Стремление

Кантерлотский замок просыпался под шёпот утреннего ветерка. В своих покоях Селестия открыла глаза, и первым ощущением был не мягкий пух одеяла, а знакомый груз долга. Она потянулась, чувствуя, как ноют мышцы под шерстью. Утро. Она бесшумно поднялась и вышла на балкон. Внизу ещё спала столица. Ночное небо, усыпанное звёздами, всё ещё принадлежало её сестре. Селестия позволила себе на секунду забыть про вчерашний кошмар и просто улыбнулась, глядя на это тихое творение Луны. Звёзды казались такими близкими, будто их можно было собрать горстью. «Спасибо, сестра, за спокойную ночь», – мысленно прошептала она. Её рог вспыхнул тёплым золотым светом. Сила нарастала, превращаясь в ослепительное сияние, которое уже трудно было сдерживать. На востоке небо порозовело, и огромный солнечный диск начал свой путь вверх. В тот же миг с самой дальней башни лазурная магия нежно коснулась лунного серпа, уводя его спать. Умывшись прохладной водой и надев тиару, она вышла из покоев. Два гвардейца у дверей замерли ещё прямее. Она кивнула им с лёгкой улыбкой. В столовой её уже ждала Луна. Вид у младшей принцессы был, мягко говоря, не лучший. Она сидела, ссутулившись над нетронутой тарелкой, крылья бессильно свисали, а глаза с трудом фокусировались, постоянно смыкаясь. – Доброе утро, Лулу, – ласково сказала Селестия, обнимая сестру за плечи крылом. – Тяжёлая ночь? Луна лишь устало кивнула, больше похожая на сонного филина, и потянулась за чашкой холодного чая. Селестия села напротив, наложила себе фруктов и какое-то время просто молчала, наслаждаясь присутствием сестры. Тишину нарушила сама Луна, отпив чай и немного оживившись. – Про вчерашнее… убийство, – начала она, и в голосе прозвучало раздражение. – Весь ночной двор сегодня так и лез ко мне за подробностями. А я сама не в курсе! – Прости, что сразу не рассказала, – извинилась Селестия. – У тебя и так забот хватает. Не хотела грузить, пока картина не прояснится. Луна, похоже, удовлетворилась. Она с новыми силами, пусть и слабыми, набросилась на холодные тосты. Закончив, поднялась, всё ещё уставшая, но уже собраннее. – У меня сегодня встречи, но ты не могла бы взять часть моих вечерних слушаний? Те, что после заката? Понимаю, у тебя тоже дел полно… – Конечно, Лулу, – без колебаний согласилась Селестия. – Передай список Рейвен. Я всё улажу. – Спасибо. Удачного дня, Тия. – Луна улыбнулась, и в её улыбке, сквозь усталость, мелькнула прежняя озорная искорка, прежде чем она скрылась за дверью.

