ИГРОК №13

Утро пятницы в Южной Каролине выдалось прохладным, с тем самым свежим, почти хрустящим воздухом, который бывает только ранней весной перед тем, как солнце начнет безжалостно плавить асфальт. Для команды Лисов утро пятницы всегда было временем особого, коллективного страдания. Накопленная за неделю усталость от пар, тренировок, тренажерного зала и бесконечных криков Ваймака давила на плечи бетонной плитой. Выход из общежития напоминал сцену из малобюджетного фильма про зомби-апокалипсис. Первыми, тяжело шаркая ногами, на крыльцо вышли Дэн и Мэтт. Дэн куталась в объемную командную куртку, на ходу пытаясь завязать волосы в хвост, а Мэтт нес на плече огромную спортивную сумку, зевая так широко, что рисковал вывихнуть челюсть. Следом, продолжая какой-то вялотекущий, начатый еще на кухне спор о спортивном питании, появились Кевин и Элисон. Завершали процессию мрачный Аарон, который на ходу читал конспект с экрана телефона, и Ники, пытающийся рассказать им всем какую-то невероятно «важную» историю из социальных сетей. Они всей толпой спустились с крыльца, направляясь к своим потрепанным машинам, чтобы отправиться на утреннюю тактическую тренировку на стадион. И тут Мэтт остановился как вкопанный. Дэн, шедшая следом, врезалась ему в спину. — Эй, Бойд, ты чего тормозишь? — недовольно проворчала капитан, потирая ушибленный нос, а затем проследила за его взглядом. И тоже замерла. Разговоры стихли. Элисон перестала пилить Кевина взглядом. Аарон оторвался от телефона. Ники открыл рот, но так и забыл его закрыть, издав лишь сдавленный, хриплый писк. На парковке «Лисьей Норы», ровно на том месте, где обычно парковался кто-нибудь из старшекурсников, стояло нечто, чему здесь явно было не место. Рядом с привычным, матово-черным «Мазерати» Эндрю Миньярда, который до этого дня считался непревзойденным венцом автомобильной роскоши в кампусе, покоился настоящий шедевр итальянского автопрома. Это был Maserati GranTurismo MC Stradale. Темно-синий, глубокий цвет кузова, напоминающий сапфир, ловил на себе первые лучи утреннего солнца и переливался так, что было больно смотреть. Агрессивная, хищная решетка радиатора с хромированным трезубцем, заниженная посадка, широкие колесные арки и карбоновые элементы — машина выглядела так, словно спрыгнула с обложки журнала о жизни миллиардеров. — Матерь божья... — благоговейно прошептал Мэтт. Как парень, разбирающийся в машинах, он подошел на пару шагов ближе, словно боясь спугнуть это чудо техники. — Вы посмотрите на эти воздухозаборники. Это же трековая версия. Допущена до дорог общего пользования, но создана для того, чтобы рвать асфальт. Кто... откуда она здесь? Элисон сняла свои дизайнерские солнцезащитные очки, которые носила даже в пасмурную погоду, чтобы скрыть следы недосыпа. Её глаза жадно пробежались по плавным линиям кузова. — Это не просто машина, Мэтт. Это заявление, — со знанием дела протянула Элисон. — Стоит как небольшая яхта. Я даже не знала, что в радиусе ста миль от Пальметто есть дилерский центр, способный привезти эту комплектацию. — Вы думаете, это новый спонсор? — с надеждой в голосе спросил Ники, складывая руки в молитвенном жесте. — Может, кто-то из выпускников разбогател и решил подарить Ваймаку нормальный транспорт? Кевин нервно потер переносицу. Для него всё, что не касалось экси, было раздражающим фактором. — Ваймак ездит на разваливающемся пикапе. Если бы ему подарили это, он бы продал машину в тот же день, чтобы купить нам новые тренажеры. Это чья-то ошибка. Наверное, кто-то из богатеньких детей попечителей университета перепутал парковки. Нам