меня преследуют те, кто её убил! — он отвернулся, давая понять, что разговор окончен.       — Твоё враньё больше не прокатит, папочка! Почему ты не идёшь в полицию? За столько лет все твои преследователи должны были состариться и сдохнуть. Возможно, ты не можешь вернуться, потому что сам боишься полиции? Нам рассказывали в школе, что срок давности по некоторым преступлениям очень большой… Кого ты убил? Твоё имя на самом деле Сирил Блэк?       Все эти оскорбительные слова так долго копились в ней, и вот, неожиданно, плотина обоюдного молчания была сорвана.       Отец невесело рассмеялся:       — Если я кого-то и убил, то за дело. А ты, если ищешь предлог… Если хочешь уйти, дождись хотя бы шестнадцати лет. Так и знал, что это была плохая идея…       Он холодно свысока разглядывал её, как неприятное насекомое.       — С каждым днём ты становишься всё больше похожа на свою мать. Не сегодня, Дел, — резко оборвал он готовые вырваться вопросы. — Иди в свою комнату!       Дельфи поднялась по лестнице, пряча мокрые ресницы. Если бы только она была хоть в чём-то уверена! Всё своё детство Дел безоговорочно верила отцу, вместе они исколесили множество дорог, нигде не задерживались дольше, чем на год. А потом она начала видеть эти сны, и то, что в них происходит, нельзя назвать простым совпадением.       В детстве ей снились кошмары: люди без лиц, в серебряных масках, но объятьям отца всегда удавалось изгнать темноту. Сейчас всё по-другому. Дельфи видела женщину с чёрными кудрявыми волосами, она звала куда-то. Иногда этот призыв ощущался так сильно, что всё окружающее теряло смысл.       Дел не хотела думать так, но… Наверно, это значит, что она скоро умрёт и встретится со своей мамой.       Стараясь не шуметь, она забралась на кровать. Босые ноги мёрзли, потому что под крошечным детским одеяльцем Дел уже не помещалась. Но менять одеяло на новое она не хотела, потому что под этим можно было представить, как в детстве мама заворачивала Дельфи в него и укачивала на руках. Спи, малышка, усни! Сама того не сознавая, Дел заснула.       — Эврезéи сангиус! — кто-то кричит, и смеётся, и стонет. Опять эта женщина!       На ней узкое чёрное платье, а в руках шкатулка. Дел знает эту шкатулку: точно такая же есть у отца. Кажется, он хранит там счета или типа того.       Женщина очерчивает шкатулкой круг… Свечи, вокруг множество горящих свечей! В их свете сверкает занесённый для удара нож! Нет! Мама, нет!       Дельфи кричит так громко, что свечи падают, сметённые криком… Их запах окружает, становится всё сильнее. Пожар!       — Что ты… Ах ты ж!.. Мерлинова борода! Зачем ты подожгла свою комнату? — отец ворвался внезапно и раскидал горящую полку с книгами, потом вылил сверху кувшин с водой, стоявший на подоконнике.       — Это не я, папа! Это всё свечи!       Пожар был потушен, Дельфи рыдала в объятиях отца. Рядом с ним она в безопасности, как всегда.       — Ты жгла свечи? — спросил он, успокаивающе поглаживая дочь по спине.       — Мне приснился сон… Там были свечи, а потом комната загорелась! Я ничего не делала!       — Делли, ты ведь знаешь, что так уже бывало. И не только с огнём. С тобой случаются странные происшествия.       — Да… — Дел спрятала лицо у него на груди, вдыхая знакомый запах. Они сидели на полу, в луже воды, среди разбросанных книг. Постель обгорела и была в ужасном состоянии.       Отец протянул руку и вытащил книгу, пострадавшую больше всего. «Кэрри», Стивен Кинг.       — Помнишь, я подарил тебе эту книгу?       — Помню, конечно!       Она была первой из коллекции Дел. Теперь у неё собраны все изданные книги Кинга.       — Та девочка, Кэрри, тоже зажигала огонь?       — Ты не читал? Она владела телекинезом…       — Ты ведь тоже можешь двигать предметы?       — Да, но потом у меня лоб болит, — пожаловалась Дельфи. — Хочешь сказать, что я как она?       Отец промолчал, но Дел уже и так знала ответ. Не зря он подкладывал ей разные книги, где герои обладали сверхъестественными способностями.       — А ты? Ты тоже как она?       Порой в домах, где они останавливались на время, происходили странные вещи: само собой становилось чистым бельё, чинилась мебель или готовилась еда. Правда, обычно папа не вспоминал про еду, и готовить приходилось Дел.       — И что, мистер Кинг встречался с такими, как мы? Мы ведь не одни такие? — Дельфи вдруг захотелось встретить девочку, которая была бы на неё похожа.       — Нет, не одни. Но ты знаешь, что будет, если люди о нас узнают. Они захотят использовать наши способности.       — Знаю. И всё-таки это странно, что никто из нас ещё не придумал объединиться и показать обыкновенным людям, какая у нас есть сила. Объединившись, мы могли бы править этой страной… и всем миром!       Отец нахмурился.       — Ты ещё слишком маленькая, поэтому говоришь всякие глупости! Никто не должен узнать, поняла?       — Так ты поэтому бежишь? Боишься?       Вместо ответа он оттолкнул её, оставив лежать на полу, а сам принялся собирать с кровати обгоревшие тряпки.       — Поспишь сегодня на матрасе, завтра что-нибудь придумаем!       — Ой, нет! — воскликнула Дел, заметив, что край детского одеяльца обуглился как раз там, где была вышита буква «Д». Пришлось завернуть его и спрятать в комод.       Прикасаясь к этой частичке своего прошлого, Дельфи по-прежнему слышала голос матери, очень близко, он что-то шептал ей.