рабочие сношения

Логистическая компания «Завозов и перезавозов» располагалась на выезде из Москвы в районе МКАДа, автобусы туда почти не ходили, до остановки нужно было идти еще минут двадцать пешком, и это летом. Зимой, когда тропинку засыпало снегом, этот путь мог растянуться и на полчаса.  Жалел ли Илья о своем решении отправиться на собеседование в эту глушь? Он отговаривал себя всю дорогу, пока автобус тащил его сквозь пробку в неизвестность. В салоне душно, открытое окно не спасало от жары, потому что даже снаружи воздух был раскаленно-горячий и сухой, будто они оказались в пустыне. — Под ноги смотри, придурок, — темная иномарка просигналила ему, и высунувшийся из окна парень гневно уставился на Илью, когда тот переходил дорогу. На секунду перед глазами пронеслась вся жизнь - он только и увидел выезжающую из-за угла машину, которая резко затормозила перед ним, оставляя на раскаленном асфальте две темные полосы.  — Сам смотри, я перехожу на «зеленый», — бросил Илья и поспешил скрыться за Пятерочкой.  Человеческая наглость поражала - и ведь этот парень продолжил бы стоять на своем, в открытую нарушая правила. Еще один знак, что на это собеседование Илье было бы лучше не приходить. Он чуть не умер от жары в автобусе, богатый идиот чуть не проехался по нему на своей тачке.  Что будет дальше? Открытый люк, в который он упадет? Жара все-таки добьет, обрушив на него всю силу теплового удара?  Представший перед ним вид вызывал желание резко развернуться обратно: двухэтажное кирпичное здание, с одной стороны окруженное гаражами, у входа припаркованы автомобили, и парни в белых рубашках, столпившись у мусорки, курят, щурясь от солнца.  По огромной светящейся вывеске Илья понял, что пришел по адресу. Светлый коридор с развешанными мотивационными плакатами и старыми мемами, будто декор для интерьера выбирали миллениалы, автомат с кофе, пара кресел с ободранными подлокотниками и длинная череда дверей впереди. Дальше широкая комната без дверей с парой панорамных окон, открывавшая вид на серую действительность окраин Москвы: вдалеке многоэтажки спальных районов, чуть ближе знакомые гаражи, несколько неаккуратных кустов и пару деревьев, и серая полоса дороги, пролегшая между ними. Шум включенных вентиляторов, плотно прижатые друг к другу столы, обрывки разговоров со всех углов. Слишком много людей на относительно небольшое пространство, будто даже мебели было тесно сосуществовать друг с другом. Несмотря на вентиляторы, в помещении было душно, но не так смертельно, как в салоне автобуса.  — Ты новенький? — темноволосый парень, на бейджике которого значится «Леха», будто он уже так много познал в жизни, что простое и скучное «Алексей» было не для него, останавливается перед ним, держа синюю папку с бумагами. — Я на собеседование.  — Тебе на второй, — хмыкнул Леша, сразу потеряв интерес, и выглядел он так, будто только делает вид, что работает, принявшись обходить столы, иногда заглядывая в свою папку. Второй этаж - коридор, но покороче, чем внизу, и все здесь дышало современностью, в отличии от первого этажа, где по виду ремонта время словно остановилось в начале нулевых. Напротив белой деревянной двери диванчик, и выглядел он явно новее тех кресел у автомата. На двери табличка с именем, и руководствуясь логикой - ведь созванивался с ним именно Александр - Илья стучит в эту дверь, и заходит.  