Симпатия к грязи

Коморка была тесной и душной, будто созданной для того, чтобы в ней долго не задерживались. Единственным источником света служил экран - десятки разрозненных изображений, сменяющих друг друга без всякой логики. Камеры, углы, фрагменты города. Иногда - лица. Зодил сидел, сгорбившись, почти не шевелясь. Взгляд скользил по монитору, но ни за одну картинку не цеплялся надолго. За спиной раздался тихий звук шагов. - Ты сделал то, о чём я просил? - не оборачиваясь, спросил он. Джаббер остановился у входа. Тень от его фигуры легла на пол, перекрывая свет от экрана. Он не ответил сразу - будто смаковал паузу. - Разумеется. - наконец отозвался он, легко, почти весело. Рие выдохнула и первой нарушила тишину. - Ладно. Пойдёмте домой. - сказала она, слегка потягиваясь - А то ты опять один попрёшься, Занка. И потом ещё будешь делать вид, что так и надо. Занка хмыкнул, но спорить не стал. Только пожал плечами. - Я и так дойду. - Конечно, дойдёшь. - фыркнула Рие. - Вопрос в каком состоянии. Рудо тихо хихикнул, но тут же притих, поймав её взгляд. Они пошли вместе. Небо было до сих пор грязно серым. Заброшенные дома выглядели сейчас особенно жутко, как будто бы сейчас из за них выскачет мусорная тварь. Да такая огромная что сцапает тебя быстрее, чем ты успеешь среагировать. Занка шел очень медленно. Его переполняла злость, от того, что за ним следили. И стыд - от того что его вообще заметили в таком жалком виде. Рие шла рядом, опустив голову и слегка улыбавшись. Рудо старался тоже идти рядом, но у него не получалось. Из за чего всегда убегал вперед. Рудо сделал ещё пару шагов вперёд, потом замедлился и недовольно цокнул языком. - Ну вы чего такие медленные… - пробормотал он, но всё же сбавил шаг. Занка не ответил. Он смотрел себе под ноги, на потрескавшийся асфальт, стараясь не думать о том, как глупо всё это выглядело со стороны. О том, что его видели. О том, что сделали выводы. Рие первая нарушила тишину. - Занкаа, может все таки расскажешь, каким образом так получилось - что ты связался с этим поехавшим вандалом? - Рие спросила это с ноткой интереса, она не хотела его обидеть или как то унизить. Но почему то сейчас это звучало больнее всего, лучше было бы если они просто шли молча с этим позором… а сейчас еще и допрос устроят. Просто волшебно, ничего не скажешь. Сейчас вообще все так бесит, вот прям бесит. То что за ним следили, потому что наверное не доверяли. То что сейчас думают какой он идиот. Может они даже думают что он предатель? Да нет, фигня это все. Больше бесит вот во всей этой ситуации, именно Джаббер. Именно он, причина в том что он так опозорен. Именно он, причина в том что он сюда вообще приперся. Вот именно он. Как же все таки обидно что он ушел раньше времени, сейчас так было бы приятно слышать хруст его костей. Но нет. Все вышло просто из под контроля! - Занка? - повторила Рие, и он мгновенно вылетел из своих мыслей. Как бы сейчас обидно не было, нужно поддержать разговор чтобы не обидеть подругу. - Да там.. сложная история. - вздохнул он - долго рассказывать - прикрылся Ниджику, хотя все равно знает что от него не отстанут. - мы не торопимся. - настаивала Рие. - давай рассказывай все как было. И что теперь делать? Он же не может вот прям рассказать самого начала где подслушал разговор с Энджином.. ну значит надо включать воображалку, или же просто не договаривать. Занка сжал челюсть и отвёл взгляд в сторону. Несколько секунд он просто шёл молча, считая шаги, будто надеялся, что вопрос растворится сам. Не растворился. - Там… - он выдохнул, потирая ладонью шею. - Это не было чем-то запланированным. Он помолчал, подбирая слова. Вернее - отбрасывая те, которые говорить