Девочки тоже считаются

      С уходом Кирилла Татьяне оказался закрыт путь на чемпионат мира в Японии. Возможно, это даже пошло на пользу. Петр Эдуардович, зная, что с имеющимся партнером Таня будет рваться в бой, чтобы успеть подготовиться к сезону, первым же делом отправил ее на медицинскую комиссию, чтобы выявить травмы перед сезоном. И очень вовремя — открылись два растяжения и угроза перелома. И пока подопечная вылечивала травмы, он искал партнера ей. Но с кем бы из имеющихся свободных парников или тренеров пар он ни спрашивал, очень немногие соглашались даже попробовать. Кто-то боялся не соответветствовать требованиям, кто-то уже был наслышан о характере чемпионки. Поэтому пришедшей в июне после восстановления Тане ему предложить было все еще нечего.       — Тань, мы найдем тебе партнера, — говорит Петр Эдуардович. Тут же к Татьяне подъезжает Василий и поднимает на руки. Она визжит, крепко держась за брата. — Вась, а подними-ка ее чуть выше?       И Вася, и Таня сразу понимают, что тренер хочет попробовать. Вася опускает сестру, а затем берет ее уже правильно. Подняв ее за бедра, он держит ее и делает несколько оборотов.       — Попробуй перехватить на руки, — предлагает Таня.             — Хорошо.             Таня подставляет руку под бедро, и Вася перехватывает ее.       — Нормально?       — Да.       Петр Эдуардович начинает аплодировать им.       — Все, опускай. Тань…а может, я искал тебе партнера не там?       Таня и Вася переглядываются, подъезжая к тренеру. Вася уже и сам задумывался о переходе в парное. Два золота чемпионатов мира, национальное золото, золото Олимпиады и три золота Европы. И следующее поколение уже наступает на пятки. Ему практически и нечего терять, поэтому на предложение «попробовать» он тут же отвечает согласием. Уже и сам Василий помогает тренировать Петру Эдуардовичу, а их ученик Дима занял свое первое третье место на первенстве Росси среди младшего возраста. Дать дорогу «молодым» и попробовать парное катание? Почему бы и нет?       — Тогда, раз все согласны…сезон раскатываемся, потом выходим на соревнования.       И решение вновь оказывается верным. Принятые изменения гораздо легче учить «с нуля», а не пытаться переучиваться. И пусть Таня и знала правила предыдущие, ей все равно проще, чем тем, кому с предыдущим партнером нужно переучиваться.       Уже первый чемпионат России они выигрывают. В том числе и благодаря благосклонности судей. Перерыв для скатывания не прошел даром — Татьяна успела восстановить тройные, а Василий с особым рвением выучил парные элементы. А понимания в их паре и подавно достаточно. Еще в их детстве Петр Эдуардович называл их «неправильными братом и сестрой» — все обычно ссорятся, а они всегда душа в душу. И, конечно же, это пошло им на пользу. Роли влюбленных, конечно, им закрыты, а вот остальные — очень даже подходят.       И пусть «дома» еще судили по старой системе, показать свою готовность побеждать и по новой они быстро доказали уже на Skate America, набрав в короткой программе 65,53 балла и сразу заняв первое место. Все на второй уровень, кроме комбинации вращений, которую выполнили на первый. В произвольной же тройной выброс пусть пошел чисто, на каскаде из тройных флипа и тулупа Таня немного оступается. Подкрутка идет чисто. Ошибка случается лишь на поддержке, на которой Василий падает, едва поставив сестру на лед. А на лутце Татьяна выполняет два, а не три оборота. И тем не менее, набрав 117,55 балла, они выигрывают старт.       Успешно идут и следующие старты. Домашний этап Гран-при выигрывают с ещё большим отрывом от второго места, чем был в Америке. Но даже всемирная слава и множество золотых медалей не уберегли их от неожиданных проблем.       Межсезонье после первого совместного сезона начинается с неприятной ситуации. Из-за сокращения финансирования вовремя не был проведён капитальный ремонт. В раздевалках, знакомым Татьяне и Василию с детства, появлялись новые трещины. И в один из дней, разминаясь уже на льду, Василий слышит грохот в раздевалке.       — Таня! — вскрикивает он. Тут же подорвавшись к выходу, он замирает, увидев сестру, выходящую из коридора. — Ты не пострадала? Что случилось?       — Я… — она ошарашено оглядывается. — Стена, видимо… Обрушилась…       — Тебя не задело?       — Я только выйти успела, — качает головой Таня.       — Слава Богу!       Итог неутешителен — первая пара страны без льда. К счастью, Пётр Эдуардович быстро находит совершенно новый ледовый дворец. В другой части Красноярска, но точно новый. На деньги с побед Татьяна и Василий без труда покупают квартиру у нового места тренировок. Сложнее было привыкнуть к быту без помощи родителей. Однако привыкшие к постоянным разъездам, они очень быстро адаптируются.

