Готов следовать за тобой

Утро понедельника встретило Элли хмурым небом и настойчивой вибрацией телефона — Марго скинула смску пожелав «Удачи, на собрании», приправив его смайликами с градусником и поднятым большим пальцем. Элли улыбнулась, откладывая телефон, и встала с кровати. Демон, возмущенный таким ранним подъемом хозяйки, спрыгнул с одеяла и, задрав хвост, удалился на кухню в ожидании завтрака. Она, подойдя к зеркалу, принялась за маскировку. Консилер, тональный крем, пудра — все шло в ход, чтобы тщательно скрыть россыпь отметин, которые Кайл оставил на ее шее и ключицах после их безумного вечера в гримерке за сценой. Некоторые следы уже побледнели, превратившись в желтовато-лиловые разводы. Водолазка с высоким горлом стала ее спасением. Поверх нее она накинула объемный свитер цвета мокрого асфальта, спустив его с одного плеча, чтобы добавить образу непринужденности. Классические черные брюки и высокий, туго стянутый хвост завершили образ: строгий, официальный. Элли окинула себя критическим взглядом: «То, что нужно. Ни намека на ту безумную женщину с размазанной помадой, которая стонала в его руках». Она вышла на кухню, где Демон уже восседал на столе с видом оскорбленного монарха, чей завтрак задерживается. — И тебе доброе утро, — Элли, взяла его на руки, чмокнула в пушистую макушку и насыпала корм в миску. Кот фыркнул и, спрыгнув с рук, тут же принялся за еду. Элли облокотилась о столешницу, глядя, как он ест, и невольно вернулась к мыслям, которые грызли ее все выходные. — Как думаешь, долго продлится его интерес? — спросила она у кота, который был единственным, кому она могла задать этот вопрос без опаски. Демон поднял голову, пару раз моргнул своими зелеными глазами, в которых читалось абсолютное равнодушие к ее терзаниям, и снова уткнулся в миску. Его ответ был красноречивее любых слов. — Вот и я о том же, — вздохнула Элли, наливая себе кофе. После разговора с Марго в больнице на душе стало немного легче. Подруга, как всегда, сказала все как есть, без прикрас. «Хочешь быть с ним рядом — будь, — звучал в голове ее голос. — Хочешь трахаться — ради бога. Только будь готова, что в один прекрасный день он сделает вид, что ничего не было». Элли знала, что Марго права. Она знала это всегда. Но одно дело — знать, и совсем другое — чувствовать. «Как вообще можно быть к этому готовой?» Она подошла к окну и, чуть отодвинув штору, выглянула на улицу. Несмотря на ранний час у подъезда уже дежурила пара знакомых фигур с камерами наперевес. Папарацци. Они курили, пили кофе из картонных стаканчиков и терпеливо ждали. Клип «Полночь» взорвал сеть, и теперь каждый их шаг стал событием. Вчера она видела в интернете свои же снимки, сделанные через окно. «Элизабет Рид тоскует в одиночестве», — гласила подпись. Элли фыркнула и резко задернула шторы. — Как же раздражает, — пробормотала она. До начала тура оставалось ровно три недели, и сегодняшнее собрание должно было расставить все точки над i. Конференц-зал на верхнем этаже офиса Spark Label был заполнен до отказа. Селина Варден, как всегда элегантная и собранная, восседала во главе стола. Майкл расположился рядом, перебирая какие-то бумаги. Присутствовали пиар-менеджеры, юристы, агенты. Элли сидела напротив Кайла, стараясь не встречаться с ним взглядом. Она чувствовала его присутствие каждой клеточкой тела, но профессиональная выдержка не позволяла ей отвлекаться. Кайл, впрочем, тоже вел себя подчеркнуто нейтрально — листал папку, изредка поглядывая на присутствующих. Селина взяла слово, и в комнате повисла тишина. — Дамы и господа, перейдем к делу. Результаты, которые мы получили за последние дни, превзошли все ожидания. Клип «Полночь» установил рекорд студии по количеству просмотров за первые сутки. — Она вывела на большой экран график, который стремительно полз вверх. — Цифры растут, и, что более важно, хештеги #Fostereed и #MidnightSecret находятся в мировых трендах уже вторые сутки. По залу прокатился одобрительный гул. Селина продолжила: — В связи с таким ажиотажем было принято решение об объединении ваших сольных туров. — Она сделала паузу, давая информации осесть. — Изначально