Природа порока

Хальсин нашел Тав неподалеку. Она кружила между обломков осыпавшихся стен, которые отбрасывали длинные тени на закате, выискивала в каменных обломках самые слабые места и била по ним, вырывая крошево. Стены давно уже превратились в пыль, и все же нормальной эльфийской руке такое совершить было не под силу. Тав тяжело дышала, сутулилась и скалила зубы, словно готовясь к атаке. Шнур, которые держал волосы, лопнул, светлые локоны рассыпались по спине и плечам, но перья каким-то странным образом все еще украшали растрепанную прическу и более того — воинственно топорщились. — Уходи. Быстро! — крикнула она, как только заметила Хальсина. Друид не спешил выполнять указание. Присмотревшись, он понял, что за ярость охватила дроу — а может вовсе и не дроу. Ею владело почти животное бешенство и казалось, она вот-вот изменит форму. Сам Хальсин, будь он в таком возбуждении, уже давно превратился бы в медведя, но тело Тав по-прежнему имело гуманоидные черты. Ему оставалось лишь поражаться ее выдержке. Или силе магии, которая сдерживала превращение. В том, что оно должно было последовать, но почему-то запаздывало, он теперь не сомневался. — Я же сказала — уходи! — прорычала Тав. Вместо ответа Хальсин бросился вперед, на ходу меняя облик. Он намеревался сбить Тав с ног и прижать к земле немалым весом медвежьей туши, но она отскочила в сторону и зарокотала. В нос медведю тут же ударили знакомые запахи старой крови, соленого ветра и горьких полевых трав, но он готовился их ощутить и не отвлекся. Повернулся вслед за дроу, занес лапу для удара, но ловкая девчонка проскользнула под когтями и ударила его кулаком в бок. На удивление больно. Хальсин обрушился на землю, Тав не успела отскочить и оказалась погребена под горой мускулов и шерсти. Она зашипела, и в бок медведю впилось что-то колючее, вырывая бурый клок из кожи. Ветка? Нет — когти! Пока Хальсин пытался понять, как ей вообще удалось атаковать, оставаясь прижатой к земле, Тав, ухватилась за выступ в каменистой земле и, подтянувшись, вытащила себя из-под медвежьей туши. Тут же вскочила на ноги, но вместо того, чтобы бежать, снова бросилась в атаку. Когти полоснули прямо перед глазами, и Хальсин едва успел пригнуть голову, спасаясь от очередного шрама. Подался вперед и ударил лапой по ноге. Тав не успела увернуться, штанина тут же потемнела от напитавшей ее крови, но ошеломленный внезапной победой, Хальсин пропустил новый удар. На этот раз дроу успела задеть его за ухо и кажется, раскромсала на несколько частей. Вяло увернулась от двух следующих атак и друид понял, что их маленькую игру можно заканчивать. Подгадав момент, когда Тав снова бросится вперед, он поднялся на задние лапы и повалил эльфийку на землю. Падая вместе с ней, отбросил дикий облик и прижал ее руки к земле своими, а заодно уперся коленями в ноги, лишая возможности пинаться. Тав дернулась пару раз, потом глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Хальсин почувствовал, как ее мышцы расслабляются, как выравнивается глубокое дыхание. Но отпускать не спешил. Не то, чтобы опасался новой атаки. Просто ощущать ее тело своим оказалось еще приятнее, чем он представлял. По шее дроу побежала капля пота, ворот рубашки сбился, открывая ложбинку над тонкой ключицей. По этой белой горячей коже так приятно было бы провести языком… — Ты всегда бросаешься в бой, не оценив противника? — спросила Тав, выводя его из оцепенения. — Время от времени, — не стал скрывать Хальсин. — Только не надо лгать, что тебе это было не нужно. — Не буду, но имей в виду: ходить за мной может быть опасно. Сегодня тебе просто повезло, но в будущем — кто знает, — улыбнулась Тав. Она уже достаточно пришла в себя, безумный блеск пропал из взгляда, но ни малейшей попытки выбраться она так и не предприняла. Впрочем, Хальсин отпустил ее сам, пока его желание не стало уж слишком очевидным. — Если мне и впредь будут открываться такие прекрасные виды, я готов рискнуть, — он обвел рукой разрушенный храм, который возвышался за их спинами, но продолжил в упор смотреть на Тав, чтобы она ни в коем случае не подумала, что он говорит о природе или этих пустых развалинах. — Спасибо. Тав поднялась с земли и тут же зашипела, припадая на раненую ногу. Свои раны Хальсин отбросил вместе с медвежьей формой, но она ничего подобного не делала. К тому же, друид только сейчас заметил два наконечника стрел, которые по-прежнему торчали из плеча. «Как она вообще умудрилась драться?» — подумал он и, не спрашивая разрешения, накрыл ладонями ее раны. Пока он творил заклинание, оба молчали, но Тав то и дело поглядывала на тропинку, ведущую к костру. — Им нужны ответы, да? Ты же поэтому пришел, — констатировала она, когда Хальсин исцелил ее раны. — Ты не обязана их давать, — философски пожал плечами друид. Тав вдруг на миг замерла, будто прислушиваясь, но Хальсин не понимал, к чему: вокруг не происходило ничего необычного. — Даже если и захоче, то возможно не успею. Он придет за мной. Или потребует, чтобы пришла я, — вдруг сказала дроу. Впрочем, дроу ли? Теперь, в вечерних сумерках, когда ее белая кожа почти светилась, Хальсин готов был признать, что он — идиот. И проморгал под самым носом фейри. Пусть не чистокровную, но все же уроженку неблагого двора. Но задавать вопросы он не стал: фейри или нет, до сих пор она вела отряд и не была более жестокой, чем все остальные. Друид не привык дискриминировать существ по происхождению и на этот раз придерживался старого правила. Когда они вместе с тав вернулись на поляну, по веселым взглядам, которым их встретили спутники, сразу стало понятно: арсенал пошлых шуток на основе звуков, которые доносились из руин, они уже подготовили. Но сказать ничего не успели: прямо над костром открылся портал. Все разом повернлись к нему, ожидая, что оттуда должен кто-то выйти, но голубое марево, похожее на зеркало, разгоняло вечерний полумрак и оставалось гладким, как вода в лесном озере поутру. — Это за мной, — с грустным вздохом пояснила Октавия и шагнула к порталу. — Я вернусь, скорее всего живая. Несколько менее вероятно, что здоровая и в своем уме, так что если начну нападать на вас — убивайте. Не раздумывая. Она шагнула в портал, тот закрылся за ней прежде, чем кто-то успел возразить. Поляна осталась такой же, как прежде, только костер потух, подтверждая, что все произошло на самом деле, а не приснилось всей компании разом.