И сперва Илья видит подошвы кроссовок. Парень в темном кожаном кресле, откинувшись на спинку и закинув ноги на стол, видимо не услышал его стука, потому что все это время пялился в телефон с таким интересом, что остальной мир для него не существовал. Увидев Илью, который неловко встал посреди просторного кабинета, он чуть не упал, и пока пытался сесть прямо, задел ногой стопку отчетов, сваливая их вниз. Выглядел он совсем не так, как представлял себе Илья: каштановые взлохмаченные волосы, наметившаяся борода, расстегнутая рубашка с пятном чего-то засохшего на воротнике. — Здравствуйте, я на собеседование, — подал голос Илья, пока парень шелестел бумажками, собирая их с пола и пытался привести в порядок хаос из разбросанных вещей на столе. — Здравствуйте, вы приняты, — коротко произнес парень, взглянул на круглый циферблат часов, висевший на противоположной стене, будто куда-то опаздывал, и уже собирался уйти, но не успел. Дверь открылась еще раз и взгляды устремились на человека в черном деловом костюме. По его уверенной походке и спокойному взгляду сразу становилось понятно, что этот кабинет принадлежал ему.  — Раговский, ты опять сидел за моим столом? — на Илью никакого внимания. Он прошел через весь кабинет, сверля взглядом парня в мятой рубашке, — Все, что я просил - это принести мне кофе, и где он?  — Забыл, — опустив голову, произнес парень, под сокрушенные звуки незнакомца в костюме, который сел в свое кресло, сложив руки на столе и опустил на них голову, будто этот короткий разговор уже успел ему наскучить.  — Так иди сейчас, — он был явно раздражен, и когда парень хотел уйти, снова его окликнул, но уже спокойнее, — И шоколадку не забудь, идиот.  Он уставился в телефон, напряженно кому-то печатая, потом принялся перебирать бумажки, и все это время в упор не замечал Илью. И только когда парень решил неловко кашлянуть, скромно напоминая о себе, стальной взгляд голубых глаз взглянул на него поверх документа: — А ты еще кто?  — Я на собесе… — и не успев договорить, смутился под слишком пристальным взглядом своего начальника, — А почему вы так смотрите?.. — Это ты тот любитель кидаться под машины, я сразу запомнил, — он отложил бумажку, и откинулся в своем кресле, надевая очки в тонкой оправе. Илья сразу предположил, что надевал он их исключительно для того, чтобы показаться умнее. А еще он понял, что по выражению лица этого парня, который будто смотрел не на своего будущего сотрудника, а на говно в унитазе, никакая работа ему здесь не светит. Он бесполезно прокатился на другой конец города, чтобы услышать самый противный в его жизни отказ. Раговский вернулся с дымящемся кофе в кружке и шоколадкой в другой руке. На бейджике Илья успел прочитать его имя - «Владислав». И как только дверь снова закрылась, оставляя их наедине, парень в костюме продолжил: — А я вот знаю, что он, — указав пальцем на дверь, явно намекал на Влада, — плюет мне в американо. И как-то раз я тоже предложил ему кофе, и тоже плюнул. Он выпил половину, пока до него не дошло в чем дело.  Илья все еще переваривал факт того, что по пути он успел коротко поцапаться с будущим начальником, и сразу отметил, каким неприятным типом он был, и он почти не слушал его долгую речь о кофе и плевках. — И это я к чему? Не плюй мне в кофе, а то я тоже плюну, понял? Поздравляю, ты принят, — и он протянул руку, без энтузиазма пожав чужую.  — Принят? — Илья удивился, сжимая руку в своей. За короткий промежуток времени он уже похоронил свою карьеру в этом сомнительном заведении, и предвкушал новые собеседования и вечный бег по вакансиям, которые хотя бы наполовину отвечали бы его требованиям. — Ты глухой? — парень выгнул бровь, — Завтра к девяти. Не опаздывай. — До свидания, — пролепетал Илья, но начальник, который выглядел больше как дорвавшийся до власти идиот, уже стягивал с себя пиджак, а комната наполнилась звуками заставки какого-то сериала, и его голос утонул в этих звуках.  Стоило ему выйти, как парень в мятой рубашке (она еще и застегнута была неправильно) прижал его к стене, не дав сделать и шага: — Принят? — Да, — Илья отошел от стены, направляясь к лестнице. Влад хлопнул его по спине, и выглядел он при этом слишком радостным. — Удачи, — и это пожелание удачи, в отличии от сухих поздравлений минутой ранее, было действительно искренним. Он заглянул в отдел, где все на секунду подняли головы от мониторов, — Я сваливаю, уебки.  