То, что принадлежит мне

***

Вечер был душным от музыки, смеха и алкоголя. Огромное помещение, что-то между элитным рестораном и залом для банкетов, было утоплено в мягком тёплом свете. Плавно меняющиеся огни отражались в хрустальных люстрах, бархатные портьеры скрывали вид на город, а за стеклянными дверями балконов, тёмное, тихое небо. Несколько дней назад у двух компаний произошло приятное событие они начали более тесно сотрудничать и решили это отметить. Блюда на столах давно уже утратили аппетитность, еда была разбросана, бокалы опустошены, а служащие с запозданием убирали пустые бутылки. Половина гостей давно перестали вести себя пристойно, кто-то громко спорил, кто-то пел, у кого-то голова покоилась на столе в полном отрешении от происходящего. Он шёл, словно тень, среди этого хаоса. Его шаги были неспешными, взгляд скользил по лицам, не задерживаясь ни на одном. Ему было скучно. Ни один из этих людей не вызывал у него даже капли интереса. Безликие, шумные, приторно фальшивые. Одна из его причуд работала безукоризненно, каждый в зале принимал его за своего, здоровался, махал рукой, кто-то пытался затащить в разговор, и тут же забывал, как только он отворачивался. Он шёл медленно, уверенно. Поигрывая пальцами на краю пиджака, он скользил между пьяными телами, ища одного. Котаро. С того момента, как вечер начался, Шимура исчез в кругу своих сотрудников, учтиво, спокойно, как и всегда. Словно растворился. И теперь, когда Все За Одного вновь его заметил, внутри что-то тихо сжалось. Тот сидел на балконе, в полумраке, отгороженный от сумасшествия основного зала стеклянной перегородкой. Балкон был низкий, с мягкими диванами, приглушённым светом от старинных бра, небольшим кофейным столиком. Воздух здесь был свежий, пах вином, металлом перил и тёплым ветром. Мужчина сидел расслабленно, спина немного опиралась о спинку дивана. В одной руке он держал бокал, вино было тёмное, как кровь, и отражалось в его глазах. Верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, открывая линию ключиц, кожа там казалась почти светящейся в лунном свете. Рукава закатаны до локтей, запястья открыты, пальцы длинные, красивые, неспешно водили бокалом. Он не услышал шагов и того как он сел напротив, но когда поднял взгляд, глаза сразу встретились. - А ты здесь, господин Сайто. - Шимура сказал это весело, и уголки его губ приподнялись. Голос звучал чуть хрипло, мягче обычного. - Тебе нравится этот вечер? Он чуть склонил голову, присел напротив, не сводя с него взгляда. - Очень, нравится. - усмехнулся он, - Но только теперь. Котаро рассмеялся, открыто, легко. Пьяное веселье слегка зазвучало в нём, но даже в таком состоянии он не терял своей породы. Ни пошлости, ни вульгарности. Он не был похож на прочих, даже в опьянении держал себя, будто его внутренний стержень не позволял развалиться. - Эти идиоты, - Шимура кивнул в сторону зала, где кто-то в это мгновение громко кричал тост, - думают, что победили. А я думаю, мы просто дали им новую клетку, только с мягкими стенами. Все эти договора и прочее слишком сильно утомляют. Знаете как иногда хочется просто выпить больше чем нужно и отпустить все это на самотёк. Но когда ты глава семьи, тебе нужно больше работать, что бы закрыть все потребности своей семьи. - Он отпил немного вина. Медленно. Как будто смаковал не вкус, а момент. Глаза его немного щурились, губы расплылись в улыбке. Все За Одного не отвечал. Он наблюдал. Смотрел, как тёмно-каштановые волосы немного выбились на лоб. Как напряжение с плеч исчезло. Как черти в глазах пляшут, дерзкие, вызывающие. И ему это нравилось. Мрачно. Жадно. Он чувствовал, как в груди разгорается нечто тёплое и тягучее. Желание. Не просто физическое, оно было глубже. Он хотел сломать этот образ. Сорвать с него одежду, не руками, а вниманием. Медленным проникновением в трещины, что появлялись, когда мужчина пьян, один, и немного доверяет. Хотелось вцепится зубами в этот кадык, что двигался когда тот говорил или отпивал из бокала. - А тебе… - вдруг сказал Котаро, лениво покачивая бокалом, - не скучно с ними? С этими "героями бизнеса"? Для меня они все однотипны. Он громко усмехнулся. - Говоря на чистоту скучно со всеми. Кроме тебя. Мужчина удивлённо посмотрел на него, но потом только рассмеялся снова. - Ты...- сказал он и потёр пальцем край бокала, - Очень странный человек. Словно ускользаешь. Но при этом цепляешься в память, когда не ждёшь. Глаза его на миг потемнели. Он смотрел прямо, и Все за Одного чувствовал, как между ними повисает нечто густое. Тяжёлое... Желание... Он чувствовал, как его собственное тело откликается, альфа внутри напрягся, как зверь, учуяв добычу. Но добыча была красива. Сильна. И оттого, желанна вдвойне. Мир шумел за стеклом. Музыка, крики, пьяный смех, всё это стало фоном. А здесь, на балконе, в полумраке, двое мужчин смотрели друг на друга. Один, с искрой в глазах, забывшись в вине. Второй, с голодом, тихим, терпеливым, изучающим. И ночь становилась всё глубже.

