Дочь врага

      — Именем Министерства Магии! Вы арестованы! — голос, усиленный волшебством, прозвучал словно со всех сторон.       — Это авроры! — панический выкрик последовал практически одновременно, за ним — тихие хлопки, как будто лопались гигантские мыльные пузыри.       Несколько Пожирателей Смерти исчезли, но оставшиеся рассеялись по пещере и продолжали сражаться. Обездвиженная, Дельфи завертела головой во все стороны и наконец увидела Сириуса. На мгновение он застыл напротив Беллатрисы с поднятой для заклятия палочкой. Он не успевал, Дельфи поняла это отчётливо и зажмурилась в ужасе. Из палочки мамы, завершившей движение на секунду раньше, вырвался чёрный сгусток и понёсся прямо в грудь Блэка. Внутри Дел вспыхнул огонь, жар устремился к кончикам пальцев. Но Нагайна, обвившаяся кольцами вокруг, не позволила пошевелиться. Дел сделала усилие, и пламя потекло по полу, словно свеча опрокинулась. Огненные языки, расползаясь в долю секунды, вздымались выше человеческого роста и окрашивались голубым. Проклятие Беллатрисы упёрлось в стену огня перед Сириусом и разделилось: часть отклонилась в сторону, а часть вернулась назад, заставив маму выронить палочку, словно та внезапно раскалилась. Издав разочарованный вопль, Белла нырнула во тьму вслед за оружием.       Точно безумный, Блэк бросился вперёд, прямо в пламя. Дельфи снова закричала, но огонь, казалось, не причинил Сириусу вреда. Или тот ничего не заметил? Он уже мчался к следующему противнику, перепрыгивая неровности в камнях и посылая заклятия почти непрерывно. Беллатриса выкрикивала ему вслед оскорбления, которые тонули в шуме боя. За полминуты Блэк расправился с двумя Пожирателями, оглушив одного и обезоружив другого, и пинком отправил палочку противника в сторону.       Дел поискала глазами Лорда. Тот шипел, вытянув вперёд руки. Лучи проклятий отклонялись от магического купола его защиты.       — Ступефай! — Нарцисса, неведомо как оказавшаяся здесь, бросила заклинание в Беллу. Дельфи едва успела воздвигнуть перед мамой защиту.       Нагайна внезапно зашипела и развернула свои кольца, взмывая в воздух. Дел не сразу смогла пошевелиться. Пытаясь вернуть конечностям подвижность, она отвлеклась, на секунду выпустила Сириуса из поля зрения. А когда вскочила на ноги, было уже слишком поздно. Плоская голова змеи взметнулась и отступила. Выронив палочку, Блэк потянулся к шее, чтобы зажать разорванное горло, и повалился на пол. Ужас стиснул внутренности Дел. Оглушительный рёв пламени в ушах, смрад горелого дерева, отблески красного на его лице… К Сириусу было не подступиться — поток крови забрызгал всё вокруг, выплёскиваясь толчками. Джинсы и рубашка потемнели, мгновенно пропитавшись красным.       Его глаза закатились, руки ослабели, но и биение крови замедлялось. Беллатриса громко выругалась. Дел предприняла ещё одну попытку подобраться к Сириусу. Кажется, она что-то кричала, пока не оказалась стиснутой сильными руками матери и прижатой к её телу. Ноги подкосились сами собой, и Дельфи соскользнула на пол, ощутив себя маленькой и беспомощной. Это была её ответственность, а она не справилась, не защитила Сириуса…       Спустя минуту в пещере повисла тишина. Все схватки завершились не в пользу прибывших с Блэком магов. Их оказалось всего трое. Всем лет по двадцать — чуть старше Дел. Одна из двух девушек едва дышала, с другой сползла личина Нарциссы, и фиолетовые волосы торчали во все стороны. Грудь рыжего парня пересекал длинный порез, сочащийся красным. Все они лежали, обездвиженные, в окружении Пожирателей Смерти.       — Продолжим, — голос Волдеморта оглушил Дел.       