Мое существование в романе для садистов

Они были в ряде последних на поклон — после них прошли только две семьи, какие-то дальние родственники императорской фамилии, которых Делдит даже не запомнила. Наконец, когда вся эта церемониальная тягомотина закончилась, император поднялся с трона и начал свою речь. — Рад здесь приветствовать вас на нашем ежегодном празднике, — начал он, и его старческий, но всё ещё твёрдый голос разнёсся по залу. — Все мы пришли сюда, чтобы повеселиться и отдохнуть душой. Но я хочу кое-кого выделить. В семье Манн произошло пополнение. Делдит внутренне усмехнулась. Прямо как в оригинальном романе. Все взгляды обратились на Тею. Сотни глаз — любопытных, оценивающих, завистливых — уставились на розоволосую девочку в нежно-голубом платье. Но в отличие от романа, Теа совсем не выглядела обеспокоенной. Она не пряталась, не дрожала, не краснела от смущения. Стояла с идеальной осанкой, глядя прямо перед собой, и на её лице не дрогнул ни один мускул. Император продолжил: — Так же в нашей стране произошло много нововведений, о которых я сейчас говорить не буду. — Тогда зачем начал, если не собирался заканчивать? — прошептала Делдит себе под нос. Она не думала, что император окажется таким интриганом. Старый лис специально привлёк внимание, чтобы потом оставить всех в неведении. Классический политический ход — заинтриговать, но не сказать ничего конкретного. — Желаю Лакоте процветания, так же как и моему народу! — провозгласил император. — Предлагаю выпить за эту прекрасную ночь! Он поднял бокал. Все гости потянулись к стоящим рядом официантам с подносами. Делдит, недолго думая, выхватила бокал, который протягивал ей молодой официант. Тот удивлённо моргнул, но промолчал. — Ты чего творишь? — шепнула Клэр. — Тебе рано пить. — А это сок, — беззаботно ответила Делдит, принюхиваясь. — Вино — для взрослых, а это просто виноградный сок. Детский вариант. — Умная, — хмыкнула Клэр. — Я всегда умная, — улыбнулась Делдит и сделала глоток, наблюдая, как Теа берёт такой же бокал и аккуратно пригубливает. — Просто вы этого не замечаете. Делдит была действительно умна. Это был правда виноградный сок, но с добавлением ликёра. Она жестом показала официанту на стоящую рядом бутылку, пока все были заняты речью императора. Дождалась, когда слуга скрылся, и быстро плеснула себе в стакан немного алкоголя. Она не была уверена, как Овина переносит спиртное, но надеялась, что у неё хорошая переносимость. Теа наклонилась поближе, прижимаясь плечом к сестре, и с самым невинным видом попросила: — Сестрёнка, дай мне попить из твоего стакана. Делдит протянула ей бокал без колебаний. Она никогда не была взрослым, читающим мораль. В любом случае Теа рано или поздно попробует алкоголь — пусть её первый раз будет под присмотром старшей сестры, а не в компании подозрительных личностей. Теа сделала глоток, задержала его во рту, словно дегустируя, а потом уверенно заключила: — Это не просто виноградный сок. Там ликёр, верно? Делдит захлопала глазами. Как она точно определила? — Тссс, — Делдит качнула головой в сторону Клэр, которая сидела через несколько кресел и явно не обращала на них внимания. Теа лишь пожала плечами с полным безразличием. — Мне всё равно, — шепнула она, возвращая стакан. — Только не позорь меня и не напивайся как свинья. Тащить на себе я тебя не буду. Делдит сразу же представила эту картину: она, пьяная в стельку, висит на хрупкой сестре, пока та пытается дотащить её до кареты. Картинка вышла настолько комичной, что Делдит едва сдержала смешок. — А если я очень хорошо попрошу? — Делдит постаралась придать своему лицу максимально умоляющий вид, складывая руки в молитвенном жесте. — Ну пожалуйста, Теа? Ты же моя любимая сестра? — ...