***

Час спустя Селестия уже сидела на троне. Утренние аудиенции для простых пони пришлось перенести. Её собственный график и без того был расписан поминутно, но сегодня он казался особенно тесным. Она магическим полем поднесла к себе первый свиток. «Предварительный отчёт. Должно же здесь быть что-то полезное», – подумала она, разворачивая пергамент. «…следы на копытах жертвы соответствуют повреждениям от специальных магических волокон. Материал подавляет магическое поле единорога и существенно ограничивает физическую силу земнопони или пегаса. Используются в антимагических кольцах и браслетах…» Селестия пробежала глазами дальше. Сухие данные: время смерти, описание ран. Ничего о мотиве, о связи, о корне этого зла. Она с лёгким разочарованием отложила свиток и взяла следующий. «Личность пони, скончавшегося на месте, установлена. Карт Доел, бывший земледелец из окрестностей Эппллузы. В Кантерлоте – около месяца. Официальной работы не имел, но деньги были. Источник не установлен. Социальных связей нет, вёл затворнический образ жизни. Причина смерти требует изучения. Первичный осмотр исключает известные яды или травмы. Наиболее вероятно – магическое воздействие неизвестной природы…» Значит, Карт Доел был один? Или это просто легенда? А если этот культ зародился в тихой Эппллузе, а теперь расползается по городам? Её вчерашние опасения обретали жуткую плоть. Последним она взяла самый тонкий свиток. Отчёт о книге. Её магия дрогнула. «…переплёт из материала органического происхождения. Анализ не смог провести идентификацию – не совпадает ни с одной известной кожей. Внешние признаки указывают на возраст, но магическая датировка дала путаные результаты: от нескольких десятилетий до нескольких столетий. Основная сложность – письменность. Язык не зафиксирован ни в одном каталоге. Знаки не относятся ни к древнему эпплузскому, ни к протокантерлотскому алфавиту. Переводчик признал задачу невыполнимой в краткосрочной перспективе…» Свиток выскользнул из ослабевшего поля и шлёпнулся на пол. Селестия не стала его поднимать. Она сидела неподвижно, уставившись в пространство, но видела не колонны зала, а тот тёмный подвал, пляшущий свет свечей и пустой пыльный пьедестал. Кожа неизвестного существа. Язык, которого не понимает никто. Магия, убивающая своего носителя тихо и бесповоротно. Тишина в зале стала звонкой, давящей. Обычный ужас убийства отступал, уступая место чему-то другому – страху перед чем-то абсолютно чужим, древним, что вползло в сердце её королевства. Тишину внезапно нарушил мягкий скрип дверей. На пороге, залитая светом, появилась лавандовая аликорн с аккуратной гривой, за которой семенил небольшой фиолетовый дракончик с огромной сумкой. – Твайлайт! – лицо Селестии озарила искренняя, облегчённая улыбка. Она поднялась и пошла навстречу. – Спасибо, что приехала так быстро. – Ну что вы, принцесса Селестия, – Твайлайт почтительно склонила голову, выпрямляясь, когда крыло принцессы показало, что церемонии не нужны. Её фиалковые глаза горели неподдельным, жгучим интересом. – Как только я получила ваше послание о секретном задании… признаюсь, я была вне себя от любопытства! – её голос звенел энтузиазмом, который она пыталась, но не слишком успешно, сдержать. – Ага, – фыркнул Спайк, наконец ставя тяжелую сумку на пол с глухим стуком. – Твайлайт всю ночь не спала, готовилась. Перечитала все руководства по криптографии и тайнописи. Дважды. И заставила меня тащить половину. Селестия не удержалась от улыбки перед этой знакомой одержимостью. Но выражение её лица быстро стало серьёзным. – Твайлайт, это задание будет одним из самых серьёзных. И, возможно, опасных. Оно связано со вчерашними событиями. У меня через несколько минут встреча, поэтому всё объяснить лично не смогу. Но тебе передадут кое-что. Книгу. При слове «книга» Твайлайт едва не подпрыгнула на месте. – Но, – продолжила Селестия, – тебе понадобится вся твоя осторожность. Никто не знает, что в этом тексте. Какие знания. Или проклятия. Будь предельно внимательна. Мы имеем дело с неизвестным. – Конечно, принцесса! Я буду осторожна! Сообщу о любой находке! – тут же пообещала Твайлайт, уже мысленно представляя себе таинственный фолиант. – Не торопись с выводами, – мягко, но твёрдо остановила её Селестия. – У тебя есть время. Обсудим всё подробно вечером. – Она повернулась к стражнику у дверей. – Проводите принцессу в подготовленный кабинет в западном крыле. Книга уже должна быть там. Стражник отдал честь и жестом пригласил Твайлайт и Спайка следовать за собой. Лавандовая аликорн ещё раз кивнула принцессе и вышла из зала. Селестия медленно вернулась на трон. Солнечные часы у стены отсчитывали последние минуты. До прибытия Стара оставалось минут двадцать. Она закрыла глаза, собираясь с мыслями, отгоняя образы окровавленных страниц и чужих символов. «Сначала выслушаю его. Пойму, кто он. А потом… потом посмотрим».

