Revamp The Undead Story / Ревамп

Милый дом

Он видел сон... Пунн спал… точнее, пребывал в состоянии отдыха. Внутри него снова и снова разворачивались события прошлого – те самые, которые он старался забыть. Ему снился большой дом, в котором он провёл часть своего детства. Снились комнаты с высокими потолками, старые книги на полках, звуки шагов в коридорах. Ему снился тот день. День, когда началась ненависть. Он не мог вспомнить, что именно случилось тогда, но во сне, видел это ясно. Взрослый Пунн забыл. Маленький Пунн не понял. И вот всё повторялось перед его глазами... Небольшая группа детей бежала через тёмные коридоры, спасаясь от того, кого не могли победить. Огромный монстр – не человек, не животное – вышел из комнаты второго этажа, где раньше они играли вместе. Только этот монстр играл, убивая, попавшими под руку детьми, как игрушками. Пунн остановился под лестницей первого этажа, там, куда лунный свет не проникал. Тени были густыми, воздух холодным. Он прижимался спиной к стене, слыша, как сердце колотится слишком сильно. – Что... что это за существо? - спросил Пунн, пытаясь не сильно паниковать. – Вампир. – Вампир? – Я читал о них, - сказал Джетт, нервно осматриваясь по сторонам. – И... что делать? – Нам нужно найти настоятеля, - сказал Джетт. – Н-но... – Нам нужно найти настоятеля, - повторил Джетт, голос был твёрдым, но дрожащим. – Вы с Элизой подождите здесь. Я скоро вернусь. Джетт тут же вышел из их убежища. Он бросил последний взгляд на подругу, которая сидела, обняв новую куклу, будто она была единственной опорой в этом хаосе. Её лицо было залито слезами, но она плакала не громко. Только шмыгала носом, стараясь быть сильной. Пунн остался рядом с ней. Они сидели в тишине, прислушиваясь к каждому звуку, доносившемуся сверху. Крики. Шаги. Грохот падающих предметов. Время казалось бесконечным. Оставаться тут было страшно, но ещё страшнее было отпускать друга одного. – Я пойду посмотрю, где Джетт, - не выдержал Пунн, не в силах больше терпеть неопределённость. – А? Я пойду с тобой, - дрожащим голосом ответила Элиза. – Нет. Ты должна остаться здесь. Я вернусь с ним, - услышал грохот Пунн, и добавил. – Но если нас долго не будет... – Нет, я подожду. – Когда песня «Тихая ночь» закончится в третий раз, тебе придётся уйти отсюда. Обещай мне. – Но... - попыталась она возразить. – Пожалуйста, Элиза, - посмотрел на неё Пунн отчаянным взглядом, и она невольно прошептала: – Хорошо. Я обещаю, что уйду. – Я скоро вернусь. Пунн вышел из-под лестницы, оставляя Элизу одну. Она начала напевать знакомую мелодию, пытаясь удержать себя в рамках реальности. Он же побежал – быстро, не оглядываясь, не задумываясь о том, что может случиться дальше. Его целью была спальня настоятеля – человека, которого он знал как отца. Ему нельзя было смотреть туда, где он оставил Элизу позади – он был уверен, она сидела под лестницей, тихо напевая мелодию, заглушая ужас своим голосом. Через несколько минут он уже стоял у дверей комнаты настоятеля. Он шумно дышал, руки мелко дрожали от страха. Он медленно приоткрыл дверь. Звук скрипа нарушил тишину, и он замер, услышав, как кто-то двигается внутри. Он распахнул глаза, когда из комнаты вышла большая тень. Он прижал ладони ко рту, прячась за углом, пока не убедился, что человекоподобное существо ушло. Лишь после этого он рискнул войти. Комната была разгромлена. Книги валялись на полу. Стол перевёрнут. Стул разбит. Но самого настоятеля не было. Вместо него – Джетт, который вышел из-за угла, что создавал старый шкаф, закрытый пыльной тканью. – Джетт! – Его больше нет, - серьёзно сказал Джетт. – Настоятеля больше нет. – Что ты имеешь в виду? - испуганно принялся озираться Пунн. – Нужно кого-нибудь позвать... Джетт приложил палец к губам, давая понять – нельзя говорить громко. Пунн не успел осознать, как в мгновение он внезапно оторвался от пола. Он не помнил, как упал, только почувствовал, как мягкая кровать приняла его, смягчив удар. Чёрная тень двинулась вперёд. Удар. Тело Джетта отбросило к кирпичной стене. Внезапно чёрная тень исчезла, и следом послышался треск костей от удара о каменную стену, и шорох осыпающейся со стены штукатурки. Пунн попытался подняться и поднять Джетта. Им нужно было выбраться отсюда, и они бросились к двери. Но балка над головой затрещала, призывая их остановиться. Куски дерева и кирпича начали падать на пол. – Мы должны выбираться отсюда! - закричал Джетт, хватая его за руку. – Да! - крикнул Пунн, и не смотря на страх быть погребёнными под потолком, они выбежали из комнаты. Не разбирая дороги, не обращая внимания на боль в ногах. Они знали этот путь – через коридор, через дверь, через двор – потому что бегали по нему каждый день. Это был их путь домой. Или то, что ещё недавно считалось домом. Пунн не мог сказать точно – то ли это была удача, то ли неудача, но эта древняя архитектура вновь подвела их. Стены, которые должны были держаться столетиями, не выдержали давления. Одна из деревянных балок между этажами рухнула, едва не задев его и Джетта. Пыль взметнулась в воздух, плотным облаком обволакивая всё вокруг. Видимость стала нулевой. Он не знал, идут ли за ними по следу, но шума шагов после падения конструкции не было. – Джетт! Пунн! - бросилась к ним Элиза. – Элиза! - хотел начать ругаться Пунн, что она пришла за ними. Но она соблюдала правила, добираясь до них до