нужно идти, мы опаздываем. Но никто не сдвинулся с места. Лисы продолжали стоять полукругом, загипнотизированные сияющим синим монстром. В этот момент позади них со скрипом открылась тяжелая входная дверь общежития. На крыльцо вышли те, кого Лисы ждали меньше всего в контексте этой картины. Рия Солрей выглядела так, словно её только что достали из центрифуги. На ней были широкие, мешковатые джинсы, края которых слегка волочились по земле, и огромная черная толстовка с капюшоном, который она натянула почти до самых глаз. Одна рука Рии была глубоко засунута в карман толстовки, а во второй она держала огромный картонный стаканчик с кофе, вцепившись в него так, словно это был Святой Грааль. Её глаза были полуприкрыты, походка — ленивой, расслабленной и откровенно сонной. Казалось, она спала на ходу, передвигаясь исключительно на мышечной памяти и кофеине. Рядом с ней, контрастируя так сильно, что это резало глаза, шла Рене Уокер. Рене была одета в свой любимый светло-бежевый свитер крупной вязки, светлые джинсы и аккуратные белые кеды. Её пастельные волосы были собраны в идеальный высокий хвост. Рене была всего на какой-то незаметный сантиметр выше Рии, но сегодня её осанка, её легкая, почти летящая походка и абсолютно безмятежная улыбка заставляли её казаться значительнее. В ней чувствовалась какая-то новая, спокойная уверенность. — Доброе утро, всем, — мягко поздоровалась Рене, спускаясь по ступенькам. Рия лишь невнятно промычала что-то в ответ, делая большой глоток кофе и морщась от того, что он оказался слишком горячим. Ники, который не мог держать мысли в себе дольше трех секунд, тут же бросился к ним, активно жестикулируя в сторону парковки. — Девочки! Вы только посмотрите! Кто-то припарковал здесь космический корабль! Мы пытаемся угадать, чей он. Элисон говорит, что это стоит целое состояние. Может, это тайный поклонник Эндрю? Хотя нет, Эндрю бы сжег её из принципа... Рия медленно, словно у неё шея заржавела, повернула голову в сторону синего «Мазерати». Она посмотрела на машину. Потом на Ники. Потом снова на машину. — Угу, — глубокомысленно изрекла Рия, её голос был хриплым после сна. — Красивая. Синяя. Она сделала еще один глоток кофе и лениво перевела взгляд на Рене. Рене улыбнулась шире. В её глазах заплясали те самые веселые, озорные искорки, которые Лисы видели крайне редко — обычно она прятала их за образом всепрощающей святой. Но сегодня Рене явно решила, что быть скромной — это скучно. Рене сунула руку в карман своего кардигана. Медленно, с явным наслаждением моментом, она достала тяжелый брелок с серебристым трезубцем. Она даже не смотрела на машину. Она смотрела прямо на вытянувшиеся лица своей команды. Рене изящно нажала большим пальцем на кнопку разблокировки. Пик-пик. Двойной, сытый, электронный звук разнесся по утренней парковке. Светодиодные фары синего монстра хищно моргнули двумя яркими вспышками, приветствуя хозяйку. Боковые зеркала, украшенные карбоном, с тихим жужжанием плавно разложились, словно зверь расправил уши. Тишина, повисшая над Лисами, стала настолько плотной, что её можно было резать бензопилой. Мэтт поперхнулся воздухом. Дэн выронила ключи от своего пикапа на асфальт, и звон металла прозвучал как выстрел. Элисон замерла, её идеально накрашенные губы приоткрылись в немом изумлении. Аарон уставился на брелок в руке Рене так, словно это была радиоактивная боеголовка. Кевин перестал дышать. — Что. За. Чертовщина? — по слогам, благоговейным шепотом произнес Ники, переводя безумный взгляд с машины на Рене и обратно. — Рене? Это... это твоя? Ты ограбила банк? Ты тайная наследница