***

– Простите, но мэр сегодня очень занят. Попробуйте зайти завтра, – голос кремовой единорожки по имени Эйди был профессионально-вежливым, но в нём чувствовалась глубокая усталость. Она только что проводила очередного просителя и теперь с беспокойством смотрела на плотно закрытую дверь кабинета Голдена Поста. С тех пор как он вернулся вчера, он был сам не свой. Бледный, замкнутый, отвечал односложно. Что он там увидел? Решив проверить, она постучала и вошла. Голден сидел за своим столом, заваленным бумагами. Внешне – картина идеального бюрократа. Но Эйди работала с ним достаточно долго, чтобы заметить детали: учащённое дыхание, застывший взгляд, который скользил по строчкам, не видя смысла, и лёгкая дрожь в копыте на столешнице. – Эйди, ты что-то хотела? – мэр оторвался от бумаг, и его голос звучал ровно, слишком ровно и бесцветно. – Скажите честно, – не стала ходить вокруг да около Эйди, закрыв за собой дверь. – Что-то не так? Это связано с… с тем, что вчера произошло? – Я в порядке. Просто много работы, – он отвернулся к окну, где пылало солнце, и быстро, почти резко, добавил, не глядя на неё: – Просто дай мне немного времени побыть одному. Пожалуйста. Эйди открыла рот, чтобы возразить, предложить помощь, но что-то в его осанке остановило её. Она молча кивнула и вышла, тихо прикрыв дверь. Как только щёлкнул замок, маска спокойствия спала с лица Голдена. Он тяжело выдохнул, сгорбившись в кресле, будто его ударили под дых, и уставился в окно, не видя ни солнца, ни облаков. «Ты ведь этого и добивался? – мысленно обратился он к невидимому собеседнику. – Чтобы всё начало рушиться именно здесь». Он с силой потёр виски, стараясь разогнать пульсирующую боль, и снова уткнулся в документы. Но буквы расплывались. Вместо чертежей перед ним вставали жёлтые, пронзительные глаза Стара. «Нет. Сосредоточься. У него теперь свои дела. У тебя – свои. Ты мэр. Ты должен поддерживать порядок, а не паниковать». Но внутренний голос не унимался. Он ведь не сможет вечно отсиживаться здесь. Рано или поздно вопросы начнут задаваться напрямую. И тогда… тогда всё может всплыть. Всё, что они так тщательно прятали. Внезапный лёгкий шорох, похожий на шелест сухих листьев, донёсся со стороны окна. Голден резко поднял голову. За толстым стеклом, на тёплом выступе, на мгновение мелькнуло и исчезло размытое пятно фиолетового цвета. Что-то быстрое и бесшумное. Голден сглотнул. Он медленно, слишком аккуратно, опустил взгляд обратно на отчёт, стараясь, чтобы каждое движение казалось обыденным. Но сердце билось сильнее, а в ушах стоял высокий тревожный звон. Он больше не просто волновался. Он боялся. По-настоящему.

