Обратная сторона ненависти

Гарри проснулся от того, что кто-то дышал ему в затылок. Сначала он не понял, где находится — темно, пахнет сеном, и плечо затекло от неудобной позы. А потом вспомнил. Чердак. Нора. Драко. Он лежал на боку, и Драко прижимался к его спине, обвив рукой за талию. Тепло. Тяжесть чужой руки. Дыхание, которое щекотало шею. Гарри не двигался. Боялся спугнуть. Сквозь окно пробивался серый предрассветный свет. Птицы ещё не пели. В доме было тихо — все спали. — Ты не спишь, — сказал Драко. Голос сонный, хриплый. — Не сплю, — ответил Гарри. — Думаешь? — Думаю. — О чём? — О том, как странно просыпаться не одному. Драко молчал. Рука на талии сжалась чуть сильнее. — Тебе неприятно? — спросил он. — Нет, — Гарри повернулся. Их лица оказались близко — так близко, что Гарри видел каждую ресницу, каждый шрам, каждую едва заметную веснушку. — Приятно. Непривычно, но приятно. — Мне тоже, — тихо сказал Драко. — Очень. Они лежали, глядя друг на друга, и никто не спешил вставать. Дом за окном начинал просыпаться — где-то скрипнула дверь, кто-то кашлянул, загремели кастрюли. — Твоя миссис Уизли уже на кухне, — сказал Драко. — У неё всегда так, — ответил Гарри. — Она встаёт раньше всех. — А ты бы хотел спать дольше? — Я бы хотел не вставать вообще, — Гарри улыбнулся. — Лежать здесь. С тобой. — Это глупо, — сказал Драко, но не отодвинулся. — Это приятно. Драко вздохнул и закрыл глаза. — Ещё пять минут, — сказал он. — Потом вставай. — Договорились. Они пролежали так десять. Или двадцать. Гарри не считал.

***

Когда они наконец спустились в кухню, Рон уже сидел за столом и чистил яблоки. Увидев их, он поднял бровь, но ничего не сказал. — Доброе утро, — сказала миссис Уизли, ставя на стол тарелку с оладьями. — Выспались? — Да, — ответил Драко, садясь на скамью. — На чердаке не дует? — спросила она. — Нет, — Драко помолчал. — Там хорошо. Миссис Уизли улыбнулась и погладила его по плечу. Драко замер на секунду, а потом выдохнул и взял оладышку. Гарри сел рядом. Их колени соприкоснулись под столом. Драко не убрал ногу. После завтрака Гарри спросил: — Погуляем? Драко посмотрел на него. — Куда? — Вдоль поля. К лесу. Я знаю одну тропинку. — Хорошо, — ответил Драко. Они вышли через калитку и пошли в сторону поля. Солнце уже поднялось, трава блестела от росы, и где-то вдалеке мычала корова. — Странное место, — сказал Драко. — Мирное. — Тебе не нравится? — Нравится, — он помолчал. — Я не привык к миру. Всё время жду, что что-то случится. — Ничего не случится, — ответил Гарри. — Война кончилась. — Не для меня, — тихо сказал Драко. — Для меня она внутри. Привычка бояться. Привычка оглядываться. Привычка ждать удара. — Пройдёт, — Гарри взял его за руку. — Время лечит. — Долго? — Не знаю. Но я буду рядом. Они дошли до опушки. Гарри сел на поваленное дерево, Драко — рядом. — Гарри, — сказал Драко. — Да? — Я думал о том, что ты сказал. О доме. Нашем. — И что решил? — Я не знаю, как это будет, — Драко смотрел в лес. — Я не умею готовить. Не умею убирать. Не умею заботиться о ком-то. Меня учили другому. — А что тебя учили делать? — Побеждать. Уничтожать. Выживать, — Драко усмехнулся — невесело. — Полезные навыки для дома, правда? — Пригодятся, если кто-то ворвётся, — серьёзно сказал Гарри. — Но я надеюсь, что не ворвётся. Драко повернулся к нему. — Ты правда хочешь со мной жить? — спросил он. — Не из жалости? Не из чувства долга? — Я хочу с тобой жить, потому что без тебя мне пусто, — ответил Гарри. — Потому что я просыпаюсь и первая мысль — где ты. Потому что я засыпаю и последняя мысль — что ты рядом. Потому что ты — единственный, кто понимает, каково это. — Каково — что? — Быть сломанным, — тихо сказал Гарри. — И не знать, как собрать себя заново. Драко молчал. Смотрел на их руки — переплетённые, лежащие на коре старого дерева. — Я тоже хочу, — сказал он. — Жить с тобой. Просыпаться с тобой. Чувствовать, что я не один. — Тогда будем, — ответил Гарри. — Но где? — Найдём, — Гарри пожал плечами. — Есть магловские деревни. Есть дома в магическом мире. Я получил наследство от родителей. Думаю, хватит на что-то небольшое. — Ты хочешь жить в магловском мире? — Я хочу жить там, где нам будет спокойно, — ответил Гарри. — Где никто не будет смотреть на твою метку. Где никто не будет меня называть Избранным. Где мы сможем просто… быть. — Просто быть, — повторил Драко. — Звучит как сказка. — А мы что, не заслужили сказку? — Гарри улыбнулся. Драко покачал головой, но его губы дрогнули. — Ты невыносим, — сказал он. — Твой невыносимый, — ответил Гарри. Они сидели на дереве, глядя в солнечный лес, и думали о будущем. Оно было туманным, пугающим, неизвестным. Но впервые за долгое время — не тёмным. — Когда начнём искать? — спросил Драко. — Скоро, — ответил Гарри. — Как только закончим здесь. И съездим в Годрикову Впадину. — Зачем? — Показать тебе, откуда я родом, — просто сказал Гарри. Драко кивнул. Сжал его руку. — Хорошо, — сказал он. — Поедем. Они вернулись в Нору, когда солнце стояло уже высоко. Миссис Уизли махала им с крыльца, звала обедать. Драко шёл рядом, держа Гарри за руку. Уже не прячась. Почти привыкнув. — Гарри, — сказал он. — М-м? — Спасибо. — За что? — За то, что не бросил, — ответил Драко. — За то, что веришь. За то, что видишь во мне человека, даже когда я сам не вижу. Гарри остановился. Посмотрел на него. — Ты человек, — сказал он. — Самый настоящий из всех, кого я знаю. Со шрамами, с болью, со страхами. И я люблю тебя всего. Драко смотрел на него — и в его глазах блестели слёзы. — Я тебя тоже, — прошептал он. — Кажется. Я не уверен. Я никогда раньше… — Не надо названий, — перебил Гарри. — Просто будь рядом. — Рядом, — повторил Драко. — Обещаю. Он сжал руку Гарри, и они пошли к дому — туда, где их ждал обед, шум, споры, смех. В дом, который пока был не их, но уже почти родным.