того как зазвучало окончание «Тихой ночи» в третий раз. Они крепко обнялись, как будто только так могли убедиться, что все целы. И только потом посмотрели друг на друга, проверяя, нет ли ран и крови. Затем они побежали – обратно, под лестницу, где нашли временное убежище. Друзья вырвались вперёд, но Пунн не смог угнаться за ними. Потому что он отвлёкся, услышав, как за его спиной с грохотом упала вторая балка. Звук был таким сильным, что он инстинктивно прикрыл уши, но опоздал – удар пришёлся в плечо, и он споткнулся. У Пунна казалось не было ни одного участка тела, которое не болело – мышцы судорожно сокращались, вынуждая его упасть на колени от вспышки боли. Слёзы потекли по щекам. Он не хотел плакать. Внутри снова разверзлось то, что он старался скрыть. Он же просто ребёнок. Это самое неприятное сейчас чувство беспомощности. Он обхватил колени руками, и прижался спиной к холодной стене церкви, читая молитву. В мыслях мелькало одно-единственное: "Пусть это закончится быстро". Он был уверен, что не выживет. Раздался новый треск, и Пунн сжался, готовясь к смерти. Треск раздался ещё сильнее, и он затрясся от страха. Но, кажется, сегодня вечером судьба не отвлекалась на детские игры. Бам! Пунн не почувствовал боли от падения третьей балки. Он медленно поднял глаза. Через пыльную дымку он заметил тень – высокую, худощавую – которая не двигалась. Лунный свет пробивался через трещины, освещая пространство слабыми полосками. Было слишком темно. Но в этом свете Пунн разглядел силуэт. Лица не было видно, но одна деталь – кулон – яркая капля крови на шее человека выделялась чётче, чем любые другие. Это был Рамиль. Именно он – тот, кто спас его тогда. В канун Рождества. В ту ночь, когда всё началось. ***** – … Господин Рамиль. Нет, Пунн Виннала не звал спящего человека. Он произносил имя того, кто спас ему жизнь в ту ночь. Сон, который был размытым, словно насквозь мутное стекло, стал странно отчётливым, как будто время решило наконец дать ему ответ. Благодаря мерцанию лунного света, лицо в тени проявилось окончательно. Оно принадлежало Рамилю Солай Джоноэлю. Он широко распахнул глаза, пытаясь осознать происходящее. Пунн медленно просунул руку под одеяло и коснулся символа семьи Джоноэль – холодный металл лежал на груди спящего вампира. Это было то же самое ожерелье, та самая капля, что он видел в своём кошмаре. Это не могло быть совпадением. Тот, кто вытащил его из-под обломков, кто стоял между ним и смертью… был здесь. Лежал рядом с ним. И на этот раз сон, который преследовал его каждую ночь, не просто настроил фокус – он раскрыл подробности. Он показал лицо спасителя. Он хотел отвлечься, хоть на мгновение вырваться из водоворота воспоминаний, поэтому, пока Рамиль находился в объятиях сна, Пунн аккуратно высвободился из его рук и тихо выскользнул из кровати. Пол комнаты был усыпан их одеждой, которую они так беспорядочно скинули. Он прошёл мимо своей футболки, чтобы найти в шкафу другую – чуть большего размера, чтобы использовать её как домашнюю. Ему нужно было выпить воды и принять душ. Очиститься от воспоминаний, от прошлого, которое снова стало настоящим. Как последний глоток воды достиг его губ, его взгляд скользнул по комнате... и остановился. На углу журнального столика, рядом с телевизором, лежал телефон. Пунн не мог сказать точно, сколько дней он не включал его. После коронации он не хотел брать его в руки. Но сейчас, стоя в полумраке, он не выдержал и протянул руку. Экран не загорелся, как он и ожидал. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Рамиля, он начал искать зарядное устройство. Найдя его, он подключил кабель к телефону. Через несколько секунд экран ожил. Сначала загорелся индикатор питания, затем вспыхнула заставка. Сообщения, уведомления, звонки – десятки от Элизы, сотни от Покпонга. Брат искал его? Пунн предполагал, что у Покпонга не будет времени беспокоиться о нём, он будет слишком занят адаптируясь после переезда в другую страну. Именно поэтому он не волновался. Хоть он и пытался себя убедить, внутри он прекрасно знал, Покпонг всегда находил время для него. Покпонг наверняка зол на него, что Пунн пропал и не переживал, как он живёт в другой стране. Он колебался. Звонить или нет? Это могло разбудить Покпонга, который теперь жил на далёком континенте. Возможно, там уже давно ночь. Возможно, он забыл про звонки. Пунн медленно положил телефон обратно на стол. Но он пообещал себе – этой ночью, в более подходящее время, он обязательно свяжется со своим единственным братом. Он должен извиниться, за то, что не смог попрощаться. За то, что снова оставил его одного. Потому что, несмотря ни на что, Покпонг был его семьёй. И, возможно, именно поэтому Пунн боялся услышать его голос. – Сам проснулся и не разбудил меня? Голос Рамиля прозвучал немного хрипло с просони. Он сидел на стуле, слегка откинувшись назад, и наблюдал за Пунном своими до невозможности чёрными глазами. – Давно не спишь? - задал вопрос Пунн. – С тех пор, как ты коснулся ожерелья на моей шее, - чуть заметно улыбнулся уголками губ Рамиль. Он не отводил взгляда, и именно поэтому Пунн решил уйти в ванную – чтобы не чувствовать этого давления. Конечно, реакция и внимание Рамиля понятна, ведь Пунн вчера... встряхнув головой, он начал готовиться к душу, надеясь на короткую передышку. Но и там, в тёплом паре, он слышал голоса им убитых, которые