ваши графики почти пересекались: ваши концерты, Кайл, и ваши, Элизабет, шли с разницей в день в одних и тех же городах. Теперь, мы просто сводим их в одну афишу. Кайл будет выступать разбавляя трек-лист Элизабет, и наоборот. А завершать каждый концерт будет ваш дуэт. Майкл кивнул, подтверждая ее слова: — В ближайшие дни мы с вами пересмотрим сет-листы, чтобы они идеально сочетались и создавали цельную историю. Селина перешла к географии тура: — В среднем, в каждом городе запланировано по три концерта. Исключение — Вашингтон и Нью-Йорк. Там, к сожалению, не удалось найти дополнительные свободные площадки на нужные даты, поэтому в этих городах у вас будет по два концерта. — Она взглянула на Элли. — Мисс Рид, в Вашингтоне у вас, вместо трех заявленных выходных, будет только два. Элли кивнула, принимая информацию к сведению: — Поняла, спасибо. — Однако, — продолжила Селина, — нам удалось арендовать одну из крупнейших площадок Лас-Вегаса. Тур затронет пятнадцать городов. Кайл, до этого молчавший, нахмурился: — А не жестковато ли? По три концерта и день на перелет… Так и свалиться можно быстро. Майкл успокаивающе поднял руку: — С вами поедут врач и физиотерапевт от лейбла. Не переживай. За последние три года вы оба работали в куда более жестких графиках. Помнишь, Кайл, было по два концерта в сутки плюс перелет? И ничего, выжили. Кайл нехотя кивнул, признавая его правоту. Селина продолжила, зачитывая цифры, от которых у Элли перехватило дыхание: — За дополнительную нагрузку ваш гонорар также увеличивается. — Она назвала сумму, и Элли почувствовала, как у нее загорелись глаза. «В два с половиной раза плюс процент от проданных билетов». Элли лихорадочно прикинула в уме, и пытылась скрыть улыбку. — Я не вижу проблемы, — сказала она вслух, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Нагрузка приемлемая. Селина одобрительно улыбнулась: — Вот это правильный, профессиональный настрой. Спасибо, Элизабет. Кайл бросил на нее короткий взгляд. Он заметил, как загорелись ее глаза при упоминании гонорара. «Интересно, — подумал он. — Она что, так сильно нуждается в деньгах? Или просто азарт?» Селина тем временем вернулась к расписанию: — Итак, самая крупная площадка в Лас-Вегасе. После этого у вас будет пять выходных перед заключительными концертами тура в дополнительных городах. — Тур сохранит рабочее название «Полночь», — добавила она. — Погодите, — Кайл подался вперед, отложив папку с документами и сложив руки на столе. — То есть я должен уступить свой сольный тур? Мое имя будет на вторых ролях? Элли закатила глаза: «Золотой мальчик обиделся». — Это не уступка, Кайл, — терпеливо, но твердо объяснила Селина. — Это коллаборация. Концерты будут указываться как совместные: «Полночь» с участием Кайла Фостера и Элизабет Рид. Вы будете выступать, сменяя друг друга, сохраняя нарратив клипа. Твой трек, трек Элли и т.д. и в конце — дуэт. — Снова повторяла Селина. — Программа называется «Полночь», — буркнул Кайл, откидываясь на спинку стула. — Чувствую себя чужим на этом празднике жизни. — У тебя есть предложения по неймингу, Фостер? — с вызовом спросила Селина. Кайл поднял руки в примирительном жесте и откинулся назад на стуле: — Нет. Просто не привык быть под чужими знаменами, вот и все. — Фостер, — Селина посмотрела на него с легкой усмешкой. — С тех пор как прошла новость о совместных выступлениях, билеты на концерты раскупили фанаты Элли. То же самое произошло и на ее площадках с твоими фанатами. Проданные билеты — это твой доход, Кайл. Так что не строй из себя жертву. Кайл лишь пожал плечами, пряча усмешку. С ней было трудно спорить. Майкл, до этого молча наблюдавший за перепалкой, вставил свое слово: — И по поводу «знамен». Ваш мерч для сольников и совместные промо-материалы были выложены в интернет-магазины вчера утром. По предзаказам раскуплено все. Абсолютно. Так что сегодня, после собрания, вы с Элизабет идете на фотосет для новых рекламных материалов. К началу совместных концертов все должно быть готово. Селина резюмировала: — «Полночь» — самое востребованное шоу в стране на данный момент. Все билеты, включая дополнительные, были