Cake bubble

      Перед свиданием Майк нервничал так сильно, что не мог ничего есть. Зачем он вообще решился встретиться с парнем, который отсосал ему, даже не зная его имени? Может быть, это была ошибка? Наваждение?       Они договорились о встрече уже через несколько дней, потому что Уилл не выходил у него из головы, а ночные сны превратились в пытку — так и до возвращения поллюций было недалеко.       Сам факт того, что это свидание с парнем, уже не так смущал на фоне всех остальных мыслей и воспоминаний, а то, как отреагировали лучшие друзья, когда он поделился с ними (не историей про минет, а тем, что взял номер телефона красавца-танцора) помогло ему не париться на этот счет.       На условленное место Майк пришел аж на двадцать минут раньше, потому что просто не мог сдержать свое волнение, а мерить шагами площадь у фонтана, где они договорились встретиться, было куда удобней, чем его крошечную квартиру.       Уилл тоже появился немного раньше. Он ничем не отличался от разношерстной прогуливающийся толпы, совсем не похожий на самого себя с go-go платформы в серебристых плавках и блестках по всему телу.       Ладони вспотели, и Майк вытер их о свои черные джинсы, стараясь не думать о том, достаточно ли прилично он выглядел в своей новой рубашке. И не переборщил ли он, выбрав ее вместо обычной футболки.       — Привет! — поздоровался Уилл, подошедший слишком внезапно для того, кого Майк заметил еще на противоположной стороне дороги.       — Привет, — кивнул он, быстро понимая, что ввязался в это чертовски не зря.       Да, Уилл выглядел обычно, но он так очаровательно улыбался, и голубой свитшот восхитительно ему шел, а потому часть вопросов к себе и этой идее свидания отпали сами собой.       — У нас есть какой-то план, или мы просто прогуляемся?       — Здесь буквально за углом приятная кофейня — там подают капкейки с рожицами, — только он закончил это говорить, как почувствовал себя форменным идиотом. Капкейки с рожицами? Ему что, семь лет? Будет сильно странно, если он убежит прямо сейчас, раз уж провалиться сквозь землю не выйдет? — Ну, обычный кофе там тоже хорош. Арабика, робуста, разная обжарка.       Это прозвучало еще глупее. Словно он притворялся взрослым или что-то в этом роде.       — Капкейки с рожицами мне подходят, — улыбнулся Уилл, кажется ничуть не раздраженный его неловкостью. — Хотя кто-то, кажется, обещал мне ужин? Расслабься, я шучу! Капучино и капкейк — звучит замечательно.       Он был не просто до одурения симпатичным, но еще и приятным дружелюбным парнем! Зачем ему такой нелепый Майк?       — Круто. Пойдем?       Они двинулись в нужную сторону, неловко сталкиваясь локтями, когда прохожие пытались их разделить. На столь оживленном перекрестке переговариваться было невозможно, и Майк даже радовался возможности придумать тему для разговора, когда молчать уже не получится.       Наверное, еще слишком рано, чтобы держаться за руки? Они, вроде как, говорили всего минут десять за обе их встречи, но касания пальцев ведь не более интимно, чем член и рот? Хотя, это с какой стороны посмотреть, а потому Майк предпочел схватиться за лямки своего потрепанного рюкзака.       Дошли они быстро и остановились у прилавка. Уилл и правда пошел рассматривать капкейки, поражающие разнообразием ярких цветов крема, пока Майк пытался приметить самый удобный столик для спокойного разговора. Определившись, он снова оглядел своего спутника, замечая, что он теребил рукав.       — Что такое? — спросил он, немного горбясь, чтобы наклониться ниже.       — А?       Майк, что, неверно считал признаки нервозности?       — Не можешь выбрать? Бери несколько, если хочешь. Я же угощаю!       — Я не привык ходить на свидания, — признался Уилл, неловко улыбаясь. — Не хочу наглеть.       — Мы можем разделить каждый пополам. Чтобы попробовать несколько.       — Круто, — он как-то по-особенному стрельнул глазами, отчего пульс Майка заметно подскочил. — Как насчет Халка, вон той парочки инопланетян? Или свинка? Она такая милая!       — Возьму все четыре. И капучино? Займешь столик? Мне приглянулся вон тот, у окна.       