следовали за ним сквозь время и пространство. На душ ушло совсем немного времени. Вода была прохладной, освежающей, и на несколько мгновений он позволил себе забыть обо всём – о телефоне, о сообщениях, о прошлом, которое не давало ему покоя. Но как только он вышел, вытирая волосы полотенцем так, что влажные пряди то и дело падали на лоб, реальность снова накрыла его. В гостиной Рамиль сидел на полу перед антикварным телевизором, пытаясь снова подключить антенный кабель, который сам же и оборвал, когда впервые очнулся здесь. Его движения были медленными, осторожными – он боялся снова сломать что-то важное. – Ты думаешь, что сможешь починить его, Господин Рамиль? – Я не уверен. Пунн встал рядом. Он не спешил помочь. Наблюдал, как тот сначала проверил провода, затем вставил их в разъёмы, потом щёлкнул пультом, будто знал, что делал. Экран мерцал, показывая белое пятно, а после восстановил картинку. Когда телевизор заработал, Рамиль перевёл взгляд на Пунна. Боже, он ждал реакции, как ребёнок, который только что показал первый рисунок родителю! В его глазах читалось ожидание одобрения, смешанное с гордостью за проделанную работу. – Ты очень талантлив, - сказал Пунн, стараясь не рассмеяться вслух. Рамиль гордо улыбнулся, присаживаясь на диван. Пунн едва держался от смеха, продолжая сушить волосы. – Сядь сюда, - ответил Рамиль, похлопав по свободному месту рядом с собой. – Я тебе помогу. Пунн посмотрел на него с подозрением, но всё же подошёл и опустился между расставленных ног Рамиля. Он послушно отпустил махровую ткань, когда тот взял полотенце из его рук и начал сушить ему волосы. Мягкие движения, запах свежести – всё это было так необычно. Он начал осторожно вытирать мокрые волосы Пунна, двигаясь с удивительной нежностью для такого сильного существа. Капли воды скользили по коже шеи, но он их ловил тканью, не давая затечь под ворот. Они исчезали в ткани полотенца, и в комнате снова повисла эта особенная, трепетная тишина. – Ты когда-нибудь делал подобное с кем-нибудь ещё? - заинтересованно спросил Пунн, глядя на экран работающего телевизора. – Зачем мне так относиться к кому-нибудь ещё? – А как ты этому научился? - подловил Пунн. – Это было в сериале, который ты заставил меня посмотреть. Пунн не сдержал смеха. Он ожидал этот ответ – он был типичным для того, кто часто просыпался среди ночи, чтобы провести время перед экраном, одиноко сидя в просторном вестибюле пентхауса. Ему было жаль, что Рамиль не может видеть себя со стороны – того, кто управляет магией, но не может разобраться с обычным телевизором. – Почему ты встал так рано? - спросил Рамиль, чуть приподняв подбородок, чтобы наклониться и увидеть его лицо. – Я хотел позвонить брату, - ответил Пунн, движения Рамиля не прекращались, мягко массируя голову. – Но Покпонг, вероятно, спит. Он же уехал учиться в США, - голос Рамиля звучал мягко. – Ты скучаешь по нему? Пунн коротко кивнул. – Ага. Несколько секунд повисло между ними в напряжённой тишине. – Но твоему брату повезло, что его больше нет здесь, - произнёс Рамиль, слегка нахмурившись. – В этом городе слишком много опасностей. Мягкое прикосновение его руки к волосам заставило Пунна поднять взгляд. – Тебе тоже повезло, - прошептал он ему, – что у тебя есть Мекин, Хуэр и Метус. Пунн медленно протянул руку и коснулся лица Рамиля, ощущая тепло его кожи под своими пальцами. – У меня также есть ты, - легко ответил Рамиль. Пунн осторожно притянул его ближе. Он приблизился, и их губы встретились и горячий язык скользнул вперёд, собирая остатки вкуса сладости, что осталось после недавнего разговора. У Пунна затрепетало сердечко, будто крылья колибри, парящей над цветком полного нектара. Он нашёл время, чтобы насладиться этим счастьем – с Рамилем, запертый в уютной тишине комнаты, отгородившись от всего мира. Он хотел, чтобы этот момент длился вечно. Хотел забыть обо всём: о Джетте, о прошлом… обо всём, что могло вернуться, чтобы разрушить это спокойствие. Но где-то глубоко внутри он чувствовал – подземное землетрясение произошло и надвигалось цунами. Скоро оно сметёт берег. Скоро всё изменится. ***** Мекин не отказался от попыток остановить Хуэра. Он понимал, что тот слишком увлечён местью, чтобы слушать кого-либо. Каждый день он переходил между особняком Хуэра и пентхаусом Рамиля, пытаясь удерживать нити тонкого мира, которые могли порваться от натяжения. Но в тот день всё было иначе. Ситуация казалась слишком напряжённой, другой. Мекин чувствовал это по тому, как воздух дрожал от скрытого негатива, как будто буря уже начинала формироваться внутри стен. Он был уверен: если он не будет осторожен, Хуэр может переступить черту, за которой его уже не остановить. Главный зал его особняка был полон существ. Тени вампиров двигались в полумраке, освещённые тусклым светом оранжевых ламп на стенах. Посреди всего этого собрания стоял Хуэр. Он возвышался над остальными, как предводитель клана, готового к войне. Его лицо было суровым, взгляд – пронизывающим. – Что ты предлагаешь сделать, Хуэр? - раздался один из голосов, осторожно нарушая тишину. – Братья мои, сегодня мы... - начал он, но был перебит другим вопросом. – отомстим. – Хуэр!? - вскрикнул кто-то из толпы. – …Если вы не собираетесь присоединяться, то уходите немедленно, - голос его стал резким, рычащим. – Сегодня я прикончу этих грязных людишек. Красные глаза Хуэра