Valkyrie Drive: Enclave

Нико просыпается под требовательный громкий звук сигнала подъема. Он смотрит перед собой, борясь с желанием снова закрыть глаза. От кровати Вэла слышится возня – тот со страдальческим стоном поднимает голову и тут же роняет её обратно на подушку. Нико мог бы его пожалеть, но вины он не чувствует от слова совсем. Извернувшись на кровати, он садится и с удовлетворением потягивается. Когда со сборами покончено, Нико выходит из комнаты следом за Вэлом. Везде одно и то же: утренний развод, бубнеж командиров и бесконечная приверженность цели, безусловно, правой и высокой. Хэйла мало волнует, кто там прав, а кто нет. Бунтари – ребята смелые, но тоже уж больно закостеневшие в этом порядке. Леонид хорош как лидер, но творить что вздумается под его началом не выйдет даже у самых буйных. А Вэл, конечно, тот еще упертый принципиальный солдатик, но после ежовых рукавиц Лео он и правда «пушистик». С такими Нико знает, как справляться. Тем более, прошлая ночь доказала это в полном объеме. Вечно так: сначала строит из себя неприступную стену, а потом сдается. В любом укреплении есть слабое место: принципы, гордость и прочая ерунда. – Доброе утро, лейтенант, – Вэл жмурится, давя зевок. Нико притормаживает рядом с ним, кивая нагнавшему их Габриэлю. Тот смотрит на него в ответ, но никак не реагирует на эту неуставную заминку. – Доброе. Не выспались? – Гэйб чуть улыбается, быстрым взглядом пробегаясь по Вэлу. Нико без труда догадывается, куда тот смотрит – он и сам все утро любуется. Будь воротник майки Лангера чуть повыше, он скрыл бы часть засосов, а так он как трусы на стриптизерше, больше для виду. Темная шевелюра портила ситуацию, пока Вэл не собрал волосы в дежурный короткий хвост на затылке, так что сейчас вид открывается просто волшебный. Естественно, Нико не стал его предупреждать об этом. Лангер тянется к шее, ощупывая ее пальцами, как будто хочет там найти следы укусов, а не незаметные на ощупь темные пятнышки. – А вы как спали? – одернув руку, Вэл пытается перевести тему, приняв как можно более невозмутимый вид. Дается ему это хорошо, как и всегда. – Рильер всегда дрыхнет как сурок, – пожимает плечами Гейб и добавляет как бы невзначай: – А у меня бессонница. Он неловко кашляет, скрывая смех, когда на лице Лангера обнажается новое, более живое, очень красноречивое выражение. Сказав напоследок что-то дежурное про общую встречу у ворот, Габриэль обходит их и удаляется, оставив наедине. Нико сочувственно кладет руку Вэлу на плечо и беззвучно смеется, чувствуя, как под ладонью каменеют мышцы. Когда тот открывает рот, его ледяной тон способен выморозить весь оставшийся в Анклаве тропический лес: – Много? – Прямо картина маслом. Ловя уничтожающий взгляд голубых глаз, Нико жалеет только о том, что не увидел его раньше. Так хотелось посмотреть на это лицо ночью, но было слишком темно, а Вэл сделал все, чтобы отвлечь его. Досадно… Но он еще наверстает упущенное. Вэл стряхивает его руку с плеча и быстрым шагом уходит вперед, на ходу стягивая с волос резинку. Смешной он, этот Лангер.