престола? Ты продала душу дьяволу?! Рене тихо, мелодично рассмеялась. Она крутанула ключи на указательном пальце. — Дьявол здесь ни при чем, Ники. И банки тоже. Это наша машина. — Наша? — переспросила Дэн, делая шаг вперед, словно пытаясь убедиться, что это не коллективная галлюцинация. — Ага, — подала голос Рия. Она всё так же стояла, ссутулившись, засунув руку в карман джинсов. Никакого пафоса, никакой гордости. Просто сонная студентка. — Мы вчера съездили в город. Надоело ездить на заднем сиденье Миньярда. Там тесно, у меня колени болят. Вот, решили взять что-то повместительнее. — Повместительнее?! — взвизгнул Кевин, наконец обретая дар речи. Он взмахнул руками так резко, что едва не ударил Аарона. — Рия, это спорткар! Это флагманская модель! Это не семейный минивэн! Откуда у вас... Зачем вам такая машина?! Вы должны думать о предстоящем матче, а не о покупке элитных автомобилей! Это отвлекает! Это нарушает командную дисциплину! Рия медленно, очень медленно моргнула. Она перевела взгляд на Кевина. — Кевин, — Рия сделала паузу, чтобы отпить кофе, — если ты сейчас начнешь читать мне лекцию о дисциплине до того, как я проснусь окончательно, я клянусь, я засуну этот стаканчик тебе в... — Рия, — мягко, но с легким укором одернула её Рене. — ...в капюшон твоей толстовки, — невозмутимо закончила Рия, хотя по её глазам было ясно, что первоначальный план был куда более анатомически неприятным. — Это наша машина. Мы совладелицы. Нам было скучно. Мы её купили. Конец истории. Элисон, которая наконец справилась с шоком, решительно зашагала к автомобилю. Она обошла его кругом, оценивая линии кузова, заглянула в окно, рассматривая салон. — Уокер, Солрей... я снимаю шляпу, — Элисон повернулась к ним, и в её глазах читалось неподдельное, глубокое уважение. — Алькантара, карбоновые вставки, спортивные ковши. Вы не просто купили дорогую игрушку, вы выбрали её со вкусом. Это потрясающе. — Спасибо, Элисон, — Рене улыбнулась, подходя к водительской двери. Рия, шаркая кроссовками, поплелась к пассажирской стороне. Мэтт, который всё это время не мог оторвать взгляд от машины, подошел ближе, почти благоговейно сложив руки. — Рене, скажи мне, что под капотом. Прошу тебя. Скажи мне, что там стоит то, о чем я думаю. Рене положила руку на ручку двери. Она обернулась к Мэтту, и её улыбка на мгновение стала не ангельской, а абсолютно, невыносимо дерзкой. Это был момент её личного триумфа, момент, когда самая тихая девушка в команде решила показать зубы. — Двигатель V8 объемом 4,7 литра, Мэтт. Собирается на заводе Ferrari в Маранелло. Четыреста шестьдесят лошадиных сил. Разгон до сотни за 4,5 секунды. И максимальная скорость в 303 километра в час. Мэтт схватился за сердце и медленно осел на корточки, издав звук, похожий на всхлип абсолютного автомобильного счастья. — Выходите за меня замуж. Обе. Я буду стирать вам форму и готовить завтраки. — Отказано, Бойд. У нас уже есть кому готовить, — лениво бросила Рия через крышу машины, открывая пассажирскую дверь и буквально вваливаясь в салон. Она тут же откинула спинку кресла назад и блаженно вздохнула. — О да... Дэн, тут есть подогрев сидений. Моя жизнь разделилась на «до» и «после». — Я до сих пор не понимаю логики, — Нил Джостен, который вместе с Эндрю как раз вышел из общежития, остановился рядом с ошеломленной толпой Лисов. Он окинул взглядом картину: Мэтта на корточках, злого Кевина, восхищенную Элисон и сияющую Рене. — Зачем вы все кричите? Машина куплена. Документы оформлены на обеих. У них есть права. Это просто транспортное средство. Очень дорогое, но транспортное средство. Зато