Адгезия

***

      Ким Теджун играл в покер с подчинёнными. На столе перед ним были в беспорядке разбросаны фишки, он не заботился тем, чтобы записывать ходы. Рядом то и дело мелькал омега с заплаканными глазами. Он менял лёд в стаканах и подавал огоньку для сигар.              В какой-то момент за дверью послышался шум и в вип кабинет вошёл один из секретарей. Он держал телефон одной рукой на некотором расстоянии от уха.       – Господин Ким, вас просит Чон Мёнгыль.       – Что? – лениво протянул Теджун, оглядываясь на секретаря – Он же должен быть на задании. Что этому несносному сейчас от меня понадобилось, чтоб его! – он отложил карты и протянул руку с блеснувшим перстнем за телефоном.       Секретарь вложил телефон в его руку.       – Если ты считаешь, что у тебя есть иммунитет, дёргая меня по пустякам... – начал он, но замолчал, прислушиваясь. Затем знаком подозвал своего человека и что-то потребовал. Тот понял и через минуту принёс айпад в кожаном чехле.       – Ну-ка ну-ка, давай удиви меня. Я сильно порадуюсь если узнаю, что моё единственное в жизни убыточное вложение – в тебя – оказалось не убыточным. – Теджун одной рукой разблокировал экран и стал пролистывать входящую корреспонденцию. Открыл последнее входящее и прикрепленные файлы. Приблизил загруженное фото, рассматривая бумагу с эмблемой медицинского учреждения вверху.       – Здесь куча каких-то бумажек – что всё это значит? Ты предлагаешь мне копаться сейчас в этом? – раздражаясь спросил Ким Теджун.       – Господин Ким, разумеется нет. Я только что вышел из офиса доктора Ли, через сорок минут буду в офисе и смогу представить вам развернутый доклад. А прямо сейчас вы можете открыть самый последний файл. В нём содержится информация которая, я уверен, будет крайне вам интересна. Не смущайтесь объемом, вам нужна последняя страница.       Теджун внимательно пролистал указанный файл. По его лицу нельзя было понять о чём там говорилось, хорошие новости были или плохие. Он несколько раз пробежал глазами последнюю страницу и задержался на одной строчке.       – Ты считаешь, эти документы актуальны? Это не может быть подставой от этой шлюхи Ли?       – Нет, это информация прямиком из мед карты Юн Хо. Там не будет никакой дезы. Ли педант. Его очень удобно обворовывать. Система безопасности госпиталя с готовностью раздвигает ноги перед моим взломщиком. Но там всё довольно сухо и по больничному. Но у меня есть ещё один интересный файл. Он запоролен. Над тем чтобы его открыть мне придётся чуть-чуть поломать голову. Всё же Ли неплохо озаботился защитой того, чем не собирался делиться.       – Так, и что ещё ты собираешься мне сообщить? – Теджун не меняясь в лице снова откинулся на спинку дивана.       – Он был сегодня здесь чтобы открыть больничный и наткнулся на меня в своём офисе. Это единственная непредвиденная вещь. Мои люди встречали его на выходе, однако ваш сын...       – Ты хочешь сказать, что вы ублюдки его упустили? – вдруг взвился Теджун. – Хотя чего я от вас ждал. – он сбросил звонок. – Набери мне комиссара Ду Хён Щика       Несмотря на поздний звонок комиссар взял трубку довольно быстро.       – Дун Хён-а, приветствую. Как сам, как жена? У меня к тебе деловая просьба есть; дай моим мальчикам камеры; там небольшой совсем отрезок нужен – магистраль Юнган. Сделаешь, будь другом? Сейчас подъедут тогда туда к вам. А, ну и хорошо! Не буду больше беспокоить. Жене, детям привет. Если забыл, всё так же жду у себя. Всегда рад. – он завершил звонок.       – Пошли часть людей в дорожную диспетчерскую и часть по магистрали Юнган. Они не далеко не успели бы ускакать. Да я подозреваю что знаю куда. Пора заканчивать с этим недоразумением. И с этим смешным браком, и с этим мальчишкой. Теперь в нём нет никакого смысла.

