Часть 1
14 января 2026 г., 20:35
Пилоты McLaren всегда находили себе занятие на зимний перерыв, так что для них он никогда не был проблемой до того момента, пока они не начали встречаться. Теперь зимний перерыв означал, что это недели, в которые они не смогут увидеться.
В гоночные уик-энды они обычно проводили время вместе вне объективов многочисленных камер, в своих гостиничных номерах, общаясь на публике, как просто «друзья».
Им удалось сохранить отношения, несмотря на трудности в течение сезона, и теперь они полны решимости. После сезона 2025 большинство обывателей считало, что между ними пылало соперничество, но это было лишь картинкой, контрастирующей с реальностью.
И все же им удалось найти решение, лучшее из возможных в их положении — созваниваться каждую ночь, хотя, на самом деле, каждую свободную минуту, лишь бы услышать голоса друг друга.
Спустя две недели от начала перерыва, в случайный четверг, Оскар написал Ландо, что ему нужен звонок, потому что он хочет услышать его голос, чем сразу заинтересовал британца.
В наушниках звучит уведомление об успешном подключении, и он сразу улавливает тихое шуршание и тихий стон, доносящийся с другой стороны.
— Оскар? — осторожно произносит он, чтобы проверить слышно ли его.
— Ландо… привет, — его тон слегка хриплый и кажется более низким, чем обычно.
— Как ты? Зачем ты позвонил, детка? — спрашивает Ландо, поднимаясь с дивана и перемещаясь на кровать.
Ему требуется не так много времени, но, кажется, он начинает понимать, что происходит, но он подождет — подождет очевидного подтверждения своего предположения.
— Просто… просто мне нужно было услышать твой голос, вот и все, — Оскар делает вдох, и Ландо слышит, что его дыхание неровное и учащенное.
Когда голос его парня заполняет уши Ландо, он понимает, что ему лучше поменять положение, и поэтому он облокачивается на изголовье кровати.
— Хочешь включить камеру, детка? Поставь телефон на другую сторону кровати, — он приказывает, но делает все это мягким, даже ободряющим тоном. — Дай мне на тебя посмотреть.
Он слышит звук, по которому сразу понятно, что Оскар, должно быть, пытается поставить телефон поустойчивее. Экран телефона на мгновение замирает, а затем на нем появляется изображение, и — боже мой — Оскар в смятении.
Он сидит на кровати, аккуратно поджав щиколотки под себя. На нем простые спортивные серые штаны и домашняя черная футболка, все это не должно выглядеть так хорошо. Волосы Оскара чуть взъерошены, почти растрепанные, а лицо слегка раскраснелось, что заметно даже в тусклом свете спальни. Но взгляд Ландо цепляется за его бедра: ткань штанов неприлично натянута, чуть выпирает. Оскар возбужден, что объясняет его сбивчивое дыхание.
— О, детка, — вздыхает Ландо, в голосе слышится тот слегка снисходительный тон, который, как он знает, сводит Оскара с ума. И, как подтверждение, из трубки доносится тихий стон. Он наблюдает, как брови австралийца сводятся к центру, придавая ему такой жаждущий вид, что член Ландо в штанах дергается сам по себе, начиная твердеть.
Он включает собственное видео и решает держать телефон в руке, а не класть его на стол.
— Оскар, ты же сказал, что хочешь услышать меня, да? Ты будешь хорошим мальчиком и будешь слушаться, хорошо? — он дает словам осесть в воздухе, наблюдая как Оскар кивает.
— Раздвинь ноги, детка, — мурлычет Ландо, опуская собственную руку на бедро. Он завороженно наблюдает, как Оскар со стеснением выполняет приказ, от чего ткань натягивается еще больше, а трение заставляет австралийца всхлипнуть.
Ландо не может сдержать стон от такого зрелища. Оскар выглядит чертовски привлекательным в таком виде, послушным и невероятно нуждающимся в ласке.
— Вот так. Теперь я хочу, чтобы ты потрогал себя, но не усердствуй. Погладь себя, — добавляет Ландо, и у него перехватывает дыхание, когда он видит, как Оскар плавно ведет рукой по торсу и спускается к передней части штанов.
А затем он начинает двигать рукой, потирая ладонью свой член. Оскар всегда был невероятно чувствительным, вот и сейчас, он, блять, выгибается на кровати, его глаза закатываются от удовольствия. Из его приоткрытых губ вырывается хриплый стон, рот складывается в форме буквы «о».
— Блять, посмотри на себя, Оскар, — стонет Ландо, запоминая всё, что происходит на экране.
Спустя еще несколько мгновений, продолжая выполнять указания, парень начинает отчаянно и жалобно всхлипывать.
— Вот так. Так хорош для меня, такой послушный. Теперь сними штаны, детка, белье тоже.
