Стремление

Кантерлот просыпался. Солнце било в глаза. Улицы начинали заполняться обычным утренним гамом – копыта по брусчатке, крики разносчиков, скрип телег. В одном из узких переулков, куда свет падал косыми полосами, уже шла работа. – Два пакета, как договаривались, – сказал единорог в потёртом плаще. Рядом топтался земнопони, нервно поглядывая по сторонам. Покупатель, тоже единорог, молча протянул свёрток с битсами. – Сотня. Хватит? – Вполне, – кивнул торговец, хватая деньги. В тот же миг с покупателя спала пелена иллюзии. Желтая магия рассеялась, как дым, обнажив золотую шерсть, синюю гриву и твёрдые тёмно-зелёные глаза капитана Шилда. Он даже не моргнул. – Копыта чтоб я видел, – его голос прозвучал ровно, но так, что земнопони дёрнулся. Из-за угла влетели трое пегасов в доспехах. Крылья сложили в последний момент, чтобы не врезаться в стены. Стронг не стал ждать. Его рог вспыхнул короткой жёлтой вспышкой. Волна магии ударила единорога в грудь – тот ахнул, глаза закатились, и он рухнул на камни как мешок. – Не двигаться! – капитан бросил это уже земнопони, но того уже прижали к стене, скручивая копыта за спину. Стронг подошёл, поднял один из пакетиков. Серый порошок внутри слабо блестел на солнце. – Наркотики. Откуда? – Я… я просто… – земнопони заглотал воздух. – Не трави мне тут уши, – Стронг магией приподнял его и с глухим стуком вдавил в шершавую стену. Тот захрипел. – Где взял? Кто поставщик? Пауза длилась пару секунд. Капитан мысленно уже перебирал способы добиться ответа – быстро, без лишнего шума. – Я скажу! Всё скажу! – выдохнул земнопони, и всё напряжение из него разом ушло. – Умница. – Стронг отпустил магию, дав тому шлёпнуться на землю. – Этого увести, – кивнул он на оглушённого единорога стражам. Потом повернулся обратно. – Ну? Я слушаю.