***

Обратный путь до Техносферы не занял много времени. Добирались так же, как раньше – на гравициклах. Быстро, с ветерком, в обнимку с недовольным напарником. Лангер кривился, как от боли, подходя к граву, но за руль Нико не пустил. Ну что за характер, ни себе, ни людям! На полностью исправной такой машинке Нико катался впервые, если не считать того раза, когда его везли как багаж. Гравы лоялисты охраняют как зеницу ока, чуть ли не серьезнее всех своих внутренних тайн. Бунтарям в руки достаются либо подбитые, после удачных стычек, либо полуживые развалюхи со Свалки, списанные за непригодностью. Их чинят и используют в крайних случаях, но восставшие из мертвых гравы куда медленнее и ненадежнее своих блестящих собратьев из города. Милостиво избавив напарника от изливания своих восторгов прямо на ухо, Нико прижимался к спине Вэла, жадно вглядываясь через его плечо в несущуюся навстречу серую громаду города. Мост опускается, впуская группу в нутро Техносферы. За краткое время их отсутствия здесь ничего не изменилось, разве что постов охраны стало немного больше. Суровые ребята в темно-серой форме пристально смотрят на Нико без жетона, сверяясь с данными его браслета, и делают такие лица, как будто им известна вся его подноготная. Профессионалы своего дела, получается. Рожи корчат получше любых таможенников. Но в остальном обходится без проблем. Стопорят их только на распределительном пункте, куда Вэл потащил Хэйла отмечаться о прибытии. Нико скучающе стучит пальцами по козырьку-столику у окошка, слушая унылый разговор Лангера и парнишки-сотрудника. Разобравшись с формальностями (дай системникам волю, они в них с ног до головы вымажутся), Вэл отталкивается от окошка. Но прежде чем они успевают убраться, координатор окликает их: – Подождите. Рядовой Хэйл, вас распределили в общежитие. – Я не рядовой, я прикомандированный, – деловито поправляет его Нико, заглядывая в окошко. – В какую дыру меня засунут на этот раз? – Второе офицерское общежитие. Квартира 1303. Информацию я вам выслал, код доступа к замку на вашем браслете. – Погоди-ка, – удивленно спрашивает Вэл, втискиваясь рядом с Нико. – Второе офицерское? Ему прямая дорога в казармы, в лучшем случае – в общий блок. Что за привилегии? – Особое распоряжение сверху. Поскольку Нико Хэйл не имеет официального статуса, он находится под вашей ответственностью. Если у вас есть еще вопросы, обратитесь в админблок. – Координатор говорит нарочито ровно, бросая на Лангера что-то вроде сочувствующего взгляда. Скорее всего, не знает он ни черта, а Нико и плевать. Офицерская общага… не самый верх, но к небу ближе. – Кажется, это недалеко от тебя, да? – Нико подталкивает Вэла плечом. – Не помню номер, но, походу, мы с тобой теперь соседи, Лангер. Вэла эта новость прельщает ровно настолько же, насколько он вчера хотел расплатиться. Нико узнает это выражение без труда – оно стало привычным за время их совместной работы. Вэл смотрит на Нико, потом на координатора, уже уткнувшегося в экран. Парень явно рад, что отделался стандартной фразой про «особое распоряжение». – Рядом, – мрачно говорит Вэл и отряхивает плечо, которого касался Нико. – Найдешь сам или мне за ручку довести? Нико бодро соглашается: – Конечно, за ручку. А то потеряюсь еще. Лангер за стенкой – это куда веселее, чем терминал, на котором из развлечений только Устав, такой скучный, что даже интересный. Нико читал его на спор сам с собой, чтобы выяснить, через сколько его начнет клонить в сон от этой белиберды. Вэл не расщедривается даже на уничижительный взгляд, молча топая вперед по залу к стеклянному лифту. Сунув руки в карманы, Нико шагает рядом. Он искоса поглядывает на то, как Лангер, не смотря под ноги, что-то быстро набирает на браслете. Кажется, кто-то все еще не может смириться. От светящегося окошка раздается женский голос: «Ваш запрос отправлен в обработку. Ожидайте ответа в течение нескольких дней». И кто только додумался дать Керберу такой голос? Не повезло натуралам, если только таковые здесь еще есть: леди всего одна, и та – фальшивка. Лифт