горели, как раскалённые угли в ночи. Они метали гром и молнии, не давая ни единого шанса толпе на успокоение. Он не просил их следовать за собой – он требовал. И каждый, кто слышал эти слова, понимал, он не шутит. Мекин наблюдал за всем со стороны. Казалось, внутри него уже не осталось ничего человеческого. Только ненависть. Только жажда мести. Мекин знал, противостоять ему бесполезно. Но он всё равно хотел попытался. Он глубоко вздохнул, отводя взгляд от агрессивного выражения лица Хуэра. – Помните они убили наших братьев! Их глаза навсегда закрылись! – Да!! - заведённая речью толпа кричала хором. – …Не забудьте крики боли, что издавали наши братья! - распалялся сильнее Хуэр. – Нам нужна месть, чтобы убить их всех! Все замерли на секунду. А потом раздался крик. – Ага! Выкрик подхватили остальные. Вампиры, как и стая чёрных воронов, исчезали из зала. Один за другим растворялись в воздухе, оставляя после себя пустоту. Сам Хуэр тоже не задержался. Он стал чёрной птицей, покинув помещение через окно. Они направлялись туда, где должен был начаться новый раунд войны. В ночной клуб Орион. Но Мекин не собирался отпускать его без присмотра. Он сразу же связался с Метусом, сообщив о том, куда направился Хуэр. Затем сел на автобус, направляющийся в сторону ночного клуба, который был закрыт. Он знал, что там начнётся очередная бойня. ***** Она чувствовала себя плохо. Не физически – её тело было готово к бою, как всегда. Но внутри… внутри всё болело. Покпонг провёл слишком много дней среди них, и она знала, что Пунн пытался удержать его от этого. Она видела, как тот смотрел на младшего брата – с тревогой, с болью, с попыткой защитить. Охотники и вампиры были тайной, которую её лучший друг хранил от родного человека. Она стояла в тени, прижимая телефон к уху. Её было едва заметно за углом, пока она набирала номер. Рядом тренировались другие – Пол и Кастер использовали своё оружие, которое они создали. Джетт наблюдал, давая указания, увлеченный процессом. Ранее она пыталась поговорить с Джеттом о странном поведении священника Драгула в прошлом. Тот рассердился и сказал ей больше никогда не заговаривать об этом. Она не спорила. Просто ушла. И вот теперь снова на связи был Пунн. «Ты даже не представляешь, кто он на самом деле», - прошептала она себе под нос, слушая длинные гудки в трубке. – Привет, Пунн. [– Элиза.] – Пунн, что ты делаешь? [– Я…] – Ты связывался с Покпонгом? [– ...] - на мгновение Пунн замялся. – [Мне не удалось связаться с братом,] - наконец произнёс он, голос был напряжённым. – [Мне только что позвонили из приёмной семьи и сообщили, что Покпонг не поехал в школу...] Элиза кивнула. Её лицо было серьёзным, тревожным. – Я звоню тебе именно по этому поводу. [– По поводу Покпонга?] – Да, твой брат... он... ***** Бум! Бамс! Нежданные гости ворвались внутрь – около дюжины человек, одетых в чёрное, с глазами, горящими алым светом. Окна клуба, в комнате где обычно практиковались охотники, разбились. Чёрные вороны, десятки, ворвались внутрь, превращаясь в людей. Лидером этой стаи был Хуэр. Его глаза горели, ищущие одну единственную цель. – Сюрприз. – Ты! У Джетта не было времени подготовить своё огнестрельное оружие. Он успел выхватить свой личный серебряный нож – старый спутник всех его охотничьих кампаний. Без колебаний он бросился на того, кто обладал силой, превосходящей человеческое понимание. Хуэр – чёрная тень среди вампиров, чья ярость сейчас была не слабее его скорости. Джетт метнул нож вперёд, но Хуэр легко уклонился. В следующее мгновение удар ногой обрушился на затылок Джетта. Охотник рухнул на землю, боль взорвалась где-то глубоко в черепе. Хуэр не стал ждать, пока противник придёт в себя. – Неужели ты думаешь, что это меня остановит? - пробормотал Хуэр, надавив ногой на голову поверженного противника. Джетт не теряя времени, остриём ножа резко резанул кончик кожаного ботинка Хуэра, заставляя его отступить. ***** Между тем, в другом конце помещения, Покпонг судорожно дышал. Он двигался на пределе возможностей, мышцы горели, но он продолжал сопротивляться – существам, которые забрали его брата. Но недостаток опыта и физическая слабость сыграли свою роль. Нападавший, чьи глаза светились красным, бросился на него с такой скоростью, что Покпонг не успел понять, что произошло. Он закрыл глаза, ожидая боли. Но её не последовало. Чёрная тень встала между ним и нападавшим. Мекин. Его руки были холодными, но движения уверенными. – Отвали, Мекин, - раздался голос, полный раздражения. – Я о нем позабочусь, - с упрямством ответил Мекин. Вампир не стал спорить, хотя выражение лица говорило само за себя – раздражение, недовольство. Он зло сверкнул глазами и, бросив последний взгляд на человека, которого чуть не убил, исчез в облаке чёрного дыма. Мекин опустил взгляд на Пока. – Мек... господин доктор? Что это значит? - прошептал Покпонг, не веря своим глазам. – Пойдём со мной. Глаза Мекина были другими – не такими, как в те дни, когда они встречались в магазине. Тогда он казался обычным человеком. Теперь же в нём читалась не просто доброта. В них была сила. Бессмертие, которое Покпонг не ожидал увидеть в нём. Он хотел сопротивляться. Хотел сделать шаг назад. Но тело не слушалось. Мысли путались. Мекин, бережно, как ребёнка, обнял его, чтобы защитить. Он не стал вырываться. Не потому, что не мог. А потому, что не знал, сможет