Девочки тоже считаются

***

      Травма и болезнь заставили Таню пропустить сезон, а, вернувшись к тренировкам, она сразу поняла, что во второй раз в сборную на Олимпиаду как одиночница ей не попасть. Подрастает новое поколение, более сильное и здоровое. И новое поколение явно сильнее — еще не стабилизировавшая старшие тройные Таня не сможет сразу занимать те же места, что и раньше — первые соревнования уже совсем скоро, а без обезболивающих она все еще не может ни тренировку провести, ни одну из программ откатать. Даже короткую. Но завершать карьеру она не собирается.       После падения с тройного риттбергера Татьяна садится на лед. Совершенно не понимая, что она делает не так, что все еще не может восстановить все, что умела до перелома правой малой берцовой кости. А ведь и травма совершенно обидная — неудачно столкнулась на чемпионате мира с фигуристкой, которую оставила второй.       Постолимпийский сезон ей дался непросто, но на важных соревнованиях она была первой. Золото чемпионата России, чемпионата Европы и того чемпионата мира, где и получила травму. После награждения через несколько дней с гала-выступлений Татьяне пришлось сняться после падения с попытки повторить за японкой тройной аксель. Та как могла пыталась ей объяснить на японском и жестами, а Таня, не зная японского, пыталась понять объяснения как могла. И во время одной из попыток на нее наехала француженка. Татьяна приземлилась на ход вперед. Упала прямо на правую ногу, на которой уже был стрессовый перелом. Под весом Тани и француженки кость попросту не выдержала.       — Тань, иди сюда, — зовет ее Петр Эдуардович.       — Я не знаю, что я не так делаю.       — Ты здесь, — он легонько стучит ей по лбу, — боишься. Боишься прыгать. Хочешь, но боишься. Я же вижу, вкручиваешься прекрасно, а боишься упасть. И падаешь. Тань, психология. Осторожничаешь, прыжок получается осторожным. Но на тройных нельзя бояться! Их крутить надо!       — Я знаю!       — Тань. Я тебя в танцы отправлю, если будешь так бояться.       — Не хочу я в танцы!       — Танцы — не конец света. Ты, вон, высокая, метр семьдесят!       — Семьдесят два.       — Тем более! А в танцах любят высоких — прыгать не надо, выглядят красиво. И вообще, танцоры благородные, не наезжают друг на друга, как эти невоспитанные одиночницы.             Таня смеется.       — Единственное, куда я перейду — пары. И то не в этом сезоне. Я еще способна на многое.       — Так докажи это!       Таня кивает и едет. К тренеру подъезжает Вася.       — Она боится.       — Я знаю.       Вася вздыхает.       — Ночами она плачет, — говорит Вася. — Боится…что это конец.       — Как одиночницы — возможно. Но ее уже присматривает Кирилл Чеверев.       — Ему же около двадцати пяти. А Тане двадцать.       — Она высокая. Вместе будут хорошо смотреться.       — Он ее не кинет? Не бросит?       — Обещает, что нет.       — Обещать — еще не выполнить.       — Если он Таню обидит, ему попадет дважды. Да, Вась?       — Конечно.       Таня снова заходит в риттбергер. Выехав, она добавляет тройной тулуп, но выезжает в степ-аут.       — Тань…       — Не могу даже простых вещей сделать, — расстраивается Татьяна.       — Тань, иди сюда, — Петр Эдуардович обнимает ученицу. — Давай ты сейчас успокоишься, воды выпьешь и еще раз попробуешь.       — Я…просто устала. Завершать не хочу, просто…нужно что-то менять.       — В танцы?       — Нет.       — Пары?       — Можно попробовать, — сдается Татьяна. — Кто?       — Чеверев Кирилл.       — Он же завершил четыре года назад.       — Возвращается, но как парник. Он у Полины Аркадьевны пытался скататься с кем-то, но дуэт не образовался. Попробуем с тобой.       — Из Петербурга в Красноярск?       — Да.       — Ну можно попробовать. Но в одиночном меня не списывайте! Мне двадцать, а не тридцать!       — Ни в коем случае, — улыбается Петр Эдуардович.