нельзя. - Мы пересеклись случайно. На задании. Он начал трепаться, как обычно. Лезть. Проверять границы. Рудо тихо фыркнул, но ничего не сказал. - Я не собирался с ним связываться. - продолжил Занка чуть резче, чем хотел. - Это вышло само. Он… - пауза. - Он сказал что «они» знали про ту странную мусорную тварь. Ну как я понял под «они» он имел их блохастую шайку.. Ну и вот. И еще обещал информацию, за игру. Но проиграл и пришлось выполнять его хотелку.. Рие внимательно слушала, не перебивая. - И ты позволил? - мягко спросила она. Занка поморщился. - Я не «позволял». - Он бросил короткий взгляд на неё и тут же отвернулся. - Просто не стал сразу посылать. Ошибка, да. Надо было вообще не приходить, но я же не трус как ни как. Он замолчал. Потом добавил тише: - Дальше всё покатилось. Несколько шагов они прошли в тишине. - ты же все расскажешь Энджину, верно?.. - неуверенно спросил Занка. Рие хихикнула - А ты что, боишься? - она слегка ухмыльнулась - Можешь успокоиться, мне и Рудо не сдался твой бандит. Это будет наш маленький секрет. На душе уже стало полегче от того, что его не считают предателем. Он слабо улыбнулся. - только пообещай пожалуйста - перебил Рудо - что по ночам больше не будешь ходить.. к этому. Штаб встретил их тусклым светом и привычной тишиной. Ночная смена уже разошлась, коридоры казались шире и холоднее, чем днём. Они шли вместе, но каждый будто в своём темпе. У входа в жилой блок они остановились. - Ну… - Рие первая нарушила тишину. - Тогда до утра. Рудо кивнул, по-своему неловко, будто хотел сказать что-то ещё, но передумал. Это было всё. Без лишних слов, без вопросов, без взглядов в спину. Они разошлись в разные стороны коридора. Шаги Рудо и Рие постепенно растворились в тишине, будто их и не было. Занка остался один. Что в коридоре был один мрак, что тут. Везде всё одинаково. Вздохнув, он подошёл к окну - блеклый свет едва-едва освещал комнату. Вроде бы, всё же хорошо закончилось. Почему же тогда так тревожно? Сердце будто куда-то торопилось, хотя сейчас уже никуда не нужно было. Руки слегка дрожали, а спать совсем не хотелось. Он отвернулся от окна, молча стянул с себя одежду и натянул то, в чём обычно спал - не задумываясь, на автомате. Постель встретила прохладой. Занка лёг, уставившись в потолок, но напряжение не отпускало - тело отдыхало, а мысли всё ещё бродили где-то вне этой комнаты. Он лежал неподвижно, глядя в потолок, и упрямо твердил себе одно и то же: надо спать. Завтра снова задания, снова люди, снова делать вид, что всё в порядке. Тело устало - этого было достаточно, чтобы уснуть. По крайней мере, так должно было быть. Но мысли не слушались. Они расползались в разные стороны, цепляясь друг за друга, возвращая обрывки разговоров, взгляды, интонации. Всё, что он пытался оставить за дверью, просачивалось обратно - медленно, настойчиво, без спроса. Занка стиснул зубы и прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. Бесполезно. В голове было слишком шумно для сна, слишком много того, что нельзя было ни прогнать, ни разложить по местам. Он хотел просто выключиться. Хотя бы на несколько часов. Но мысли жили своей жизнью - и он больше не был уверен, что сможет их остановить. Он всё-таки моргнул. Медленно, тяжело - как будто веки вдруг стали слишком весёлыми для лица. На короткий миг показалось, что шум в голове стих. Мысли оборвались на полуслове, тело наконец нашло нужное положение, и напряжение чуть ослабло. Вот оно. Сон. Он снова открыл глаза. Комната была той же - тот же потолок, тот же блеклый свет, та же тишина. Только что-то было не так. Занка попытался пошевелиться и не смог. Ни пальцем. Ни плечом. Даже вдох вышел каким-то чужим, поверхностным. Осознание