Ошибка

***

      Мозги потихоньку приходят в норму. Больше капсул — больше адекватности. Купер вспоминает даже, что если золотую жижу не просто выливать в горло, разгрызая бутылочку, а вдыхать через специальный дозатор, оказавшийся в его сумке уже заправленным, зверский кашель, вырывающий легкие, перестает мучать гораздо быстрее. И капсулы хватает на дольше. Видимо он уже был этим болен, раз дозатор лежал там.       Ему приходится сделать небольшой крюк, вернуться на бойню, что он устроил. Купер поздно вспоминает, что крышки, которые были раскиданы по полу, помогают выживать. На них можно будет обменять спасительное лекарство, не убивая продавца снадобья, когда то, которое он позаимствовал у мертвецов, подойдет к концу. Ведь кто будет его готовить, когда закончится последний паршивый докторишка? Крышек набирается слишком много, и потому большую часть Купер просто прячет, зарывая в землю, как собака кость, которую хочет приберечь.       Новая одежда отлично сидит на нем. Старый плащ и рубашка с брюками пришли в совершенную негодность, когда он попробовал их отстирать. Они устарели, ткань рвалась под пальцами. А еще слишком много крови, чужой и своей, впиталось в нее. Что же, иногда приходиться менять шкуру. Момент настал.