наслаждайтесь вечером, — наконец император закончил свою речь под вежливые аплодисменты зала. Делдит выдохнула с облегчением — официальная часть закончилась, теперь можно было расслабиться. Она медленно отпила из своего бокала, наблюдая за залом поверх стекла, и вдруг поймала себя на мысли, что вспоминает. Этот вечер в оригинале закончился тем, что Тeю пустили по кругу. Манн уехали без неё, поэтому она дала одному из торговцев, чтобы те подобрали и доставили её домой. А потом... Делдит поморщилась, отгоняя мерзкие картинки. Ну сейчас она будет в оба глаза следить за окружением Теи. Ни один мудак не приблизится. — Ты чего застыла? — Теа ткнула её локтем. — Напряглась вся. — Думаю, — честно ответила Делдит, сканируя взглядом зал. — Прикидываю, кого сегодня придётся убивать. Её взгляд наткнулся на стайку подростков примерно их возраста. Ага, по-моему, эти дети и устроили ту самую оргию. Ну, точнее, часть из них. Не всех же под одну гребёнку. Делдит прищурилась, оценивая компанию. Человек десять, все нарядные, с бокалами в руках, явно наслаждающиеся вечером. Кто-то смеялся, кто-то перешёптывался, кто-то откровенно пялился на девушек из высшего света. Конечно, можно было просидеть в уголке весь вечер, делая вид, что её тут нет. Но зачем, если можно пойти в гущу событий и покарать обидчиков? Или хотя бы присмотреться к потенциальным врагам. — Теа, пошли к тем ребятам. — Чт... — начала было Теа, но Делдит уже тащила её за руку. — А ну не сбегайте! — донеслось вслед от Клэр, но они уже подошли к толпе. Подростки напряглись, завидев грозно выглядевшую Делдит. Репутация Овины делала своё дело — слухи о том, что она может спалить деревню за косой взгляд, ходили даже везде. Один из юношей, самый смелый или, наоборот, самый испуганный, поспешно поклонился. — Приветствую, леди Овина. Делдит небрежно вытянула руку, и он послушно поцеловал тыльную сторону её ладони. Ритуал, ничего личного. — И вам не хворать, — бросила она. Ребята не поразились такой грубости. По их лицам было видно — они выдохнули с облегчением, поняв, что сжигать их прямо здесь никто пока не планирует. — Это моя сестра, — Делдит вытянула руку Теи. Юноша снова поклонился, коснувшись губами тонких пальцев. — Приветствую, леди Теа. Делдит поспешно оттолкнула его. — И что это ты себе позволяешь? — грубо бросила она, сверкая глазами. — Сын барона недостоин целовать эту руку. Парень опешил, его лицо вытянулось от неожиданности. — Мой отец граф... — начал было он, пытаясь сохранить достоинство. — Заткнись, — оборвала Делдит ледяным тоном. — Кем скажу, тем и будешь. Он проглотил обиду — видно было, как желваки заходили на скулах, но спорить с бешеной Овиной никто не рискнул. Под смешки своих друзей парень поспешно ретировался, исчезая в толпе. Делдит проводила его взглядом и перевела внимание на остальных. — Есть какие-нибудь интересные сплетни? — поинтересовалась она как ни в чём не бывало, будто только что не уничтожила чью-то гордость на корню. Подростки переглянулись, явно решая, стоит ли связываться. Но улыбка Делдит была такой открытой и доброжелательной, что отказаться было сложно. — Ну... — одна из девушек шагнула вперёд. — Вы слышали, что леди Маргарет сбежала с конюхом? — Ого, — Делдит приподняла бровь. — А подробности? — Я слышала немного, — осторожно продолжила девушка в зелёном платье, понизив голос до заговорщического шёпота. — Ей всего восемнадцать, а она уже забыла о своём долге перед семьёй и завела