ли он стоять самостоятельно. – Я… я не могу... – Ты в безопасности. Пока я рядом. ***** Джетт медленно обвёл взглядом своих товарищей. Больше половины из них никогда больше не поднимутся, и он это понимал. Их тела лежали на полу, перемешанные с осколками стекла и каплями крови, став частью разрушительного пейзажа. Он моргнул, пытаясь сосредоточиться, но пот стекал по его лицу, застилая глаза, напоминая ему – это не просто бой. Это поражение. Он оценил ситуацию, и пришёл к выводу, что они не выдержат внезапной атаки. Слишком много было потерь. Слишком мало времени. Его беспокойство было столь очевидным, осязаемым. И именно это ещё больше раззадорило Хуэра. Чёрный ворон уже начал трансформироваться, опуская его голову, готовясь снова броситься на лидера Охотников. Но как раз в этот момент… Бжшш! …появился Кастер. Он вбежал в зал с серебряным пистолетом в руках, отправляя по полу ему пушку на помощь. Движения Джетта были точными, потому что он не колебался ни секунды. Он поднял оружие, нажал на курок, и пуля просвистела в воздухе, пронзив руку ещё не успевшего обратиться чёрного ворона. Тот закричал, упал на пол, сжимая рану, из которой сочилась тёмная кровь. Маленький пистолет был заряжен. Джетт направил его вперёд. Цель – голова Хуэра, стоявшего в центре зала. Его тонкий палец замер над спусковым крючком. Ещё одно движение – и бессмертный вернётся в цикл жизни. Но… – Джетт! Раздался крик. Звук выстрела заглушил следующее слово. И в тот самый момент, когда пуля должна была покинуть ствол, произошло неожиданное. Хлоп! Единственная женщина среди лидеров группы – Элиза – бросилась вперёд, выбивая пистолет из его рук. Хуэр воспользовался моментом. Он растворился в воздухе, превратившись в стаю воронов, и исчез в ночном небе. За ним последовали другие вампиры, которые не собирались задерживаться в этом месте. ***** – Элиза! - голос Джетта был грубым, полным боли и ярости. – Достаточно, Джетт! - ответила она. – Ты тоже собираешься меня предать? - прохрипел он, сжав кулаки. Он сделал шаг к ней, хватая её за плечи. Он не собирался причинять ей боль. – Ты предал Пунна, - прошептала она, задыхаясь. – Ты вовлёк младшего брата своего друга, зная, как сильно Пунн старался уберечь Покпонга от всего этого. – Его брат должен за это расплатиться! - прохрипел Джетт. – Никто ничего не должен! – На чьей ты стороне, Элиза? Элиза не стала отвечать. Она знала, что сейчас нет слов, способных остановить его. Поэтому просто стояла, позволяя ему высказаться. Позволяя себе быть мишенью, если это поможет ему остыть. Джетт повернулся и ушёл. Он не стал ждать, пока Элиза ответит на его вопрос. Не стал оглядываться. Потому что она не могла выбрать. Не могла выдавить из себя ни слова, потому что каждое из них было бы предательством – либо Джетта, либо Пунна. Она чувствовала, как внутри неё рвётся что-то важное, будто её сердце разрывалось на две части. И хотя она знала, что должна сказать что-то, чтобы остановить его, она молчала. Ещё никогда выбор не казался таким невозможным. Хрупкая на вид женщина знала: в этот момент, что бы она ни сказала, друг не станет её слушать. Но больше всего на свете она хотела, чтобы он задумался. Хоть на минуту остановился и посмотрел на всё глазами, свободными от боли и ненависти. Сейчас она не могла позволить им продолжать эту войну. Особенно не могла допустить того, чтобы Покпонг пострадал. Она пошла за Джеттом, когда тот выходил из клуба. – Джетт. Он остановился. – ...Пусть ты не веришь в то, что я говорю… - голос её дрожал, но звучал уверенно. – …я хочу, чтобы ты подумал об отце... о Драгуле. Я знаю, ты тоже чувствуешь сомнения. ***** На верхнем этаже отеля «Джоноэль» царила неспешная суета. Кто-то ходил по коридору, кто-то тихо переговаривался в гостиной. Воздух был наполнен слабым запахом цветов, смешанным с ароматом крови. Мекин вошёл в пентхаус, держа на руках Покпонга в бессознательном состоянии. Он уже знал, что его хозяин ждёт в комнате. Рамиль, Пунн и Метус стояли рядом, когда тот наконец прибыл. Он был бледен от усталости, но он держал Пока осторожно, как ребёнка, которого нельзя отпускать. – Твой брат в безопасности, - сказал Мекин, осторожно опуская Покпонга на кровать. Всхлип... Пунн подошёл ближе, в его глазах было полно тревоги и надежды. У него дрожали пальцы, когда он протянул руку, чтобы коснуться щеки брата. – Дайте ему немного отдохнуть, и с ним всё будет в порядке, - добавил Мекин, стараясь говорить спокойно, чтобы Пунн не сорвался на истерику. – Б-большое спасибо, господин Мекин, - прошептал Пунн в ответ. Мекин кивнул. Осторожно, боясь нарушить хрупкий момент, он уложил Пока на мягкую постель, поправил одежду, проверил пульс. Затем он сделал шаг назад, давая старшему брату провести время в одиночестве – рядом с тем, кого он чуть было не потерял. За пределами комнаты двое вампиров ждали доктора, чтобы обсудить важные дела. Пунн совсем недавно узнал из телефонного звонка, что его младший брат не уехал учиться за границу, как он думал. Он скрывался с группой охотников – с теми самыми людьми, от которых он ушёл. ***** Мекин рассказал своему Милорду обо всём – о клубе, который служил прикрытием для группы Охотников, о том, как они нашли Покпонга, на которого пришлось применить ментальное воздействие, о последних действиях Хуэра и о предстоящей угрозе. – Как ворон? - спросил Рамиль, глядя вдаль. – Я