***

Площадь перед мэрией была почти пуста в этот ранний час. Эйди стояла посредине, вдыхая прохладный воздух. Выходной. Странное чувство. Она договорилась, чтобы Глэдис сегодня поработала за неё – та, конечно, буркнула что-то недовольное, но согласилась. Из-за угла показался знакомый силуэт. Ярко-голубая грива, розовые глаза, лёгкая, быстрая походка. – Эйди! Привет! Лайти Фокус почти подпрыгнула к ней и обняла. Эйди слегка напряглась, но тут же расслабилась, позволив улыбнуться. – Привет. Как дела? – Просто огонь! – Лайти засмеялась, отскочив. – Типси уже ждёт в том магазинчике, у Лемон Тритс. Знаешь его? – Глэдис оттуда сладости таскает пачками. Идём? Магазин оказался в двух улицах отсюда. Пахло ванилью, мёдом и чем-то цитрусовым ещё с порога. Внутри было шумно и тесно. Лемон Тритс носилась между столиками с подносом, улыбаясь во все лицо. Лайти сразу заметила Типси у окна. Та сидела, уставившись в свою записную книжку. – Типси! Я тут! Та подняла взгляд, улыбнулась. Её глаза скользнули на Эйди, и в них мелькнуло что-то вроде вежливого любопытства. – Мисс Лист. Не ожидала вас здесь увидеть. – Ой, да хватит, – Эйди махнула копытом, садясь напротив. – Лайти моя подруга, так что просто Эйди. Лемон тут же материализовалась у их стола, запыхавшись. – Чем угощу? – Мне медовый пирог, – Лайти почти пропела. – И сок. И… знаешь что? Два стаканчика мороженого. Ванильного. – Мисс Лист, для меня честь, – Лемон слегка склонила голову. – Не стоит. Принесите то, что обычно берёт моя помощница, я доверяю её вкусу. – Без проблем. Мисс Тейл? – Просто сок, спасибо. Когда Лемон скрылась за стойкой, Типси отложила блокнот. – Как давно вы знакомы? – спросила она, глядя то на Лайти, то на Эйди. – О, это ещё со школы, – Лайти фыркнула. – Эйди была круглой отличницей. Ну, знаешь, сидела в библиотеке, а не на дискотеках. – В отличие от тебя, я хоть время на ветер не бросала, – Эйди сказала это легко, почти нежно, но Лайти всё равно слегка съёжилась. – Ну да… – Зная Лайти, она на уроках, наверное, только и делала, что чепуху какую-то вытворяла, – добавила Типси. – Точно! – Лайти вдруг оживилась. – Помнишь, как я тот фейерверк в кабинете наколдавала? Прямо у стола учительницы? Типси подняла бровь. – И что было? – Она сдала меня с потрохами, – Эйди вздохнула, но в уголках рта дрогнула улыбка. – Сказала, что это я ей заклинание показала. Родители потом неделю не пускали меня с ней гулять. Считали дурным влиянием. Лайти рассмеялась, откинув голову. Лемон вернулась с подносом. Поставила тарелки, стаканы. Воздух наполнился сладким запахом. – Приятного аппетита! Эйди взяла свою порцию – изящный бисквит с ягодной прослойкой. Внешне она была полностью поглощена моментом. Просто подруга, болтающая за завтраком. Никто бы не догадался. – Кстати, вы же слышали про нового капитана гвардии? – начала Типси, отхлебнув сока. Её тон был непринуждённым. Лайти тут же оживилась. – О, Стронг Шилд? Да, видела мельком. Серьёзный такой, видный. Я б с ним познакомилась, если бы шанс выпал. Эйди подавилась куском бисквита. Её резко заломило где-то под рёбрами. То, о чём не хотела думать. Кто-то вычислил информатора Стронга и устранил его – чисто, профессионально. А ещё этот «Вестник», призрак, который знал прозвища её партнёров по теневым сделкам. В городе пахло чужим, опасным вниманием. – А ты? – Лайти ткнула её копытом в бок, выводя из ступора. – Я? – Эйди моргнула, сглатывая крошки. – Ну, ты бы с ним что ли… закрутила? – Лайти подмигнула. – Нет. Не в моём вкусе, – отрезала Эйди, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Типси тихо хихикнула в свою кружку. – Ну да, конечно. Зато другой мэр – в самый раз, да? Лайти аж привстала, глаза стали круглыми. – Что?! Эйди, и ты молчала?! – Как… откуда ты вообще знаешь? – Эйди почувствовала, как по шее разливается жар. Вместо ответа Типси неспешно достала из сумки несколько фотографий. Тот самый официальный вечер мэров. Вот они с Анкором поднимают бокалы, вот говорят, склонив головы близко друг к другу. И последний кадр – они уходят вместе в сторону гостевых покоев под конец вечера. Эйди сначала покраснела, потом неожиданно для себя самой рассмеялась – коротко, с лёгкой хрипотцой. Что ж, шила в мешке не утаишь. – Ну, вы меня раскусили. Рассказать про него? – спросила она, делая вид, что смущение уже прошло. Лайти придвинулась так близко, что чуть не опрокинула свой стакан. – Только попробуй умолчать хоть одну деталь!