распроданы в первые же часы, несмотря на завышенные цены. — Она кивнула в сторону юриста. — После собрания вам нужно будет подписать доп. соглашения по выплатам. Слово взял пиар-менеджер, молодой мужчина в очках. — Теперь о том, как мы это продаем. Вся наша пиар-кампания будет строиться на недосказанности. Ни вы, Кайл, ни вы, Элизабет, в интервью не должны подтверждать или опровергать слухи о ваших якобы отношениях. Никаких конкретных ответов. Улыбка, взгляд, шутка — и перевод темы. В данный момент в интернете гуляют нарезки ваших старых стычек, а также слитые нами кадры с вашего закрытого прогона «Сеньориты». Ажиотаж колоссальный. Ваша задача — его поддерживать. Селина кивнула, подтверждая его слова: — Вы двое должны играть на грани. Дразнить публику, но не переходить черту. Особенно, это тебя касается, Фостер. — Селина посмотрела на него строгим взглядом, Кайл только поднял бровь и ухмыльнулся. — У вас на столах лежат папки с примерами ответов на возможные вопросы журналистов. Выучите их как «Отче наш». Майкл строго посмотрел на обоих: — И еще кое-что. Попыток убить друг друга, как это было на нескольких вечеринках последние три года, теперь быть не должно. Вы больше не лаетесь в публичных местах. Вы — команда. Как вы этого добьетесь, меня не волнует. Хотите ругаться — делайте это там, где вас никто не видит и не слышит. На людях ваши улыбки должны скрывать клыки и когти. Селина закончила его мысль: — Майкл прав. Вы должны показывать химию. Не страсть влюбленных и не войну врагов. А то, что было на вашем прогоне, ту самую искру, которая заставила зал замереть. Кайл и Элли переглянулись. После собрания все, кроме Майкла и юриста, покинули зал, продюсер жестом попросил их двоих задержаться. Кайл быстро и сосредоточенно пробежал глазами документ, который ему протянул юрист, и поставил подпись. — Свободен, — кивнул ему Майкл. Когда дверь за Кайлом закрылась, Майкл повернулся к Элли и положил перед ней точно такой же документ. — Вот твой договор, Элизабет. — Он внимательно посмотрел на нее. — Цифры ты слышала. Если все пройдет гладко, без срывов программы, этих денег тебе хватит, чтобы полностью закрыть неустойку. Элли взяла ручку, на мгновение замерла, глядя на лист бумаги, пробежав глазами текст, она размашисто подписала документ, разрешающий прямой перевод средств на покрытие долга. — Спасибо, Майкл, — тихо сказала она, возвращая ему бумаги. — Элизабет, — Майкл взял ее за локоть, когда она уже собралась встать. Его взгляд был серьезным. — Я знаю твое отношение к Фостеру. Но пощечин в публичных местах, как пару лет назад на вручении наград, я больше не потерплю. Держи себя в руках. Ради себя самой. Элли встретила его взгляд и твердо кивнула: — Я все понимаю. Пощечин не будет. Обещаю. Майкл отпустил ее, и Элли вышла в коридор. Мысли роем кружились в голове. Гонорар. Погашение долга. Она шла по длинному коридору, не замечая никого вокруг, погруженная в свои приятные, окрыляющие расчеты. Еще немного, и она сможет вздохнуть полной грудью. — Кофе? Я угощаю. Голос раздался прямо над ухом, вырывая ее из сладкого плена. Элли вздрогнула и подняла глаза. Кайл стоял рядом, в своей привычной расслабленной позе, и смотрел на нее с легкой, почти невинной улыбкой. Элли моргнула, возвращаясь в реальность. Кофе. С ним. Сейчас. — Неохота, если честно, — вырвалось у нее раньше, чем она успела подумать. Слишком честно, слишком открыто. Элли все еще была под впечатлением от своих мыслей о свободе. Кайл, вопреки обыкновению, не стал язвить. Он просто кивнул на папки в их руках. — Ладно тебе, Рид. Пошли, просто составишь компанию. Заодно обсудим наши ответы на вопросы. — Он слегка приподнял свою папку. — А то еще ляпнем чего лишнего на первом же интервью, и Майкл нам головы оторвет. Элли посмотрела на него. В его глазах не было привычной насмешки, было что-то другое. Возможно... дружеское предложение. Или ей просто хотелось так думать? Она вспомнила слова Марго: «Хочешь быть рядом — будь». И слова Майкла: «Вы — команда». — Ладно, — выдохнула она, чувствуя, как напряжение слегка отпускает. — Пошли. Уголок его губ дернулся в довольной усмешке.