шустро ползет вверх, минуя этаж за этажом. Выбравшись из прозрачной коробки, они проходят еще через несколько зданий по длинным переходам, и Нико в полной мере осознает, что потерялся бы в этом железобетонном лабиринте, будь он один. На тринадцатом этаже общежития тихо. Двери лифта выпускают их в ярко освещенный коридор, по двум стенам которого идут четкие прямоугольники дверей, на которых написаны номера. Нико идет следом за Вэлом, читая про себя: 1300, 1301, 1302... У 1303 они останавливаются. Вэл кивает на дверь: – Тебе сюда. Посчитав, что этого достаточно, он без лишних церемоний проходит дальше. Приложив браслет к замку двери, четвертой, если считать от квартиры Нико, он скрывается внутри, напоследок для приличия бросив через плечо: – Увидимся. Вэл исполняет тактическое отступление, а Нико подносит браслет к считывателю. Внутри двери щелкает замок, впуская хозяина в его новое обиталище. Планировка внутри знакомая, ничего нового: единственная комната с кроватью, рабочим столом и шкафом, крохотный кухонный отсек и дверь, ведущая в ванную. Квартирка почти один в один напоминает жилище Вэла, разве что то выглядело чуть более обжитым. Тут – только сверток с постельным бельем на кровати, полки шкафа наверняка пустые, а в кухонных ящиках не найдется ничего, кроме посуды. И все-таки это роскошь. Собственное, личное жилье со всеми удобствами – такое даже в Техносфере есть не у всех. Да, это просто расчудесно, особенно после каталажки и лабораторного отсека, где он сидел под наблюдением, как мышь. Судя по количеству «незаметного» внимания, болеющая чем-то страшным и неизведанным. Но иллюзий Нико не питает – он здесь только потому, что это удобный способ повесить его на Вэла. Особое положение, прекрасный характер и незаурядные способности – все это делает его далеким от рядового экспонатом, которому и надзиратель требуется соответствующий. И, судя по тому, что за неделю пребывания в Техносфере Нико не устроил непоправимого погрома и без лишнего шума поучаствовал в первом задании, надзиратель справляется со своими обязанностями более чем неплохо. А значит, можно усложнить ему задачу, тем самым развлекая Хэйла. Система – бред бредовый, но в такие моменты Нико почти готов с ней примириться. Делать тут, в квартире, особо-то и нечего. Нико обходит свои владения, роется в шкафах, находя только тонкий слой пыли на полках. Единственное окно напротив входной двери снаружи закрыто тонкой решеткой, но наверняка она куда крепче любого железа. Вот вам и свобода, господа офицеры, даже небо затянуто в клетку. На рабочем столе чернеет экран. Усевшись в кресло, Нико копается в терминале, вздыхая о скудности меню. Смешно, конечно. Неделю назад у него и такого не было. Это занятие скоро наскучивает ему, но, прежде чем он успевает что-то предпринять для собственного развлечения, на браслет приходит уведомление. Ого, даже шмотки решили выдать? Надо будет зацепить с собой Вэла, пусть устроит экскурсию в отдел Снабжения, чего в четырех стенах гнить? То есть, отличные стены, Нико против них ничего не имеет, но тут до одури тихо, чисто, одинаково. Про звукоизоляцию Лангер не врал – он и правда будто один на всем этаже, настолько до его слуха не долетают другие звуки, кроме тех, что издает он сам. Нико удается вытерпеть еще около получаса, прежде чем он решительно выходит в коридор. Едва оказавшись за дверью, он сталкивается с новыми соседями. Из соседней комнаты, 1304. Их двое, наверняка парочка, выходит, тут и так можно? Надо узнать у Лангера, вдруг их тоже вместе поселят. Просто так, чтобы у того глаз задергался. Кажется, сюда он зашел. 