Майк остался дожидаться очереди, прикидывая, насколько нужно разбираться в Марвел, чтобы понять, что зеленый кекс — это Халк. И выбрал ли Уилл Халка только за яркий цвет крема или любил комиксы с супергероями так же, как и Майк?              С их заказом на подносе он подошел к нужному столику, чувствуя, как растянулись губы в улыбке. Как ему повезло встретить настолько хорошенького и приятного человека!              — Итак, — заговорил Уилл, отпив свой кофе, — ты сказал, что никогда раньше не встречался с парнями?              Это был не тот вопрос, с которого Майк предпочел бы начать. Его опыт свиданий с девушками выглядел совсем иначе: они обсуждали учебу, карьерные планы, хобби, детство.              — Э-э, да, я вообще оказался в том клубе случайно.              — Как можно случайно прийти в гей клуб? — поднял брови Уилл. — Там на входе три огромных радужных флага!              — Мои друзья поняли, что им нечего ловить с девчонками в обычных клубах и решили, что многие из них ходят в такие места, чтобы просто потанцевать без навязчивого внимания.              — Ага, и поглазеть на полуголых парней, — хмыкнул он, ухмыляясь.              — Не могу сказать, что это сработало хоть для одного из них. В тот вечер с номером телефона домой вернулся только я.              — Ты встретил девушку? — улыбка тут же исчезла с его лица, и он опустил руку на стол, хотя только потянулся за ножом, чтобы поделить первый кекс.              — Нет, — сначала Майк не понял к чему это, но почти сразу догадался и от неуместной радости чуть не пролил на себя свой моккачино. — Я взял телефон только у тебя.              — А. Точно. И что сказали твои друзья? У тебя не было проблем?              — Они не слишком удивились, и мне еще предстоит это с ними обсудить. Кстати!              С этим возгласом он отодвинул свой хайбол и принялся рыться в рюкзаке, потому что у него было кое-что, что Уиллу стоило увидеть. Сложенный вдвое листок он положил на стол и придвинул ближе к своему спутнику.              — Что это?              — На самом деле, это мои анализы, — признался Майк, чувствуя, удушливую волну жара на лице и досадуя, что наверное уже пошел противными красными пятнами от смущения. — Я подумал, что тебе стоит убедиться, что я… после того как мы… как ты… Ну то есть…              Уилл, бегло просмотрев, отложил листок, потянулся вперед и накрыл его руку своей холодной ладонью. От этого легкого жеста у Майка на несколько секунд сперло дыхание, и он глупо пялился на то, как они соприкасались кожа к коже.              — Ты даже не представляешь, — проговорил Уилл нарочито медленно с очень уязвимым выражением лица, — насколько этот жест для меня… я даже не знаю, как это описать. Просто спасибо, что вообще подумал об этом!              Столь искренняя благодарность за нечто, что Майк считал абсолютно базовым в таких контактах, заставила его еще сильнее нервничать.              — Почему ты так… тронут этим? — спросил он, поднимая глаза и предпринимая робкую попытку погладить руку Уилла большим пальцем.              — Очень немногие заботятся о своих случайных партнерах. А ты не просто сказал между делом или в ответ на мой вопрос, что ты чист. Ты сдал анализы! Это добавляет тебе даже больше очков, чем капкейки.              Он наконец разрезал Халка, измазав нож в ярко-зеленом креме, и принялся с видимым наслаждением уплетать свою половинку. Майк поспешил склониться над своим напитком, потому что попытки съесть кекс, не измазавшись, слишком сильно напоминали ему о том, что уже было между ними.              Сидеть со стояком на первом свидании — так себе, правда?              — Так… Чем ты занимаешься? — спросил Майк, неловко отщипывая кусочек бисквита. — Помимо подработки, я имею в виду.              — О, я только что закончил арт-школу, и теперь у меня внушительный студенческий кредит, две работы и портфолио, в котором никто не заинтересован.              — Арт-школа? Звучит круто! Так ты художник?              — Хотелось бы. Мой отчим считает, что я смогу так называться, только если мне за это платят, так что…              — Как-то не очень с его стороны, — Майк решил, что странно не есть капкейки, за которые он заплатил, а потому неловко затолкал в себя половинку.              Уилл с улыбкой протянул ему салфетку.              — Ну, он в чем-то прав. Правда, он бы, наверное, с ума сошел, если бы узнал, что я работаю в клубе. Он коп.              — Ого! — выдавил он с набитым ртом и поторопился проглотить. — Погоди, он сошел бы с ума, потому что ты раздеваешься или потому что это гей-клуб?              — У него нет проблем с тем, что я гей, если ты об этом. А вот с тем, что его ровесники могут совать мне деньги в трусы — очень даже.              — То есть твоя семья не знает?              — Только сестра. Вообще-то это была ее идея — чтобы я устроился танцором, — он отчего-то засмущался и стал большим пальцем тереть под своей нижней губой, хотя там не было ни крема, ни крошек. — Понимаешь, она никогда не ходила в школу, а потому позже, чтобы социализироваться, таскала меня во всякие клубы по интересами или на занятия танцами, гимнастикой и аэробикой.              — Круто! А она младшая или старшая? У меня аж две сестры. Я средний ребенок.              — Я, получается, тоже средний. Джейн младше меня на два с половиной месяца, а мой старший брат путешествует сейчас с какой-то инди-фолк-панк-рок группой или что-то вроде того.              — Он музыкант?              — Видеограф. И он получает за это деньги, поэтому правда может так называться.              Теперь Майк взял нож, чтобы поделить первого инопланетянина. Его крем отличался по текстуре, а два из четырех глаза немного съехали, пока он разрезал бисквит. Уилл тут же потянулся взять свою часть и от прикосновения его пальцев стало чуть жарче, хотя у них даже сегодня уже были более тесные контакты.              — Погоди, — уцепился он за странную несостыковку, — ты сказал, что твоя сестра младше на два с половиной месяца. Как это вообще возможно?              — Ох, я всегда забываю уточнить! Она моя сводная сестра, но мы так похожи, что нас принимают за близнецов. Она еще любит, чтобы мы надевали одинаковые рубашки и, вот, — он нырнул рукой в горловину своего свитшота и вытащил кусочек пазла на тонкой цепочке.              Наклонившись ближе, Майк рассмотрел выгравированное там «любимый брат». Он даже не мог представить, чтобы кто-то из его сестер, подарил ему что-то подобное и попросил бы носить это. Холли, может быть могла бы, когда ей было лет восемь, но уж точно не сейчас.              — Это мило, — улыбнулся он. — А у нее написано «любимая сестра»?              — Ага. Она хотела, чтобы на моем было написано «Я люблю свою сестру», а на ее «Я люблю своего брата», но от этого немного веет «Цветами на чердаке», скажи?              — Немного да, — кивнул Майк, радуясь, что Уилл, кажется, немного разбирался в литературе. — Она очень привязана к тебе.              — Ты не считаешь это странным? Твои сестры не ведут себя так?              — Мы даже на День Благодарения не обнимаемся — со старшей уж точно. Мы неплохо ладим, да, но все эти проявления привязанности немного не для нашей семьи.              — О, мне жаль.              — Нет, меня все устраивает. Моя семья может быть утомительной, особенно отец, но в целом у нас все не так уж плохо. Я люблю их и все такое.              Когда он последний раз говорил что-то подобное вслух? Почему-то Уилл располагал к таким откровениями, и это даже не ощущалось странно, наоборот, Майку с каждой минутой становилось все комфортнее в его компании.              Какое-то время они жевали кексы, улыбаясь друг другу через стол и болтая о совсем неважных вещах, вроде погоды, вкуса здешнего кофе и о популярных сериалах. Майк допил свой кофе и заметил поросячью мордочку, смотрящую на него с последнего кекса.              — Жалко съедать этого парня? — спросил он с улыбкой.              Уилл не сразу понял о чем он, но проследил за направлением его взгляда и рассмеялся.              — Я обожаю сладкое, но в этот раз переоценил свои силы. К тому же с моей работой нужно держать себя в форме.              — Думаю, тебе-то можно об этом не беспокоиться.              — Считаешь?              — О, да!              — Еще есть, над чем работать. И вообще, немного несправедливо, — Уилл поставил локоть на стол и подпер щеку, — что ты видел меня почти без одежды, а я тебя — нет.              — Поверь мне, там не на что смотреть!              — Ну, те части, что я успел заценить, мне вполне понравились, — хитро улыбнулся он и опустил глаза в нарочито невинном жесте.              Майк даже не сразу понял, что речь шла о его члене — так он отвлекся на приятный разговор, практически забыв, что именно привело их к этому свиданию. Будучи полным профаном во флирте, он все равно осмелился потереться своей щиколоткой о чужую под столом, произнося:              — Что действительно нечестно, так это то, что ты не получил в прошлый раз никакого удовольствия.              — Я получил, уверяю тебя, — он облизнул губы, но это не выглядело нарочитым или игривым, а скорее автоматическим — попыткой скрыть волнение. — А если вспомнить, какие звуки ты издавал, ммм.              И, черт, Майк просто не мог понять, как возможно быть таким милым и таким горячим одновременно. Эти взгляды из-под ресниц, эти искрящиеся теплом глаза, это ответное давление на его лодыжку побудили его на настоящее безрассудство.              Он отодвинул свою ногу, чтобы быстро нажать носком на пятку своих кроссовок Puma. Ни секунду не задумываясь, насколько уместно такое на первом свидании, он ступней заскользил вверх, от щиколотки к колену. Ему пришлось немного сползти, чтобы поднять ее еще выше, нажимая на внутреннюю сторону бедра.              — Что ты делаешь? — на выдохе спросил Уилл, выглядя донельзя потрясенным.               Кажется, Майк переборщил, неверно считав сигналы. То, что произошло между ними в клубе отличалось, и там была чертова дырка в стене, в которую наверняка каждый вечер совали члены. Сейчас же они находились в обычном кафе, за некоторыми столиками которого сидели дети. Что вообще на него нашло!              — Прости, я…              — Ты сумасшедший, — выдохнул Уилл и придвинулся на самый край диванчика, воровато оглядываясь.              Наверное, никто на них не смотрел, потому что он кивнул и прикрыл глаза. Большего Майку и не нужно было — он усилил давление, чувствуя, как ему предоставили лучший доступ. Затаив дыхание, он медленно гладил крепкое бедро, вспоминая, как завораживающе оно выглядело без одежды.              Ему хотелось использовать не ногу, а руки, но в их положении это было невозможно. Да, они могли бросить последний капкейк и умчаться куда-нибудь, чтобы дать себе волю, но воздух, мгновенно ставший заряженным и густым, словно не выпускал их.              Когда ступня Майка наконец-то добралась до паха, она уже уперлась в твердеющую эрекцию, и от этого он пришел в неописуемый восторг. Не совсем просто ему было скоординировать движения, тем более что его член тоже встал и отвлекал его внимание.              Уилл же выглядел просто невероятно: раскрасневшийся, со сбившимся от стимуляции дыханием и влажными от частых облизываний губами. Так странно, что они только начали узнавать друг друга, смущались от касаний ладоней, но уже вытворяли такое.              Ладно, это даже не так удивительно, как тот факт, что Майк возбуждался от того, что тер своей ступней член другого парня через джинсы!              Вдруг мимо их столика кто-то прошел, и он резко одернул ногу от испуга.              — Что? — расфокусировано спросил Уилл, лишенный давления.              Видимо, он вспомнил, где вообще находился и спрятал лицо в ладонях. Майк и сам немного стыдился своих порывов, но еще больше ему хотелось прикоснуться к своему члену и к члену Уилла уже по-настоящему. Он даже украдкой поправил ширинку, чтобы не отвлекаться хотя бы в ближайшие пять минут.              — Уилл? Ты в порядке?              — В порядке ли я? — как-то очень обреченно переспросил он. — Я теперь чертовски хочу кончить вместе с тобой!              — Я тоже, — шепотом ответил Майк, чувствуя новую волну возбуждения от его слов.              — Но мы в общественном месте!              — Знаю, извини, я не должен был…              — Я тебе разрешил, — прервал его Уилл, поднимая голову. — На мне какое-то проклятье.              — О чем ты?              — Я уже говорил, что меня никогда не зовут на нормальные свидания, а только потрахаться. И тут впервые меня позвали выпить кофе, и что? Мы снова со стояками!              — Нам не обязательно что-то делать! — поспешил заверить его Майк.              Как бы ему не хотелось сделать что-нибудь, если Уилла это все как-то задевало, он с готовностью отказался бы от секса до третьего или даже пятого свидания. От волнения за то, что все пошло не так, его член размяк, и он смог, не беспокоясь, подняться со своего места и сесть рядом с Уиллом.              — Послушай, мне очень понравилось проводить с тобой время, и я точно собирался позвать тебя снова — я все еще должен тебе ужин!              — Правда? — он впервые за последние минуты посмотрел прямо на Майка. — Даже если я больше всего на свете хочу увести тебя в туалет и снова отсосать тебе?              Эти слова через уши полетели прямиком к члену, но Майк постарался взять себя в руки — у них тут, вообще-то, начался первый серьезный разговор. И пусть никогда не отказался бы от еще одного минета, он догадывался, почему Уилл расстроился, когда их свидание свернуло в сексуальную сторону.              — Ты переживаешь, что я посчитаю тебя распутным, совратившим меня геем?              — Угу.              — Ну, я считаю, — закивал Майк, и прежде чем Уилл успел отшатнуться, поймал его руку, — и мне это нравится! И я все еще хочу узнать тебя получше, независимо от того, увижу ли я сегодня твой член.              — Я тоже хочу как-нибудь позвать тебя куда-нибудь! И мне стоит тоже пересдать анализы, чтобы ты не переживал.              — Но сейчас мы пойдем в туалет? — с надеждой спросил Майк.              — Да, да, пойдем!              Они даже не стали пытаться в какую-то конспирацию, идти по одному или хотя бы разными путями, нет. Взявшись за руки, они пересекли зал и вошли в просторную общую уборную. Внутри были люди, и, чтобы не привлекать внимания других посетителей, они задержались около ряда раковин. Руки Майка дрожали от осознания, что должно произойти, как только они останутся одни, пока он их мыл.              Дверь едва успела закрыться за нерасторопной девицей, а они уже с оглушительно громким звуком запирались в кабинке. Здесь было сильно чище, чем в туалете клуба, играла тихая ненавязчивая музыка, но ничего не могло заставить их сомневаться.              Правда пауза все равно возникла. Уилл вглядывался в его лицо, словно в попытке убедиться, что Майк готов ко всему, что он собирался предложить.              И Майк был готов, черт возьми!              — Могу я тебя поцеловать? — спросил он, чувствуя, что невозможно оторвать взгляд от губ Уилла.              Вместо ответа Уилл просто вжал его в кафельную стену и поцеловал сам. Губы поддались легко, и первое легкое касание тут же истончилось и стерлось под натиском их движений.              Надо же, его первый поцелуй с парнем! Со стояком, который мешал думать! В общественном туалете! Снова!              Даже отрывистые мысли постепенно испарялись из головы от жара дыхания на губах, от сплетения языков и того, как с каждой секундой они все сильнее вжимались друг в друга. Майк чувствовал, как белье влажнело, пока он беззастенчиво терся о такую же крепкую эрекцию Уилла.       Запах выпитого кофе и геля после бритья наполнял легкие при таком близком контакте. Невольно пришла мысль, что если бы Уилл не был так гладко выбрит, его щетина колола бы и раздражала кожу, и от этого Майка еще сильнее повело.       Их положение позволяло ему сделать то, о чем он мечтал с первой встречи: схватиться за то великолепие, которое имел честь видеть в одних лишь блестящих плавках, но через джинсы трогать задницу было не так круто, а потому он, наглея, просто запустил обе руки под пояс. Нежная кожа ягодиц под пальцами чуть его не убила, и, когда он сжал ладони слишком сильно, Уилл невольно подался вперед, увеличивая давление на член.              