***

      Предолимпийский сезон идёт не хуже первого совместного. Судейство окончательно переходит на новую систему, к чему постепенно адаптируются. Выигрывая турнир за турниром, Татьяна и Василий доказывают, что и пара из брата и сестры может быть успешной. Но счастье от победы на чемпионате мира резко омрачает ужасная новость.       После чемпионата мира, как и на предыдущих соревнованиях, Татьяна и Василий приезжают к родителям, чтобы отметить успех. Но оба понимают, что что-то не так, увидев красные глаза матери, скрывающей, что что-то происходит.       — Тань, — сразу обращается к ней мама, — помоги, пожалуйста, накрыть на стол. Только руки помой сначала. Вась, ты проходи…       — А папа где? — спрашивает Василий       — Он… — женщина вздыхает и продолжает спокойно, насколько может, — он скоро будет.       — Что-то случилось?       — Нет-нет! — тут же говорит она, но шёпотом добавляет, — надеюсь…       Васе и Тане не нужно смотреть друг на друга, чтобы понимать, что у каждого в голове. Мама уходит на кухню, а они сами проходят в ванную. Сначала они моют руки молча, пока одинокий шум воды не прекращается, а Вася не спрашивает у Тани, протягивая ей полотенце:       — Я же не один чувствую, что мама беспокоится за папу?       — Она всегда плохо скрывала свои чувства, — вздыхает Татьяна. — Она, кажется… Боится того, что ей скажет папа. Мрачная атмосфера так и чувствуется… Словно… — она тут же мрачнеет и, переглянувшись, продолжает шёпотом, — словно кто-то умер…       — Сплюнь, — тихо говорит Вася, постучав осторожно по голове. Таня делает то же самое. Затем они, повесив полотенце, выходят из ванной. Таня — на кухню. Вася — в гостиную.       Евгений приходит через полчаса. Кажущийся весёлым и гордящийся победой детей, он тоже скрывает тревогу. Вася и Таня переглядываются.       Несмотря на происходящее, родители ведут себя так, словно всё нормально. Ужиная, они обсуждают всё, что угодно, не касаясь себя.       — Я горжусь тем, что у меня такой сын! — говорит Евгений, подняв бокал. Таня чувствует укол обиды из-за того, что он её не упомянул, но ничего не говорит.       — И Таня молодец, — говорит мама.       — А вы? — резко спрашивает Вася       — Что — мы? — не понимают родители.       — Мы же видим, что-то случилось. Скажите, что именно? Если что-то дорого — не переживайте, мы всё оплатим, об этом не думайте, — выпаливает Василий       Воцаряется тишина. Родители переглядываются, словно решая, стоит ли говорить. Мама мрачнеет, опуская взгляд. И начинает:       — Пару дней назад…папа потерял сознание, долго не приходил в сознание…       — Том, я сам, — перебивает он, вздыхая. — Пару дней я был в больнице. Ничего сильно серьезного, — Евгений смотрит на жену. — Гиперкальциемия. Пьем с вашей мамой некоторые лекарства, витамины…вот и пришлось скорректировать их прием. Все хорошо.       — И…где ты был?       — В больнице, капельницей снизили количество кальция в крови, — он показывает прокол на руке.       — А…для чего витамины? Вы не говорили про проблемы со здоровьем… — говорит Таня.       — Танюш, ну возраст… — говорит Тамара, поддерживая слова отца.       — Мам, пап, действуют антидопинговые правила. Если вы что-то принимаете, нам нужно знать, а лучше — изолировать от них еду. Вы же знаете…       — Я все готовила максимально безопасно, — говорит мама.       — Вы когда к врачу ходили? Может, вам еще раз пойти, проверить еще раз, надо ли?       — Вась, дорого, — машет рукой Евгений.       — Мы оплатим, — сразу выпаливает Таня.       — Нет, Тань, поводов для беспокойства нет.       — Тань, Вась, поставьте чайник, пожалуйста. И…что-нибудь к чаю найдите…       — Ладно…       Завернув в коридор, Таня тормозит за дверью. Вася оглядывается, а Таня прикладывает палец ко рту. Прислушавшись, она пытается разобрать негромкий разговор. Вася подходит к сумке, с которой пришел отец. Найдя там документы, он листает их, а затем удивленно смотрит на Таню, спешно складывая документы обратно. Они быстро уходят на кухню и ставят чайник.       — Что услышала?       — Там не из-за витаминов, — Таня оглядывает кухню и открывает ящик с медикаментами. — Видишь? Ничего! Там…что-то другое…что ты увидел?       — Миелома. И ещё… стадия. III B. И цифры какие‑то… Некоторые выше нормы…       — Миелома… — повторяет Таня. Её рука, держащая чашку, слегка дрожит. — Это… онкология?       — Похоже на то, — Вася нервно поправляет рукав рубашки. — И серьёзно, судя по цифрам.       — Тань, Вась, вы там долго? — спрашивает мама.       — Ищем что-нибудь к чаю! — отвечает Вася. Он быстро наливает чай, а Таня открывает шкафчик и хватает пастилу и зефир. Затем они возвращаются в зал, делая вид, что они ничего не знают.       Переглянувшись, они ставят чашки и начинают чаепитие. Папа что-то говорит про их будущее, про мысли на следующий сезон, но Таня почти не слышит, размышляя, что им делать дальше.       После ужина следующие несколько дней Вася не может даже узнать сестру. Напряженная, стремящаяся довести до идеала даже то, что и до этого получалось максимально хорошо. Словно ей мало. Но в то же время она и сама нет-нет да делает настолько глупые и непонятные ошибки, что даже представить нельзя было, что это сама Татьяна Гордиенко.       — Тань, пройдись пока по тройным, — командует Петр Эдуардович. — Вась, что у вас случилось? Таня сама не своя…то в какой-то мании, то…в тумане.       — Мы после чемпионата мира были у родителей… Вы не знаете, что такое миелома?       Петр Эдуардович тут же серьезнеет и мрачнеет.       — Кто?       — Папа.       — Это онкогематология…стадия?       — Третья? Там три палочки было и буква.       — Какая?       — В.       — Так…у медиков уточню все. Татьяну надо успокоить. А то в сезон вы не выйдете.       — А шансы есть?       — Вылечиться — точно нет. Но при правильном лечении…он увидит, как ваши ученики выиграют Олимпиаду.       — Хорошо…       

***

      Первым международным соревнованием оказывается у Тани и Васи MasterCard Skate Canada International. Под «Маскарад» Арама Хачатуряна они набирают 68,62 балла и оставляют всех с большим отрывом позади. Что уж точно пошло на пользу от резкого приступа категоричности к себе и брату, который взыграл в Тане после новости о заболевании отца, так это то самое доведение до идеала каждого движения. И Вася понимает, что она так пытается отвлечься. Единственное, чего она не могла — остановиться. Тогда ей уже помогал Вася.       Произвольная под «Метель» Свиридова оказывается с не таким уже большим отрывом от второго места, однако сумма за 205 баллов делает их однозначными победителями. На домашнем этапе Гран-При они набирают и еще больше баллов. Чемпионат России тоже становится победным. И после чемпионата Европы они возвращаются с непрерванной победной серией в Красноярск.       Праздничный ужин после чемпионата Европы проходит в тишине. Несмотря на победу, настроение вовсе не радостное. И если сначала Евгений пытался как-то не дать понять, что ему плохо, то ближе к середине уже силы его покидают. Все все прекрасно понимают.       — Пап, — начинает Вася. — Ты…проходил лечение? Мы с Таней оплачивали все сеансы химиотерапии, ты…       — Вась, все нормально, — говорит он. — Из-за нее и устал.       