***

      Несмотря на все заверения, что с одиночным не покончено, в новый сезон Татьяна выходит уже как парница. Пугавшие ее выбросы оказались вовсе не такими уж и страшными. Сложнее было переучивать группировку для них. Как новый дуэт они не получают высоких оценок за компоненты, а вот техника у них высокая в обеих программах. Третье место оказывается счастьем для Кирилла, но не для максималистки Татьяны. Получив медаль, она с натянутой улыбкой делает круг почета, держа за руку Кирилла, но стоит им выйти со льда, как глаза Тани наполняются слезами.       — Тань, ты чего? — не понимает Кирилл. — Первый чемпионат России и бронза! Мы прекрасно выступили!       — Ты радуешься третьему месту? — взрывается Татьяна. — Ты оступился на акселе! Ты взял меня в поддержку черт пойми как! Ты меня держал или флаг, Кирилл? Выступили ужасно, спасибо.       — Тань, — мягко обнимает подопечную Петр Эдуардович. — Техника 5,9       — Но это не 6,0. Компоненты так вообще 5,8, это что вообще?       — Тань. Новому дуэту не поставят 6,0 сразу. Сначала…нужно показать, что вы скатались. Скандалы за бортиком этому не способствуют.       — А золоту не способствует радость бронзе, — с гневом смотрит на Кирилла Татьяна и уходит в коридор.       — Я не понимаю…       — Таня такая. Где-то не знает меры. Здесь и сейчас. Не терпит, когда не может выдать максимум. Считает, что ты ее подвел.       — А что я должен был сделать?       — Просто смирись с ее чемпионским характером. Она не будет довольствоваться бронзой, как ты. Хочешь понять Таню и достичь с ней успеха — не отставай от нее.       — Да как там успеешь?       — Кирилл. Тебе дают шанс вернуться, когда в твое возвращение на лед, даже в парах, не верили. Будь добр слушать не только себя. Парное катание на то и парное, что успех достигается двумя. Не «поставили с хорошенькой и сильной одиночницей, а она все сделает», а пахать обоим. Успех достигается благодаря двоим. И в неудаче виноваты оба. Вы должны смотреть в одну сторону. И так как Таня смотрит на первое место…тебе нужно стремиться к нему тоже.       Кирилл кивает. И идет за тренером. Но Петр Эдуардович тормозит его.       — Это кто с ней?       — Василий Гордиенко. Брат.       — Серебро, — говорит он печально. — Сам виноват. Нападал. А вас с Кириллом просто занизили.       — Я-то понимаю…ну у меня потом они попляшут!       — Не сомневаюсь.       Вася обнимает сестру. Он верит, что уже на чемпионате Европы она завоюет первое золото в парном катании. И они будут отмечать два золота.       Но его предсказание не сбылось. Из-за сильного растяжения Вася не едет на чемпионат Европы, а без брата на трибунах Таня и сама расклеилась. Падение с выброса из тройного риттбергера оказалось решающим — из-за него она и Кирилл оказываются лишь четвертыми.       — Я не понимаю, — говорит Таня Петру Эдуардовичу на тренировке после падения Кирилла на каскаде. — Может, это было ошибкой? Парное катание.       — Тань, это продление карьеры.       — Я хочу вернуться в одиночное.       — Потому что там все получалось? Тань, но у тебя не будет тех же результатов после парного. Тебе нужно отпустить. Одиночное…увы, но новички подсказывают, когда нужно уступить дорогу. И очень хорошо было завершить одиночную карьеру именно золотом чемпионата мира.       — Я завоюю еще золота! Но… — она оборачивается на Кирилла. — Без него.       — Но и не в одиночном. Тань, я не говорю, что пора на пенсию. Но ты хочешь запомниться золотом чемпионата мира в конце карьеры или седьмым-восьмым местом чемпионата России?       — Золотом.       — Тогда действуй. Лепи из Кирилла то, что хочешь видеть. Но и…сама тоже будь с ним мягче.       — Я постараюсь.       Она отъезжает к Кириллу. Они что-то обсуждают, раздельно разгоняются, а затем в центре льда сходятся. Кирилл поднимает Татьяну в поддержку, держа ее за бедро. Таня устанавливается в бильмане и задерживается на три оборота Кирилла. Затем он ее опускает, а Таня выезжает, глядя на него.       — Хорошо, ребят! — говорит Петр Эдуардович. — Выброс!       Они снова разгоняются раздельно. Затем, съехавшись, они берутся за руки. Таня скрещивает ноги, а Кирилл, поставив руки на талию Тани, резко поднимает ее и выталкивает ее вверх. После третьего оборота она разгруппировывается и приземляется на правую ногу. Выполнив тройку на выходе она переходит на ход вперед, злобно глядя на Кирилла.       — Ты куда меня кидаешь?! В борт?! Не хочешь выступать в парах — так и скажи!       — Я тебя прямо кинул! И…       -Молчать! — командует Татьяна, и замолкают все, кто был на льду.       — Ух, Татьяна Евгеньевна, скажите, что не так? — улыбаясь, спрашивает Петр Эдуардович.       — Он меня в борт кинул!       — Никуда я ее не кидал!       — Еще лучше! Кинул, и плевать, куда приземляться будет! Я чуть в борт не въехала!       — Кирилл, ну ты действительно отклонился с нужной дуги, где вы выброс делаете.       — Потому что Таня меня с дуги согнала!       — Я еще и виновата?!       — Так. Стоп, — Петр Эдуардович разводит их в стороны. — Вдохнули-выдохнули. И пошли на комбинацию.       Татьяна выдыхает и разгоняется. Ей навстречу едет и Кирилл, но ходом назад. Таня меняет направление, они вместе выполняют тройной флип, меняют направление, продолжая комбинацию, и выполняют два параллельных акселя. Вот только если Таня выполнила два двойных, то второй аксель у Кирилла выходит одинарным.       — Кирилл, ну аксель!       — Я знаю!       — Знать мало — надо делать! Повторяйте.             Таня кивает и тянет Кирилла. Тот отпускает руку Тани и говорит:       — Петр Эдуардович, у меня уже нога болит. Обезболивающее не помогает.       — Кирилл, ну… — Петр Эдуардович вздыхает. — Ладно. Пока свободен. Тань! На тебе сейчас одиночная часть парного катания. Или тоже отдохнуть хочешь?       — Знаете, почему сложно быть чемпионкой? — Таня смотрит на партнера. — Нужно постоянно работать. Даже если хочется заслуженно отдохнуть.       Она уезжает и разгоняется. Потом подъезжает к брату.       — Что случилось? — спрашивает Вася.       — Кирилл с тренировки уходит из-за боли, мне парные элементы тренировать не с кем, — жалуется она.       — Хочешь, я помогу?       — Ты же одиночник.       — И что? — улыбается он. — Показывай, что надо.       — Смотри. Сначала, давай, выброс. Я по ногам все сделаю. Ты берешь меня за талию, — Таня на себе показывает, как нужно взять. — А потом, раскручивая, толкаешь вперед, — она показывает следующее движение. — Понял?       — Вроде.       Они, переглянувшись, делают вместе круг. Затем Таня подъезжает ближе. Вася осторожно берет сестру так, как она и показала.       — Так?       — Да, теперь кидай.       Он осторожно выбрасывает ее в воздух. Осторожно, но высоко и сильно. Таня отсчитывает три оборота, а затем раскрывается. Выехав, она выдыхает, улыбаясь, а затем обнимает брата, благодаря.       — Видишь? Одиночник выброс помог Тане сделать, — говорит Петр Эдуардович. — Гордиенко, молодцы!       Таня с Васей кивают.       — Пусть тогда с братом и катается, если с ним ей лучше, — ворчит Кирилл.