любовника. Представляете? — Да, и сбежала с ним! — подхватила её подружка, та, что пониже ростом. — Прямо ночью, через окно, как в тех дурацких романах. — А у Маргарет, между прочим, жених хороший был, — встрял какой-то парень, который явно любил собирать сплетни. — Слышал, что какой-то состоятельный барон. Земли, деньги, связи, а она всё променяла на какого-то простолюдина. Делдит слушала с неподдельным интересом, откусывая маленькое пирожное, которое она стащила со стола, и мысленно делая пометки. Сплетни здесь были что надо — сочные, детальные, с именами и подробностями. Прямо как в её прошлой жизни, когда она зависала в соцсетях и читала грязные подробности из жизни звёзд. Но Теа, судя по всему, это обсуждение не очень нравилось. Её лицо оставалось всё таким же невозмутимым, но Делдит заметила, как чуть заметно сжались её пальцы на бокале с соком. — А вы не считаете это ужасным — обсуждать человека за спиной? — вдруг обронила она, и её голос прозвучал так неожиданно в общем гуле, что все разом замолчали. Девушка в зелёном поперхнулась воздухом. Её подружка открыла рот и закрыла, не найдя что ответить. Парень смущённо уставился в пол. — Мы... ну... это же просто разговоры, — наконец выдавила та, что пониже. — Все так делают. — Все, — спокойно согласилась Теа. — Но это не делает это правильным. Она поставила бокал на стол и отошла на пару шагов, давая понять, что разговор окончен. Компания проводила её взглядами, а потом все глаза устремились на Делдит — что скажет старшая сестра? Делдит пожала плечами и доела пирожное. —Сплетни — это мерзко, но так увлекательно. Я хочу дослушать про Маргарет. Так она что, правда сбежала? — То, что я знала, то сказала, — стушевалась девушка в зелёном, но, поняв, что прозвучало слишком грубо, испуганно сменила тон на более мягкий, почти заискивающий. — Я правда ничего не знаю, леди Овина. Единственное, что я могу вспомнить... Ну, этот конюх, с которым она сбежала, был старым. Совсем старым. Говорят, ему под пятьдесят. — Говоришь, что ничего не помнишь, а потом выкладываешь новую информацию, — усмехнулась Делдит, покачивая головой. — Ты определись уже. Она вздохнула и бросила взгляд в сторону, куда ушла Теа. Сестра уже скрылась за колоннами. Надо догонять, пока она не обиделась окончательно. Делдит развернулась и, не считая нужным прощаться с компанией, направилась прочь. Сзади раздался облегчённый вздох, а потом приглушённый шёпот — они снова начали обсуждать кого-то, на этот раз, кажется, саму Делдит. Но ей было плевать. О Тее, кстати, никто даже не вспомнил. Она нашла сестру у лестницы, ведущей на второй этаж. Теа стояла, вцепившись побелевшими пальцами в резные перила, словно они были единственным, что удерживало её на ногах. Лицо её было белым, как мел — даже розовые волосы на этом фоне казались неестественно яркими, почти кричащими. — Теа! — Делдит подлетела к ней, хватая за руки. — Что с тобой? Ты зелёная вся! Сейчас упадёшь! — Просто... — Теа сглотнула, с трудом подбирая слова. — Просто кое-что вспомнила. — Что? Что ты вспомнила? — Мне не очень хорошо, — Теа отвернулась, пряча глаза. — Так мерзко... Почему они говорят о ком-то, ничего не зная? Перевирают, додумывают, уничтожают репутацию просто ради развлечения. Это же люди. Живые люди. У них есть чувства. Делдит молчала, глядя на сестру. Впервые за долгое время Теа говорила с такой эмоциональностью. Впервые за долгое время она была не ледяной статуей, а живым, чувствующим человеком. — Пойдём отсюда, — тихо сказала Делдит, обнимая её за плечи. — Подышим воздухом. Плевать на этот бал. Теа кивнула и позволила себя увести. Она мягко