Оскару нужно совсем мало времени, чтобы выскользнуть из джоггеров. Ландо не может сдержать стон, когда видит идеальные бедра своего парня. Он чувствует огромное разочарование от того, что не может быть там, головой между его ног, оставляя следы на мягкой коже.
Он ждет, когда Оскар снимет и белье, как он указывает, но они все еще на нем. Он не может поймать взгляд Оскара, но видит, как его щеки наливаются краской.
— А, ты стесняешься, малыш? — дразнит он, придавая голосу немного игривого оттенка. Оскар хнычет, а его нижняя губа начинает дрожать. — Что я там не видел, Оск?
— Это… это другое, — фыркает младший.
Ландо более чем доволен тем, что у него есть немного времени, но все же он не может сдержать собственного возбуждения. Дрожащими руками то ли от возбуждения, то ли от нервов, то ли от желания, Оскар цепляется пальцами за пояс боксеров и дергает.
— Боже мой, — Ландо почти стонет, когда член его парня выскальзывает наружу и прижимается к животу. Головка уже ярко-красная, и естественная смазка уже повсюду.
— Ландо… — смущенно шепчет Оскар, стараясь переместится так, что бы сделать кадр менее откровенным.
— Эй, не надо, дай мне на тебя посмотреть, — Ландо цокает языком и сам уже просовывает руку под шорты, чтобы потрогать себя.
Внезапно набравшись смелости или непреодолимо желая еще больше возбудить Ландо, Оскар раздвигает бедра до предела, эротично демонстрируя свой член. Ландо мог бы кончить прямо здесь и сейчас, но, придя в себя, он на мгновение запрокидывает голову назад.
— Пиздец, он ещё и дразнит. Куда делась вся твоя застенчивость, а? — произносит Ландо, сильнее сдавливая член в руке. — Обхвати его рукой, начни медленно, — хрипло говорит Ландо, прикусывая губу от предвкушения.
Оскар подчиняется, обхватывая своей маленькой ручкой влажный член, и медленно начинает двигаться вверх-вниз и при каждом движении его большой палец немного обводит головку.
— Черт, я никогда не смогу выбросить этот образ из головы.
Ландо наконец-то просовывает руку под белье и обхватывает себя. Он медленно поглаживает, не желая торопиться, потому что, глядя на Оскара в таком виде на экране телефона, он кончит до смешного быстро, если позволит себе ускорится.
Оскар, осознает он это или нет, начинает издавать непрерывный поток звуков — стоны, свистящие вздохи, сливающиеся в мелодию. Всегда такой послушный.
—Молодец, мой хороший мальчик, — хвалит Ландо. — Быстрее, — выдыхает он.
Ладонь Оскара уже полностью покрыта предэякулятом, время от времени микрофон улавливает непристойные хлюпающие звуки. Свободная рука австралийца медленно поднимается и закрывает нижнюю часть лица, явно стесняясь самого себя.
— Не нужно стесняться, Оск. Покажи мне себя, пожалуйста. Ты выглядишь идеально, — убеждает Ландо, потому что Оскар выглядит просто божественно.
Ландо наблюдает, как рука младшего ускоряет движения вверх и вниз, получая мгновенную реакцию. Он запрокидывает голову назад, закрывает глаза, время от времени двигая бедрами навстречу собственным движениям. А затем открывает глаза, глядя прямо в камеру. Устанавливая зрительный контакт, Оскар мастурбирует для него, он такой послушный, такой красивый для него.
Ландо тоже ускоряется в своих движениях, он просто не может сдерживаться. Он подстраивается под ритм Оскара, стараясь держать темп, двигая ладонью в унисон. Он вскрикивает, внезапно для самого себя, когда австралиец издаёт особенно пронзительный стон, его рука останавливается, когда его член содрогается — и тут Оскар кончает, пачкая свои бедра, оставляя пятна на простынях.
— Ох… Л-Ландо… блять… — шепчет он в бреду. И что странного в том, что Ландо кончает сразу после?
Оскар слегка откидывается назад, плечи опускаются, его рука медленно отрывается от паха, стараясь полностью отойти от пережитого. Бедра все еще раздвинутые и липкие, младший начинает говорить первым.
— Ландо, это было, пожалуй, самое горячее, что мы когда-либо делали, — он смеется, проводя рукой по лицу.
— Да… черт, да, это было что-то, — он смеется. — Ты был так хорош, чертовски хороший для меня, детка, — Ландо хвалит его, наблюдая, как младший краснеет.
— Я скучаю, — Оскар чуть надувает губы, слегка наклоняясь к телефону.
— О, это заметно, — дразнит Ландо. — Я тоже по тебе скучаю.
Они приводят себя в порядок, продолжая звонок до глубокой ночи.
А что Оскар? У него уже есть планы для новых внезапных звонков.