***

      Юн Хо стоял перед зеркалом в ванной слегка оттянув кофту и тоскливо поглядывая на своё плечо. Он ненавидел эту процедуру.       Несколько последних дней казалось, что метка умерла. В смысле, она почти его не беспокоила и Юн робко предположил, что она решила наконец пощадить его и спокойно затянуться. Он думал, что это связано с проведенным наедине с Сухо временем. Что им оно пошло на пользу. Однако последние события разбили в прах его надежды. Волны боли вновь раскатывались по плечу и покраснение говорило о возобновившемся воспалении. Юн устал. Очень устал бороться и стоически переносить всё, что на него свалилось. Он смотрел на запакованную бритву на туалетном столике. В момент когда он взял хрустящую упаковку в руки и разорвал её вошёл Минхо. Он вошёл глядя вниз, словно задумавшись, поднял глаза, ойкнул, извинился что побеспокоил, но его быстрый взгляд выхватил предмет в руках Юна.       – Юн-а, что ты делаешь? – он не дёрнулся, но голос звучал настороженно. – Я наверное надумываю, да? Зачем тебе лезвие?       – Нет, не надумываешь. – спокойно ответил Юн. – Я устал и больше не могу. У меня даже нет сил обработать метку. Я хочу всё закончить.       – Юн-а, не торопись. Не в метке ведь дело. Может давай я тебе помогу сейчас её обработать, а в это время мы с тобой поговорим. Так пойдет? Юн стоял перед Минхо, его руки были бессильно опущены. Когда доктор Ли осторожно забрал у него лезвие он даже не сопротивлялся.       – Юн-а, ты можешь мне рассказать, знаешь? Я правда выслушаю, даже если это что-то, что ты никому не можешь рассказать. – Минхо сел напротив, показывая, что его внимание полностью сосредоточено на Юн Хо.       – Почему это снова происходит? Почему я заново погружаюсь в этот кошмар? Разве недостаточно было одного раза? – тихо сказал Юн. – Я так надеялся, что за то что был послушным, делал то что велят, не жаловался когда было больно и плохо меня наконец оставят в покое. Я так надеялся, что если буду нравиться Сухо, то тот не сделает с со мной ничего ужасного. Я поверил, когда мне сказали, что Сухо довольно консервативен по своей натуре и даже никогда ни с кем не встречался. На наших свиданиях Сухо был таким внимательным и заботливым, никогда не выказывал пренебрежения ко мне и в целом к омегам, как делали все эти мерзкие альфы вокруг. И я даже поверил, когда Сухо сказал, что он однолюб. – Юн громко всхлипнул – Поверил. А потом вокруг начал виться ты – Минхо.       – Присядь, пожалуйста, я обработаю твой шрам. – он раскрыл аптечку Юна и вскрыл несколько упаковок. Он постарался вести себя непринуждённо, но руки начинали предательски подрагивать. Это просто какое-то чудо, что он именно сейчас влетел в ванную и застал Юна в таком состоянии с такими мыслями. Ещё больше напрягал тот, как ему показалось, бессвязный бред, что он нёс. Минхо откровенно тянул время, пытаясь собраться с мыслями и настраиваясь на сложную процедуру “вытянуть из травмированного пациента нужную информацию”.       – Что? Мой муж с самого начала был под твоим влиянием? У вас в прошлом вероятно был роман и так и не закончился,судя по всему? Ты наверное просто невероятно счастлив, что он как привязанный бегает за тобой. Срывается в Сеул, даже зная как для него там опасно. Наверное потешаешься про себя надо мной; какой я глупый и неопытный, и как тебе ловко удалось заарканить богатенького альфу, при этом не жертвуя своей собственной свободой. Тебе мало одного Сухо, ты уже успел обзавестись новым альфой, но так и не можешь оставить в покое моего? Чем вообще ты занимаешься на своих приёмах? Думаешь то что ты бета, даёт тебе преимущество? Пользуешься и альфами, и омегами, без разбора. Не важно есть у них пара или нет, у тебя вообще есть хоть какая-то мораль? – он поднял на доктора прозрачные красноватые глаза, полные слёз. Минхо как будто окатили тазом ледяной воды. Вот это мыслишки копошатся в этой детской головке…       – Юн-а, раз мы тут с тобой заговорили о таких взрослых вещах – давай попробуем сразу договориться: мы с тобой сейчас сядем и честно друг-другу ответим на все вопросы. Хочешь так?       – Какой в этом смысл? – обессиленно спросил Юн.       – Ну хотя бы такой, что у нас с Сухо ничего нет и не было.       – Ты запросто можешь меня обманывать.       – Ты можешь то же самое спросить у Сухо и если он подтвердит мои слова – можно считать это правдой.       – А если вы договорились заранее?       – Ты и Сухо не веришь? Или только мне? На крайний случай существуют видеокамеры… Ну так что? Договор?       – Что у вас за отношения? – Минхо решил про себя, что будет считать договор принят.       – Мы друзья. Юн Хо посмотрел на него.       – Это ничего не значит. Друзья бывают с привилегиями.       – Но мы – нет. Да я даже не пахну, как меня вообще можно хотеть! Вокруг такой выбор, у него есть ты. А я к тому же ещё и старше его на целых пять лет.       – Я все равно не понимаю. – он снова наклонил голову, по щекам катились слёзы.       – Ты ведь сам сказал, Сухо консервативный и однолюб. Это правда, я тебе говорю это, потому что очень долго его знаю. – Минхо приготовился как перед прыжком в ледяную воду.       – А кто тебе рассказал об этом? Почему ты говоришь о том, что это повторяется? – он сделал паузу, следя за реакцией. Он боялся спросить и получить ответ, который уже знал – Прости, если я спрашиваю слишком много; что-то похожее уже случалось в твоей жизни? Юн Хо молчал. Он смотрел на свои пальцы с оборванными заусенцами. На лицо ему падали белые пряди, кончики намокли от слёз и слиплись.       – Я не собираюсь тебя заставлять мне отвечать, слышишь? – Минхо взял его за краешек рукава. – Но если ты поделишься со мной, то тебе будет легче, я обещаю.       – Я не верю тебе. Ты рушил нашу семью с самого начала.       – Я не мог. Я не смог бы сделать этого, я слишком сильно желаю Сухо счастья. Поверь мне.       – Значит ты всё же его любишь?       – Любить можно не только романтической любовью.       – Ты пытаешься увильнуть. Назвать другими словами и заставить меня поверить.       – Ты поверишь мне, если я скажу, что когда ты остался дома в тот первый день, а мы поехали в бар, он страдал от того, что не знал как найти другой выход, не тот…который случился. Когда в тот же вечер он понял, что натворил, он попросил меня приехать, чтобы спасти тебя. Он просто доверил мне самое сокровенное, понимаешь? Стал бы он делиться со мной тобой, если бы не любил? И стал бы я что-то для тебя делать, будь ты моим конкурентом за внимание Сухо? В конце концов он тебя выбрал и сделал предложение…       – Да никто его не спрашивал! – в сердцах крикнул Юн Хо – Никому не было интересно правда ли он меня любит. Ему просто подложили невинную милашку и он клюнул. Никого не интересовало кто кого любит.       – Кто подложил, милый? – ухватился за соломинку Минхо. Юн Хо молчал. Он понял, что сказал что-то лишнее.       – Это как-то связано с Ким Теджуном? – вопрос звучал больше как утверждение. Минхо был практически уверен в том, что услышит.       И Юн Хо кивнул.       – Ты был в одном из его “клубов”? Юн молчал.       – Это ведь не первая твоя метка, не так ли? Тишина.       – Как её сводили? Химически? Хирургически? Юн Хо вскинулся. Слёзы закончились и теперь в глазах был виден настолько нешуточный испуг, словно перед ним оказалось его собственное расчлененное тело.       – Откуда… откуда ты знаешь?!.. Ты на него работаешь?! – омега захотел вскочить, дернулся и упал на пол ванной. В ногах была слабость и голова закружилась от резких движений.       – Нет- нет, милый! – Минхо тут же наклонился к нему, помогая подняться и сесть на место. – Нет, всё проще. – он отряхнул его домашний костюм и погладил по руке. – Его жертвы – это мои пациенты…