вывела её на улицу через служебный выход — неприметную дверь в конце коридора, которую Делдит заметила ещё когда они шли в зал. Там не было ни слуг, ни гостей, только узкая лестница, ведущая в маленький внутренний дворик. Они оказались на свежем воздухе, и Теа за то время, пока они спускались, постепенно пришла в себя. Дыхание выровнялось, лицо перестало быть белым, хотя на щеках всё ещё горел лихорадочный румянец. — Почему ты так огорчилась? — осторожно спросила Делдит, усаживая сестру на каменную скамью возле небольшого фонтана. — Из-за Маргарет? Ты же её даже не знаешь. Теа молчала долго, глядя куда-то в темноту сада. Ночной воздух был прохладным и свежим, пахло цветами и сыростью. — Раньше меня тоже часто обсуждали, — наконец тихо сказала она, и в её голосе впервые прозвучало что-то настоящее, не прикрытое вежливой маской. — Я вспоминаю каждый раз взгляды тех людей... Она запнулась, не желая договаривать. Её пальцы сжались в кулаки, и Делдит заметила, как дрогнули её плечи. Делдит задумалась. Вроде бы в «Тее» не было сцен, где главную героиню обсуждали за спиной. Там были другие ужасы — физическое насилие, унижения, пытки. Но сплетни? Пересуды? Она не помнила такого. — Хотя, — подумала она, — может, я просто забыла этот фрагмент. Или в книге это не описывали подробно. Или... Или у Теи были какие-то другие причины ненавидеть сплетни. Причины, о которых Делдит не знала. — Теа, — она осторожно накрыла ладонью её сжатый кулак. — Ты не обязана рассказывать. Но если захочешь — я рядом. Всегда. Теа подняла на неё глаза. В них блестело что-то, чему Делдит не могла подобрать названия. Благодарность? Удивление? Доверие? — Спасибо, — прошептала она едва слышно. — Можешь мне рассказать подробнее о тех людях? — аккуратно спросила Делдит, приподнимая Тею за подбородок, чтобы заглянуть в глаза. — Кто они? Где это было? Теа замялась. Её взгляд ушёл куда-то в сторону, в тёмный сад, словно там, среди ночных теней, прятались ответы. — В детстве... — начала она медленно, подбирая слова. — В детстве меня часто обсуждали. Моё происхождение, моё поведение. Почему я не такая, как все. Почему я молчу. Почему смотрю не так. Почему вообще существую. Она быстро закрыла рот, словно сказала лишнее. Делдит вылупила глаза. В детстве? Но ей сейчас пятнадцать. Разве это не детство? Она хотела спросить, уточнить, но вовремя прикусила язык. Теа и так выглядела напряжённой, почти сломленной. Не стоило давить. — Может, я просто ничего не поняла, — подумала Делдит, переводя дыхание. — Может, она имела в виду обсуждения за её спиной — слуг, соседей, тех, кто видел её в приюте или на улице. Это было бы логично. Но всё равно оставалось странное, липкое чувство, что Теа сказала не то, что хотела. Или сказала, но не всё. — Ладно, — Делдит сжала её руку. — Забудь. Теперь ты Манн. Теперь за спиной будут обсуждать не только тебя, но и меня. А я, между прочим, отличная мишень для сплетен, так что мы квиты. Теа слабо улыбнулась. — Ты невозможна. — Знаю, — самодовольно кивнула Делдит. — И горжусь этим. — Нам стоит вернуться в зал, — предложила Теа, поднимаясь со скамьи и отряхивая голубое платье от несуществующей пыли. Голос её звучал ровно, лицо снова стало непроницаемым — маска вернулась на место. — Я хочу потанцевать с тобой, — вдруг серьёзно сказала Делдит, глядя на сестру снизу вверх. Теа замерла. Медленно повернула голову. — Со мной? — переспросила она с лёгким недоумением. — Разве твой первый танец не должен принадлежать жениху? И вообще, мы обе девушки. Это прилично? — И что? — Делдит пожала плечами. — Совершенно нормально, когда сёстры