Больше не опасаясь за свою жизнь, она выпрямилась во весь рост и попыталась призвать силу, переполнявшую тело пару минут назад. Магия текла вокруг — Дельфи ощущала её повсюду, — медленными волнами перекатывалась по телу, словно река. Но стоило попытаться потянуть к себе тонкие нити волшебства, как они ускользали прочь, рвались, растворялись в пустоте.       — Ты не сможешь управлять этой силой, — прошипел Лорд. — А я смогу. Отдай её мне!       Дельфи снова оглянулась и, едва переставляя ноги, потянулась к Сириусу. Обхватила его безжизненную ладонь. Костёр на полу почти погас, стены зала тонули в темноте. Как ей выбраться отсюда, да ещё прихватив Сириуса, который пока дышал? Кровавые пузырьки вспухали и лопались у него на губах, грудь едва заметно вздрагивала. Дел казалось, что каким-то образом в случившемся виновата она сама. Если бы тогда, несколько недель назад, она рассказала обо всём Сириусу, если бы выслушала объяснения и поверила…       Тот, кто называл себя её отцом, открыл глаза. Он не удивился, увидев перед собой Дел, не разозлился — страха она тоже не прочла в его лице, — просто улыбнулся. Глупой заговорщицкой улыбкой, точно они дети, которых строгие родители застали за перекрашиванием кошки в розовый цвет.       Дел не могла решить, было это чудом или знамением — то, что человек, который только что едва дышал, улыбался ей со всей любовью, на которую способен.       Ниже, на клетчатую рубашку с закатанными рукавами, измазанную красным, на страшные рваные раны, покрытые густеющим тёмным блеском, она старалась не смотреть.       — Эта магия… — пробормотала Дел, зная, что те, кому нужно, её услышат, — может залечить его раны?       — Может, — Тёмный Лорд стоял рядом. — Если магией будет управлять тот, кто для этого предназначен.       — Ты говорил… — она усмехнулась, не закончив. Чего ещё ожидать от колдуна с лицом какого-нибудь злодея из вселенной Марвел? Она всё-таки попала в злую сказку и сейчас должна соглашаться на всё, чтобы спасти себя и Сириуса. — Докажи. Сделай так, чтобы он был… без этих ран.       — Тогда по воле Богини мы должны продолжить ритуал.       Лорд указал в сторону, и Дел только сейчас поняла, что камень, который она приняла за грубо вырезанный трон, на самом деле был статуей. Статуей сидящей женщины, чьи черты практически стёрлись от времени. Подножие камня вновь обвивала Нагайна.       — Мой Лорд! — вмешалась Беллатриса, о которой все забыли. — Ритуал завершён! Дельфини получила свою силу. Предатель крови и маглолюбы должны быть убиты. Можно обставить всё так, будто их завалило горным обвалом. Группа авроров преследовала преступника и угодила в природную ловушку, какая жалость!       Одна из авроров — светловолосая девушка — попыталась что-то сказать…       — Авада Кедавра!       Она откинулась назад и больше не подавала признаков жизни.       — Аманда! Нет! — вскрикнула вторая. Её волосы резко окрасились алым, а потом стали тускло-чёрными. Беллатриса взмахом палочки склеила ей губы.       — Ах, кого я вижу! Дочка моей сестрицы, предательницы крови! Круцио!       Тело девушки забилось в конвульсиях, но кричать она не могла.       — Твоё существование позорит род Блэков! Неудивительно, что ты спелась с этим псом! — Белла скривилась, а затем в её глазах сверкнул чёрный замысел. — А может, будет проще, если он уничтожит авроров, а затем наложит на себя руки, чтобы не попасть в Азкабан снова? — Белла усмехнулась, крикнув Сириусу: — Хочешь в Азкабан, пёс?       — Если я пёс, то ты бешеная сука, Белла! — прохрипел Блэк. С каждой минутой его взгляд становился более осмысленным. — Только знай, что мы не одной породы!       — А теперь послушай меня! — Тёмный Лорд возвысил голос, чтоб было слышно всем. — Ты, может быть, решила, Белла, что моё молчание равнозначно согласию? Если что-то случится с Сириусом… это расстроит Дельфи, не так ли?       Костлявые пальцы Лорда впились в плечо Беллатрисы, и та упала на пол, извиваясь от боли.       — …Мы ни в коем случае не хотим расстраивать мою дочь.       Белла всхлипывала, свернувшись клубком на полу, но нашла в себе силы возразить:       — Господин, вы же сами сказали…       — Молчать! Круцио! — голос Волдеморта раскатистым эхом пронёсся под сводами пещеры, грозя вызвать обвал, и змеемордый сбавил тон: — Я никогда не приказывал, чтобы ты его убивала! Никто не может толковать мои слова в угоду своим интересам. Круцио!       Белла сжалась, её глаза выкатились ещё больше, сверкая белками в сумраке, зубы оскалились, но и во второй раз она не издала ни звука. Возвышаясь над ней, Тёмный Лорд казался всемогущим. Дельфи съёжилась, пытаясь загородить Сириуса и понимая, что это бесполезно: им не скрыться. Статуя Богини с обвившейся вокруг постамента Нагайной не пугала её, в отличие от безумного мага.       — Как ты посмела? Как ты могла решать за меня? — бушевал Тёмный Лорд. — Ты жалкое ничтожество, Белла! Твоя дочь превосходит тебя во всём! Она — настоящая женщина!       Беллатриса взвыла:       — Держись от неё подальше, Господин! Ты же знаешь, я всегда была верна тебе! Только скажи, что нужно, я сделаю всё сама!       — Нет, Белла! — ответ Лорда скрежетал льдом. — Теперь мне придётся улаживать всё самому!       Ещё при первом Круциатусе страх стиснул сердце Дел. Она явно ощущала этот смрад невыносимой боли, когда каждая клетка в теле словно взрывается под действием заклятия. Дельфи снова вернулась в тот день, когда впервые услышала, как Белла пытает Сириуса. Теперь Лорд наказывает Беллатрису, и Дел каким-то образом несла за это ответственность. Только сейчас до неё начало доходить, что ритуал — по крайней мере тот, что заключался в возвращении ей магии, — завершён. Значит, она должна была заметить в себе какие-то изменения: взрыв, фейерверк волшебства, возможно. Где та обещанная невероятная сила? Несколько фокусов со щитом из пламени Дел могла бы провернуть и раньше. Значит, не сработало? Всё казалось таким же, как обычно.       Появление Сириуса и его друзей-авроров стало неожиданностью, словно прыжок в ледяную воду. Прямо сейчас она погружалась всё глубже, и единственная надежда на спасение — отдать Лорду свою обретённую магию. Но как отдать то, чего даже не чувствуешь, Дельфи не представляла.       Сириус сделал попытку пошевелиться, Дел инстинктивно крепче стиснула его ладонь и внезапно увидела это: тонкие серебристые нити, мерцая, оплетали её тело, змеились вокруг и входили в шею и грудь Сириуса. Никто больше, в том числе он сам, казалось, ничего не замечал.       — Дельфини! — окрик Лорда вызвал дрожь ужаса. Серебристые нити сдвинулись теснее, заключив Дел в невидимый для остальных кокон. — Ты должна добровольно отдать мне свою силу, чтобы я мог вылечить Сириуса! Мы же не хотим его смерти?       — Нет! — два выкрика прозвучали одновременно.       — Силентио! — Волдеморт взмахнул рукой. — Отныне здесь буду говорить только я!       Дельфи с сожалением выпустила руку Сириуса. Она боялась и не собиралась этого отрицать — не за себя, а за него. Каким-то образом ему стало лучше, кровь остановилась, но защитить себя он по-прежнему был не в состоянии. Дел заметила, что когда она поднялась во весь рост, нити между ней и Сириусом натянулись, как струны, хотя не порвались.       