Отец им рассказал про диагноз, когда его вновь увезли с гиперкальциемией в больницу после не очень удачного этапа кубка России. Несмотря на победу в этапе, Таня не могла простить себе неидеальность проката.       — Пап, тогда надо просто…подождать. Лечение сработает, просто надо время…а хочешь, попробуем в Москве? — не унимается Вася. — Там и лечение лучше…       — И дороже, — ворчит он.       — Наших призовых хватит на терапию хоть на Луне! — взрывается Таня. — Какого вообще черта ты думаешь о деньгах, если вопрос в твоем здоровье?!       — Татьяна, не смей так разговаривать! — слабо, но строго говорит Евгений.       — Конечно. Проще всего сказать: «Таня, закрой рот!», «Таня, ты ничего не понимаешь!», «Таня, не смей так говорить!», — продолжает она. — И ни разу нельзя было хотя бы попробовать меня выслушать! Конечно.       Она выходит из-за стола.       — Татьяна!       Она не слушает. Забрав сумку с коньками и пальто, она выходит из квартиры, уже в лифте надевая верхнюю одежду. Вася и не знает, что делать — вроде и нужно поговорить с сестрой, но и просто так бросить родителей нельзя. Конечно, он знает, куда идет Таня. На лед. Место, которое поддерживает их оже не один десяток лет.       Он оказывается прав. Завершив-таки ужин, он едет в ледовый дворец. На льду он тут же видит Таню, в одиночку прокатывающую их произвольную. Наспех размявшись в зале, он надевает коньки и идет к ней. Таня заходит на тройной флип, когда чувствует осторожное прикосновение брата. Он набирает ее скорость и без слов выбрасывает ее в тройной флип.       — Сильно ругались? — тихо спрашивает Таня.       — Не больше, чем обычно.       — Понятно.       Внеплановая тренировка проходит в тишине и довольно напряженно. Уже на улице, по пути домой Таня возвращается к разговору:       — Я не понимаю. Чем я такое заслужила?       — Ты про…       — Да. Чуть что скажу не то, что он хочет…       — Я не знаю. Такой он.       — Я почти тридцать лет ему доказываю, что мной можно гордиться. Что я тоже многого добилась. Чего ему не хватает? Неужели если у меня в паспорте написано «пол: женский» — то можно просто ставить крест?       — Тань. Он…такой человек. Со своими странностями.       — Я…не понимаю. Чего мне не хватает?       — Я не думаю, что дело в тебе, Тань…       — Послать, наверно, это б к черту…

***

      Олимпиада в Турине вызывает у Тани с Васей невероятное спокойствие. Несмотря на то, что накануне вылета в Италию Петр Эдуардович сообщил, что Дима Виноградов занял лишь десятое место на первенстве России среди юниоров, это Васю с настроя не сбило.       — Готовы? — спрашивает Петр Эдуардович перед короткой программой.       — Да, — за обоих отвечает Таня.       — Как папа? — спрашивает Вася. — Новости есть?       Что действительно их беспокоит больше — состояние отца. Перед их отправлением в Италию они совершенно случайно узнали о произошедшем инсульте. Врачи смогли стабилизировать состояние и привести его в сознание, однако все слишком туманно.       — Тамара говорит, что он в сознании. Не выписали, под наблюдением, но в обычной палате. Болеет за вас.       — Хорошо, что все идет в лучшую сторону, — тихо говорит Таня.       — Думайте о короткой. Не о другом. Понимаю, сложно, но надо так.       — Gordienko Tatiana and Gordienko Vasily, Russian Federation, are invited to skate their short program!       — Ни пуха ни пера, — говорит им Петр Эдуардович, легонько похлопав по плечу каждого.       