1307, целых три квартиры между ними. Далековато. Нико стучит в дверь, не колеблясь. – Лангер, открывай. Дело есть. Спустя несколько секунд тишины за дверью слышатся тихие шаги, а затем дверь приоткрывается, ровно настолько, чтобы в проеме показалось лицо Лангера и его голое плечо. – Какое дело? – голос звучит равнодушно, но в нём отчётливо слышится подтекст: если это не смертельно важно, я тебе голову оторву. – Я, вообще-то, занят. Напору, с которым Нико втискивается в щель, противостоять сложно, только если Вэл не хочет столкнуться с ним нос к носу. Он проходит вглубь квартиры прежде, чем Лангер успевает хоть как-то отреагировать, и по-свойски оглядывается по сторонам: – И все-таки у тебя симпатичненько. Моя каморка поскромнее будет. Ну ничего, обживусь. Он оборачивается к полуголому, в одном полотенце, Вэлу. Мимолетного взгляда хватает, чтобы улыбнуться себе под нос – воспоминания ложатся на душу бальзамом. В отличие от него, Лангер не горит желанием вступать в дискуссии об интерьере. Глаза прищурены, лицо мрачное. Не хватает ему в жизни позитива! – Слушай, мне показалось, или наши соседи вместе кантуются? – А ты в курсе, что у нас тут принято спрашивать разрешения, прежде чем вламываться? – Вэл машинально поправляет норовящее сползти полотенце. – Погоди, какие соседи? – переспрашивает он настороженно. – Ты про 1304? Там... Да, там пара живёт. Ты за этим припёрся? Поделиться наблюдениями? – Да нет, – отмахивается Нико, отворачиваясь. Мокрый и недовольный Вэл – зрелище соблазнительное, но нужно действовать постепенно, чтобы не вскипятить Лангера слишком быстро. – Я подумал, может, нам тоже съехаться? В целях практичности, конечно. Мы же напарники, тем более… – Мы, кажется, разобрались прошлой ночью, что к чему, – резко перебивает его Вэл и скрещивает руки на груди. Вторая фраза звучит уже спокойнее: – От меня сейчас что требуется? – Ладно, ладно, я просто предложил, – Нико примирительно поднимает руки. Вэл отрывается от дверного косяка, обходя Нико. Снова игнор. Удобная позиция – я не слышу, я в домике. Как ребенок, ей-богу. Хэйл наблюдает за тем, как Вэл откидывает полотенце на спинку кровати и натягивает спортивные штаны, сверкнув голой задницей. Даже не огрызается на его болтовню – раньше он был поживее, что ли. Какая муха его укусила, интересно? Предпринимая последнюю попытку, Нико подходит к Вэлу сзади, кладя ладони на талию, пока тот перебирает аккуратно сложенные на полке футболки. – Напряженный ты какой-то. Помочь тебе расслабиться? Я быстро, обещаю, – шепчет он ему в ухо. Вэл замирает на секунду от этой наглости, а затем решительно сдирает его руки с себя, разворачиваясь к Нико лицом. – Слушай сюда, – говорит он тихо, но отчётливо. – Ты получил своё. Всё, что хотел. Мы в расчёте. А теперь у меня есть пара условий. Он делает шаг вперед, пристально глядя Нико в глаза, тычет указательным пальцем ему в грудь. Хэйлу приходится отступить на шаг назад. – Снизу будешь ты. С этого момента и до тех пор, пока мы работаем вместе. Подумай над своими идеями с учётом новых условий. Или не справишься? Нико выдерживает его взгляд, но не отвечает, отчего-то не находя слов, а Вэл уже продолжает: – Не нравится – давай вернёмся к старому способу активации. Меня устроит любой вариант. Но я не собираюсь и дальше действовать в ущерб себе. Ухватив Нико за воротник, он уверенно и легко выволакивает его из квартиры, как надоедливого щенка. – Иди, обживайся. И в следующий раз не суйся сюда без моего разрешения. Оставшись в коридоре один на один с темной дверью, захлопнутой прямо перед его носом, Нико впервые за долгое время чувствует себя растерянным. Он даже слова вставить не успел. Кажется, передавил... а Лангер просто вытолкал его взашей! Уши опаляет жаром, а сердце ускоряет бег, молоточками стуча в висках. – Лангер, мать твою!.. – кулак со стуком врезается в твердый материал так, что аж самому больно. Но дверь остается глуха и непреклонна. Что он там говорил? «Больше не будет снизу». Это еще что за бред… блять, это ведь была его фишка, угрожать их соглашением. Как так вышло, что Вэл вывернул это в обратную сторону? Нико трет ушибленные костяшки большим пальцем. Странное какое-то чувство. Последний раз зыркнув на равнодушный прямоугольник, за которым мелочно скрылся напарник, Нико одергивает воротник и поглубже засовывает руки в карманы. Раздражающе глупо. Тупая система, тупая сделка, тупая ситуация, и сам он тоже… Ай, похуй. Нахуй Лангера, нахуй это все. Придется идти к снабженцам одному.