***

Покои Селестии были залиты утренним светом, но в воздухе висела тяжёлая, густая тишина. Луна расхаживала взад-вперед, её крылья нервно вздрагивали. – Как ты могла? – её голос звучал не с упрёком, а с усталой, вымотанной горечью. Селестия сидела на краю огромной кровати, сгорбившись. Она не плакала, просто смотрела в пол. – Я… забылась. Всё произошло так быстро. – Врач чётко сказал: никакой магии против него! – Луна остановилась перед сестрой. – Мало того что мы Стронга вовремя не остановили, так ты ещё и сама чуть не ударила его оглушающим заклинанием! Что у тебя в голове было? – Не знаю… – голос Селестии сорвался на шёпот. – Я испугалась. Что он снова уйдёт. Навсегда. Что теперь делать? Куда он мог деться с такой травмой? Луна закрыла глаза, сделав глубокий вдох. Когда она заговорила снова, тон стал ровнее, деловитее. – Слушай. Его будут искать мои фестралы. Только они. Я лично отдам приказ – действовать максимально осторожно, найти и наблюдать. Не задерживать. Никакого насилия. Селестия хотела возразить, сказать, что и фестралам она не доверяет до конца после истории с предателем, но слова застряли в горле. Альтернативы не было. – Хорошо, – просто выдохнула она. Луна подошла и обняла её крылом. – Ты Твайлайт предупредила? – Нет… Не успела. И не хочу на неё это сваливать. У неё и своих забот хватает. – Понятно. Ладно… Мы как-нибудь выкрутимся. Мы же всегда выкручивались. Селестия кивнула и прижалась к сестре сильнее, ища в ней опору, как в древние времена. – Помнишь, как раньше я тебя утешала? Когда мы только стали аликорнами и ты панически боялась своих новых обязанностей? – Помню, – на мгновение в голосе Луны дрогнула тёплая нота. – Ты тогда обнимала меня и пела ту глупую колыбельную наших родителей. От которой мне всегда хотелось спать. – А теперь я боюсь, а ты меня успокаиваешь. Время, оказывается, идёт по кругу. В дверь мягко постучали. Вошёл Стронг Шилд. Он выглядел собранным, но в уголках его глаз читалась усталость. – Принцессы. Вы просили доложить по утренней операции. Дело завершено. Луна осторожно высвободилась из объятий, принимая официальный вид. – Что удалось выяснить? – Задержали торговца. Наркотик называется «Гнойя». Дешёвый, токсичный, быстродействующий. Само слово заставило Селестию поморщиться, будто она почувствовала его вкус – горький и гнилостный. – Откуда эта гадость у нас? Я никогда не слышала о таком. – Судя по всему, его везут с южных окраин Эквестрии, – Стронг говорил чётко, отчеканивая слова. – В Кантерлоте он распространяется через чётко налаженный канал. Мы этот канал вычислили. – И чего же вы ждёте? – в голосе Луны прозвучала сталь. – Группа уже выдвинулась на место. К настоящему моменту, полагаю, операция уже началась. Осталось только взять организаторов с поличным.