***

Они зашли в небольшое кафе на первом этаже студийного комплекса. Сегодня здесь было немноголюдно — пара сотрудников с ноутбуками, кто-то пил кофе у стойки. Кайл заказал себе американо, Элли попросила просто воды с лимоном. Они сели за столик у окна, разложив перед собой злополучные папки с пиар-инструкциями. Элли пролистала несколько страниц, и ее лицо вытянулось от смеси недоумения и иронии. — Слушай, это похоже на бред, — она ткнула пальцем в один из абзацев. — Кто так вообще разговаривает в реальной жизни? Нам не поверят. Кайл, пробежав глазами свой экземпляр, согласно кивнул: — Ощущение, что эти ответы нейросеть генерила. — Он отложил папку. — Мне кажется, наши с тобой обоюдные подколы смотрятся куда естественнее. — Ну теперь это запрещено, — Элли театрально вздохнула и процитировала с максимально фальшивой, слащавой интонацией: — «Мистер Фостер — невероятно талантливый артист. Я искренне рада возможности работать с ним в одном туре». Кайл усмехнулся, подхватывая игру: — «Элизабет Рид — прекрасная певица. Ее талант притягивать внимание публики…» Он не успел договорить. Элли высунула язык и изобразила руками жест, имитирующий рвотный позыв, одновременно закатывая глаза. Кайл расхохотался. Громко и от души. На них обернулись, но ему было плевать. — Ты сейчас серьезно мне язык показала? — спросил он, все еще смеясь. — Рид, тебе сколько лет? Она сощурилась, но в уголках ее губ тоже пряталась улыбка: — От этих ответов мне реально станет плохо на первом же интервью. Особенно если ты будешь нести подобную чушь с серьезным лицом. — Обещаю, когда буду это говорить, думать только о том, как ты сейчас язык показала, — сказал улыбаясь Фостер. Они замолчали. Элли сделала глоток воды, Кайл крутил в руках чашку с кофе. Тишина между ними была уютной. Но любопытство, которое Кайл так старательно пытался затолкать поглубже, все же взяло верх. Он решил зайти с безопасной стороны. — Слушай, — начал он небрежно, — а можешь сказать, какой у тебя кот? Элли замерла со стаканом у губ, потом медленно поставила его на стол и подняла на него настороженный взгляд. — Странный вопрос. — Просто интересно, — Кайл пожал плечами, стараясь выглядеть максимально расслабленно. — Ну, как он выглядит? Какой породы? Крупный или нет? Может, пушистый? И почему ты называешь его Демоном? Это же не просто так, да? Элли смотрела на него несколько секунд, и в ее глазах мелькнуло что-то странное — смесь удивления, недоверия и… легкой паники? Она вдруг провела рукой по лицу, потерла переносицу и выдохнула: — Знаешь… кажется, я все-таки не прочь выпить кофе. Кайл усмехнулся про себя. «Ладно, Рид. Играем в твои игры». Он подозвал официантку: — Повторите мне то же самое, — он кивнул на свою пустую чашку. — И латте с корицей для дамы. Официантка, симпатичная девушка лет двадцати, кивнула и упорхнула. Кайл не торопил Элли, не давил, хотя внутри него уже начинало закипать знакомое раздражение. — «Это же просто вопрос про кота, черт возьми! Что в этом такого сложного? Любой нормальный человек рассказал бы. Но нет, она сидит и смотрит на меня, как будто я спросил код от ее банковской ячейки». Официантка вернулась с заказом и, поставив чашки на стол, вдруг замялась, переминаясь с ноги на ногу. — Простите, пожалуйста, — начала она, краснея, — но… Можно с вами сфотографироваться? Я ваша огромная