Оглядываясь, медленно, словно двигалась по пояс в воде, Дельфи вновь уселась на каменный трон. Тёмный Лорд встал напротив и забормотал на неизвестном языке. Беллатриса чуть в стороне обхватила себя руками и тоже шевелила губами, словно молилась.       Поверхность камня медленно разогревалась и слегка подрагивала, как будто там, внутри статуи, нечто вновь начало просыпаться. Дел показалось, что она слышит шёпот, призрак шёпота, накатывающий и исчезающий, как волны на берег. Костёр в центре пещеры вспыхнул, словно факел. Ледяной ветер взвыл под сводами, раскачивая сталактиты. Один из них сорвался и, пролетев несколько метров, вонзился в Пожирателя, пригвоздив того к полу. Кровь брызнула веером, оросив камни. Кто-то вскрикнул, остальные сгрудились кучей, не обращая внимания на пленников, которым всё равно некуда было бежать.       За спиной Лорда, в самой дальней части пещеры, сгустилась тень. Дышать стало тяжело, будто чьи-то пальцы сдавили горло. В глазах помутнело. Волдеморт продолжал выкрикивать заклинания, не замечая ничего вокруг. Монотонное бормотание усыпляло. Вдруг Дел вздрогнула, распахнув сонные глаза — она услышала чей-то зов. Нагайна, шипя, поползла и обвилась вокруг, словно успокаивая в материнских объятиях. Дельфи больше не слышала рёва ветра, забыла обо всём, кроме шёпота и вздохов. Тень за спиной Лорда становилась ярче, превращаясь в огромное женское лицо, искажённое гневом. Из широко раскрытого призрачного рта вылетали силуэты-тени и собирались под сводами, сгущая мглу.       — Богиня, Тёмная Мать, ты отметила меня, возродила, благословила, — Волдеморт теперь шипел по-змеиному, и Дел понимала каждое слово. — Зажгла огонь жизни в нашей дочери и привела её ко мне. По воле твоей я беру эту силу, владею ей, пользуюсь…       Стены пещеры задрожали, пол начал раскачиваться. Раздался звук, словно тысячи струн зазвенели разом на холодном ветру. Это было похоже на голос, но Дел не поняла ни слова. Волдеморт, очевидно, понял, потому что съёжился и стал ниже ростом.       — Твой гнев несправедлив! — шипел он. — Я хочу получить её силу, чтобы возродить магию во всём мире… Волшебники не должны больше прятаться. Мы воздвигнем Тебе множество алтарей и храмов по всей земле, как раньше… Мне нужна её сила!       Лицо Богини потемнело. Дельфи ощутила, будто смотрит в бездну, в глубину бесконечного пространства. Умом она понимала, что этот мир лишь один из эонов планет, а Солнце — одно из мириадов солнц. Взгляд Богини пронзал все пространства насквозь, там была сама тьма, которая порождает жизнь и отнимает её. Даёт силу и отбирает. Но внутри тьмы разгоралось сияние, Дел знала — это Её душа, чистое белое пламя. Она видела, как сияющие нити потянулись к телу Волдеморта и обвились вокруг него.       В то же мгновение пространство задрожало и начало раскачиваться, как маятник, как прибой.       — Нет! — прозвенел голос холодных струн.       Дельфи показалось, что она взмыла ввысь на крыльях ветра, увидела всё происходящее сверху, почуяла биение жизни в каждой из душ, находившихся здесь. Во всех, кроме одной, погружённой во тьму. Пока стены пещеры раскачивались, грозя обрушиться, Дел равнодушно созерцала гнев Богини. Движение маятника убаюкало её. Глаза сами собой стали закрываться…       Когда всё закончилось, в пещере покоились тела — множество спящих мужчин и пара женщин. Нагайна исчезла. Над плоским алтарным камнем рассеивалось облако тумана. Там лежал Тёмный Лорд, как никогда напоминая труп.       Но вот все зашевелились и начали подниматься. Дел чувствовала, что теперь нити связали её не только с Сириусом, но и с Лордом, — они созданы одной силой так, что смерть одного есть благополучие другого. Лик Богини бледнел, растворялся в тумане. Невидимые руки подняли Дел и поставили на ноги. Она ощутила тепло губ, целующих на прощание. А потом магия окончательно исчезла… и была забыта.       