рано ушёл, Милорд. Хуэр скорее всего сразу отправился в штаб, - предположил Мекин. – Я могу пойти к нему, если это необходимо, - ответил Метус. Рамиль кивнул, и глядя как Метус исчез из виду, используя свою сверхъестественную скорость, чтобы проверить состояние Хуэра, сказал: – Большое спасибо за его защиту, - ровным тоном прозвучало от Рамиля, но в нём чувствовалась благодарность. – Пожалуйста, - ответил Мекин. И на этом Рамиль закончил разговор. У Рамиля были и другие важные дела помимо Хуэра. А его задача как врача заняться Пунном и Покпонгом. Мекин последний раз бросил взгляд на братьев Виннала, убедившись, что с ними всё в порядке, после чего покинул верхний этаж пентхауса. Он был измотан. Использование силы высасывало последние капли энергии. Ему нужно было немного времени, чтобы восстановиться. Этажом ниже, в одной из комнат, где вампиры клана Солай отдыхали после напряжённых событий, Мекин наконец позволил себе расслабиться. Он опустился на диван, чувствуя, как каждая мышца протестует против движения. Усталость была больше, чем физическая – это истощение от постоянного использования силы, от постоянного контроля. Он не заметил как закрыл глаза. Дыхание стало размеренным. Покпонг был в безопасности. О Хуэре позаботится Метус. А у Рамиля было множество дел, возможно на всю ночь. Для Мекина это было идеальное время, чтобы как следует отдохнуть. Тук-тук. Тук-тук, тук. – Господин Мекин... - раздался взволнованный голос Пунна. Мекин медленно поднялся, слегка потянувшись, и направился к двери. Открыв её, он встретил встревоженное выражение на лице Пунна. – Покпонг проснулся? - спросил Мекин, в голосе полном беспокойства. – Да… он проснулся. Почти. ***** – Сейчас проснётся, - слова Мекина обладали пророческой силой. Едва он успел договорить, как тот слегка пошевелился. Затем, через мгновение, он медленно открыл глаза. – Покпонг? Ты проснулся? - прошептал Пунн, у него голос дрожал от надежды. Тишина. – Хочешь воды? Я принесу. – Пи… Пунн? - прошептал Покпонг, голос был хриплым, едва слышным. Пунн улыбнулся, хотя и не сразу. – Я принесу тебе воды. Пунн уже начал вставать со стула, но Мекин остановил его движением руки. – Я сам. Отдохните. Ты был очень близок к тому, чтобы потерять его. Сейчас твоя задача – просто быть рядом, - настоял Мекин, направляясь на кухню. Пунн аккуратно помог брату сесть, осторожно поддерживая спину, пока тот прислонялся к изголовью кровати. Он не отрывал взгляда от лица Покпонга – такого знакомого, такого родного. Он обхватил ладонь брата, пытаясь передать тепло, которое должно было быть между ними. – Хочешь воды или ещё чего-нибудь? - спросил он ещё раз и так же тихо, с лёгкой улыбкой. – Ты готов остаться здесь… с этими вампирами? Слова Понга повисли в воздухе. Пунн немного нахмурился, услышав этот вопрос. Он не ожидал, что разговор начнётся так быстро. Но больше всего его удивило то, что Покпонг знал о происходящем. – А как ты…? Джетт тебе всё рассказал? Он чувствовал, как недоверие медленно просачивается в его голос. – Да, Джетт всё мне рассказал. Ещё больше – недоумение. Как Джетт мог рассказать? И главное – зачем? И тут же Пунн начал думать о том, чтобы немедленно поговорить с Джеттом. С тем, кто когда-то был его другом, а теперь стал причиной множества проблем. – Где ты встретился с Джеттом? - спросил он, взгляд стал серьёзным. – Почему ты хранил тайну об Охотниках? Почему ты солгал Джетту и остальным о том, что тебя схватили, когда ты сам был готов остаться здесь? Каждое слово Покпонга было ударом. Не физическим – эмоциональным. Пунн хотел ответить сразу. Хотел объяснить. Но слова застревали где-то глубоко в горле, потому что он понимал: всё вышло из-под контроля задолго до того, как он успел это заметить. – Я никому не лгал, Покпонг, - наконец произнёс он. – Значит, ты готов оставаться с ними? Тишина. – Ты что, с ума сошёл? - голос Покпонга дрогнул. – Тот парень, которого ты приводил домой… он тоже кровосос, да? Пунн вздохнул. Его младший брат был зол. Не просто сердит – он был раздавлен предательством. – Не называй его так, - сказал он, шепча. Пунн понимал, что Покпонг рассердился не на шутку. Он видел это по тому, как тот двигался, как говорил, как смотрел. Его единственный младший брат верил в истории, которые ему рассказали. Пунн видел, что кто-то обманул его, заставил прийти к охотникам, стал причиной всех этих разногласий. Но Пунн знал правду и понимал: кто-то намеренно раскрыл секрет, который должен был оставаться между ним и Покпонгом. – Ты всё неправильно понял, - наконец произнёс он. – Джетт тебе соврал. – Это ты мне лжёшь! - воскликнул Покпонг, резко выдернув свою руку из хватки брата. – Я больше не ребёнок, которому можно врать! Я знаю, что ты скрывал от меня всё это время! Хотя Пок был ещё слаб, но имел достаточно сил, чтобы встать с кровати без посторонней помощи. Он отвернулся, не желая смотреть в лицо брату. – Снаружи всё ещё опасно, Покпонг... – Здесь тоже опасно. – Пожалуйста, останься здесь. Хотя бы до тех пор, пока ты полностью не восстановишься. – ...