Часть 10
8 февраля 2026 г., 13:48
Закат окрашивал светлые крыши разрушенного храма Латандера в багряный. Казалось, камни впитали кровь бойни, которая произошла здесь больше столетия назад, и никакой дождь уже не способен вымыть ее из истории.
— Такое красивое место, — озвучила общие мысли Шедоухарт, устанавливая свою палатку на относительно ровном месте, которое прежде расчистила от каменного крошева и осколков колонн.
— Как минимум половина его очарования в том, что здесь все разрушено и заросло, — подхватила мысль Октавия.
— Тебе тоже нравится такой симбиоз природы с творениями человеческих рук? — уточнил Хальсин, не особенно надеясь, что его предположение верно.
Тав обернулась и посмотрела на него в упор.
— Скорее дело в том, что у меня пожизненная беспричинная тяга к старым развалинам, — усмехнулась она и снова занялась своей палаткой. Очень маленькой и неказистой по сравнению с остальными.
Хальсин невольно улыбнулся ее намеку, но отвечать не стал. В конце-концов, доля правды в ее словах есть: он действительно уже не молод. Тем не менее, в отличие от своих спутников, которые утруждали себя переносом палаток, он ограничивался только спальным мешком. В те ночи, когда не дремал под деревом в медвежьем обличье, разумеется. Поэтому сейчас, пока остальные занимались обустройством ночлега, он помешивал длинной ложкой остатки крупы в общем котле и прикидывал, каковы шансы найти поблизости дичь: припасов оставалось немного. Впрочем, с едой в лагере с самого начала было негусто. Но никто не жаловался.
Ситуацию улучшало то, что Астарион заботился о своем пропитании сам, да и Тав периодически пропускала общий ужин у костра, а когда все наедались, возвращалась из леса довольная и пахнущая свежей кровью. Хальсин по возможности тоже старался не налегать на общие припасы: обращаясь в медведя, ловил рыбу в реках или мелких животных в подлеске. Однажды ему даже удалось поймать косулю, которую он принес в лагерь. Но здесь, в окрестностях храма, земля была каменистой и сухой, шансы найти крупную дичь сильно уменьшались.
Когда лагерь наконец обрел завершенный и почти уютный вид, друид поднялся и посмотрел в сторону густых зарослей .который виднелись за обломками когда-то прочной стены.
— Не трать время, Хальсин, — Уилл хлопнул его по плечу, отворачивая от леса. — Все равно никого тут не найдешь. Садись с нами.
Друид решил принять предложение. Вокруг котла собрались все. Почти. Обведя взглядом новых союзников, Хальсин понял, что Тав снова куда-то пропала. Наспех проглотив безвкусную кашу — соль завкончилась, а подходящих пряных трав, которые скрасили бы вкус крупы, он за целый день пути так и не нашел — он оставил пеструю компанию переругиваться по поводу учения Латандера и направился на знакомый запах.
Он нашел октавию на окраине обрыва, у огромной расщелины, которую они весь день и обходили. Каменный край резко обрывался в туманное море, которое стелилось по низине и скрывало некогда обрушенную часть храма от глаз.
Только завидев ее неряшливую прическу с торчащими из волос перьями, друид понял, что искать дроу ему было в общем-то незачем, и остановился.
Тав пыталась собрать волосы в пучок, но ветка, которую она обточила для этой цели, сломалась прямо под пальцами и непослушные белые волны рассыпались по плечам. Пробурчав что-то нецензурное под нос, Тав вытащила из кармана отмычку и вставила в волосы ее вместо заколки.
Хальсину стало любопытно, что эта странная дроу будет делать дальше, и он решил еще немного понаблюдать.
Однако ничего интересного не увидел: Тав уселась на самый край обрыва и просто вглядывалась в гаснущее небо на горизонте. Решив, что она хочет побыть одна, друид развернулся, чтобы уйти.
— Да иди уже сюда. Прячешься по кустам как мальчишка, — окликнула его дроу, не оборачиваясь.
И как только заметила? На природе Хальсин двигался довольно тихо.
— Должна признать, я бы и вовсе не услышала, но твоим табаком пахнет за сутки пути отсюда, — ответила Октавия на его невысказанный вопрос.
Хальсин сел чуть позади нее, не решаясь так лихо свесить ноги с самого края, и тоже посмотрел море сизого тумана, которое казалось бездонным и вспыхивало золотистыми искрами, когда его касались лучи солнца, уже почти ушедшего за горизонт.
— Прости, что помешал твоему уденению, — не придумав, что еще сказать произнес Хальсин.
Дроу только отмахнулась.
— Ты раздражаешь меньше остальных. Но за возможность посидеть здесь в тишине с тебя пара затяжек, — сказала она, все еще на него не глядя.
Только сейчас друид заметил, что на коленях у нее лежит чей-то потрепанный дневник. Судя по его виду, прежний владелец успел исписать лишь пару первых страниц, прежде чем умер. И теперь Тав перекладывала чистые листы записками молитв, которые они нашли на входе в старый храм.
Пока Октавия разбирала пожелтевшие листы, на которых местами уже ничего нельзя было прочесть, Хальсин набил трубку табаком из порядком похудевшего мешочка.
— Ты же в курсе, что этот дым травит твой и без того старческий организм? В твоем возрасте предаваться таким привычкам небезопасно, — сверкнула зубами Тав, когда над их тихим маленьким убежищем, закрытым со всех сторон обломками стен, разнесся терпкий дым.
— А еще в моем возрасте не слушают упреки от сопливых эльфиек, которые младше как минимум вдвое, — беззлобно отбил нападение Хальсин и протянул трубку Тав.