Дел вновь увидела водоворот событий, быстро сменявших друг друга: ритуал, болезнь, бал, встреча с Беллатрисой, лесной пожар… Смутные образы кружились и исчезали в зрачках гигантской Тени.       — Я забираю свой дар, — вымолвил спокойный голос в её голове. — Но оставляю жизнь…       — Дай жизнь ему! Сириусу! — даже в агонии памяти Дельфи не забыла то, ради чего просила Богиню, ради чего отдала своё волшебство.       Ответа она не получила, лишь бесконечное пространство, сияющее неисчислимым количеством огней — душ, подобных тем, что горели в груди её и Сириуса.       — Решай! — прошептал холодный голос.       Дел в её фантазии — если это было фантазией — заколебалась. Богиня ответила на её мольбу? Или нет? По всему мирозданию расходились круги ненависти и гнева. Но кто был источником?       Мысли обрели форму и стали словами.       — Ты Богиня и, согласно вере, создаёшь живые существа, мужчин и женщин, но делаешь нас несовершенными, чтобы в своём несовершенстве мы могли нарушать Твои законы. Мы для тебя всего лишь куклы. Но… если бы я была Богиней и обнаружила, что мои творения несовершенны, я бы подумала, что отвечаю за их поступки. А если бы я создавала людей как игрушки, то тем более не стала бы наказывать их! Особенно, если бы люди были куклами, способными чувствовать… Конечно, — продолжала Дел, — я не Богиня и до недавнего времени даже не подозревала о существовании магии. Но даже я, наказывая виновных, не тронула бы тех, кто не имеет отношения к причине моего гнева! — она почти кричала, не надеясь на ответ. Внезапно запал иссяк: — Я бы побоялась, что тьма, которая таится внутри, станет сильнее меня…       Ответом ей было молчание, а потом:       — Ты решила, — прозвучали серебряные струны. — Я беру назад только то, что принадлежит мне.       Голос исчез, а вместе с ним нечто, бурлившее искрами внутри Дел. На смену фейерверкам пришла тишина.       Дельфи вскинула голову и увидела вокруг растерянных людей. Пожиратели Смерти слабо шевелились на полу, не в силах встать. Авроры тоже.       Её разговор с Богиней был фантазией? Или нет… Слишком реально звучали в памяти фразы, слишком хотелось поверить…       — Дельфи!.. — Сириус приподнялся на локте и протянул к ней руку. Он всё ещё выглядел бледным и измученным. — Что произошло? С кем ты говорила?       Дел прижалась к его груди.       — Тебе всё приснилось. Как ты себя чувствуешь?       — Прекрасно! — он вскочил, слегка пошатнувшись. Дел видела, что ему совсем не так хорошо, как он хотел показать. — Я должен помочь Тонкс!       — Лучше не!..       Но он уже бросился к девушке с сиреневыми волосами, которая только приходила в себя. Дел поняла, что в ближайшее время он к ней не вернётся. Шаря вокруг беспокойным взглядом, она направилась к пустому алтарю.       — То, что началось в пещере, должно здесь и закончиться! — шипящий голос Лорда раздался у неё за спиной. — Им всем недолго осталось жить. Они — слабые любители грязнокровок! А мы с тобой… Мы возродим настоящих магов! Таких, как Мерлин!       — Как? — не оборачиваясь, спросила Дел.       — Наш сын. Он унаследует магические способности от обоих родителей!       Дельфи слишком устала, чтобы изумляться или протестовать.       — Наше дитя перевернёт этот мир! — продолжил Лорд, — Чистокровные маги победят. Любителям грязнокровок не стоит рассчитывать на снисхождение!       — Неужели? — через силу улыбнулась Дел. — Только ты сам забрал мою магию.       — Ошибка, — прошипел Лорд. — Я всё верну.       