ИГРОК №13

Полдень в общежитии Пальметто обычно был шумным временем, но сегодня над коридором первого этажа висела странная, напряженная тишина. Лисы собрались в гостиной, но никто не включал телевизор и не спорил о тактике. — Вы видели, как они держались за руки? — Ники нервно мерил шагами пространство между диваном и кухней. — Это было чертовски странно. Нил никого не подпускает к себе, кроме Эндрю, а тут... они словно нашли какой-то секретный канал связи для сломанных людей. — Это не секретный канал, Ники, — подала голос Элисон, лениво рассматривая свой маникюр, хотя в её глазах читалась непривычная серьезность. — Это узнавание. Рия — это Нил, только в женском обличье и с еще более жестким багажом. Они оба смотрят на мир как на минное поле. — Меня больше пугает Рене, — Мэтт тяжело вздохнул, вспоминая взгляд Уокер в холле. — Она выглядела так, будто готова была свернуть шею любому, кто просто слишком громко дышит рядом с Рией. Она и Эндрю... они сейчас как два цепных пса у одной будки. — Если они решат, что эти двое — одна проблема на двоих, то Нилу и Рие конец, — подытожила Дэн. — Из-под такой двойной опеки не сбежит даже профессиональный иллюзионист. *** В это время в 103-й комнате воздух казался наэлектризованным. Обезболивающее начало отпускать, и Рия заворочалась, чувствуя, как реальность возвращается в виде тупого давления в ребрах и жжения в пальцах. Она приоткрыла глаза. Нил еще спал, его лицо в полумраке казалось совсем юным и измученным. Эндрю всё так же сидел в кресле, но теперь он не курил. Он чистил яблоко складным ножом, и тонкая кожура спиралью падала на салфетку. Рене сидела на подоконнике, глядя на пустую парковку. — Ты думаешь, они остановятся? — негромко спросил Эндрю, не поднимая глаз от своего занятия. Рене обернулась. Свет из окна подчеркивал жесткость её линии подбородка. — Нет. Они будут пробовать снова. Как только Рия сможет сделать шаг без головокружения, она попытается уйти. Это её единственный способ чувствовать контроль. — Тогда нам нужно лишить их этого контроля окончательно, — Эндрю отрезал ломтик яблока и отправил его в рот. — Ты слишком мягкая, Рене. Твои разговоры о «свободе» для них — пустой звук. Они понимают только стены и приказы. — Если мы превратимся в их тюремщиков, мы потеряем то хрупкое доверие, которое у нас есть, — Рене спрыгнула с подоконника и подошла к креслу Эндрю. — Рия начинает видеть во мне не просто соседку. Она увидела во мне силу, которую может уважать. Если я сейчас просто «запру» её, она начнет искать способы убить меня. — Пусть пробует, — Эндрю ухмыльнулся, и в его взгляде мелькнуло опасное любопытство. — Это будет интереснее, чем смотреть, как она медленно стирает себя в порошок. Рия, которая слышала каждое слово, заставила себя сесть. Движение отозвалось тошнотой, но она вцепилась в край матраса. — Вы говорите о нас так, будто нас здесь нет, — прохрипела она. Эндрю и Рене одновременно повернули головы к ней. — Нас здесь нет, — повторил Нил, открывая глаза. Он, судя по всему, проснулся раньше Рии и тоже слушал их диалог. — Для вас мы — просто два сломанных инструмента, которые нужно починить до следующей субботы. — Именно так, — Эндрю встал, складывая нож с сухим щелчком. — Но пока вы сломаны, вы будете делать то, что мы скажем. — Эндрю, принеси воды, — мягко, но властно попросила Рене. — И проверь, ушел ли Кевин из гостиной. Я не хочу, чтобы он ворвался сюда с лекциями о диете. Эндрю бросил на неё короткий взгляд, в котором читалось «ты мне не командуй», но всё же вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Рене подошла к кроватям Нила и Рии. Она встала между ними, положив руки на спинки кроватей. — Послушайте меня оба, — её голос был тихим, но в нем вибрировала та самая сталь, которую Рия почувствовала на парковке. — Вы считаете, что мы спелись против вас. Это правда. Но мы сделали это не потому, что хотим вашей покорности. Мы сделали это, потому что вы двое — единственные в этой команде, кто стоит на краю пропасти каждый чертов день. Рене наклонилась к Рие, её лицо оказалось в сантиметрах от лица девушки. — Ты хочешь бежать, Рия? Беги внутри этой комнаты. Борись со мной, ненавидь Эндрю, но не смей выходить наружу, пока твои кости не перестанут хрустеть при каждом вдохе. Иначе я сама сделаю так, что ты не сможешь ходить до конца сезона. Это не угроза Миньярда. Это моё обещание. Рия смотрела в прозрачные глаза Рене и впервые почувствовала не страх, а странное, извращенное чувство безопасности. Эта девушка была готова стать для неё личным адом, лишь бы она не попала в настоящий. — Братья по несчастью, — тихо повторила Рия, глядя на Нила. Нил слабо улыбнулся. — Кажется, наш арест только что стал пожизненным.