Они кивают и, взявшись за руки, едут в центр. Не говоря ни слова, думая о своем. Встав в начальную позу, они лишь смотрят друг на друга. Стоит заиграть первым нотам вальса «Маскарад», как они быстро кланяются друг другу и берутся за руки, начиная вальсировать. Разогнавшись, Татьяна отпускает одну руку, опускаясь в тодес. Василий опускается в позицию, крепко удерживая сестру, и считает обороты. Таня едва ли не касается головой льда, удерживая позицию. На начале пятого оборота Таня поднимается на ход вперед. Разогнавшись раздельно, они вновь съезжаются. Вася аккуратно поднимает Таню и выбрасывает ее в риттбергер. После трех оборотов Таня выезжает из выброса и, глядя на брата, подъезжает к нему и вновь берет его за руки. Вальсируя дальше, они разгоняются, разъединяются, после чего выполняют параллельный сальхов. После него они выполняют подкрутку.       Таня останавливается, пока Вася кружит вокруг нее. Затем, чуть пробежавшись, она догоняет брата. Он поднимает ее за бедра, выполняя с ней поддержку. Сделав несколько оборотов, в которых Таня держится в сложной позиции, Вася осторожно опускает сестру. Они переходят к дорожке шагов по кругу, в которой к техническим шагам добавляют и сам вальс. После дорожки они параллельно выполняют бедуинский прыжок и выполняют комбинацию параллельных вращений. После этого они съезжаются, берутся за руки для парного вращения. Музыка близится к концу, они разъезжаются. Вася останавливается, протягивая руки в сторону сестры, а Таня делает несколько шагов от него и расставляет руки, стоя к брату спиной. Подняв взгляд, она часто дышит. Оба замирают, пока зрители не начинают аплодировать.       Словно одновременно выдохнув, они съезжаются и кланяются. Вася крепко держит сестру за руку. Она кажется ему ледяной.       — Мы это сделали, — констатирует он.       — Да, — выдыхает Татьяна.       Уйдя со льда, они принимают от Петра Эдуардовича чехлы и проходят в зону Kiss&Cry. Они ничего друг другу не говорят. Не смотрят повторы.       — For their short program, Tatiana Gordienko and Vasily Gordienko score 81.36 points! They take first place!       — Первые, — выдыхает Петр Эдуардович и обнимает их, — молодцы.       Отрыв от второго места большой. Но это не значит, что произвольную можно катать не на свой максимум. Поэтому два дня до проката они полностью отдают на подготовку к произвольной. Стараются не думать о том, что может быть дома. Стараются заполнить все мысли и минуты подготовкой, чтобы на тревожные мысли не хватало ни времени, ни сил. И, когда их объявляют уже для проката произвольной, Таня чувствует себя невероятно спокойной и сосредоточенной.       — Откатаем, пока будем ждать закрытия Игр, будем готовиться к чемпионату мира, — говорит Таня, пока они едут к центру. — И все будет хорошо.       Программу они начинают с нескольких поворотов, после чего они разгоняются и с тройки заходят в параллельный тройной флип. Дальше решаются на риск с каскадом из тройных лутца и тулупа. Выезжают чисто. Дорожка по спирали, после которой Вася быстро подхватывает Таню и подкидывает ее в тройную подкрутку. Поймав, он опускает сестру на лед, после чего они разгоняются. Съехавшись с Таней вновь, Вася берет сестру за талию. Таня скрещивает ноги, после чего они выполняют тройной выброс. Они едут в разные стороны, после чего Вася поворачивается. Таня упирается руками в руки брата, глядя ему в глаза. Он поворачивается, поднимая ее. Отпустив одну руку, он делает несколько оборотов, после чего опускает сестру на лед. Держась за руки, они снова разгоняются.       