***

      Кажется, Купер постепенно учится на своих ошибках. Не стоит убивать людей, если они не стреляют первыми и можно просто пройти мимо. Так иногда бывает. Оказывается не все ненавидят гулей.       Ну и что сырая людская плоть хуже поджаренной. И что даже поджаренная людская плоть не так уж и вкусна, как например, мясо животных… В основном люди крайне неодобрительно смотрят на каннибализм. А еще людям можно заплатить и тогда они дадут тебе много хорошего, уже готового к употреблению, вкусного белка, и не придется, застрелив или разорвав их всех, сжигать ветхие домишки, добиваясь приятного цвета и хрустящей корочки. Это откровения следующих дней.       Ночами приходят более глубокие мысли. Поев и затаившись в сумерках, закрывая глаза, гуль видит отрывистые картины прошлого. Это его прошлое? Возможно. Кажется он где-то кого-то оставил. И этот кто-то девушка, Люси. Девушка-из-убежища. Он вроде как бы должен ей что-то, но вот что, вспомнить никак не получается. Крышки? Синтетический наркотик? Или она его семья? Семья это, как он точно знает, такая хрень. В его сумке находится брошь. Скорпион в выпуклом стекле. Что бы это могло означать, зачем она ему? Один вопрос лучше другого, и все без ответов. Или еще воспоминание, про женщину и ребенка, но там вообще все в тумане, таком, что даже не стоит пока и пытаться.       В то время, как Купер набредает на поселение, он уже почти цивилизован. Чужая кровь на одежде подсохла и теперь не так заметна. Он говорил только сам с собой, пока брел через Пустошь, хаотично выбрав направление. А тут разговаривают все и разом. Голосов так много, что в первые минуты нахождения внутри стен он оглушен. Прикрывает глаза, старается продышаться, вроде это помогает успокоиться. А также его ингалятор.       Пройдя немного он останавливается на небольшой площади, осматривается вокруг. Куда ему следует идти? Куда направиться? С одной стороны достаточно целые окна и дверь с надписью «Кравать и ида». Напротив, из замызганных и разбитых дверей кого-то вышвыривают прямо на улицу, слышатся гневные крики, шум и улюлюканье. Следом летят вещи незадачливого посетителя. Наверху мерцает глючащая реклама «Бар. Бухло и девАчки». Почти все буквы перегорели, и даже со своего места Купер чувствует запах нездоровых отношений. Он отпускает контроль и ноги сами поворачивают его в сторону бара. Ну оки-доки! Он хмуриться, слово-то явно заимствованное, не его. Потом с этим разберется, а сейчас есть потребность в чем-то еще, очень сильная потребность.       Внутри все провоняло сигаретным дымом, хреново приготовленной пищей и потом. И еще алкоголем. То, что надо. Купер тыкает бармену пальцем в бутылку чего-то крепкого, тут он тоже просто дал волю своим инстинктам. Люди перед ним расступаются. Очень хорошо, сегодня у него нет настроения никого убивать. Купер падает в углу на резко-любезно освобожденный каким-то зевакой стул, и к нему тут же подходит девушка. — Не хочешь выпить со мной, красавчик? Да она издевается? Или нет? Мягкий мурлыкающий голос и телодвижения — все явно направлено на то, чтобы понравиться ему. Рука уже на его плече. — Только если твоей крови, детка. — Лыбиться Купер, отбривая ее. Ну вот, кажется, и коммуникативные навыки начинают выстраиваться! — Эй, когда я предлагаю себя гулям они обычно бывают благодарны. — Тоже темноволосая и худая. Хмурится, надула губки. Но не похожа на нее. На кого не похожа, на Люси? Знать бы кто это, а то уже немного напрягает. Купер сдается, вздыхает и хлопает себя по колену, предлагая девушке присесть. Она тотчас расплывается в довольной улыбке, и через какое-то время он полностью наслаждается ее вниманием, забыв обо всем. В брюках становиться тесно. — Может пора уединиться, раз мы поладили? — Шепчет его новая подружка. — Здесь конечно не «Солнечный рай», но трахаться на столе тоже запрещено. — Возможно стоит. Но позже. — Купер хмыкает, снова присасывается к бутылке. Ему принесли и пару стаканов — для него и девушки, но свой он игнорирует. — Никогда о таком не слышал. О чем ты говоришь? — Этого названия не откапывается ни в одном уголке памяти, но память эта — решето, может знал, да потом забыл. Однако крошка так мило щебечет, что грех ее прерывать. Девушка тем временем пробирается холодными пальцами к нему под рубашку, царапает спину, вместе с тем прикусывает мочку его уха, усиленно ерзая у него на коленях. Купер оставляет красноватый след укуса у нее на открытой части груди. — Кое-кто находит вас странными и неполноценными, но как по мне, у тебя там все на месте. — Отстраняется чтобы посмотреть на него призывно, губа прикушена. Купер подмигивает девушке. — На счет этого можешь не переживать. Пока не отвалился. Так что там за солнечный рай? — Это новое поселение. Или не новое, вроде