Он будет выглядеть идиотом, если прямо сейчас поднимет ногу, чтобы забросить ее Уиллу на бедро и вжать его в себя еще сильнее?              — Расстегни штаны! — скомандовал Уилл, ему в губы, перемещая свои руки с его шеи на затылок, чтобы одной немного дернуть за волосы, а другую запустить в ворот.              Не понятно, чьи именно штаны он имел в виду, но Майк все понял по-своему, убрал правую руку с мягкой задницы и просунул ее между ними, немного задирая голубой свитшот и тонкую нательную майку, чтобы добраться до горячей кожи.              Сейчас ему некогда было изучать живот, а потому он только едва-едва мазнул по нему несмелыми пальцами и скользнул ниже, к пуговице и молнии, а там и дальше — под резинку трусов, дурея от того, что вообще на это осмелился.              Пальцы его левой руки продолжали вдавливаться в ягодицу, хотя ему хотелось бы не только мять и сжимать, но и провести от копчика вниз с нажимом.              Как же быстро он потерял голову!              Все кругом потеряло важность: знакомая мелодия на фоне, запах хлорки, перемешавшийся с ванильным освежителем воздуха, далекий грохот с кухни, что, кажется, находилась за стенкой, понимая, что в его руке вот-вот впервые окажется член другого парня. Майку хотелось больше касаний, больше контакта кожа к коже, но в узкой кабинке они не многое могли себе позволить.       Уилл же тоже добрался до его штанов и не просто расстегнул, а стянул их вместе с трусами до колен, явно собираясь снова опуститься вниз и отсосать ему.       Как бы сильно Майку не хотелось снова ощутить горячую влажную хватку его рта, увидеть, как именно его губы обхватывали член, как втягивались щеки при всасывании, как влажнели глаза от слишком глубоких толчков, он не мог допустить, чтобы снова только ему было хорошо.              Решительно он остановил Уилла — с сожалением убрал руку с задницы и положил ее на гладкую щеку, заглядывая в глаза.              — Не нужно, — сказал он мягко, все увереннее двигая рукой по его члену.       — Не хочешь?       — Хочу, но не сейчас. Давай просто друг другу подрочим, — для наглядности Майк вжался своим капающим членом Уиллу в бедро, наверняка оставляя след.       Пришлось немного отклониться, чтобы полностью освободить Уилла из ткани. Трогать его прямо в трусах, на сухую, было круто, но у него предэякулят выделялся не так обильно, а потому Майк, перед тем, как вернуть ладонь, хорошенько сплюнул на нее.       — Да, да, вот так, — выдохнул Уилл и тут же взялся за его член, чтобы облегчить его мучения тоже.              Черт возьми, они собирались кончить вместе!       Это не должно было длиться долго, не время и не место растягивать удовольствие. Вот только они не учли, что сдерживаемые звуки, хлопки входной дверью, детские голоса, дрожащие ноги и рассинхронизированные движения ничуть не приближали оргазм.       Нервно посмеиваясь, Майк в очередной раз замедлил руку, когда Уилл как-то по-особому надавливал одним пальцем на уздечку, а другим — на щель на головке.       — Черт, — выругался он, понимая, что не справлялся со всем этим от переизбытка чувств и ощущений.       Удивительно, но для человека, с которым они виделись всего второй раз в жизни, Уилл сразу понял, в чем проблема.       — Не получается расслабиться, да? — без раздражения спросил он, убирая его руку со своего члена. — У меня есть идея, но без лубриканта может выйти не очень.       — Что за идея?       — Я сам подрочу нам вместе, а ты можешь снова облапать меня, — явно кокетничая, предложил он.       И тут же шумно выдохнул, потому что член Майка в его руке отреагировал с должным энтузиазмом.       Возвращая свои руки на божественную задницу, Майк уже знал, что теперь долго не продержится. Одно дело трогать чужой член рукой, пока тебе умело дрочили, и совсем другое — тереться о его твердость в плену одного кулака, когда вместо смазки только слюна и собственные слишком обильные жидкости.       