***

На балконе воздух был прохладным, но не холодным, достаточно, чтобы освежить кожу, оставленную жаром вина и чужого присутствия. Шимура по-прежнему сидел напротив, лениво вращая бокал в пальцах, словно в нём заключался целый мир. Его улыбка была тёплой, но с оттенком дерзости, как вино, которое он пил, терпкое, с острым послевкусием. Все За Одного слегка подался вперёд, локти легко легли на колени, и его голос зазвучал тише, ниже, обволакивающе. - Ты пьян, господин Котаро… Или ты всегда такой красивый? Шимура усмехнулся, не отводя взгляда, чуть прищурился. - Это ты флиртуешь сейчас? - спросил он мягко, словно вкушая этот момент, как вино в бокале. - Я впечатлён. Обычно ты будто из другого мира. Невесомый. Недосягаемый. Загадочный. Всегда молчишь и не говоришь лишнего. Слушаешь и впитываешь информацию о других. - И всё же ты меня видишь. - ответил он - А значит, я стал ближе. Эта фраза повисла между ними, как шелковая нить, тянущаяся всё короче и короче. Котаро рассмеялся тихо и вдруг отставил бокал. Его движения были чуть нерешительными, но полными грации, и он, приподнявшись со своего места, пересел ближе. Сел рядом, бок о бок, так близко, что их колени почти соприкоснулись. Его рука легла легко на его грудь, как будто случайно, но слишком уж точно и осознанно, чтобы поверить в небрежность. - Ты и правда огромный… Господин Сайто - прошептал он, проводя пальцами по ткани пиджака, - рядом с тобой я кажусь… таким маленьким. Хрупким. - Голос его звучал мягко, почти интимно, с хрипотцой, оставшейся от алкоголя. Он смотрел вверх, прямо в почти белые глаза Все за Одного, и в этом взгляде было что-то, что не укладывалось в простое опьянение. Что-то… зовущее. И внутри него будто что-то щёлкнуло. Его грудь налилось странным, тёмным жаром. Эти слова, "маленький", "хрупкий", они отзывались странной голодной похотью, почти жаждой. Он чувствовал, как в нём пробуждается нечто дикое и собственническое. Котаро медлил, а потом… медленно поддался вперёд приподнимаясь со своего места. Пальцы на груди беловолосого мужчины чуть сильнее сомкнулись, а губы скользнули по его губам, легко, неуверенно, как пробный касание. Не поцелуй, а будто вопрос. А после прошёлся языком по его закрытым губам. Все За Одного не ответил. Он захотел. Через секунду он уже тянул Котаро к себе, резким, но не грубым движением. Его рука сжала талию мужчины, вторая шею, осторожно, но властно. Губы жадно сомкнулись, теперь по-настоящему, горячо, голодно. Его язык сразу нашёл язык Шимуры, легко, напористо, глубоко. Котаро застонал ему в губы, руки его вцепились в его грудь а точнее в рубашку почти срывая пуговицы на нем, но не сопротивлялись. Он был мягким, податливым, словно отдавался этому порыву, будто давно хотел, просто не позволял себе. Поцелуй становился всё глубже. Все за Одного чувствовал, как дыхание мужчина перед ним сбивается, как тот едва не дрожит. Как напряжение в его теле перемешивается с влечением. И это только разжигало его сильнее. Как возбуждение охватывает их обоих. Он прижал его крепче, как будто боялся отпустить, как будто хотел, чтобы весь мир растворился в этом балконе, в этих губах, в этом дыхании. Когда они оторвались друг от друга, Котаро с трудом втянул воздух, лоб его почти касался его груди, а голос был сдавленным. - Чёрт… ты…ха...