фанатка, мистер Фостер! И вы, мисс Рид, вы такая… Кайл поднял на нее спокойный, слегка усталый взгляд. — Скажите, а вы, когда устраивались сюда работать, подписывали специальное соглашение? Девушка замерла, ее лицо вытянулось от удивления. — При устройстве на работу во всех кафе при студии, — терпеливо, словно объясняя ребенку, начал Кайл, — сотрудники подписывают документ, в котором четко прописано: не снимать посетителей и не разглашать ничего, что здесь звучит. Мы приходим сюда, чтобы расслабиться, поесть, поболтать с коллегами, а не развлекать фанатов. Это правило работает для вашей же безопасности, в том числе. Девушка вспыхнула до корней волос, пробормотала что-то невнятное и, быстро извиняясь, исчезла за стойкой. Элли проводила ее взглядом, потом перевела глаза на Кайла. В них плясали смешинки. — Ну все, Фостер. Теперь ты официально прослывешь высокомерным говнюком. — А если честно, скажи, в чем я не прав? — Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я пришел сюда отдохнуть. Хотя бы здесь. Студия специально нанимает людей и заставляет подписывать эти бумаги, чтобы мы могли хоть где-то чувствовать себя свободно. Иначе пришлось бы и тут сидеть и молчать, боясь, что каждое слово уйдет в таблоиды. Ну куда это годится? Я хочу спокойно поесть с коллегой, без оглядки на то, что меня снимут. Это плохо? Элли хмыкнула и сказала: — Твоя правда. Хотя обычно это я устраиваю скандалы, а ты просто лыбишься и выглядишь неотразимо. — Это моя работа, Рид. — Кайл картинно взлохматил свои волосы и улыбнулся. — Я всегда неотразим. Даже с горящей щекой после твоих пощечин. — Ты заслужил каждую. — Спорить не буду, — неожиданно легко согласился он. — Я перегибал, да, но шампанское, выплеснутое мне в лицо несколько месяцев назад, было уже лишним. — Фостер, ты ущипнул меня за задницу! — возмутилась Элли, подаваясь вперед. Кайл поднял указательный палец, глядя ей прямо в глаза: — Не щипал. Это был не я. Почему из всех, кто стоял рядом, ты решила, что это именно я? Элли наклонила голову набок, в ее глазах мелькнуло сомнение. Она смотрела на него с подозрением, пытаясь просчитать, не врет ли он. — Все свои подначки я признаю, — твердо сказал Кайл. — Все до единой. Но конкретно эта была не моя. — Он сделал паузу. — И хватит переводить тему. Так что насчет кота? Элли выдохнула, сдаваясь. То ли поверила ему, то ли просто устала от этого бесконечного перетягивания каната. — Он обычный, — сказала она тихо. — Не породистый. Взяла из приюта примерно год назад, когда он совсем котенком был. Просто он показался мне очень милым. — Милый? — Кайл изогнул бровь. — И потому что он милый, ты назвала его Демоном? Элли невольно улыбнулась, вспоминая: — Ну, когда он был маленьким, он походил на чертенка. Часто шипел, шерсть дыбом, прыгал смешно, а ушки торчали, как рожки. Пушистый злобный уголек, и характер у него наглый до невозможности. Постоянно пытался стащить у меня все с тарелки. — Уголек… — Кайл повторил слово, смакуя его. — Значит, черного цвета? Элли смутилась, но кивнула: — Да. Чисто черный, а ночью у него глаза как два зеленых фонарика. Кайл, уже поднесший чашку ко рту, замер, и медленно опустил ее обратно на блюдце. — Мне послышалось? — переспросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Зеленых? Элли промолчала. Она очень заинтересованно уставилась в свою чашку с