***

      Со второго совместного сезона результаты Татьяны Гордиенко и Кирилла Чеверева резко улучшаются. Пропустив из-за травмы Кирилла чемпионат мира и Олимпиаду, они вышли вторыми на чемпионате России, а вот чемпионаты мира и Европы они выигрывают. И, выиграв второй чемпионат Европы, они начинают серию побед.       — Наш секрет — постоянная работа над собой, — говорила не раз в интервью Татьяна, — и хорошая техника. Сложные элементы — весомые аргументы, почему победить должны мы.       Но вот в самой паре Кирилл и Татьяна с каждым стартом все сильнее отдаляются друг от друга. Прекрасно играя нужные роли в программах и взаимопонимание на соревнованиях, они словно разговаривают на разных языках. Крики Татьяны на Кирилла звучат гораздо чаще и громче, чем Петра Эдуардовича. И когда Кирилл подошел к нему перед вылетом в Японию, он практически не удивился.              — Давайте снимемся с Игр? Я…не откатаю.       — Откатаешь. У тебя нет выбора. Иначе тебя сначала убьет Таня, потом ее брат. А я третьим добавлю отчитывания.       — Я не хочу с ней кататься. Я не могу! Она…тиран! Я надеюсь, она никогда не станет тренером! Иначе бедные дети!       — Она знает, чего хочет. Кирилл. Успокойся.       — Это ей двадцать пять! А мне тридцать! У меня одни травмы! Но нет, я вернулся в спорт как па́рник, но что мне за это? Крики, ругань и неблагодарность!       — Кирилл, ты так и не понял. Посмотри, что у Тани — она дает тебе возможность реализоваться, как па́рник, а что получает? Жалобы, недовольство и также неблагодарность. Вы не слышите друг друга, Кирилл. Откатаете на Олимпиаде, потом иди куда хочешь. Просто…не лишай ее возможности получить золото.       — Хорошо. Но после Игр — даже не ждите, что я останусь!       — Скажешь Тане это сам, Кирилл.       Короткая программа в Японии идет прекрасно. Идеальный параллельный тройной тулуп от Татьяны и Кирилла вызывает аплодисменты зрителей. Прекрасная двойная подкрутка выполняется с хорошей высотой. Ни на одном элементе они не теряют ни единого балла. После проката Татьяна осторожно обнимает Кирилла. Тот обнимает ее вежливо, словно незнакомку, которую нужно отодвинуть. И результат ожидаем — первые по короткой программе.       Произвольная с невероятным набором. Тройной риттбергер, комбинация из тройного тулупа и двойного акселя, красивая подкрутка, два выброса — риттбергер и сальхов. Таня улыбается, кланяясь — два чистых проката. Держа золотую медаль после награждения, она с нежностью рассматривает ее. Обнимает Петра Эдуардовича, а затем поворачивается к Кириллу.       — Ну теперь на чемпионат мира!       — Нет, — говорит Кирилл.       — Что значит — нет? — мрачнеет Татьяна.       — Я устал. Я…не могу больше. Хочешь оставаться — ищи другого партнера. Хочешь уходить — отлично. Ведь с тобой никто не скатается. Ты невыносима.       — Кирилл…       — Нет, Тань. Я больше не могу.       — Тогда иди. Не думай, что я буду тебя ждать. Я не побегу за тобой, надеясь, что ты передумаешь       С этими словами Таня, сняв золотую медаль, уходит в номер. Все сначала. Снова искать партнера, скатываться. Кирилл тоже не оставляет медаль на шее. Он искренне жалеет, что решил вернуться в спорт. Несмотря на то, что три сезона он и Таня были безоговорочными лидерами, по его мнению партнерша с ним несправедлива и жестока. Если бы он мог вернуться в прошлое, он бы сделал все, чтобы только не вставать в пару с Татьяной Евгеньевной Гордиенко.