***

Пещера под горой, на которой стоял Кантерлот, была сырой и холодной. Воздух пах плесенью и пылью. Её освещало лишь неровное, трепещущее сияние от рогов нескольких единорогов, отбрасывающее гигантские, прыгающие тени на стены. Две группы пони, по шесть в каждой, стояли друг против друга. Напряжение висело в воздухе плотнее пещерного мрака. Во главе одной из групп стоял Малыш. Даже на фоне этих угрюмых рож он выделялся – жеребёнок с жёлтой гривой и жёстким взглядом изумрудных глаз. – Малыш, честно слово, я вообще не понимаю, в чём твоя проблема, – развёл копытами главарь противоположной группы, матёрый земнопони. – Дело-то прибыльное. А ты сам все ниточки с Кантерлотом оборвал. Рынок пустой. Спрос есть – мы делаем предложение. – Ты что, в глаза долбишься? – Малыш произнёс это тихо, но так, что его голос отчётливо прокатился под сводами. – Я чётко дал понять: пока я здесь главный, никакой наркоты. Нигде. И особенно – не в Кантерлоте. Это не обсуждается. – Слушай, давай по-взрослому. Тебе больше битс надо? – Земнопони заговорил слаще, но в его глазах не было ни капли уважения. – Назови цифру. Мы договоримся. – Это не про алчность. Это принцип, – отрезал Малыш. Его хвост дёрнулся. – Да пошёл ты со своим принципом! – земнопони внезапно взорвался, его терпение лопнуло. – Кто ты такой, чтобы указывать? Ты даже не… Он не закончил. Весь мир внезапно озарился ослепительными белыми вспышками. С нескольких сторон одновременно. Магия оглушения ударила по пещере волной, смешавшись с криками, топотом копыт и звонким командным голосом, прорвавшимся из туннеля: – Всем лежать! Гвардия! Немедленно сдаться! Белые вспышки разрезали темноту, превращая пещеру в стробоскоп кошмара. Малыш двинулся раньше, чем осознал. Инстинкт. Он рванулся в сторону, перекатился, и его задние копыта со всей силы врезались в грудную клетку оппонента. Тот хрипло ахнул. Послышался тот самый приглушённый, мокрый хруст, который Малыш знал слишком хорошо. Пегас из его банды рванулся было прикрыть его, но магический снаряд угодил тому прямо между крыльев. Он рухнул как подкошенный. Малыш даже не обернулся. Вместо этого он использовал небольшой выступ, чтобы оттолкнуться, и на полном ходу врезался в гвардейца-единорога, того самого, что стрелял. Тот не ожидал такой скорости и мощи от существа размером с жеребёнка. «Всегда недооценивают. Идиоты». Удар головой в солнечное сплетение, резкий захват – и противник с стоном оседает на землю. Малыш уже бежал к слабому просвету в дальнем конце пещеры. Вокруг стоял ад. Воздух гудел от магии, пахло озоном и пылью. Он петлял, пригнув голову, чувствуя, как оглушающие заклинания свистят мимо ушей, обжигая шерсть статикой. – Чёрт! Валите всех нахер!!! – проревел чей-то голос, полный панической злобы. Голос наркоторговца. И лавина заклинаний усилилась, стала хаотичной. Малыш пригнулся, и взрывная сфера просвистела в сантиметрах над его гривой, врезавшись в свод. Грохот, дождь камней и пыли. Часть потолка рухнула, завалив проход. В полумраке, прорезаемом вспышками, на него налетел пегас из враждебной банды – дикие глаза, копыта, нацеленные на него. Тело среагировало само. Короткий удар в мягкое подреберье, болезненный выдох противника, быстрый переворот – и весь его вес, умноженный на усилие протезов, обрушился на изогнутую шею пегаса. Тот хрустнул. Малыш подхватил ещё тёплое тело и швырнул его навстречу летящей магической сфере. Ещё один взрыв, ближе. Его ударило осколком камня в бок. Боль прошла по ребрам, но протезы выдержали, ампутированные культи лишь дёрнулись от удара. Плащ порвался, обнажив полоску искусственной шерсти и бледный шрам под ней. Дым и пыль теперь заполнили всё. Видимость упала почти до нуля. Всё вокруг было туманом, криками и слепящими вспышками. «Слепое побоище. Идеально». Он рванул к спасительному просвету, последним рывком выскочил из пещеры в холодный ночной воздух. И тут же что-то тяжёлое и невидимое ударило его в тот же самый бок. Воздух вырвался из лёгких со стоном. Он попытался встать на копыта, но тело не слушалось. Сразу же судорога сковала мышцы. Протезы дёрнулись в спазме. Он рухнул на землю, беспомощный, глотая пыль.