И оставив бейджик на ближайшем столе, пошел собираться. Наверное, в его глазах это выглядело круто, но на это заявление из разных углов раздалось несколько грустных хлопков, а потом все снова уперлись в мониторы и комната наполнилась привычным гулом рабочей обстановки. Парень с синей папкой - единственный, кто не сидел за столом - снова подошел к Илье.  — Ты на место Влада что ли пришел?  — Я буду ассистентом начальника, — Илья пожал плечами, будто до сих пор он толком не понял, чем ему предстоит заниматься.  — Понятно, — парень кивнул, улыбаясь, — Никто не задерживался на этой должности больше, чем на пару месяцев. Влад продержался полгода. Саня Анатольевич думает, что он ему только в кофе плевал, но Влад и все совещания специально на утро ставил, и пиздил у него туалетку, — последнее Леша сказал с особой серьезностью.  Илье казалось, что он спит, и сейчас замерцает желтым светом лампа в коридоре и он проснется. Происходящее напоминало сцену из комедийного фильма, где все события развиваются слишком стремительно, чтобы сразу уложить их в своей голове.  — Если он такой плохой начальник, и его все так ненавидят, почему вы ничего не делаете с этим?  — Обожаю новичков, — Леша усмехнулся, — Наше настроение зависит от настроения Александра Анатольевича, а его настроение зависит уже напрямую от ассистента. И если что-то пойдет не так, ненавидеть мы будем не его, а тебя. Ведь теперь ты новый ассистент. А я вот хожу с пустой папкой, делаю вид, что работаю — и в доказательство он показывает стопку пустых листов, упакованных в файлы, — Жду перерыв.  Ощущение неправильности не отпускало Илью даже когда он стоял на остановке, чтобы отправиться в обратный путь. В объявлении, написанном по шаблону подобных объявлений «стрессоустойчивость» искомого кандидата была выделена жирным шрифтом, значит сделано это было не просто так.  И пока автобус открывал перед ним свои двери, пока он заходил в него, держать за поручень и расталкивая других пассажиров, Илья уже знал, что завтра он точно сюда вернется. Любопытство заставляло его согласиться на должность, прислуживая эксцентричному начальнику, ведь в конце концов он всегда мог уйти - заблокировать номера и скрыться, где в большой Москве никто его не будет искать.  Странное место, будто жившее своей жизнью, со смешным названием, где во главе всего этого стоял великий и ужасный, и наблюдал за ними с высоты своего богато-обставленного второго этажа.  * Самое адское утро в его жизни - он беспощадно опаздывал в свой первый день.  День выдался еще жарче предыдущего, людей на улицах в утренний час пик было еще больше, и автобус катился улиткой по шоссе, и долгие минуты стоял на остановках, и собирал каждый «красный» светофор. То же место на повороте, где из-за деревьев виднелась уродливая двухэтажка из красного кирпича, крышей пронзающая безоблачное небо, та же иномарка сигналит Илье, заставляя парня резко остановиться, вздрогнув от неожиданности. Тонированное стекло у водительского места опускается вниз, и важная физиономия (даже за солнцезащитными очками Илья узнал эту рожу) выглядывает на него, приспуская на нос темные очки. — Опаздываешь, — и бросив это, стекло снова едет вверх, а машина трогается с места, оставляя Илью в облаке пыли.  Парень выдыхает, давая себе секунду, чтобы успокоиться. 9:10 значится на часах, и он уже в любом случае опоздал. Вчера он нуждался в чем-то бешеном, чтобы его жизнь встряхнуло, будто от удара током, сегодня он уже проклинал этот день и себя вчерашнего. Он подошел в тот момент, когда Александр выходил из машины, поджигая сигарету. Несмотря на свой загадочный внешний вид и ауру «крутости», которую он пытался на себя напустить каждым своим движением, курил он тонкие и шоколадные «Винстон», и Илья коротко улыбнулся. — Кофе мне, и пойдешь разбирать документы на своем столе, — подойдя к нему, он выдохнул горький дым прямо в лицо парня, заставив того сделать шаг назад. — Я даже не знаю, где мой стол, — раздраженно произнес Илья, — А еще вы можете на меня не курить?  — Ты ж не беременный, чтоб на тебя не курить, — снова выдохнул дым парень, и отдав не докуренный окурок Илье, (тот без вопросов просто протянул пальцы, брезгливо забирая его, будто у него не было выбора) сдвинул на голову солнцезащитные очки, — Галстук тебе не идет, выглядишь как школьник на детском утреннике, сними. У нас тут серьезная контора.  Честно избавившись от окурка, отправив его в путешествие в недры помойки, смело вошел в двери своей новой жизни. Запах дешевого кофе, звуки печати принтера и шума вентиляторов, тусклая лампочка в конце коридора и бесконечные шаги и разговоры работников - если бы парень знал, что взрослая жизнь будет похожа на бесконечный день сурка, который белкой в колесе мечется в душном офисе, то снес бы себе бошку еще в школе. Бархатная мягкость гроба не подвела бы его, как сейчас подводила жизнь.  — Твой бейджик, — вчерашний парень. Сегодня, впрочем, папка в его руках была другого цвета, а на голове, сдвинутая слегка набок, болталась кепка с цветным логотипом их компании - улыбающимся парнем (хотя Илье всегда казалось безумным это выражение лица), что показывал большой палец и подмигивал. Борик Сатирович - гендиректор компании, который и стал лицом логотипа, теперь обитал не только на кепках, но и на футболках, и на кружках, и на плакатах, и даже календарь с его лицом висел на стене в кабинете у Александра Анатольевича. Если Илье не изменяла память, в прошлом году он умер, сбитый грузовиком своей же конторы, но до сих пор можно было найти в интернете конспирологические теории, что все это давно спланированная подстава, которая идеально удалась.  — Илюша? — Илья взял бейджик, читая имя. — Ага… — почесав затылок, произнес Леша, — Хотел «Илюха», но буквой ошибся. Переделывать было лень.  Спорить было некогда. Илья решил разобраться с именем потом, не очень охотно цепляя бейдж на рубашку. Он вспомнил про галстук, стягивая его, пока поднимался по лестнице чуть ли не бегом, перед этим узнавая у проходящих парней, где его стол.  Комната, переделанная под каморку: открывая дверь, сразу упираешься в стул, за спиной стеллаж до потолка, где хранилась бытовая ерунда вроде чистящих средств, туалетной бумаги (теперь понятно как Влад ее пиздил) и ведер с грязными тряпками. К противоположной стене приставлен стол, монитор и клубок проводов с тонким слоем пыли на полу. На стене огромный плакат, где с отвратительно-довольным выражением лица стоит Борик, держа картонную коробку подмышкой. «Тыцын-дыцнем ваш груз» - написано на плакате. В маленькой каморке (назвать это кабинетом не поворачивался язык) цветастый плакат забирал все пространство, и Илья поймал себя на мысли, что всерьез обдумывает смысл рекламной фразы и чем дальше он углубляется в размышления, тем меньше ему это нравится.  — Александр Анатольевич, ваш кофе, — аккуратно поставив его на стол, Илья еще раз взглянул на своего начальника.  Слишком молод - они почти ровесники, довольно красив (ненавидеть урода было бы проще), и совершенно невыносим. — Если будут звонить водители или клиенты с жалобами, говори что у меня совещание и я свяжусь с ними позже, — он смотрит на него, сменив свои темные очки на очки в тонкой оправе, и поправив их, читает бейджик, — Илюша.  — Мне перепечатать имя?  — Не надо, мне так нравится.  — Жаль, — тихо бросает между ними Илья.  — По пятницам я ухожу раньше, поэтому тоже можешь не досиживать последний час, — сквозь надменность его голоса проскальзывают дружелюбные нотки, но они быстро испаряются, когда Саша добавляет, —  Иди уже, займись чем-нибудь полезным. Бери пример с Алексея, он всегда чем-то занят.  Илья хмыкнул, решая тоже обзавестись пустой папкой.