***

Вэл остается один. По-настоящему. Тот жалкий час, что он провел, пытаясь привести себя в порядок, выдохнуть после задания, ощущался так, будто ему дышали в затылок. Нико и дышал, даже на расстоянии не давая о себе забыть. И ведь он действительно заявился, навел шороху, огреб за это и… убрался! Убрался, наверняка возмущенный, злой и недовольный. Вот и славно. Может, этого хватит на ближайшие сутки спокойной жизни. Не то чтобы Вэл собирался ставить ультиматум. Просто думал об этом все утро, чувствуя себя уязвлённым. Еще и Гейб с его шутками, и Нико… Ну, может, оно и к лучшему. Нервотрепки только меньше станет, если Хэйл все-таки обидится настолько, что откажется. Лангер заваливается на кровать, утыкаясь в яркий экран терминала. Уведомления о какой-то ерунде, список заданий, доступных для выбора, объявления, новостные порталы… Он листает статьи, бездумно смотря на картинки и игнорируя текст. Вот место, где они были. Фотография поля сделана с дрона. Самих следов установки эти фотолюбители отыскать не смогли, но подобрались близко. Получается, Совет не стал это скрывать. Хотя, попробуй скрыть бомбежку Башни, так ведь еще и охоту на виновных устроили. Об этом, конечно, в статейках ничего не сказано, но наверняка вся Техносфера в курсе, что в инциденте замешан кто-то из города. Глупость ли, умысел – важно только то, что руку к этому приложили свои. Интересно, во что это выльется… В Техносфере есть бунтари. Партизаны, шпионы, просто приверженцы этой идеологии. Каждый второй твой коллега может быть одним из них, и ты не поймешь этого, пока что-нибудь не всплывет наружу. Бунтари сидят тихо, если не считать подпольных собраний, редких драк в казармах и контрабанды товаров из города. Их ловят, разгоняют, наказывают, но остановить или уничтожить движение пока не удалось. Сверху на экран наплывает окошко уведомления, закрывая фотографию какого-то полуразрушенного здания: «Ваш запрос рассмотрен. Для получения подробной информации обратитесь в кабинет 1034». Надо же, как оперативно. – Это еще зачем? – бурчит Вэл себе под нос. Почему нельзя прислать данные на браслет, откуда это желание заставить его шевелиться? – Вот же блядство. Все и так понятно с этим переселением. И вряд ли хоть что-то изменят только потому, что какой-то лейтенант Лангер не хочет жить на одном этаже со стихийным бедствием. Но Вэл, отложив терминал в сторону, садится на кровати, хлопая себя по коленям. Хана этим прислужникам бюрократической машины, у него как раз самое подходящее для ругани настроение. Вэл спускается на первый этаж. Ну ладно, может, и не будет он ругаться. Все эти бедолаги-координаторы, менеджеры и инженеры, сидящие в окошках, кабинетах и отделах, не виноваты. Они лишь доносят информацию от сильных мира сего до плебеев-горожан, которые должны послушно внимать приказам свыше. Но вдруг и обратно сработает. В конце концов, Айзек же намекнул, что приглядывает за бывшим товарищем и его напарником, отчего бы снова не выйти на связь? Как раз отличный повод. Соблазн открыть дверь ногой был велик. Но она отъезжает в сторону, и Вэл входит внутрь с таким видом, как будто пришел с проверкой, а не чтобы униженно просить спасти его от соседа-извращенца. Беленький чистый зал, стойка информации, мягкие кресла у стен, чуть поодаль – коридор с полупрозрачными дверцами, на которых темно-серой краской выведены аккуратные номера. Тут почти пусто – Административный блок не самое популярное место. На стойке Вэлу вручили талончик и отправили дожидаться своей очереди. Двое его соседей по диванчику скоро исчезли в освободившихся кабинетах, но заветный 1034-й никого не принял и не выпустил. Наконец на табло загораются его цифры, а Кербер со стальными нотками в механическом голосе сообщает, что Лангера ожидают. – Здрасьте, – зайдя в кабинет, Вэл усаживается на стул перед загнутым углом столом, закидывая ногу на ногу. – Лейтенант Лангер? – Мужчина, кажется, его ровесник, разворачивается в крутящемся кресле от стоящего справа терминала, глядя на Вэла. – Мы рассмотрели ваш запрос. У вас были вопросы по поводу переселения вашего напарника. Обычный такой парень. Худой, тем более в этой синей форме, впритык подобранной, на лице – дежурная