И не думай следовать за мной. Пунн не хотел позволять своему единственному брату выходить одному на улицу. Слишком много вампиров помнили лицо Покпонга. Слишком много людей могли использовать его как инструмент против него самого. Но он не посмел ослушаться предостерегающего взгляда светло-карих глаз, которые смотрели на него с такой болью и решимостью, что казалось, будто они готовы разорвать связь между ними навсегда. И поэтому он отпустил его, глядя, как дверь закрывается. Как лифт начинает своё движение вниз. Как последний шанс остаться рядом ускользает вместе с цифрами на табло. Он обвёл комнату ясным взглядом. Рамиля нигде не было видно. Возможно, он ушёл, чтобы разобраться с Хуэром или заняться своими делами. Пунн не пытался представить, где именно сейчас тот находился. Он знал одно – просить Рамиля вмешиваться в это было бы несправедливо. Пунн замер на мгновение. Он подумал. Взвесил все возможные варианты. Поэтому он сделал то, что казалось разумным – направился к Мекину. К тому, кто, возможно, поможет разобраться во всём этом. Тук, тук... Тук, тук, тук... – Господин Мекин? Дверь распахнулась. Перед ним стоял Мекин, в том же халате, что и раньше. Только теперь в его глазах читалась тревога, наверняка потому что голос Пунна был пронизан паникой. – Что случилось? Снова Покпонг? – Да, случилось… Не могли бы вы помочь мне проследить за Покпонгом? ***** Мекин не нуждался во времени, чтобы принять решение. Он уже знал, куда направится юный Виннала. Знал, что тот, удивлённый предательством, потерянный в своих мыслях, потянет его туда, где всё началось. Или, может быть, туда, где он думал найти ответы. Поэтому он сидел перед магазином повседневных товаров, недалеко от больницы. Держал горячий гамбургер в руках, его взгляд был устремлён вдаль. Он ждал. Не потому, что получил просьбу-приказ Пунна. А потому что, если не он, никто другой не сможет защитить этого мальчика от того, что его ждёт. Покпонг появился вскоре после этих мыслей. Он медленно подошёл и сел на мраморную скамью рядом с Мекином, не зная, что тот следил за каждым его шагом. До того как он ушёл, Пунн коротко рассказал Мекину всё. Про приют, про Джетта, про то, как их лидер обманул Покпонга, заставив поверить, что Пунн попал в руки вампиров. Про страх, который жил в сердце младшего брата. И про то, почему Покпонг согласился присоединиться к охотникам – ради спасения человека, которого любил больше всего на свете. – Ты голоден? Покпонг вопросительно посмотрел на него, как будто не ожидал такого вопроса в эту минуту. – ... Что? Мекин протянул бургер – тот самый, который он заранее взял с собой, как будто чувствовал, что сегодня кое-кому понадобится еда, чтобы собраться с мыслями. Покпонг аккуратно взял его, развернул бумажную обёртку, и, сделал первый укус. После задал вопрос, который давно вертелся у него на языке: – Ты тоже вампир? – Ага, - наступила короткая пауза. Покпонг прожевал бургер, проглотил, и только тогда Мекин осмелился продолжить. – Ты боишься меня? Мекин закинул ногу на ногу и лениво положив одну руку на мраморный стол. Он медленно повернулся, чтобы посмотреть на того. Покпонг жевал бургер, его щёки слегка округлялись от каждого укуса. Мекин наблюдал за ним некоторое время – не пристально, но с интересом, пытаясь понять, как этот человек может быть так важен для его Господина. Покпонг проглотил кусочек. И только тогда он заговорил. – Нет, я тебя не боюсь. Господин Мекин ничего мне не сделает. Мекин чуть заметно улыбнулся. – Никто тебе ничего не сделает, - ответил тот, спокойным тоном. – Мы не то, что ты думаешь. Покпонг задумался. Взгляд, такой же, как у старшего брата, внимательно изучал лицо Мекина. Тишина повисла между ними. – Он… не заставлял моего брата, верно? Мекин не колебался ни секунды, чтобы ответить: – Никто никого не может принудить. Каждый следует зову своего сердца, - промолчал он, давая переварить услышанное. – Твой брат тоже, следовал зову своего сердца. Договорив, Мекин улыбнулся. Не ярко, не наигранно, а так, как делают врачи, когда уверены в том, что пациент начинает идти на поправку. Успокаивающая мимика, спокойный взгляд, тёплый голос – всё это помогло Поку немного расслабиться. Он почувствовал, как напряжение, которое носил внутри, немного ослабло. Это успокоило его. Убедило. Мекин дал понять, что всё, что происходило между его братом и Рамилем, было не под силой, не под шантажом. – Никто никого не контролирует. И никто никому не причиняет вреда, чтобы держать рядом, - продолжил Мекин, глядя прямо перед собой, на улицу. – Не так, как ты думаешь. Это не плен. Это выбор. Покпонг кивнул. Его взгляд больше не был напряжённым. Светло-карие радужки, которые он унаследовал от матери, теперь не сияли ненавистью. Он чувствовал что должен дождаться объяснений Пунна. После всего, что он услышал, после этой беседы, в его сердце проснулась надежда. Он решил подождать. Подождать, пока Пунн сам всё объяснит. Подождать, пока поймёт, почему его брат выбрал именно этот путь. ***** Тем временем Метус получил задание проверить состояние Хуэра. Но вместо того чтобы сразу отправиться в особняк того, он направился в другое место – в клуб, который служил прикрытием для Охотников. Там, где произошла битва, царила тишина. Здание было покинуто. Все тела убрали, кровавые следы замыли. Но запах металла (крови) ещё витал в воздухе, не желая исчезать окончательно. Метус скользнул внутрь через чёрный ход, который давно не закрывался. Он осмотрел разрушенное помещение – трещины на стенах, опрокинутые стулья, обломки стола. Он помнил, как несколько месяцев назад здесь всё было в порядке. Теперь же штаб отличался как небо и земля. Но его задача была в другом. Он