латте, делая вид, что не слышит вопроса. Кайл же все сопоставил: черный котенок, зеленые глаза, вредный характер, настолько милый, что назвала его Демоном. Он вспомнил как она назвала Кайла, в гримерке: «Ты дьявол, Фостер». Он почувствовал, как внутри разливается удовлетворение. «Черный кот с зелеными глазами, наглый и вредный, которого она обожает. Совпадение? Возможно». Но черт возьми, как же приятно было об этом думать. Кайл изо всех сил старался сохранить невозмутимое лицо, но уголки его губ предательски дрогнули в довольной улыбке. Он быстро спрятал ее за глотком кофе. — А кормишь чем? — спросил он, пытаясь перевести тему, но голос все равно выдавал его интерес. — Кормом или сама готовишь? Элли подняла на него настороженный взгляд: — С чего такой внезапный интерес к моему коту? — Ну, — Кайл пожал плечами с невинным видом, — я должен понимать, с кем конкурирую за твое внимание. Тогда на лестничной площадке ты так стонала, что его кормить нужно, что мне пришлось тебя отпустить. Жалко было оставлять голодным, несмотря на то, что голодной осталась хозяйка. Он подмигнул ей, и Элли вспыхнула ярким румянцем, вспомнив тот вечер. Его руки, его губы, ее собственное жалкое бормотание про Демона… — Обычный сухой корм, — буркнула она, пряча глаза. — Иногда балую вкусняшками из зоомагазина. Марго была категорически против того, чтобы я кого-то заводила, из-за моего графика. Я же часто не дома. — А туалет ему кто чистит? — Кайл отпил кофе, с любопытством глядя на нее. — Персональная нянька? Черт, интересно было бы увидеть тебя с совком, убирающей за котом. Элли закатила глаза, но в ее голосе зазвучала гордость: — Я купила ему автоматический туалет, подключенный к системе канализации. В общем, это кошачий унитаз. С автоматическим смыванием, камерой, датчиками. Кайл поперхнулся. — Унитаз для кошек? Ты шутишь? — Нисколько, — Элли довольно улыбнулась. — Первое время я убирала сама, но потом поняла, что вешать это на Марго, учитывая, что на нее легла его кормежка в мое отсутствие, — это слишком. Вот и заказала такое чудо техники. Самым сложным было переучить его, но он справился. Теперь проблем нет. — А сейчас он не шипит? Слушается? — Мы поладили. — В голосе Элли появилась мягкость. — Он всегда рядом, в ногах, на руках. Спит со мной каждую ночь. Кроме дней, когда Марго остается, — тогда я его в коридоре закрываю. Боюсь, что он ночью на нее набросится от ревности. — Вы с Марго спите вместе? — Кайл хохотнул пытаясь представить. — Я бы на это посмотрел... Элли одарила его уничтожающим взглядом. — Мы — хорошие подруги, Фостер. И это не то, о чем ты подумал. Но да, она иногда остается ночевать, мы болтаем до ночи и засыпаем. Вместе. Как подруги. Кайл сидел, переваривая всю эту информацию. Кошачий унитаз с камерой. Ревнивый черный кот с зелеными глазами. Ночные посиделки с Марго. Элли Рид, оказывается, была полна сюрпризов. — Ну что, — сказал он, бросая взгляд на часы и вставая, — пошли, судя по времени, пора на фотосессию. Фостер подал ей руку, помогая встать. Элли на секунду задержала свою ладонь в его, и этого короткого прикосновения было достаточно, чтобы между ними снова пробежала знакомая искра. — Спасибо за кофе, — тихо сказала она. — Всегда пожалуйста, Рид. — Кайл улыбнулся ей той самой обещающей улыбкой, от которой у нее подкашивались ноги. — Всегда пожалуйста.