После выброса в тройной сальхов они вновь хватаются за руки для выполнения поддержки. Они делают каждый элемент настолько чисто и безупречно, насколько вообще могут. Чистый бедуинский прыжок, заход в параллельную комбинацию вращений. Они чуть ли не вслух считают обороты, чтобы не закончить раньше необходимого. Таня смотрит на Васю, а Вася — на Таню. И все для того, чтобы не нарушить синхронность выполнения. Выйдя из параллельного, они хватаются за руки, заходя в парное вращение. После парной комбинации они вновь разгоняются. Таня хватает Васю за руку, и они входят в тодес. Вася отсчитывает обороты, собирается вставать, когда Таня шипит на него:       — Еще оборот! Рано считать начал.       Сделав еще один оборот, он уже встает, поднимая и сестру тоже. Еще одна дорожка шагов, еще одна поддержка…и финальный тодес. Уже вперед-внутрь. После него Таня встает, делает несколько оборотов и берет Васю за руки. Они стоят и смотрят друг на друга до конца музыки.       — Tatiana Gordienko and Vasily Gordienko, the Russian Federation!       Они быстро обнимаются. Затем, взявшись за руки, они кланяются. Вася берет руку Тани и крепко сжимает ее, пока они едут к Петру Эдуардовичу.       — Молодцы. Уверен, Ваши родители вами сейчас очень горды.       Таня кивает, принимая чехлы. В ее голове одновременно и надежда, что они оба горды ими обоими, и горечь от понимания, что это лишь самоутешение. Но она старается гнать все мысли прочь от себя. Они садятся в Kiss&Cry.       — For their free skate, Tatiana Gordienko and Vasily Gordienko score 149.57 points! They take first place! They become the champions of these Olympic Games!       — Двукратные? — спрашивает у нее Вася.       — Двукратные, — кивает Таня.       — Поздравляю вас, — Петр Эдуардович обнимает их.

***

      После Олимпиады они из Турина в Красноярск не сразу возвращаются, только после победы в Канаде на чемпионате мира. Уже там решив, что эти две победы будут красивой точкой в их карьере, Петр Эдуардович приглашает их ближе к концу марта на просмотр спортсменов уже в их собственные первые группы. И максимально неожиданным для него оказывается звонок Татьяны ближе к полуночи.       — Таня? Что-то случилось? — он слышит ее тяжелое дыхание. — Так. Тань. Вдох-выдох. Что у вас случилось? Вам помощь нужна?       — Петр Эдуардович… — наконец говорит она негромко.       — Да, я тут.       — Перенесите, пожалуйста, просмотр. На…не знаю…неделю? — тренер слышит, что Таня дышит прерывисто…словно только что плакала.       — Вася рядом?       — Не совсем…он с мамой.       — Неделя так неделя. Что у вас случилось?       — Завтра… — Петр Эдуардович слышит, как Таня пытается совладать с эмоциями, делая глубокий, но тяжелый вдох.       — Спокойно, говори, как можешь. Как легче сказать. Не торопись. Если тяжело — не говори, потом скажешь.       — Завтра у папы сорок дней.       Тишина. Петр Эдуардович осознает все произошедшее. Сорок дней…понимание приходит быстро и тяжело.       — Так. Тань…мне очень жаль…я…я перенесу просмотр, могу и не на неделю, если нужно.       — Думаю, недели…будет достаточно…       — Я понял, — Петр Эдуардович слышит плач Татьяны.       — Я…просто не понимаю, как, почему? Все же…все же было хорошо… Вы говорили, он стабилен, а потом…       — Когда…произошло?       — День произвольной…       Петр Эдуардович молчит. Два важных события произошли в один день…и если прокат произвольной на Олимпиаде — желанное важное событие, то смерть отца…пусть и ожидаемое событие, но максимально нежелаемое. Когда Петр Эдуардович предложил остаться для подготовки в Москве на сборах, он и не представлял, насколько правильным решением это оказалось. А может, и не очень. Кто знает?       — Тань…держи меня в курсе. Если надо — звоните или приходите в любое время. Приношу вам…мои соболезнования.       — Хорошо, да…спасибо… — немного прерывисто говорит она. И затем завершает звонок.