не стал задерживаться. Развернувшись, он быстро переместился к своему следующему пункту назначения – особняк Хуэра. С каждым шагом его скорость немного замедлялась. Он чувствовал, что приближается к тому, кто не хотел быть найденным. Метус знал, что упрямец прячется где-то в углу ритуальной комнаты, которую он использовал, чтобы тренировать своих учеников. Ту самую, где раньше проводились собрания и где Хуэр обучал тех, кому он доверял. Когда он вошёл, то сразу же заметил его. Хуэр сидел на ступеньках, держась за раненую руку. Он отвернулся, не желая видеть того, кто пришёл. – Как ты? - спросил Метус, голос был спокойным, но в нём проскальзывали нотки беспокойства. – Хмм… Он, как незваный гость, остановился перед хозяином. Метус наклонился, протянув руку, чтобы осмотреть рану. Она была глубокой, но не смертельной. Однако Хуэр не мог справиться с этим самостоятельно. Он слишком долго откладывал лечение, пытаясь восстановиться своими силами. – Возвращайся в отель. Мекин тебя вылечит, - сказал Метус, стараясь говорить уверенно. – Не вмешивайся, - коротко бросил Хуэр, не отводя взгляда от стены. – Быстрее, Хуэр. Не теряй время. – Не подходи... Рррр… Но, он не успел закончить предложение, как мобильник Метуса завибрировал в кармане. Он не собирался отвечать – не сейчас, не здесь. Но когда он взглянул на экран, его пальцы замерли. На дисплее высветилось имя: Элиза. Одна из основательниц группы Охотников. Женщина, которая никогда не звонила просто так. Метус замялся на долю секунды. А затем, с едва слышным вздохом, он провёл пальцем по экрану и поднёс телефон к уху, и едва ли он успел тихо ответить, давая понять собеседнику, что он на линии, как услышал. [– Я знаю, где находится священник Драгул.] ***** Пунн получил сообщение от Мекина. «Он со мной.» Слова были простыми, но их смысл пришёл как облегчение: Покпонг в безопасности. После сообщения ему стало лучше. Его сердце, до этого сжатое в груди тревогой, немного расслабилось. Он не осознавал, как сильно держал внутри весь этот страх за брата, пока не почувствовал, как он начинал отпускать его. Он выдохнул – глубоко, медленно – и опустил взгляд на чашку тёплого молока*, которую Рамиль по возвращению приготовил специально для него. (П/П: *Молоко? Серьёзно? После такого виски хлещут, а не молоко попивают. У меня стойкое ощущение, что писала недалёкая девочка. Простите🙏) Рамиль передал ему её после того, как вернулся домой, заметив насколько тот измучен, потерян и напуган. Пунн обхватил чашку, будто она согревала не только пальцы, но и душу. Он осторожно подул на поверхность напитка, чтобы сделать первый глоток. Сладкий аромат молока смешался с теплом комнаты. Словно кто-то невидимый начал аккуратно распутывать узлы, которые образовались внутри него. – С Мекином тебе не о чем беспокоиться за брата, - с уверенностью произнёс Рамиль. Пунн не сразу ответил. Он задумчиво смотрел в пол, словно там, среди древесных узоров, можно было найти ответы на вопросы, которые он не решался задать вслух. – Я беспокоюсь о том, что он думает… Будет ли он видеть меня прежним? Рамиль немного помолчал. – На всё нужно время. Вы с братом заботитесь друг о друге, но вы никогда не спрашиваете, у друг друга как дела. Пунн слегка вздрогнул. Каждое слово касалось чего-то глубокого внутри него. Как будто кто-то наконец сказал то, что он сам не мог выразить. – Как мы все, - продолжил Рамиль, чуть наклонившись вперёд, – держим свои тревоги внутри. Когда другой оказывается не таким, каким ты его себе представлял… ты чувствуешь себя преданными. Даже если он ничего плохого не сделал, - изменил Рамиль свой тон, стараясь успокоить. – …Всё будет лучше. Пунн закрыл глаза. – Всё будет лучше, - прошептал он, повторяя слова, в которые хотел верить. Рамиль опустился перед ним на колени. Взгляд его ночного цвета глаз смотрел прямо в душу. Тонкими пальцами он бережно приподнял подбородок Пунна, заставляя встретиться с ним взглядом. – Ты можешь рассказать мне всё, что тебя беспокоит. – Ты тоже между прочим волнуешься о многом, - ответил Пунн, заметив в этих глазах нечто большее, чем просто заботу. – Эй, я здесь, и всё будет хорошо. И тогда Рамиль приблизился. Лбом коснулся его лба, носом скользнул по щеке, и на мгновение весь мир стал меньше. Только они двое. Только эти руки, которые держали его. Эти утешительные слова, которые он так часто слышал, не исцеляли боль полностью. Но когда их говорил Рамиль – они становились целебными. Не потому что они были красивыми или правильными, а потому что они принадлежали тому, кто всегда находил способ быть рядом. Пунн поставил чашку на пол возле дивана. Он обнял Рамиля, прижавшись лицом к его плечу. Он дрожал. Он руками ласкал спину того, пытаясь запомнить каждый изгиб, каждое движение. Каждую точку контакта. Пунн ничем не отличался от Рамиля. Оба знали, что такое одиночество. Оба жили в мире, где любовь между вампиром и человеком была скорее мифом, чем реальностью. Но сейчас, в этих объятиях, в этом молчании, в этом моменте – они нашли друг друга. Он, человек с ужасным прошлым. И тот, кто был частью вечности. Не идеально. Не уверенно. Но искренне. Единственное, что им было нужно, чтобы сохранить эти отношения, – это стабильность. Стабильность, которую они находили друг в друге. Любовь, которая связала их, сплела свои линии так, что их руки, больше не желали разъединяться...