танцуют вместе. Никто не запрещает, а жених... — она махнула рукой. — Он меня пока неофициально, но считай что бросил. Так что я свободная девушка. Теа задумалась, глядя куда-то в сторону. Потом вдруг сказала: — Он не кажется плохим человеком. Но я не могу понять, что у него в голове. Делдит нахмурилась. Зачем ей вообще понимать, что у этого принца в голове? Кому он сдался? — Забей, Теа, — отмахнулась она. — Я за годы нашей помолвки ничего не поняла, а тебе и пытаться не стоит. Просто странный парень с ледяным взглядом. Теа не возмутилась, не стала спорить. Только кивнула, соглашаясь. — Ты права. Некоторые люди просто странные. Они вернулись обратно через ту же служебную дверь. Музыка в зале стала громче, народу прибавилось — бал набирал обороты. Делдит схватила сестру за руку и потащила в центр, где пары уже кружились в вальсе. — Пошли! — крикнула она. — Наш танец! Теа позволила себя увести. На её лице мелькнуло что-то, отдалённо похожее на улыбку. Все удивлённо охали и оборачивались на них, когда две девушки в розовом и голубом вышли в центр зала. Шёпот прокатился по толпе, как волна — кто-то привстал на цыпочки, чтобы лучше видеть, кто-то замер с бокалом на полпути ко рту. — Я выше, так что буду вести, — уверенно заявила Делдит, сверкнув глазами. Теа лишь кивнула — без тени смущения или протеста. Делдит изящно поклонилась, протянув руку. Теа элегантно приняла её, и они закружились в танце. За эти годы уроков с Клэр Делдит выучила все движения назубок — ноги сами знали, куда ступать, руки — как вести. Всё должно было быть идеально. И было. Они кружились в вальсе — розовое и голубое, золотоволосая и розоволосая, две совершенно разные, но такие гармоничные вместе. Теа двигалась с той особой грацией, которая была ей свойственна, позволяя сестре вести и полностью доверяя её движениям. Шёпот вокруг не стихал, но в этот раз в нём не было осуждения. Только недоумение — почему наследница дома Манн танцует с приёмной сестрой, а не со своим женихом? — и искреннее восхищение тем, насколько красивы были эти две девочки. В углу зала, у колонны, стоял кронпринц Валентайн. Его голубые глаза скользнули по Делдит, но задержались на Тее. Он рассматривал её с ленивым, оценивающим интересом, как дорогую вещь на витрине. — Хороша, — подумал он, облизнув губы. — Ещё не сформировалась, но уже видно, какой расцветёт красавицей. Через годика два можно будет и приударить. Такая мордашка не должна пропадать зря. Если бы Делдит знала, о чём он думает, она бы, не раздумывая, спалила его прямо на месте, к чёрту этикет и последствия. Но сейчас она просто кружила сестру в танце, ловя на себе восхищённые взгляды и чувствуя, как внутри разливается тёплое, счастливое чувство. — Ты молодец, — шепнула она Тее. — Отлично двигаешься. — Ты тоже, — так же тихо ответила та. Наконец музыка закончилась, и они изящно поклонились друг другу — Делдит низко, с театральным размахом, Теа сдержанно, но с той особой грацией, от которой у зрителей перехватывало дыхание. Зал взорвался аплодисментами — кто-то хлопал искренне, кто-то из вежливости, но равнодушных не осталось. Они отошли к стене, тяжело дыша после танца. Делдит чувствовала, как горят щёки, как колотится сердце — не от усталости, а от счастья. Это было потрясающе. Лучший танец в её жизни. Их уже ждала Клэр. Скрестив руки на груди, с таким выражением лица, будто только что съела лимон, она выглядела очень рассерженной. Очень. — Учительница! — Делдит, не обращая внимания на её грозный вид, схватила со стоящего рядом подноса бокал с вином и сделала большой глоток. — Давай потанцуем! — она протянула