***

Лифт плавно поднимался вверх, отсчитывая этажи. Элли стояла, прислонившись спиной к зеркальной стене, и смотрела в одну точку, пытаясь не смотреть на Кайла в этом замкнутом пространстве. Фостер стоял рядом, не нарушая личных границ. — Рид, — его голос прозвучал тихо. Она повернула голову и увидела, что он смотрит ей не в глаза, а на шею. Рука Кайла потянулась к ней, и прежде чем она успела отшатнуться, пальцы коснулись края водолазки там, где ткань встречалась с кожей. Он чуть оттянул ворот, и его большой палец провел по линии, которую она так старательно маскировала утром. — Плохо скрыла, — констатировал он с легкой усмешкой. — Видно след. Элли отстранилась и почувствовала, как жар заливает щеки. Она резко одернула водолазку поправляя ворот, и бросила на него испепеляющий взгляд: — А не фиг их оставлять тогда! Скроешь тут, когда ты словно голодный вампир на меня набрасываешься! Кайл не сдвинулся с места, но его улыбка стала шире, в глазах заплясали знакомые чертики. — Не могу, — сказал он с притворным сожалением. — Ты так страстно царапаешься… и стонешь, что у меня просто крышу сносит. Я теряю контроль. Честно. Элли, не выдержав, ткнула его кулаком в плечо, не больно, но чтобы не расслаблялся. — Придурок. Кайл рассмеялся, потирая плечо, и в этот момент лифт мягко остановился, двери открылись, выпуская их на семнадцатый этаж в коридор, ведущий к фотостудии. Яркий свет софитов, разбросанное оборудование, люди с планшетами и суетящиеся ассистенты заполняли студию, жизнь кипела. Элли, не глядя на Кайла, быстро скользнула в гардеробную, которую им выделили для переодевания. Внутри было тепло и пахло свежевыглаженной тканью. На вешалке уже ждало своего часа платье для съемки. Длинное, темно-синее, почти черное, с глубоким вырезом на спине и разрезом на бедре. Она стянула через голову свитер и водолазку, оставшись в одном белье, и подошла к зеркалу во весь рост, тихо выругавшись сквозь зубы. — Черт. Следы, что она скрывала утром проступили, тон стерся под тканью водолазки, и россыпь фиолетово-желтых отметин на шее, спускающихся к ключицам и дальше на грудь выглядели слишком ярко, и говоряще, для выхода к стилистам. — Мерзавец, — прошипела Элли своему отражению. Она метнулась к своей сумке, лихорадочно роясь в поисках косметички. Пальцы нащупали заветный тюбик тонального крема и компактную пудру. Присев на пуф перед зеркалом, она принялась за работу. Слой за слоем, втирая, растушевывая, припудривая. Она работала быстро и профессионально, как делала это сотни раз, скрывая следы усталости или несовершенства кожи перед камерой. Но сейчас нужно было скрыть доказательство того, что происходило между ними. Спустя десять минут она выпрямилась, критически оглядывая результат. Шея выглядела чистой, если не присматриваться под определенным углом. Дальше, под платьем, видно не будет. Не должно. Элли глубоко вздохнула и оделась. Когда она вышла из гардеробной и направилась к креслу стилистов, Кайл уже был там. Он стоял у окна, переодетый в черные классические брюки и белую рубашку, расстегнутую на верхние пуговицы, рукава небрежно закатаны, открывая предплечья. Увидев ее, он прислонился плечом к стене и смотрел, с той самой улыбкой, которая всегда действовала ей на нервы. Элли села в кресло перед большим освещенным зеркалом, и визажист, приветливо кивнув, принялась колдовать над ее лицом. В отражении она видела Кайла. Он не отводил взгляда, наблюдая за процессом, и эта его пристальность заставляла ее внутренне сжиматься, хотя внешне она оставалась невозмутимой. Съемка была испытанием на прочность. Фотограф, явно знавшая свое дело, выжимала из них максимум. — Ближе! — командовала она. — Кайл, руку ей на талию. Элизабет, голову