***

Стар прошёл пост гвардии у ворот внутреннего двора, где его осмотрели, сверили со списком и пропустили. Теперь его вели по бесконечным сияющим коридорам замка. К встрече он подготовился: почистил плащ, привёл в порядок гриву, стараясь выглядеть хотя бы сносно. Но когда они прошли мимо высоких дверей тронного зала, не сворачивая к ним, он внутренне нахмурился. – Простите, разве мы не прошли тронный зал? – спросил он ровным тоном. – Принцесса пожелала провести встречу в своих личных покоях, – так же ровно ответил стражник, не замедляя шага. Стар почувствовал, как у него на спине похолодели мышцы. «Личные покои. Наедине. Очень неформально. И очень, очень подозрительно». Это было нечто большее, чем официальный приём. Это было что-то другое. Они остановились перед высокой двустворчатой дверью из тёмного дерева с тонкой инкрустацией. Стражники встали по бокам, замерши. Стар на секунду задержал дыхание, натянул на лицо привычную маску спокойствия и постучал. – Входите, – донёсся из-за двери её голос, мелодичный, но теперь приглушённый. Он толкнул дверь и вошёл. Комната дышала уютным, тёплым величием. Не показная роскошь тронного зала, но каждый предмет говорил о вкусе и истории. Высокие окна, залитые мягким светом, тяжёлые шторы, большая кровать с балдахином у стены. В воздухе витал лёгкий аромат ванили и полевых цветов. В центре, у круглого стола, сидела Селестия. Она отложила свиток и улыбнулась, жестом указывая на подушку напротив. – Ваше высочество, – Стар склонил голову в коротком кивке и занял место. Его взгляд скользнул по столу: фарфоровый сервиз, серебряные ложки, ваза с орхидеями и посередине – скромный лимонный бисквит. В тот же миг его пустая чашка сама наполнилась ароматным чаем, окутанная золотым сиянием её магии. – Вижу, у тебя есть вопросы по поводу места, – сказала Селестия непринуждённо. – Подумала, нам будет проще поговорить здесь. Спокойнее. Без лишних глаз. И да, пожалуйста, просто «Селестия». Сегодня мы не принцесса и подданный. – Она отпила из чашки, и аккуратный кусок торта сам перекочевал на тарелку перед Старом. «Спокойная обстановка. Просто Селестия. И торт. Идеально, чтобы расслабить бдительность», – мысленно отметил он, чувствуя, как подозрительность не падает, а растёт. Он сделал глоток чая. – Ну… Селестия, – имя без титула звучало странно, почти дерзко, – что именно ты хотела узнать? Или у нас сегодня запланировано дружеское чаепитие? Она мягко подтолкнула к нему тарелку. В её глазах блеснул живой, пытливый интерес. – Мне просто хотелось познакомиться поближе с умным пони, который вчера разгадал то, перед чем растерялась даже моя гвардия. Твои методы впечатлили. Я также знаю, что ты планируешь открыть здесь агентство. Насчёт этого можешь не волноваться. Вчера вечером в «Кантерлотской Газете» появился краткая сводка, где упоминается «ценная помощь частного детектива Стара Блюра». Первая реклама, одобренная короной. Стар слегка приподнял бровь. Он не ожидал такой прямой поддержки. – Ну, спасибо, – сказал он сухо, откусив кусочек торта. Он и правда был великолепен. – Я всегда рад помочь в расследовании таких дел. – Уверена, что рад, – её ответ прозвучал чуть многозначительнее, чем требовалось. – Давай отложим формальности. Расскажи о себе. Обычно детективы – личности с… интересным прошлым. Стар отставил чашку с лёгким стуком. Теперь ясна причина этого чаепития. Допрос под маской гостеприимства. – Думаю, твои осведомители уже собрали на меня досье, – произнёс он, глядя ей прямо в глаза, стараясь не выдать напряжения. – Зачем пересказывать сухие факты? Селестия не стала отрицать. Она лишь слегка кивнула, подтверждая догадку. Улыбка её при этом не дрогнула. – С чего бы начать? – Стар развёл копытами. – Родился в Мэйнхэттене. В рабочем районе у доков. Решил, что лучший способ выбраться – королевская гвардия. Подал в