Смотреть вниз было настолько волнительно, что и так сбившееся дыхание перехватило, когда Майк все же решился опустить глаза. То, что перед ним предстало поистине заворожило бы, если бы не выбивало из грудной клетки стоны, которые приходилось с усилием сдерживать.       То, как выглядели прижатые друг к другу члены, скользящие в крепкой хватке, толкающиеся в стволы, текущие — теперь оба, совершенно отключило его мозг. Майк полностью сконцентрировался на этой близости, на своем удовольствии, на жарком дыхании Уилла прямо в ухо и на упругости его ягодиц.       Оргазм накрыл его стремительно, заставляя зажмуриться и стонать уже в голос, наплевав, что их могли услышать. Когда Майк открыл глаза, последние капли семени еще выделялись из его головки, а Уилл, собрав их с бешенной скоростью заканчивал с собой.       Пересиливая желание сползти по стенке, Майк снова полез целоваться, надеясь, что это сделает удовольствие Уилла ярче, и не прогадал — он догнал его с глухим мычанием и крепким укусом за нижнюю губу, который снова возбудил бы, не будь он так выжат.       Повинуясь какому-то дикому желанию, Майк перехватил испачканную в сперме ладонь и по очереди втянул в рот каждый палец, хорошенько облизывая и забавляясь от того, как вытянулось в удивлении лицо Уилла.       — Я тебя развращаю, бывший натурал, — выдохнул он, даже не пытаясь привести себя в порядок.       — Мне все нравится, — с энтузиазмом уверил его Майк, немного отстраняясь, чтобы убрать мягкий член в трусы.       Выходить из их убежища, мыть руки, проверять одежду на предмет подозрительных пятен, которые отсутствовали только чудом, было весьма неловко. Пока они сидели за кофе и капкейками, беседа не затихала, но теперь что-то переменилось, и Майк начинал паниковать.       — Ты же не продинамишь меня, когда я захочу увидеться снова? — выпалил он, когда они оказались на свежем воздухе.       — Я не… — Уилл отвел глаза, и это ни капельки не успокаивало.       — Эй, если хочешь, то никакого секса до пятого, нет, до десятого свидания! — слишком громко выпалил Майк, уверенный, что дело в этом.       — Да я не против, просто давай в следующий раз обойдемся без туалетов, хорошо?       — Значит следующий раз будет?       — Если ты заткнешься, — притворно-недовольно ответил Уилл.       Расходились они возле станции метро, и Майку очень хотелось поцеловать его на прощание, но он чувствовал себя немного скованно. Насколько это нормально на первом свидании? Как вообще Уилл относился к публичному проявлению чувств?       Они замерли друг напротив друга, отойдя чуть в сторонку, чтобы не мешать вечно спешащим прохожим.       Может быть, и правда не стоило поддаваться похоти? Тогда они бы продолжили оживленно болтать об учебе, оставшейся в прошлом, о семьях и о друзьях, а не стояли бы, нервно переглядываясь и не зная, что сказать.       — Точно все в порядке? — снова спросил Майк, не способный скрыть неприятное волнение.       — Ты мне скажи, — Уилл скованно повел плечом и отвел глаза.       — Какой из капкейков понравился тебе больше всего?       — Что?       — Какой вкус? Мне синий инопланетянин.       — А мне Халк. Почему ты?..       — Потому что мне интересно, что тебе нравится. Помимо того, чтобы кончать, — добавил он шепотом.       Уловка сработала — Уилл наконец-то улыбнулся так, что Майк точно решил, что просто не сможет не поцеловать его.       — Вообще мой любимый супер-герой — Железный человек, но такого кекса там не было.       — Но, кажется, был с Человеком-пауком?       — Загугли «Science Bros», когда будет скучно, и ты поймешь, почему я выбрал Халка, — ухмыльнулся Уилл.       Они снова замолчали, но теперь между ними все правда стало в порядке. Кроме того, что пора было расходиться — Майк с удовольствием остался бы рядом на пару часов или пару дней.       — Когда я увижу тебя снова? — спросил он, надеясь, что это не звучало слишком жалко.       — Я напишу тебе, когда узнаю расписание, — мягко улыбнулся Уилл. — Две работы, помнишь? Ну, мне пора. Увидимся?       — Увидимся, — Майк все же быстренько клюнул его в губы, и, улыбаясь во весь рот, пошел на автобусную остановку.       Кажется, он немного вкрашился.