чуть назад, смотри на него из-под ресниц. Да, вот так! Теперь почти в поцелуе, но не касайтесь! Замрите! Они замирали в миллиметре друг от друга. Кайл прожигал ее взглядом, от которого у Элли все внутри трепетало, а его рука на голой спине жгла кожу сильнее любого засоса. Она чувствовала его дыхание на своих губах и с ужасом понимала, что краснеет совершенно не по актерскому заданию. — Шикарно! — щелкала затвором фотограф. — Энергия! Искра! Так, теперь вы двое на фоне окна, Элизабет вполоборота, Кайл сзади, руку ей на плечо, голову чуть наклони, будто шепчешь на ухо! Кайл наклонился, и его губы оказались в опасной близости от ее уха. — Знаешь, о чем я думаю? — прошептал он так тихо, что слышала только она. — О том, как буду снимать с тебя это платье, медленно. Элли вздрогнула, и фотограф радостно защелкала камерой. — Идеально! Этот кадр — просто бомба! — закричала она. — Еще парочку, ребята, вы молодцы! К концу съемки Элли чувствовала себя как выжатый лимон. Нервы были на пределе, а тело помнило каждое его прикосновение, каждое якобы рабочее объятие. Когда их отпустили и стилисты засуетились, собирая реквизит, Кайл подошел к ней. — Я подвезу тебя, — сказал он, и это не было вопросом. Элли устало покачала головой: — У меня у дома папарацци. — Высажу чуть дальше, — парировал он. — Не хочу, чтобы ты одна там шарахалась. Элли задумалась на секунду. — Я подумаю, — уклончиво ответила она. — Мне в любом случае надо кое-что забрать из гримерки. Она развернулась и, не оглядываясь, направилась к лифту. На четвертом этаже, в своей личной гримерке, Элли действовала быстро. Она скинула брюки, влезла в удобные джинсы и поверх накинула длинное пальто с огромным капюшоном, которое висело в шкафу еще с прошлой осени. Волосы она заплела в тугую косу и спрятала под капюшон, натянув его так глубоко, что из-под него виднелся только кончик носа. Она посмотрела на себя в зеркало и довольно кивнула: — Так он точно не узнает. Подземный паркинг встретил ее гулкой тишиной, запахом бетона и выхлопных газов. Элли быстро шла к своему скромному седану, припаркованному в дальнем углу. Шаг в кроссовках был практически бесшумным. Она уже почти добралась до машины, как вдруг сильные руки подхватили ее под мышки и рывком приподняли над землей, словно котенка. — Опять сбежать хотела, Рид? — раздался у самого уха насмешливый, низкий голос. Элли взвизгнула от неожиданности, но быстро пришла в себя, беспомощно болтая ногами в воздухе. — С чего ты вообще решил, что это я? — возмущенно выдохнула она, пытаясь вывернуться. Она обернулась в его руках и увидела улыбающееся лицо Кайла, глаза сияли довольством. — Людей такого роста не бывает, — парировал он, без труда удерживая ее на весу. — Либо они все приходят на экскурсию с родителями. А тут — одна, вечером, крадется к машине. Кто ж еще? Элли обреченно повисла в его руках, понимая, что сопротивление бесполезно. Кайл, не церемонясь, перехватил ее поудобнее — одной рукой под спину, другой под колени — и прижал к себе. — Я же сказал, что подвезу, — произнес он, направляясь к своему внедорожнику, припаркованному неподалеку. — Отпусти, — простонала Элли, натягивая капюшон, чтобы он не видел как она покраснела. — Совсем спятил, что ли? — Возможно, — легко согласился Кайл, открывая пассажирскую дверь и аккуратно, но без лишних церемоний, усаживая ее на сиденье. Он захлопнул дверь, обошел машину и сел за руль. Элли смотрела на него с выражением полной капитуляции. — Пристегнись давай, непризнанный гений маскировки, — скомандовал Кайл, заводя двигатель. — Командир нашелся, — буркнула она, но ремень послушно защелкнулся. Внедорожник бесшумно выехал с паркинга в серые сумерки наступающего вечера.