на месте взорванного появилось. Далеко отсюда, но когда-нибудь я доберусь до него, оно стоит этих дней пути. — Вопреки своим же словам она старается расстегнуть ему ремень. Купер оглядывается по сторонам, кровь внутри просто вскипает, а то, что тут полно людей, подстегивает дополнительно. Желание заняться с девушкой сексом просто непреодолимое. Это из-за большого количества капсул, что он принял, когда поселение показалось на горизонте? — Там заправляют две женщины. Говорят что они тоже как и ты, почти умертвии. Купер давиться смешком. — Вот как. Продолжай. Девушка не уверена что именно продолжать, потому рассказывает и дальше, а постепенно расстегнув и ширинку, погружает ладонь в тесное пространство между одеждой и его горячим телом. Купер выдыхает сквозь сжатые зубы, запрокидывает голову, прикрыв глаза. Вид наверное не слишком шикарный, но он платит за это, так что плевать. — Одна из них — Мать огня, — воскресла после смерти, а вторая — Люси Маклин, вышла из-под земли, из убежища! Я вообще не догоняю, эти бункеры, они что, реально существуют? — Шепчет она гулю на ухо, лизнув перед этим в шею. — Все, хватит болтать. — У него уже почти не осталось связанных мыслей, сознание очистилось, передает управление животным инстинктам. Но тут Купер понимает, что последние слова девушки проделывают у него в мозгу не меньшую дыру, чем он однажды смог сам с помощью револьвера. Внезапно внутри сигнал проходит гораздо дальше чем мог раньше, несется яркой вспышкой туда, куда стремился все эти беспросветные дни заточения в гробу, а потом бессмысленного шатания по Пустоши. Люси Маклин завершает свой образ, от мыслей в бреду к реальной личности. Купер резко отшатывается от девушки, широко раскрытые серые глаза смотрят взволнованно. Он поспешно вынимает чужие ладони из своих брюк. Ссаживает удивленную происходящим девушку на шаткую табуретку рядом и застегивается. — Ты что, уже кончил? — Хмурится она, явно не понимает что происходит, впрочем как и сам Купер. — Нет, даже не начинал. Повтори, что ты сказала? Про убежище и Люси. Все, что знаешь об этом. — Он чуть сильнее, чем стоит, сдавливает ей запястья, прижимает к липкому столику. В ее глазах нарастающий ужас и девушка уже почти оборачивается, чтобы позвать на помощь. Купер легко читает ее мысли и успевает убрать руки. Пару дней назад всё могло бы закончиться двадцатью трупами с разорванными шеями. Хотя нет, трупов бы было двадцать с половиной. Почему с половиной? Потому что нижняя часть девушки ему не понадобилась бы, она ведь не умеет разговаривать. Но сегодняшнее откровение самое важное, такое нельзя упустить. — Я заплачу за информацию. Не надо кричать. — Успокаивает он девушку. Вроде получилось, и она молча переворачивает ладонь кверху. Купер роется в карманах и достает крышки, гораздо больше того, на что она могла рассчитывать. — Черт, так и знала, ты богач. У меня сегодня просто праздник! — Она хрипло смеется. — Я когда все расскажу могу, если хочешь, доотработать остальное? — Нет, не надо. Просто расскажи. — Желание как рукой сняло. Какой там секс со шлюхой во второсортном баре-борделе. Люси Маклин существует в действительности!       И она рассказывает. «Солнечный рай» это и вправду феномен. Впервые за двести лет кто-то настолько приблизился к стабильности и процветанию. У них есть даже маленькая армия. Тепло и свет. И вода! Насосы работают благодаря чему-то там, чего нет ни у кого другого на континенте. Это настоящий рай. И еще там есть какие-то «права». Не очень ясно что это, но все говорят что это хорошо. И главные там — женщины, только представь — женщины. И все их слушаются! И когда-нибудь она сама пойдет туда, как только рассчитается с долгами. А пока вынуждена остаться тут. — Люси Маклин просто какая-то невероятная! Ее отец не хотел чтобы она правила, и она его упрятала его за решетку. Женская сила! Так то. — Тычет пальцем в грязный стол девушка, увлеченная рассказом. — Вполне в ее духе. — Хмыкает Купер. — А ты что знаешь ее что-ли? — Недоверчиво хмурится его собеседница. — В каком-то смысле. Ладно, спасибо, ты помогла мне больше, чем если бы мы просто потрахались. — Он встает из-за стола и неторопливо идет к выходу. — Эй, гуль! — Кричит ему через весь зал девушка. Почти на пороге он останавливается и чуть оборачивается. Все голоса тут же стихают. Еще бы, сейчас может начаться что-то, явно не очень хорошее. — Скажи ей там, этой своей подруге, чтобы придержала для меня местечко. Я тоже поддерживаю женскую власть. Слышатся смешки, но Купер с очень серьезным лицом кивает и выходит на улицу. — Вот это настоящий мужик! — Громко восклицает девушка. — Выпивка для всех за мой счет сегодня! — Она поднимает недопитую бутылку Купера, — за гулей! — Толпа отвечает дружным ревом одобрения.