академию. Закончил с отличием. – И почему же тогда не в гвардии сейчас? – спросила Селестия, отпивая чай маленькими глотками. Её взгляд был мягким. – С твоими данными тебе бы не составило труда попасть в элитный караул или сыскное отделение. – Понял, что не создан для строя и устава, – пожал он плечами. – Люблю работать один. Следовать не инструкциям, а своей логике. И, признаться, большие скопления пони… не для меня. В одиночестве – спокойнее. Эффективнее. – Да, понимаю стремление к самостоятельности, – кивнула Селестия, и в её голосе прозвучала искренняя нота. Но затем она чуть наклонилась вперёд и задала следующий, неизбежный вопрос: – А твои родители? Что они сказали на твой выбор? На переезд так далеко от дома? Вопрос повис в воздухе. Стар почувствовал, как внутри что-то холодное сжимается. Его лицо стало каменным. – Селестия… – его голос звучал тише, но в нём появилась чёткая, стальная граница. – Можем ли мы сменить тему? Пожалуйста. Принцесса мгновенно уловила смену атмосферы. Её улыбка дрогнула, уступив место лёгкому сожалению и ещё большей внимательности. – О, конечно. Прости, я не хотела задевать что-то личное, – она мягко откинулась давая ему пространство. – Иногда в этом замке забываю, что не все истории легко рассказывать. Особенно малознакомым. – Ничего страшного, – пробормотал он, заставляя себя доесть последний кусок торта, который вдруг потерял всякий вкус. – Кантерлот… он всегда меня привлекал. Не только видом на открытках, но и возможностями. Кажется, здесь можно найти всё. Или… потерять всё. – Он посмотрел в окно, избегая её взгляда. – Прекрасный город, полный контрастов, – согласилась Селестия, следуя за его взглядом. – Что, увы, не скажешь о некоторых его недавних обитателях. Вроде нашего вчерашнего «гостя» с красной свечой. Мост был перекинут обратно к безопасной почве. Стар почувствовал лёгкое облегчение. – Вы уже выяснили, кем был тот… культист? Откуда он? – спросил он, стараясь, чтобы в голосе звучал лишь профессиональный интерес. Селестия на мгновение задумалась. – Прости, но детали текущего расследования – внутреннее дело гвардии. Ты помог нам выйти на след, и за это тебе отдельная благодарность. Но официально дело ведут они. Как частный детектив, ты, наверное, лучше многих понимаешь необходимость таких границ. «Конечно. „Границы“. За которыми удобно прятать то, что не хотят показывать», – мелькнуло у него с привычной горечью. Но спорить было бы глупо. – Да, конечно. Я понимаю, – нейтрально сказал он, опуская глаза. Неловкая пауза повисла в комнате, такая густая, что её почти можно было потрогать. Стар чувствовал себя скованно, будто его поймали на чём-то. Принцесса сидела напротив, угощала тортом, а он не знал, куда деваться. Кажется, Селестия это тоже почувствовала. Она взглянула на часы на камине. – У меня, к сожалению, через десять минут совещание, – сказала она, – Но… если ты не спешишь, может, останешься в замке до вечера? После всех этих бумаг было бы приятно… просто поговорить. Может, показать тебе кое-что интересное в этих старых стенах. Стар смотрел на неё, сбитый с толку. Она смотрела не как монарх, а с какой-то странной, почти наивной надеждой. Противостоять этому взгляду оказалось сложно. – Д-да, конечно. Мне некуда спешить, агентство пока только на бумаге, – сдался он, поймав себя на том, что говорит искренне. Её лицо снова озарила улыбка. – Прекрасно! В замке, знаешь ли, есть библиотека. Одна из самых больших в Эквестрии. Хочешь взглянуть, пока я буду на своём скучном совещании? Уверена, тебе там понравится. – Библиотека? – в голосе Стара, к его собственному удивлению, прозвучал неподдельный, почти жадный интерес. – Да! – Селестия поднялась, явно довольная его реакцией. – Я распоряжусь, чтобы тебя проводили. Там ты точно найдёшь, чем занять свой ум на пару часов. И, пожалуйста, чувствуй себя как дома.