полуулыбка. Выглядит так, как будто Вэл оторвал его от страшно срочных и важных дел, но он великодушно готов уделить толику своего времени на решение глупого вопроса, по которому, вообще-то, никаких дополнительных комментариев не требуется. Настоящая акула своего отдела. Таких можно взять только ответной въедливостью. Вэл пододвигается поближе и складывает руки перед собой на столешнице. – Да, я хотел кое-что уточнить. Не подумайте, я не собираюсь оспаривать решение по поводу моего напарника, но… – Вэл доверительно подается вперед, – он же даже не входит в состав Гарнизона. Вот так, без статуса, и сразу в офицерское общежитие? – Я понимаю, что вас смущает, – сотрудник косится на жалкую дистанцию в тридцать сантиметров разделяющего их стола. – Дело в том, что, как вы знаете, прикомандированный Хэйл имеет особое положение. С учетом всех особенностей его присоединения к Системе и его… характера, мы не можем поселить его в общие казармы. Да, а то вдруг Нико еще переманит новых соседей к бунтарям. На скромный, субъективный взгляд Лангера, верхушке больше стоит бояться другого – того, что Нико станет скучно, и он устроит либо погром, либо оргию, либо отобьет в картах недельный паек у половины блока. Это пострашнее будет, чем иллюзорная возможность бунта. Особого интереса и любви к бывшим товарищам Хэйл пока не проявлял. То, что случилось на задании, когда Нико не предупредил его о тактике бунтарей, можно было бы принять за покрывательство, но Вэл не может со стопроцентной точностью утверждать, было ли это от желания подставить системников, или еще от чего. – …поэтому было принято решение поселить его рядом с вами. Это может вызвать вопросы, но с учетом всех условий, это единственное разумное решение. Нико Хэйл внесен в систему, закреплен как ваш напарник. Думаю, под вашим чутким руководством он скоро дослужится до рядового, а может, впоследствии, даже и до офицера. – Вот как. – Вэл задумчиво трет переносицу. Очень удобно. Айзеково «мы должны интегрировать нестабильный элемент в систему» перерастает в «ты должен это сделать». Изначально, скорее всего, это и подразумевалось, но Лангер не думал, что это случится так скоро, да еще и за раз на его плечи свалится все. – А чем вам не нравился подземный блок? Если правильно помню, он жил в комнате для персонала, а не в клетках для подопытных. Там вполне себе прилично, и уровень безопасности достаточный. – Вы ведь прекрасно знаете, – сотрудник вздыхает, на миг прикрывая глаза, – что, начиная с офицеров и выше, зарегистрированные пары живут рядом или вместе. – Да, но, говоря вашими словами, нужно учитывать особые условия. Я не нянька, чтобы следить за всеми выходками, которые только придут моему напарнику в голову. – Вэл легонько хлопает ладонью по столу. – Когда он сидел в подземке, и волки были сыты, и овцы целы. Вам нравится подвергать общественность опасности? Сотрудник вздыхает еще раз, теперь с нескрываемым раздражением, которое можно списать на мастерски написанную на лице усталость: – Наш разговор заходит в тупик. Решение о его переселении не будет отменено и пересмотрено. На случай, если вы не готовы с этим примириться, специально для вас у меня имеется распоряжение от начальника отдела. Вопрос закрыт, или вы желаете ознакомиться? – Конечно, желаю. Для меня же писали. Получив в руки переносной терминал, Вэл откидывается на спинку. В начале документа, как обычно, следует ерунда, дышащая из всех щелей официозом, и он даже не вчитывается – там то же, о чем вещал ему этот товарищ. Но собственное имя, без фамилии и звания, в короткой приписке после текста, зацепляет его внимание. «Вэл, знаю, тебя удивит это решение. Скажи спасибо, что я не стал подселять его прямо в твою квартиру. В прошлый раз она показалась мне слишком маленькой для твоего энергичного напарника. В общем, пожалуйста, приглядывай за ним, теперь это станет куда проще. Надеюсь. P. S. Кстати, о сертификации. В прошлый раз мы не успели заверить все бумаги, поэтому статуса сертифицированной пары у вас все еще нет. Хэйла внесут в реестр, будете выполнять задания как обычно, вознаграждение поделится на двоих. Заниматься вами пока некому. Когда разберемся со всем, проведем процедуру повторно.

Х.»