***

      Чан и Сухо ехали по лесной дороге. В багажнике Кадиллака глухо что-то побрякивало, когда машину подбрасывало на кочках.       – Уверен, что он сказал всё? – спросил Чан и передал Сухо лаптоп с какими-то документами, открытыми на экране.       – Он сказал достаточно. – Сухо сосредоточенно пролистал документы. – И главное здесь тоже всего достаточно. Здесь даже есть чеки, которые он выписывал тому нападавшему альфе. Правда, они не от Ким Теджуна, но от Чон Мёнгыля тоже сойдёт. От перестановки мест слагаемых сумма не меняется. Здесь такая красочная выборка… думаю, эта псина очень старалась, подбирая материал для отца. Ещё и отчёты письменные составлял. Где прикопали нашего рэкетира указал, смотри-ка! Какой ответственный, с-ска – прямо работник года. Ну ничего, я́ зато бумажную работу не люблю. – Он поднял глаза на дорогу. – Мужики, здесь давайте.       Они вышли из машины. Пели птички, в воздухе чувствовалось лёгкое потепление. Сухо выгнулся назад, хрустнул спиной и открыл багажник. Вытащил две лопаты и прислонил к бамперу. Потом потянул на себя чёрный матовый мешок.       – Господин Ким, не стоит. Давайте мы. – Чанбин и Хун взялись за мешок с двух сторон и, легко приподняв, потрусили с ним в глубь леса. Чан и Сухо, прихватили лопаты, пошли следом.       Под соснами звонко застучали лопаты. Телохранители быстро копали яму в мягкой пористой лесной земле. Чан закурил, наблюдая за ними.       – Тебе придётся бросать, хён. – усмехнулся Сухо. – Доктор Ли не переносит дым.       – В самом деле? – просто осведомился Чан. Подумал и затушил окурок. – Спасибо, что сказал. Я и не знал. Хорошо, что не довелось при нём курить. Ты его хорошо знаешь?       – Довольно. – уклончиво сказал Сухо.       – А не мог бы ты меня просветить насчёт одной детали…       – Нет. Только если он сам захочет тебе ответить – он ответит. Я в это не полезу, мне жизнь дорога.       – Ты видел, что там было досье на Юн Хо? – перевёл разговор Чан.       – Я понимаю умом, что мне следует прочитать его, но я не могу. Не могу себя заставить. Мёнгыль хотел, чтобы я прочитал. Но я хочу услышать всё от Минхо, если это действительно важно.       – Как думаешь, сколько Теджуну потребуется чтобы вскрыть тот файл – с учётом того, что главный взломщик к нему больше не вернётся? – Чан нервно переступал по сухой хвое, она хрустела под подошвами туфель. Всё же курить хотелось страшно, а закуренная сигарета только раздразнила аппетит. – Что в нём такого?       – Понятия не имею. Главное что мы сможем сделать это в любом случае быстрее, если Минхо согласится дать нам пароль. Правда если не согласится – что делать я не знаю. Взламывать его папку после того как он нам отказался дать спрятанную в ней информацию…       – Ты думаешь, что там что-то нехорошее про Юна …– Чан не смог закончить предложение и прикусил губу. Наверное, зря начал. Сухо посмотрел на него:       – Я доверяю Минхо. Если там стоит его диагноз, значит он верный. Но я надеюсь, что не окончательный. Паршиво, если я надеюсь напрасно. Ещё паршивее, что в этом виноват я. – он шумно втянул воздух – Блять. Дай закурить.       Чан молча протянул ему пачку и зажигалку.       – Теперь отец охотится на них обоих. Так что мы с тобой в одной лодке, приятель. – Чан похлопал его по плечу.       – Не в одной. Я его сын. Тебя он вообще не знает.       – Ой ли. Слыхал про империю автодилера Иоакима Ли? – и не дожидаясь ответа – Это мой отец. Ну как… технически он отец моего брата, но это неважно. Он мой сводный брат, отец – приемный, это так, лёгкий экскурс в моё запутанное древо. Отношения к делу не имеет.       – Вот так бы всем знакомства заводить. Пока трупы прикапываешь. – Сухо устало стряхнул пепел.       – Я к тому, что Минхо он похоже не оставит в покое…       – Не оставит. Он только рад будет наконец от него избавиться. Старикан спит и видит. Он никогда ему не нравился.       – Ну чтож. Тогда будем считать, что война уже была объявлена. – Чан жадно потянул носом дым. – Я никому не пожелаю такого врага как я, поверь мне. А ещё иметь такого союзника, как я, очень выгодно. Как минимум меня пока не лишили наследства. – он толкнул Сухо плечом.       – Пошутишь про это, когда меня официально лишат. – зло бросил Сухо и затоптал окурок. – Вы закончили? – бросил охране, посмотрел на часы. – Тогда сворачиваемся. Пора ехать.