***

Вечер опускался на Кантерлот, окрашивая небо в густые синие и фиолетовые тона. В кабинете лунного крыла, куда уже проникала ночная прохлада, Миднайт Мист сидела напротив только что проснувшейся принцессы Луны. Фестрал говорила тихо, но чётко. – Как я уже доложила, мы будем осуществлять пассивный мониторинг расследования гвардии. Но… ваша сестра, – в её скрипучем голосе прозвучало сдержанное раздражение. – Она создаёт помехи. Её личное участие связывает нам копыта. Мы вынуждены работать в обход официальных каналов. Луна, ещё не до конца проснувшись, поправляла у зеркала свою звёздную гриву. – Я знаю её характер, Миднайт. Она привыкла нести всё одна и с подозрением относится к скрытым вмешательствам, особенно… из нашей сферы. – Принцесса ночи вздохнула, её взгляд в зеркале стал печальным. – Дай ей немного времени. Но если увидишь, что ситуация выходит из-под контроля или ей грозит опасность – действуй без колебаний. Её безопасность – превыше всего. – Как прикажете, ваше высочество, – фестрал склонила голову, но в её позе читалось лёгкое недовольство. Луна направилась к ванной. – Можешь быть свободна. И… будь осторожна сама. То, с чем мы столкнулись, пахнет не просто преступлением. Оно пахнет тьмой. Миднайт молча вышла, её тень слилась с темнотой коридора. В своём кабинете, освещённом лишь тусклым синим светом, её уже ждал другой фестрал. Он молча протянул стопку документов, перевязанных чёрной лентой. – Это всё, что удалось собрать за такой срок. – Кратко. Только самое важное, – приказала Миднайт, опускаясь в кресло за столом. За окном последний луч солнца угас, и мир погрузился в ночь, озарённую серебристым светом полной луны. – Их первая задокументированная встреча – три года назад, в Мэйнхэттене, незадолго до поступления Стара Блюра в академию. Голден Пост был там с инспекцией. Обстоятельства знакомства туманны, но они пересеклись в ходе одного запутанного, неафишируемого дела. – Какого именно? – спросила Миднайт, уши настороженно подрагивали. – Установить не удалось. Архивы мэрии за тот период содержат странный пробел. Более того, лишь один пони в городе обладает полной информацией о тех событиях. – Всего один? – фестрал прищурилась, в её глазах вспыхнул азарт охотника. Теперь она была уверена – связь была не случайной. В ней крылась старая, тщательно скрываемая тайна. «Слишком чисто, чтобы быть совпадением». – Больше данных нет. Остальное – их переписка. Обычные дружеские беседы. Ничего компрометирующего. Мотив переезда Стара в Кантерлот остаётся неясным. – Ладно, – Миднайт раздражённо фыркнула, откидываясь на спинку кресла. – За два дня – это хоть что-то. Продолжайте копать. И найдите того пони в Мэйнхэттене. Я хочу знать, что там произошло на самом деле. Агент беззвучно отдал честь и растворился в тени. Миднайт осталась одна, устремив взгляд в ночь за окном. «Слишком много белых пятен. Слишком много вопросов. Возможно, стоит мне самой навести справки в Мэйнхэттене. Лично».

***

В королевской библиотеке стояла благоговейная тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и тиканьем маятника где-то вдалеке. Стар закрыл четвёртую за сегодня книгу – увесистый том по магии. Солнце уже давно скрылось, и в высокие витражные окна лился теперь серебристый лунный свет, окрашивая стеллажи в мистические, синеватые тона. Он откинулся на спинку мягкого кожаного кресла, позволив себе несколько минут просто сидеть с закрытыми глазами. Тишина и покой этих стен, пропитанных мудростью веков, были почти осязаемы. Он поднялся и с наслаждением потянулся, расправив крылья, чувствуя приятную усталость в мышцах спины. И в этот самый момент краем глаза, его взгляд, настроенный на малейшее движение, поймал нечто за стеклом огромного