Дел покачала головой, изо всех сил сдерживая слёзы.       — Или ты лишишься всего, — доброжелательность Волдеморта исчезла. — Блэку осталось недолго.       Провернув палочку в пальцах, он указал ею на Сириуса, который, сидя на коленях, приводил в чувство незнакомую девушку и не слышал их разговора. Ей на глаза попалась Белла, которая первой из Пожирателей пришла в себя и уже стояла на ногах, потирая висок. На её лице темнела струйка крови. Другие Пожиратели стекались к ней, вновь образуя боевой отряд.       На глазах Дел выступили слёзы. Наказание Богини не сработало, Волдеморт по-прежнему жив и полон сил…       У них с Сириусом так мало шансов. Но всё же… Дельфи не давала никаких обещаний, в отличие от Тёмной Матери. Она может солгать.       — Я согласна! — крикнула Дел. — Я стану твоей… женой. И рожу тебе сына, нового Великого Мага…       Сириус резко обернулся к ней. В полумраке пещеры Дельфи не могла разглядеть выражение его лица. Наверняка он решил, что она — чудовище, готовое зачать ребёнка с собственным отцом. Пусть… Лишь бы выиграть время.       — Дельфини! — возмущённо воскликнула Беллатриса. — Знай своё место, неблагодарная девчонка!       — Молчать! — Волдеморт, внезапно оказавшись совсем близко, положил руку Дельфи на плечо. — Мы можем начать прямо сейчас. Свидетели ни к чему. Авада… кедавра!       Лорд крикнул, указав волшебной палочкой на Пожирателей Смерти, которые начали разбегаться, стараясь не попасть под действие смертельного проклятия.       Одна фигура осталась неподвижной — та, чьи очертания показались Дельфи слишком знакомыми… Белла! Мама!       С того места, где они находились, выражение её лица казалось обманчиво спокойным. Нет!       Языки пламени не проросли из камня, чтобы защитить Беллатрису, магический щит не воздвигся вокруг неё… Из палочки Лорда не вылетела знакомая зелёная вспышка, чтобы устремиться, поражая врага… Пространство оставалось спокойным гладким озером.       Волдеморт снова выкрикнул непростительное заклятие, сопровождая свой крик взмахом палочки.       Бесполезно. Глаза всех собравшихся были устремлены на его нелепые попытки, которые казались концом привычного мира.       — Сквиб! — это слово согнуло спину Тёмного Лорда, точно удар бича. Послышались крики — как лай голодных псов при виде добычи.       Дел приходилось удерживать себя от лишних движений: даже если Тёмная Мать забрала силу Лорда, палочки его приспешников были наготове. Она совершенно не доверяла Малфоям, Роули и прочим.       — Нет! — слово прозвучало как скрип и перекрыло бормотание толпы.       — Мой Повелитель, — прошептала Беллатриса, и шёпот этот был громче грома. — Я была верна тебе все эти годы. Следовала за тобой… — она вскинула руки. Рукава соскользнули к локтям, обнажая Тёмную метку. — Ты обещал, что наша дочь получит свою силу, и на этом всё закончится… А теперь…       Дел снова стало трудно дышать. Она нашла глазами фигуру Сириуса и не отпускала.       — Любимый… Ты больше не приходишь ко мне… А теперь ты хочешь… С нашей дочерью… Инфернум Фламма! — выкрикнула, словно в бреду, Белла.       Эхо её возгласа сверкнуло чёрным пламенем и осветило всех: Пожирателей, авроров, Сириуса, Дельфи. Высоко над их головами, под потолком пещеры, повис большой огненный шар, как полная луна, только гораздо ярче. Из него полились лучи и накрыли всех пологом света. Послышался тихий вой, который затем становился всё громче, будто завывали орды только что выпущенных из Преисподней демонов. Пространство пронзили бесчисленные серебристые нити. Как огненные змеи, они впивались в тело тёмного мага и вырывали кусочки плоти, которые затем сгорали, обращаясь