Х. Хэйвуд, мать его. Конспиратор хренов. Все-таки влез, хоть и не смог заявиться лично. Вот же губернаторская рожа! И с сертификацией все пошло по одному месту. Ради чего только, спрашивается, он столько времени убил, чтобы найти подобие общего языка с Нико? А в итоге оказывается, что только зря спину рвал. Вэл откладывает терминал, подталкивая его по столу к сотруднику. – Я понял. Спасибо за уделенное внимание. – Всегда пожалуйста, – тот даже находит в себе силы снова дежурно улыбнуться, но уголок губ подрагивает, наверно, от собственного триумфа. Еще один недовольный повержен и не в силах сопротивляться всемогущему решению главы отдела. Откуда ему знать, что дело тут не в бредовых формулировках его начальника, а в том, что Айзек лично заткнул пасть такой мелкой сошке. Когда Вэл проходит под аркой, на которой красуется гордая надпись: «Административный блок», браслет на его запястье звякает. Что опять? Прочитав, Вэл фыркает себе под нос и, не сбавляя шага, круто поворачивает направо, прочь от того пути, что мог бы привести его обратно домой. Ладно, этого следовало ждать: Нико поцапался с кем-то недалеко от главного здания и загремел в каталажку. Просят забрать. Лангер почти готов рассмеяться. У него бы кто это чудо забрал.

***

Растрепанный Нико с ссадиной на скуле смотрит на охранника, отпирающего дверь камеры, с видом оскорбленной, несправедливо осужденной невинности. Вэл ждет его у входа, скрестив руки на груди, давя ухмылку. Королева драмы, ей-богу. – Ты в курсе, что я тебе не мамаша, чтобы за тобой двадцать четыре на семь следить? – осведомляется Вэл, пока охранник сует Нико в руки какие-то пакеты. Поравнявшись с Вэлом, Хэйл поправляет свою ношу, перехватывая поудобнее, и пожимает плечами: – Это случайно вышло. Парнишка из снабжения решил, что раз я прикомандированный, то могу подождать своей очереди где-нибудь в конце. Пришлось объяснять, что я не люблю ждать. – Нико кивает на пакет, разворачиваясь к выходу. – Забрал вот. Трусы, носки, форма. Ничего запрещённого. Если не считать запрещённым моё обаяние. Он проходит вперед, но останавливается, оглядываясь на Вэла через плечо: – Ты идёшь или так и будешь стоять столбом? Я дорогу обратно не запомнил. – После вас, ваша светлость. – Вэл великодушно распахивает перед ним дверь. Он уже не знает, плакать ему или смеяться. Хочешь не хочешь, а все равно придется этому идиоту досуг оформлять. Или такая прогулка до карцера рискует встроиться в его ежедневную рутину. Обратный путь до здания общежития они идут молча – Вэл наговорился досыта на ближайшие сутки. Еще и эта якобы извинительно-пояснительная записка Айзека противным мотивом вертится в голове. Лангер чувствует себя бегущей по лабиринту крысой: за какой угол ни заверни, из какого тупика ни выберись, выбранный выход все равно будет тем, за которым следит суровый учёный в белом халате. Нико притормаживает посреди коридора, вскидывая норовящие сползти пакеты повыше, и как бы невзначай говорит: – Я согласен на твои условия. – В глаза Вэлу он не смотрит, больше увлеченный вещами в своих руках. – Интересно посмотреть, как ты с этим справишься, если тебе вечно ничего не хочется. Вэл на секунду сбивается с шага. Вот это новости. – Не волнуйся, с этим проблем не будет. Нико долго не утерпит, и за этим приступом внезапной уступчивости наверняка последует новый финт ушами. Но уже хоть что-то, пусть и с привычной попыткой взять на «слабо». – Запроси доступ к новостям и списку заданий. – «Может, хоть в этом случае у меня появится шанс не сойти с ума». – Тебя зарегистрировали, так что вознаграждение за миссии будем получать поровну. – С заданиями разберусь, – бодро вскидывает голову Хэйл, бросая на Вэла косой взгляд. – А с тобой... посмотрим. Нико подходит к двери своей комнаты. Рукой с браслетом он пытается дотянуться до двери, замирая на одной ноге, как цапля, поджав вторую, чтобы коленом снизу придержать пакеты. – Да блин, – бормочет он себе под нос, теряя равновесие и слегка качаясь. Вэл тихо вздыхает, смиряясь. Ну и денек.