окна. На внешнем, узком каменном подоконнике на мгновение замерло размытое фиолетовое пятно. Уголок его губ дрогнул. «Вот и отлично», – прошептал он про себя, и в глазах вспыхнул огонёк. С новыми силами он покинул библиотеку, направляясь к тронному залу. На одном из поворотов в полутемном коридоре он, глубоко задумавшись, не рассчитал шаг и довольно сильно столкнулся плечом с кем-то, кто шёл навстречу. – Простите, я не смотрел куда иду, – автоматически бросил он, потирая ушибленное место и поднимая голову. Дыхание перехватило. Вся расслабленность мгновенно испарилась, сменившись ледяной собранностью. Перед ним, тоже потирая плечо, стояла принцесса Луна. Её ночная красота в слабом свете голубоватых светильников казалась почти нереальной. – П-принцесса Луна… я не ожидал… прошу прощения, – начал он, чувствуя, как язык заплетается. Луна мягко подняла копыто, останавливая его, и улыбнулась. Улыбка была тёплой, но в глубине её бирюзовых глаз таилась изучающая внимательность. – Всё в порядке. Мне тоже следовало быть внимательнее. А вы…? – Стар Блюр, – отчеканил он, выпрямляясь. – Частный детектив. Здесь по приглашению принцессы Селестии. – Понятно… – Луна слегка наклонила голову, изучая его. – Не хотите присоединиться к ужину? Сестра, уверена, будет рада. Она так редко общается с… новыми пони. Предложение прозвучало так естественно, что это лишь усилило настороженность Стара. Отказаться было бы грубо. – Думаю… да, почему бы и нет, – согласился он, чувствуя, как попадает в ловушку вежливости. В небольшой столовой Селестия уже ждала. Увидев Стара с сестрой, её лицо озарила радость. – Стар! Прости, я совсем забыла о времени… – Она сделала шаг, но взгляд её переключился на Луну. – Вы уже… познакомились? – Да, – коротко кивнул Стар, занимая место за столом. Селестия села напротив, а Луна – рядом, и её присутствие наполнило комнату ощущением ночного покоя. – Тия, спасибо, что взяла на себя часть моей нагрузки сегодня, – сказала Луна. – Это помощь важна, особенно сейчас, когда кошмары в городе стали… тревожнее. Стар, молча накладывая себе еду, чувствовал исходящую от Луны странную ауру – холодноватую, свежую, пахнущую озоном и глубиной. Это вызывало в нём почти инстинктивное желание отстраниться. Он торопливо ел, стараясь не смотреть в её сторону. – Стар, не торопись так, – мягко заметила Селестия. – Если задержишься, можешь остаться в гостевой. Ночью в городе сейчас небезопасно. Внутри Стара всё сжалось в тугой комок. «Ни за что. Остаться здесь, под боком у двух аликорнов? Это безумие». – Пожалуй, я откажусь, но спасибо, – сказал он чуть резче, чем планировал. – Мне пора. Дела. – Но мы же не закончили наш разговор, – напомнила Селестия, и в её глазах мелькнуло разочарование. – Ах да… разговор… – Стар замер, мозг лихорадочно искал предлог. – Давай в другой раз. Может… завтра вечером? В каком-нибудь спокойном ресторанчике в городе, где можно поговорить без… – он резко осёкся, с ужасом осознав, что только что пригласил принцессу на ужин. «Отлично, Блюр. Поздравляю». Попытка поправиться замерла на губах, когда Селестия ответила. Её улыбка стала шире. – Конечно. Завтра в шесть. Я как раз освобожусь. – Прекрасно, Тия. Как обычно, буду разгребать твою бумажную работу, пока ты развлекаешься, – с лёгкой иронией вставила Луна, наблюдая за паникой на лице Стара. Затем она рассмеялась – мягко, словно звон колокольчиков. – Шучу. Отдыхай, сестра. – Тогда… до завтра, – пробормотал Стар, чувствуя, как горят уши, и почти выбежал из столовой. Сёстры остались вдвоём. Луна первая нарушила тишину. – Он… необычный. Его взгляд… Он не просто смотрит. Он изучает. Как будто пытается разгадать головоломку в каждом. – Он детектив, Лулу, – улыбнулась