***

– Принцесса Селестия. Гвардеец, стоявший в тронном зале, выглядел помятым. Перед ним на тронах сидели Селестия и Луна. Рядом, вытянувшись в струнку, стоял Стронг Шилд, его лицо было каменным. – По итогам рейда задержано семь пони. Трое доставлены в лазарет с тяжёлыми травмами. Ещё пятеро, судя по всему, скрылись. – Я отдавал приказ действовать аккуратно, – голос Стронга был тихим, но в нём звенела сталь. – Объясните, как «аккуратно» превратилось в «тяжёлые травмы»? – Это не совсем мы… – гвардеец замялся, переминаясь с копыта на копыто. – Там, когда мы вошли, уже шла… ну, разборка. Две группировки между собой. Мы попали на самую горячую фазу. – Значит, вмешались вовремя, чтобы предотвратить большее кровопролитие, – заключил Стронг, но его взгляд говорил, что он позже разберётся в деталях. – Есть ещё кое что, – гвардеец явно нервничал, его глаза бегали от одной принцессы к другой. – Говорите, – мягко, но настойчиво сказала Селестия. Её собственное спокойствие дало ему силы. – Задержаны… два предполагаемых главаря. Один – единорог, он в розыске в Мэйнхэттене. А второй… Он замолчал, словно язык не поворачивался произнести имя. – Второй? – Стронг сделал едва заметный шаг вперёд. – Второй… известен под кличкой «Малыш». В зале на секунду воцарилась тишина. – Кто? – хором переспросили Селестия и Луна. – «Малыш», – повторил Стронг, нахмурившись. – Я слышал это имя. Через его сеть проходит добрая половина контрабанды в Эквестрии. Прозвище… да, странное. Лично никогда не сталкивался, только в донесениях. – Интересно, – сказала Селестия, и в её голосе прозвучала смесь брезгливости и холодного любопытства. – Неожиданная удача, заполучить столь крупную фигуру. – Что за дурацкая кличка? – фыркнула Луна, но в её глазах загорелся азарт. – Уже хочу на него взглянуть. – Но, ваше высочество… когда мы его задержали, стало понятно, почему «Малыш», – гвардеец сглотнул. Сестры обменялись взглядом. – Ну, удиви нас, – Луна облокотилась на подлокотник трона. – Он… он… – гвардеец искал слова. – Он жеребёнок. Земнопони. На вид лет тринадцать, не больше. – Что? – на этот раз к хору принцесс присоединился и Стронг. Его профессиональная маска на миг треснула, обнажив чистое недоумение. – Все задержанные из второй банды указывают на него. Говорят, это и есть тот самый «Малыш». – Мне нужно его увидеть. Сейчас, – встала Селестия. Внутри у неё что-то ёкнуло – недоверие, смешанное с внезапной, острой жалостью. «Не может быть. Жеребенок?».

***

Стронг молча шёл за ней по коридору казематов. Когда он увидел фигуру в дальней камере, то на мгновение замер. У стены, под присмотром двух единорогов с зажжёнными рогами, сидел жеребёнок. Маленький, с жёлтой, взъерошенной гривой и грязной коричневой шкурой. Его передние копыта были скованы магическими накопытниками. «И это… он?» – мысль Стронга билась впустую. Селестия приблизилась медленно, как к дикому зверьку, и опустилась на уровень его глаз. Её голос, когда она заговорила, старался быть тёплым, материнским. – Привет, маленький пони. Как тебя зовут? – Я не маленький! – он рявкнул тут же, его изумрудные глаза сверкнули чистой, недетской ненавистью. – Назови ещё раз так – горло перегрызу. Селестия инстинктивно отпрянула. Не от страха, а от шока. Такая злоба. В таком взгляде. Стронг мгновенно оказался между ними, его собственная ярость закипела в ответ на оскорбление принцессы. – Как ты смеешь так разговаривать с Её Высочеством?! – Да мне плевать на её титулы! – Малыш даже не повысил голос. – Я не идиот, чтобы не знать, кто тут на самом деле у власти. Селестия. – Он произнёс её имя безо всякого почтения. – Принцесса, он не расположен к диалогу, – тихо сказал Стронг, но напряжение в его теле говорило, что он готов в любой момент скрутить этого жеребёнка. Селестия медленно выпрямилась. Она это поняла. Но понимание не принесло ответов, только больше вопросов, колючих и неудобных. Как? Как жеребенок мог опуститься на самое дно преступного мира? Что с ним случилось, что выжгло в нём всё детское? Что он пережил? Она не смогла защитить Стара. Не смогла разглядеть его боль под маской. Возможно, здесь, перед ней, был ещё один сломанный, запутавшийся пони. Только в тысячу раз более юный и, судя по всему, в тысячу раз более ожесточённый. «Я не могу его просто запереть. Я должна понять», – пронеслось у неё в голове. Это было не милосердие. Это была новая, странная и тяжёлая ответственность.