пеплом. Послышался шум, словно тысячи крыльев бились в закрытое окно. Волдеморт начал корчиться, распадаясь на части. Пепел развеивался ветром, но на месте каждого сгоревшего участка плоти появлялся новый. Дел ахнула: каким-то невероятным образом Волдеморт восстанавливал своё тело. Всё кончено, им не победить…       Крик взметнулся, сотрясая потолок пещеры. Огненные лезвия вылетели из шара навстречу тьме, соединяясь друг с другом в огромный меч, который обрушился на голову Лорда и разрубил его пополам. Тут же гигантский клинок потускнел, испаряясь.       На одно мгновение Дельфи показалось, что она видит туманное лицо, которое смотрит на них сверху, улыбаясь торжествующе и загадочно… Затем, будто подняли занавес, туман исчез. Его место занял свет, струящийся отовсюду: из стен, из гигантских сосулек сталагтитов, из людей, которые её окружали…       Мама, стоя рядом с тем, что осталось от Волдеморта, смотрела прямо на неё, и в этом взгляде Дельфи увидела нежность всех матерей, всех любящих женщин… Затем Беллатриса взглянула на тело у своих ног:       — Мой Повелитель… Том… Неужели ты думаешь, что я позволю снова разлучить нас? Никогда!       Зелёная вспышка сверкнула, ослепив на мгновение всех свидетелей, и вот уже два безжизненных тела покоились рядом друг с другом на алтаре.       Сириус бросился к Дельфи, воспользовавшись замешательством Пожирателей, и прижал к груди со всей силой, пока дикая смесь криков, хлопков аппарации, заклятий обрушивалась на них и откатывалась, не причинив вреда.       — Они… умерли? — прошептала Дел.       — Да. Теперь всё будет хорошо.              ***              Сириус держал дочь в объятиях. Силы постепенно возвращались к нему, а боль отступала. Несмотря на это, реальность казалась зыбкой, потому что ему трудно было поверить, что всё могло благополучно завершиться. Может, это всего лишь предсмертный бред?       Но затем к ним подошла Тонкс, и всё резко встало на свои места. Привычная подлость мироздания снова одарила Сириуса едкой ухмылкой.       — Дегенерат хренов! — рявкнула она.       Её волосы свисали грязно-коричневыми сосульками, а лицо казалось старше обычного из-за горя.       — Аманда погибла по твоей вине!       Сириус прикрыл глаза. Раскаяние и сожаление грызли его, но он понимал, что никакие слова тут не помогут. «Мне очень жаль», «Я должен был слушаться тебя» — разве эти фразы облегчат боль от потери подруги?       Он поцеловал Дел в макушку и, мягко освободившись из её объятий, поднялся на ноги. Протянул к Тонкс руки внутренней стороной вверх, как для магловских наручников.       — Я помню нашу сделку, Дора, — выдавил он. — И я за всё отвечу. Но прошу тебя, позаботьтесь о Дел. Ты и Андромеда. Она здесь ни при чём. Она просто ребёнок. Просто ребёнок с ужасными родителями. Я не смогу отныне… Но ей нужна помощь.       — Что происходит?! — воскликнула Дел, вслед за ним поднимаясь на ноги.       Тонкс окинула Дельфи мрачным взглядом и снова просверлила им Сириуса.       — Что это значит?! Что вы задумали?! — не унималась Дел.       — Я дал обещание, чтобы мне помогли спасти тебя, Делли. И должен его сдержать. К тому же ты ведь сама твердила, что мне место в тюрьме.       — Нет!       Она шагнула вперёд, закрывая собой Сириуса от Тонкс.       — Дел…       Он взял её за плечи и попытался отодвинуть, но она упиралась.       Горький взгляд Тонкс царапал душу. Тяжело вздохнув, она прикрыла глаза и покачала головой.       — Чтоб тебя, Блэк. Не буду я тебя сажать. Ещё совесть об тебя марать.       Он сглотнул, едва веря ушам.       Она развернулась на каблуках и махнула рукой.       — Пошли. Уходим отсюда.