Обратная сторона ненависти

После ужина Нора медленно затихала. Мистер Уизли первым ушёл наверх — сослался на усталость, но Гарри заметил, как он сжал плечо Молли на прощание. Жест, который говорил больше, чем слова: «Я с тобой. Даже когда молчу». Рон и Джинни мыли посуду — спорили о том, кто должен вытирать, а кто мыть. Их голоса доносились с кухни: Рон что-то доказывал, Джинни смеялась и брызгала на него водой. Гермиона сидела в кресле у камина с книгой — не читала, смотрела на огонь. Она тоже устала. Все устали. — Я пойду проветрюсь, — сказал Драко, поднимаясь. Гарри кивнул. Не спросил «с тобой можно?». Просто встал и пошёл следом. Они вышли во двор. Ночь была тёплой — лето вступало в свои права. Где-то в поле стрекотали сверчки, с озера тянуло тиной и прохладой. Драко сел на крыльцо, обхватив колени руками. Гарри — рядом. — Твоя миссис Уизли кормит как армию, — сказал Драко. — Я не привык есть так много. — Привыкнешь, — ответил Гарри. — Ты так уверен? — Да, — Гарри посмотрел на него. — Потому что ты будешь приходить сюда часто. Она не отпустит. Драко усмехнулся — не горько, а почти тепло. — Странно, — сказал он. — Я думал, что после войны буду прятаться. Восстанавливать особняк. Делать вид, что ничего не случилось. А вместо этого я сижу на крыльце дома Уизли и чувствую… — он запнулся. — Что? — Не знаю, — Драко пошевелил пальцами босых ног — туфли он снял ещё в доме. — Спокойствие. Оно незнакомое. Как новая одежда, которая ещё не разношена. Немного жмёт, но уже не хочется снимать. Гарри смотрел на его профиль — острые скулы, длинные ресницы, тени под глазами, которые становились светлее с каждым днём. — Разносим, — сказал Гарри. — Вместе. — Ты и это обещаешь? — А ты сомневаешься? Драко повернул голову. В свете луны его глаза казались почти прозрачными. — В тебе — нет, — сказал он тихо. — В себе — иногда. — Это пройдёт, — ответил Гарри. — Откуда знаешь? — Потому что я буду рядом. Каждый раз, когда ты усомнишься — я скажу, что ты справишься. Каждый раз, когда испугаешься — я возьму тебя за руку. Каждый раз, когда забудешь, кто ты — я напомню. — А если я не поверю? — Тогда я повторю ещё раз. И ещё. Столько, сколько понадобится. Драко молчал долго. Потом его голова опустилась на плечо Гарри — легко, почти невесомо. — Ты невыносим, — прошептал он. — Твой невыносимый, — ответил Гарри. Они сидели на крыльце, глядя на звёзды, и никто не нарушал тишину. Где-то в доме хлопнула дверь — Рон и Джинни закончили мыть посуду. Кто-то заиграл на гармошке — медленно, грустно. — Гарри, — сказал Драко. — Да? — Я хочу остаться здесь. На ночь. Не уходить в особняк. — Оставайся, — Гарри повернулся к нему. — Моя кровать на чердаке. Там две подушки. — Я знаю, — Драко поднял голову. — Рон сказал. — И ты не убежал? — Убежал бы, — Драко усмехнулся. — Но ты держал меня за руку. Гарри засмеялся — тихо, почти беззвучно. — Тогда держу, — сказал он, сжимая пальцы. Они встали. Отряхнули штаны от травы. И пошли в дом — туда, где в темноте чердака их ждали две подушки, одно одеяло и тишина.

***

На чердаке было душно и пахло сеном. Окно выходило на сад, и в него лезли ветки старой яблони. Гарри зажёг палочкой маленький огонёк — его хватило, чтобы раздеться и забраться под одеяло. Драко стоял у окна, глядя на луну. — Ты не ложишься? — спросил Гарри. — Смотрю, — ответил Драко. — Здесь луна другая. Не такая, как в Малфой-мэноре. — Лучше? — Не знаю, — он повернулся. В темноте его силуэт казался призрачным. — Просто другая. Как и всё. — Ложись, — позвал Гарри. — Утром тоже будет луна. И завтра. И послезавтра. Ты ещё насмотришься. Драко подошёл к кровати. Лег рядом — не касаясь, но так близко, что Гарри чувствовал тепло его тела. — Ты не боишься, что кто-нибудь войдёт? — спросил Драко. — Нет, — ответил Гарри. — На чердак никто не ходит. Это моя территория. — А Рон? — Рон знает, — Гарри помолчал. — И не придёт. — С чего ты взял? — Потому что он хороший друг, — тихо сказал Гарри. Драко кивнул — Гарри почувствовал движение воздуха. — Можно я возьму тебя за руку? — спросил Драко. Голос его был неуверенным — как у человека, который боится отказа. — Можно, — ответил Гарри. Холодные пальцы накрыли его ладонь. Легко. Осторожно. Как будто Драко боялся, что Гарри исчезнет, если сожмёт слишком сильно. — Спокойной ночи, — сказал Гарри. — Спокойной ночи, — ответил Драко. Где-то в саду запел соловей. Луна светила в окно, рисуя серебряные дорожки на полу. А они лежали — в одной кровати, на чердаке дома Уизли — и дышали в такт. Это не было счастьем. Но это было очень похоже.