теперь Эндрю не придется слушать жалобы Рии на тесноту. Это практичное решение. Эндрю, стоявший рядом с Нилом, достал сигарету, закурил и меланхолично выдохнул дым в сторону. — Практичность — это не про них, Абрам. Это про понты. — Если это понты, то я хочу быть такими понтами! — взвыл Ники. — Рене, богиня моя, можно мне хотя бы посидеть на заднем сиденье? Обещаю, я сниму обувь! Я надену бахилы! — Прости, Ники, — Рене села за руль и оставила дверь открытой, чтобы её было слышно. — Мы с Рией договорились, что заднее сиденье предназначено исключительно для наших спортивных сумок. И, возможно, для очень важных покупок из супермаркета. Рия, уже полулежа в своем кресле, подняла стаканчик с кофе в знак согласия. — Исключительно для сумок. Никаких чужих длинных ног. Моя территория. Рене нажала кнопку запуска двигателя «Start/Stop» на центральной консоли. Если до этого момента кто-то из Лисов еще сомневался в реальности происходящего, то звук ожившего двигателя расставил всё по своим местам. GranTurismo не просто завелся. Он рявкнул. Низкий, бархатный, утробный рык разорвал утреннюю тишину, заставив воздух вокруг машины мелко завибрировать. Этот звук был первобытным, мощным, абсолютно диким — и он так сильно контрастировал со светлым свитером и нежной улыбкой Рене, сидящей за рулем, что у команды произошел коллективный когнитивный диссонанс. Мэтт, всё еще сидевший на корточках, закрыл глаза, вслушиваясь в работу мотора, как в симфонию Бетховена. Элисон одобрительно кивнула. Кевин, забыв про свои претензии, просто пялился на машину с каким-то смешанным чувством ужаса и восхищения. Рене закрыла дверь. Окно плавно опустилось. Она положила руки на обтянутый кожей руль. Её взгляд был спокойным, но в нем читалась абсолютная, концентрированная свобода. Рядом с ней Рия уже почти спала, уютно устроившись в спортивном ковше, согретая подогревом сидений, абсолютно игнорируя шум снаружи. Их симбиоз был идеальным: тихая сила Рене и расслабленная, ленивая уверенность Рии. — Мы увидимся на стадионе, капитан, — крикнула Рене Дэн, перекрывая гул мотора. — Постарайтесь не опоздать. Тренер не любит ждать. Рене переключила передачу. Синий сапфировый зверь плавно тронулся с места, выехал с парковки и, вывернув на главную дорогу кампуса, с низким ревом стремительно набрал скорость. Красные габаритные огни вспыхнули и быстро растворились в утренней дымке, оставив Лисов глотать пыль и выхлопные газы. На парковке снова воцарилась тишина. Дэн медленно подняла с асфальта свои ключи от пикапа. Она посмотрела на свои руки, потом на то место, где только что стоял «Мазерати» девочек, и тяжело, по-капитански вздохнула. — Я официально заявляю, — произнесла Дэн, обращаясь к притихшей команде, — что эти двое — самая пугающая пара в нашем общежитии. Я думала, что Нил и Эндрю — это предел моих нервов. Я ошибалась. — Они не пара, — на автомате поправил Нил, всё еще не понимая тонкостей социальных ярлыков. Элисон поправила сумочку на плече и направилась к своей машине. — О, Нил, заткнись, — бросила она на ходу, усмехаясь. — Когда две девушки покупают спорткар за двести тысяч баксов в совместную собственность и катаются на нем вдвоем под рев V8 — это больше, чем пара. Это гребаный союз, заключенный на небесах. Поехали. Нас ждет тренировка. Лисы, всё еще находясь под впечатлением, молча разбрелись по своим машинам. Утро пятницы перестало быть унылым. Оно стало днем, когда они поняли, что их вратарь и их новая нападающая скрывают в себе гораздо больше, чем казалось на первый взгляд. И что обогнать их на трассе теперь не сможет даже Эндрю Миньярд.