я по сути изменил своей жене... Хотя у нас и договорные отношения... Он не договорил. Просто засмеялся тихо и уткнулся лицом в шею мужчины, будто нашёл в ней единственное безопасное место в этом чёртовом вечере. А Все За Одного смотрел вперёд. Его взгляд был тёмным, тяжёлым. Он чувствовал, как внутри него пробудилось что-то голодное. Нечто дикое. Он чувствовал, как что-то внутри его нечто древнее, хищное, спящее до этой минуты, проснулось и медленно расправляет плечи. Это было не просто желание. Не просто страсть. Это было нечто глубже, темнее, чистая потребность. Котаро всё ещё тихо смеялся, уткнувшись лицом в его шею, словно позволяя себе слабость только на мгновение. Он не знал, что делает. Не понимал, кого будит в этот момент. Рука Все за Одного медленно скользнула вдоль его спины, уверенная, тёплая, но за ней чувствовалось напряжение. Пальцы замирали на ключицах, затем на шее, поднимаясь выше, к линии челюсти. Он коснулся подбородка Котаро, слегка поднимая его лицо. И в этот миг их взгляды встретились. Шимура улыбался, слегка пьяно, немного смущённо. А в глазах Все за Одного больше не было света. - Ты не понимаешь, - проговорил он медленно, низко, - что делаешь. - Он провёл пальцем по щеке мужчины, как по фарфору, с той осторожностью, с какой хищник гладит свою жертву, прежде чем вцепиться в горло. Котаро хотел что-то ответить, но он прервал его новым поцелуем, глубоким, тягучим, почти жестоким. Не проверочным, не нежным, присваивающим. Язык проникал внутрь без спроса, зубы цеплялись за губу, и вся поза Все За Одного будто говорила. - "Ты теперь мой" Шимура выдохнул в его рот, руки на мгновение сжались в его пиджаке. И этого хватило. Он резко приподнялся, утягивая мужчину с собой. Движения были мягкими внешне, но несущими в себе нечто зловещее. Он отступил, не отрываясь от него, и, повернувшись, прижал Котаро к дивану под ними. Ветер был холодным, вино горячим внутри, а тело Все за Одного обволакивало, будто воздух исчез. Он наклонился к уху. - Маленький, - выдохнул он, обводя языком край. - Хрупкий. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу сломать эту маску с твоего лица. Сделать так, чтобы ты смотрел на меня без своей грёбаной сдержанности. Без этой вежливости. Только ты. Настоящий. Он втянул в себя запах Котаро, алкоголь, парфюм и что-то его собственное, потаённое. Проклятое. Живое. Шимура дрожал, но не от страха. Его глаза были полны удивления и… чего-то болезненно приятного. - Я… - начал он, но Все за Одного не дал ему договорить. Его ладонь сжала бедро, а губы снова накрыли его, более настойчиво. Теперь он владел этим ртом. Котаро выдохнул сдавленно, и что-то в его теле будто поддалось. Пальцы легли на шею мужчины над ним, едва касаясь, как будто просясь быть удержанными, подавленными. Шимура смотрел на него, в груди билось сердце, быстро, шумно. Он не знал, что именно он разбудил… но в этом мраке, в этих руках, в этом взгляде было то, что вызывало дрожь. И одновременно, дьявольское влечение. Вдруг где-то в полумраке балкона раздался тяжелый стук, кто-то упал совсем рядом, со стоном и смешком. Котаро сильно дернулся, отстранился от него и сел обернувшись к шатавшемуся человеку, прислонившемуся к перилам. Молодой сотрудник, лицо которого пылало румянцем, вскочил на ноги, слегка покачиваясь, вытирая рот рукавом. - Простите, господин Шимура… - потом глупо расхохотался и, хватаясь за голову, добавил. - Я просто… подумал, что вы один… и решил проверить, всё ли в порядке. Все таки вы такой красивый.. и мало ли может вас захотят похитить. Котаро коротко рассмеялся, тяжело вздохнул и покачал головой. - Никто меня похищать не планирует, не