Селестия. – Привычка видеть мир как набор улик. – Возможно. А что… связывает вас, кроме вчерашнего дела? Откуда это доверие? – Рабочие моменты, помощь в расследовании, – несколько уклончиво ответила Селестия, чувствуя, как под взглядом сестры на щёки набегает румянец. – Ну, может, начало дружбы. Мне с ним интересно. Он говорит то, что думает. Луна лишь тихо хихикнула в ответ. В этот момент дверь распахнулась, и на пороге, запыхавшись, появились Твайлайт и Спайк. Вид у лавандовой аликорн был красноречив: лицо пылало, уши прижаты, а Спайк корчился в сдерживаемом смехе. – Спайк! Это не смешно! – пыталась звучать строго Твайлайт, но голос срывался на визг. – Ага, не смешно! Особенно когда ты так сосредоточенно накладывала заклинания! – фыркнул дракон. – А в итоге… а-ха-ха! – Что случилось, Твайлайт? – спросили обе принцессы почти хором. – Что случилось?! – воскликнула Твайлайт, с глухим стуком опуская на стол тот самый красный том. – Я расшифровала эту вашу «сверхсекретную» книгу! Луна обволокла фолиант бирюзовым сиянием и открыла. Селестия сохраняла спокойствие. – Твайлайт, успокойся, объясни по порядку. – Я применила усиленное заклинание перевода… и когда всё сработало, я открыла книгу, а там… – Твайлайт замолчала, сгорая от стыда. Луна, пробежав глазами по страницам, фыркнула, а затем рассмеялась. – А там, – закончила за неё Луна, с трудом сдерживая улыбку, – оказался весьма… творческий сборник похабных анекдотов и двусмысленных зарисовок. Довольно старых. Коллекция какого-то распутного аристократа. Селестия не засмеялась. Её брови сдвинулись. «Сборник непристойностей? Это то, что стоило жизни?» Что-то здесь было не так. Либо мистификация, либо верхушка айсберга. Но сейчас обсуждать это было нельзя. – Главное, что ты справилась, дорогая, – мягко сказала Селестия, положив крыло на плечо Твайлайт. – И, сама того не зная, дала мне понять, что готова к более серьёзным задачам. Это и была проверка – на мастерство, стрессоустойчивость и… на чувство юмора. Спайк зашёлся в новом приступе хохота. Луна, уловив ложь в словах сестры, слегка нахмурилась, но не стала допытываться. – П-проверка?! – Твайлайт, казалось, вот-вот взорвётся. Но под тёплым взглядом Селестии её гнев растаял, сменившись облегчением. – Ты можешь остаться в Кантерлоте? Мне нужно, чтобы ты была рядом. Задания будут серьёзными. Мне нужен ум, на который можно положиться. – Да, конечно, принцесса! Спасибо! Спайк, пошли! – Твайлайт с новым воодушевлением потащила дракона из зала. – Доброй ночи, Лулу, – сказала Селестия, поднимаясь. Ей нужно было подумать. В одиночестве. Книга была фальшивкой. Значит, настоящая где-то ещё. – Доброй, сестра, – тихо ответила Луна, провожая её задумчивым взглядом.

***

Стар уже лёг в кровать, уставший, но не сонный. Мысли метались. Внезапно в стекло раздался стук. Он мгновенно поднялся, накинул плащ и выглянул. Никого. Но прямо под окном, на земле, догорала аккуратная кучка чего-то. Он вышел в ночную прохладу. В слабом свете он разглядел остатки ярко-красной грубой ткани – точно такой, как та роба. Она тлела, издавая резкий запах палёной шерсти и серы. Рядом валялся обгоревший кожаный чехол, по форме идеально подходивший для книги. Стар не тронул ничего, лишь стоял и смотрел, а на его лице медленно расползалась холодная, понимающая улыбка. Он поднял голову к ночному небу, закрыл глаза и глубоко вдохнул, вбирая запах дыма и прохлады. На том же коньке крыши соседнего дома, чётко вырисовываясь на фоне луны, сидела та самая фиолетовая птица с длинным хвостом. Она не двигалась, лишь смотрела на него тёмными, блестящими глазами. Стар одобрительно кивнул. Затем птица взмахнула крыльями и растворилась в ночи, оставив его наедине с догорающими углями.