На грани неба и бездны

Изана обладал сверхъестественным чутьем на перемены в настроении тех, кто его окружал. Он чувствовал ложь по запаху, как хищник чувствует страх. Когда Какучё вернулся в палату после разговора с Касуми, тишина в комнате была не просто гнетущей - она была электрической. Изана сидел на кровати, полностью одетый в свою красную форму - он приказал принести её этим утром, словно доспехи перед битвой. Он методично застегивал пуговицы на манжетах, не глядя на своего верного слугу. - Ты долго отсутствовал, Какучё, - голос Изаны был тихим, но в нем слышался скрежет металла по стеклу. - Проверял посты у входа, Изана. В городе неспокойно, - Какучё старался держать голос ровным, но его выдал короткий взгляд в сторону. Изана медленно поднялся. Его движения были плавными, почти кошачьими, несмотря на свежие шрамы. Он подошел к Какучё вплотную, заставив того инстинктивно вытянуться по стойке «смирно». - Ты пахнешь её духами. - Изана впился взглядом в глаза друга. Его зрачки сузились, превращая фиолетовую радужку в тонкое кольцо. - О чем вы говорили? Какучё молчал. Предать Изану было невозможно, но признаться в том, что он пытался выслать Касуми из города, означало подписать себе - а возможно и ей - смертный приговор в порыве ревности Короля. - Я просто… - начал Какучё. Удар был молниеносным. Изана наотмашь ударил друга по лицу, не вкладывая всю силу, но вложив все свое презрение. Какучё даже не шелохнулся, лишь голова дернулась в сторону. По подбородку потекла тонкая струйка крови. - Не смей мне лгать! - Изана схватил его за воротник, притягивая к себе. - Ты предлагал ей деньги? Пытался спровадить ее из «Поднебесья», пока я не привязался слишком сильно? Ты решил, что имеешь право решать за меня, кто должен быть рядом? - Я пытался спасти тебя! - не выдержал Какучё, глядя прямо в безумные глаза лидера. - Ты слабеешь из-за неё, Изана! Посмотри на себя! Ты перестал быть Королем, ты стал… влюбленным мальчишкой, который подставит спину под нож, если она попросит! Изана оттолкнул его с такой силой, что Какучё врезался в стену. Лицо Короля исказилось в жуткой, пугающей гримасе. - Слабею? - Изана рассмеялся, и этот смех заставил бы содрогнуться даже Ран Хайтани. - Ты ничего не понимаешь. Она - не моя слабость. Она - моя награда за всё то дерьмо, через которое я прошел. Она - единственное, что в этом фальшивом мире принадлежит мне по-настоящему. Не «Поднебесью», не семье Сано… только мне. Он подошел к столу и одним движением смахнул на пол все медицинские склянки. Стекло разбилось с оглушительным звоном. - Если ты ещё раз подойдешь к ней без моего приказа… если ты ещё раз попытаешься её напугать своим «реализмом»… я забуду, что мы вместе росли в том приюте, Какучё. Я вырву тебе сердце и положу его к её ногам, чтобы она знала: никто не смеет вставать между мной и моим небом. В этот момент дверь палаты открылась. На пороге стояла Касуми. Она увидела разбитые стекла, кровь на лице Какучё и Изану, тяжело дышащего посреди этого хаоса. Её голубые глаза расширились от ужаса, но она не убежала. Напротив, она сделала шаг внутрь. - Что здесь происходит? - её голос дрожал, но она старалась говорить твердо. Изана мгновенно изменился. Ярость не исчезла, но она спряталась под маску ледяного спокойствия. Он повернулся к ней, и на его губах появилась та самая мягкая, пугающая улыбка. - Ничего особенного, мой ангел. Просто Какучё напомнил мне, что за пределами этих стен нас заждались дела. Он подошел к ней, игнорируя присутствие Какучё, и взял её лицо в свои ладони. Его пальцы, еще дрожащие от гнева, были пугающе холодными. - Касуми… завтра меня выписывают. И я пришел к выводу, что этот госпиталь - слишком опасное место для такой хрупкой девушки. Ты едешь со мной. Это был не вопрос. Это был приговор. - Изана, я не могу… - начала она, но он прижал большой палец к её губам. - Ты можешь всё. Потому что теперь твоя жизнь - это часть моей. И если кто-то из моих «псов» или моих врагов думает иначе… они скоро поймут, как сильно ошибались. Он бросил уничтожающий взгляд на Какучё. - Собери вещи. Мы уходим сегодня ночью. Тишина закончилась.