беспокойся. Но спасибо что напомнил нам уже пора расходиться. Завтра ведь выходной. Хоть придем в себя. Подчинённый лениво усмехнулся. - Господин Шимура, вы уж очень добрый, когда пьяный. Может нам стоит скинуться всем коллективом и купить вам прекрасного вина? Котаро беззвучно посмеялся и кивнул. - Не привыкай. Через день я вновь стану вашим сварливым и бессердечным боссом. Все За Одного наблюдал за всей этой сценой из тени, и внутри всё сжималось, ревность и гнев сплетались в ледяной ком, этот убогий парнишка вторгся в их мир, в их момент, смеялся, шутил с Котаро, этим самым крадя хотя бы каплю внимания. Тело ещё горело от недавней близости, тепло рук, тяжесть дыхания, вкус губ, пробуждавшаяся в нём тёмная ярость. Ему хотелось сломать тому все кости за такую дерзость. Шимура вдруг встал, поправив рукав и расстегнув последнюю пуговицу на рубашке, бросил взгляд на него и улыбнулся. - Спокойной ночи, господин Юдзи. Спасибо за этот вечер. - Он шагнул к двери балкона, чуть шатаясь, и исчез за углом. Парнишка, замерев рядом с пустым бокалом, сел на диван, потер лоб и самодовольно прошептал. - Чуть не переспали, а? Все За Одного медленно повернулся к нему, глаза сверкнули холодом. Из взгляда исходило одно лишь слово "ублюдок". Тело всё ещё пылало, а тьма внутри собиралась, как дикий зверь, готовый вырваться наружу. - Ты, - голос его звучал тише шепота, но в нём было нечто ледяное, - выбрал очень неподходящий момент, что бы появится. Парень, ещё хихикая, бросил на него пьяный, рассеянный взгляд, не чувствуя опасности. Он не видел, как напряглась его челюсть, как медленно сжались пальцы, как зрачки расширились от злости, словно зверь прятался в нём, готовый сорваться. - Да брось, мужик. - усмехнулся тот, по-дружески хлопая его по плечу. - Выглядело горячо, честно. Никогда бы не думал, что господин Шимура такой сексуальный когда краснеет. Пожалуй, я даже немного завидую… я бы и сам хоте... Он не успел договорить. Рука Все за Одного молниеносно сомкнулась на его запястье, не с силой - пока не с силой, но с достаточным давлением, чтобы пьяная беззаботность начала испаряться. Лицо его оставалось почти бесстрастным, только глаза темные, напряжённые, прожигали. - Следи за тем, что говоришь. И кому. Парень замер, явно не понимая, откуда такой холод и злость, всё ещё пытаясь превратить происходящее в шутку. - Ну, прости… Просто… Я думал, вы уже… - Безмозглым существам не дано способности думать. - он отпустил его так резко, будто прикосновение было отвратительным. Он медленно встал, взглянув в сторону, где скрылся Котаро. Его плечи были напряжены, дыхание, чуть более тяжёлым, чем обычно. Всё тело гудело от незавершённого прикосновения, от укуса разорванного момента. Он ушёл от него. Из-за этого куска мяса. Темнота в нём шевельнулась, сжалась в клубок, копя раздражение. Оно не кричало, оно было выжидающим. Глухим. Опасным. Парень, ещё не до конца осознав угрозу, пробормотал. - Ты… тебе точно норм? Я ж не со зла… реально не видел вас... Все за Одного повернулся к нему, на лице, маска холода, в голосе ровное безразличие. - Убирайся. Пока я позволяю тебе ходить без переломов. Парень встал, заторопился, спотыкаясь ушёл прочь, всё ещё озираясь. А он остался стоять на балконе. Один. В тишине. Всё внутри него пульсировало. Котаро ушёл. Смех другого всё ещё звучал в ушах. Его запах на губах. И он знал, что не отпустит этого просто так. Он снова захочет его. Захочет, пока Шимура уже не сможет убежать.