пришло медленно и неприятно: он проснулся, но тело - нет. Сердце ударило сильнее, а вместе с ним вернулась тревога, сжатая и липкая. Хотелось повернуть голову, закрыть глаза, сделать хоть что-нибудь - но он был заперт в собственном теле, будто кто-то аккуратно выключил все выходы. Из-под кровати медленно выплыл белый воздушный шар. Он был неуместно чистым - слишком светлым для этой комнаты, для этого мрака. Шар дрогнул в воздухе, качнулся… Одеяло вздрогнуло. Из него будто вырос Энджин. Не встал, не вылез - именно появился, как если бы ткань была для него просто поверхностью. Он не смотрел на Занку. Его взгляд был направлен куда-то вдаль, сквозь стены, сквозь ночь. Энджин протянул руку - спокойно, почти рассеянно. В его ладонь прилетел этот белый шар. И он лопнул сразу, как только пальцы сомкнулись. Изнутри вырвалась ворона. Энджин поймал её за горло одним движением. Птица дёрнулась, захлопала крыльями — и замерла. Что за… У Занки в голове не складывалось ни одного нормального слова. Это было не похоже на кошмар, но и реальностью не ощущалось. Слишком чётко. Слишком тихо. Это было жутко. Не из-за крика или крови - нет. Жутко именно тем, как спокойно всё происходило. Эй энджин, сейчас вообще не время выяснений отношений. Уйди пожалуйста.. Я еще не решил, что будет дальше. Энджин. Эй Энджин? Энджин! Занка пытался его позвать, или закричать. Бесполезно. Сердце начало стучать в ушах так что Занке показалось что это кто то стучит. Может все же стоит поговорить?. О чём с ним говорят в такие моменты? Занка судорожно пытался вспомнить хоть что-нибудь, но в голове была пустота. Он даже не знал, с чего начать - если вдруг Энджин повернётся и заговорит. Или посмотрит. Странно, но мысль о том, что он не может пошевелиться, почти не волновала. Это казалось… второстепенным. Потому что сейчас в его комнате стояло нечто, что не должно было существовать. И оно пока его игнорировало. Энджин говорил тихо. Голос у него был слишком ровный. Как только он заговорил, Занка перестал думать. Просто ловил каждое словечко. - Ты слишком долго остаёшься свободным. Свобода - это сквозняк. От неё заносит пыль. Он слегка сжал пальцы. Ворона дёрнулась - и замерла. Как предмет, который наконец положили на место. - А пыль - это ошибка. Ошибка липнет. Ошибка въедается. Ошибку потом сложно соскрести. Он наклонил голову, будто прислушивался не к Занке, а к самому воздуху. - Ты знаешь, чем вас кормят? Похвалами. Тёплыми словами. Одобрением. Они сладкие, да? Мягкие. Тают на языке. От них хочется ещё. Пауза. Слишком длинная. - Вы жрёте их без меры. И потом удивляетесь, почему внутри пусто. Он выдохнул - медленно, почти с наслаждением. - А мы кормим правильно. По расписанию. По норме. Ровно столько, сколько нужно, чтобы ты оставался… пригодным. Пальцы Энджина разжались. Ворона не упала - просто исчезла, словно её и не было. - Ты не должен быть один. Одиночество - это грязь без свидетелей. Когда никто не смотрит, пятна расползаются быстрее. Он чуть повернулся, но всё ещё не смотрел прямо. - Мы следим. Мы чистим. Мы сохраняем. Голос стал мягче. Почти благодарным. - Я спас тебя. Ты был на грани порчи. Ещё шаг - и пришлось бы выбросить. А выбрасывать - нерационально. Он наконец повернулся. Глаза встретились с Занкиными - слишком резко, слишком близко. - Ты подходишь. Форма. Усилие. Послушание. Ты почти соответствуешь. На секунду - тишина. Потом лицо Энджина дёрнулось, как треснувшее стекло. - …чистый. Он замер. Ноздри дрогнули, будто он что-то учуял. И голос сорвался, стал хриплым, шипящим: - Нет. Грязь. Комната дёрнулась. Воздух сжался. Энджин рванулся вперёд. Занка рвано вдохнул. Тело дёрнулось, словно его резко отпустили, и он