***

      Купер не замечает смены дня и ночи. Бредет, останавливаясь только когда совсем выбивается из сил. Ему нужно куда-то туда, на запад. Чем больше он проходит через обжитые места, тем больше слухов собирает о том, что ждет его впереди. И про то, что там есть армия, в которую принимаются даже женщины, и про то, что там бесплатно лечат больных. И что уж совсем невероятно, это про то, что в «Солнечном раю» нет различия ни по полу, ни по расе, ни по тому, являешься ли ты мутантом. Гулем или кем другим. Следует только хорошо себя вести и делать то, что умеешь лучше всего. И тогда ты, вуа-ля, остаешься там жить. Купер, естественно, делит услышанное на два, а потом еще на два, чего стоит только бесплатное лечение! Люди так наивны, что верят во всякий бред.

***

      И вот однажды на рассвете он добирается до пункта назначения. Смотрит издалека и не узнает это место. Это уже не те бездушные развалины и кратеры от ядерных взрывов что были когда-то раньше. Неужели он потерял столько времени, за которое здесь все так изменилось? Шок постепенно добавляет новых видений. А может быть все это ему только кажется, и он просто видит сон, лежа в том гробу. Может он вообще уже умер? И тогда что это, перед ним, рай? Он хмыкает. Да, времени прошло достаточно. Он вспомнил и обстоятельства последней встречи с Люси. Слишком хорошо они сохранились, настолько, что он почти испытывает физическую боль, думая об этом. Неизвестно только почему он отверг ее предложение. Там наверно должно быть что-то очень серьезное. Ладно, все выясниться. Вперед!       Спустившись в долину и подойдя чуть ближе к границе этого, можно сказать уже настоящего города, Купер удивляется еще больше. Стены высоки, а за ними проглядывают хоть и единицы, но они же есть, подлатанные высотки. И они обитаемы! А еще перед хорошо охраняемыми воротами огромная толпа. Все ждут в очереди, пытаясь попасть внутрь «Солнечного Рая». — Здравствуйте. — Приветствует Купера улыбающийся охранник на входе, когда его очередь подходит. За это время несколько раз гуль чувствовал приступы паники, находясь в таком тесном окружении. Конечно его несколько сторонились, но не все. Пришлось использовать ингалятор пару раз. — Вам придется сдать оружие. «Солнечный Рай» мирное поселение, там вам ничего не угрожает. Купер думает что тот шутит. Сдать оружие? Мирное поселение? Что вообще происходит? И почему он ему улыбается? — Да, мы понимаем ваше замешательство, но таковы правила. Если сдаете — проходите. Если нет, то… — юноша разводит руками. НКР нашивка на форменной куртке. Двухголовый медведь, так знакомо. Он слышал и про Мать огня, но даже представить себе не может, что это Ли Молдейвер. Ведь Купер также видел ее смерть. Он глубоко вздыхает. Отстегивает кобуру, снимает с плеча ремень винтовки. — Нож? — Охранник вопросительно уставился на голенище ботинка. — Столовый прибор. — Невозмутимо отвечает Купер, но юноша отрицательно вертит головой, протягивая руку. — Здесь действительно безопасно, и мы хотим чтобы так оставалось и впредь. О чем он вообще говорит, и зачем Купер на это ведется? Он без оружия словно голый! Бросив на охранника тяжелый взгляд он медленно нагибается и отдает последнее средство защиты. Остались лишь зубы да ногти. — Отлично! Вы сделали правильный выбор. Могу я узнать ваше имя и год рождения? — Это еще зачем? — Он не уверен, что вспомнил их правильно. — Формальность, для составления учетной карты. По ней вы сможете устроиться на ночлег, работу. Получить еду и медицинскую помощь в случае надобности. Когда Купер называет год своего рождения, у охранника вытягивается лицо. Он переводит взгляд от маленького монитора на своем рабочем столе на лицо Купера и убеждается что тот не врет. — Вы тот самый Купер Говард? — Эээ, смотря что он сделал. — Гуль все-таки безоружен. — Извините, ничего такого, но просто вы же знаменитость! — Буду знать. Долго еще? — Куперу вдруг делается смешно, словно он опять где-то там, где он известен и обожаем. Еще мгновение и этот парень попросил бы автограф. Он был таким когда-то? Видимо. Был да закончился. — Благодарю вас, это все. Отверните, пожалуйста, рукав. И быстро, маленьким прибором охранник оставляет в коже, чуть выше запястья, небольшую железку. — Что за херня? — Возмущается гуль. — По этому чипу вы сможете забрать свое оружие после того, как решите покинуть «Рай». Он же является вашим основным документом, пожалуйста не старайтесь извлечь его, это может привести к неприятным последствиям. — Каким? — Вы будете вынуждены покинуть нас в принудительной форме. Если у вас нет средств к существованию, вам понадобиться работа. Нищенствовать, попрошайничать и продавать себя запрещено. Смело идите в центр занятости. Там вам помогут. Ваша карта. — Он протягивает Куперу сложенную заламинированную карту! У того чуть рот не открывается когда он ее получает. Город такой огромный. Как ему найти Люси? — Следующий! — говорит охранник в микрофон, прицепленный на плечо и Купер, кивнув на прощание, попадает в «Рай».