тут же согнулся, хватая воздух ртом. Грудь жгло, как после долгого бега, сердце колотилось так сильно, что отдавалось в ушах. Темно. Тихо. Никакой тряски. Никакого голоса. Комната была на месте. Он несколько секунд просто лежал, уставившись в потолок, не моргая. Проверял - двигаются ли пальцы, слушаются ли ноги. Всё слушалось. Слишком хорошо. Слишком обычно. Но внутри было плохо. Не страх - он уже прошёл. А отвратительное послевкусие, будто в горле застряла гнилая еда. Занка медленно перевернулся на бок и уткнулся лбом в подушку. Она была прохладной, пахла тканью и чем-то знакомым - реальным. Это немного заземляло. Руки всё ещё дрожали. Мысли путались, словно кто-то размешал их, но не дал осесть. От сна остались обрывки - слова без голоса, ощущение чужого присутствия, липкое чувство, будто его оценивали, взвешивали, примеряли. «Я спас тебя.» Эта фраза всплыла сама, и от неё скрутило живот. Занка резко сел, свесив ноги с кровати. Голова закружилась, в висках неприятно запульсировало. Его слегка мутило - не до того, чтобы совсем плохо, но достаточно, чтобы стало ясно: с ним сейчас не всё в порядке. Он провёл ладонями по лицу, глубоко выдохнул. - Это просто сон… - прошептал он, больше для того, чтобы услышать собственный голос. Но тревога никуда не делась. Она сидела где-то под рёбрами - тихая, настойчивая. Такая, от которой не убежишь и не отмахнёшься. Даже здесь, в своей комнате, даже после того, как всё закончилось. Занка медленно поднялся с кровати, чувствуя слабость в ногах. Спать больше не хотелось. И, если честно… он боялся снова закрыть глаза. В этом сне, Энджин был.. как монстр. Но хотя, он же ничего даже не сделал. … почему? Занка снова подошёл к окну и уставился на край подоконника. Он должен был быть чистым - аккуратным, пустым. Но прямо там распласталась муха. Чёрная точка на светлой поверхности. Назойливая, неуместная. Может, она просто решила, что именно здесь ей лучше всего умереть. В тишине. В чистоте. Хотя… мухи ведь всю жизнь - рассадники грязи и бактерий. Глупая. Так почему ты тогда с самого начала не старалась быть чистой? Ниджику фыркнул — коротко, почти раздражённо. - Ты умерла потому, что не пыталась выжить в моей комнате. - слова звучали странно, слишком ровно. - Ты не искала выхода. Значит, сама виновата. Он замолчал на полуслове. Что-то кольнуло внутри. Энджин. Занка резко отвернулся от окна. Сердце неприятно дёрнулось. Он ведь не похож на него. Верно? Это просто мысли. Просто глупые рассуждения. Он же не всерьёз. Он снова посмотрел на муху. - Ладно… - пробормотал он тише. - Оставайся. Будто делал одолжение. Она ведь всю жизнь была в грязи. Можно считать, что это её второй шанс - проснуться в чистоте. От этой мысли стало неприятно. Занка всё-таки сел на подоконник. Подтянул одну ногу, обхватил колено рукой, уткнулся в него подбородком. Вторая нога безвольно болталась в пустоте, задевая стену носком - тихо, размеренно. Муха всё ещё была там. Живая или нет - он уже не был уверен. Мысли шли вразнобой. Медленно. Вязко. Как будто сон всё ещё не отпустил до конца. Почему-то вспомнился Джаббер. Совсем не к месту. И от этого — ещё страннее. Интересно… а что бы сделал он? Занка хмыкнул себе под нос. Джаббер бы точно не стал читать ей лекции. Не рассуждал бы о чистоте, пользе или шансах. Скорее всего, он бы просто ткнул в неё пальцем. Или раздавил - без раздумий. А может, наоборот, поддел бы когтем, посмотрел, как она извивается, и рассмеялся. Без выводов. Без оправданий. Просто потому что может. И почему-то от этой мысли стало… не так мерзко. Занка нахмурился. Пальцы крепче сжали колено. - Дурацкая мысль. - пробормотал он сам себе. Потом. Он просто потом всё у него расспросит.