руку, но тут же спохватилась: — Это виноградный сок! Честно! Я к вину даже не притрагивалась. Клэр прищурилась, выхватила у неё бокал, понюхала и вернула обратно. — Действительно сок, — признала она нехотя. — Но это не отменяет того факта, что вы обе самовольно ушли из зала, потом вернулись и устроили цирк посреди бала! — Цирк? — Делдит прижала руку к сердцу, изображая оскорблённую невинность. — Это был не цирк, это было искусство! Теа, скажи ей! Теа, прислонившаяся к стене и всё ещё пытающаяся отдышаться, подняла на Клэр свои невозмутимые голубые глаза. — Это был вальс, — спокойно сказала она. — Мы хорошо танцевали. Все хлопали. — Все хлопали, потому что вы дочери герцога, а не потому что... — Клэр, — перебила Делдит, подходя ближе и заглядывая в глаза с самой очаровательной улыбкой. — Ты злишься, потому что мы веселимся без тебя? Пойдём, я научу тебя танцевать. Обещаю, не наступлю на ноги. Клэр открыла рот, закрыла, снова открыла. На её щеках проступил лёгкий румянец — то ли от вина, то ли от смущения. — Я умею танцевать, между прочим. — Тогда докажи, — Делдит схватила её за руку и потащила в центр зала, обернувшись к Тее: — Жди нас! Мы скоро! Теа кивнула и осталась у стены, наблюдая, как её неугомонная сестра тащит растерянную женщину в круговерть бала. На её губах играла лёгкая, почти незаметная улыбка. — И куда ты меня ведёшь? — проворчала Клэр, упираясь каблуками в мраморный пол. — Я ненавижу танцы. Ненавижу эту музыку. Ненавижу, когда на меня смотрят. Я вообще сюда пришла только чтобы за вами приглядывать, а не... — А ради своей любимой ученицы сделаешь исключение? — перебила Делдит, жалобно захлопав ресницами и сверкая розовыми глазами самым умильным образом, на который только была способна. — Нет, — решительно отрезала Клэр. Делдит вздохнула так тяжело, будто на её плечи легла вся тяжесть мироздания. Она обвела взглядом зал, ища поддержки, но Теа осталась у стены, а Брианна с Лукасом были далеко. Взгляд упал на небольшой столик у колонны, где кто-то забыл початую бутылку. Делдит, недолго думая, схватила её и сделала большой глоток. Обжигающая жидкость покатилась по горлу, вышибая слезу. — Эй! Ты что творишь?! — Клэр вырвала бутылку у неё из рук. — Я за тебя отвечаю! Если Брианна узнает, что ты пьёшь виски на балу... — Тоже хотите? — перебила Делдит, кивая на бутылку. Клэр замерла. В её глазах мелькнуло сомнение. Долгая внутренняя борьба отразилась на лице — и, кажется, искушение победило. — Да, — сказала она и сделала хороший глоток. — Но тебе нельзя виски. Ты маленькая ещё. Она вернула бутылку на столик, но как только Делдит попыталась до неё дотянуться, её рука наткнулась на невидимую преграду. Сколько бы она ни тянулась, пальцы просто не могли сомкнуться на горлышке. Бутылка словно ускользала, оставаясь на месте. — Клэр! — возмутилась Делдит. — Это нечестно! — Зато эффективно, — довольно улыбнулась та, делая ещё глоток. — Смирись. Танцевать я с тобой не пойду, виски не дам. Но постоять рядом и посмотреть, как ты позоришься, могу. Делдит только вздохнула, признавая поражение. С этой женщиной невозможно было спорить, когда она включала свой дар. Делдит оглянулась по сторонам и вдруг поймала себя на мысли, что пялится на Валентайна. Он стоял в компании каких-то придворных, лениво потягивая вино, и его голубые глаза скользили по залу с хищным интересом. — Нет, — одёрнула она себя. — Только не это. Он, конечно, не педофил — в книге он начал домогаться Теи, когда ей было восемнадцать, так что формально всё по возрасту, но он ублюдок. Если они один раз переспят, это же не отразится на её карьере? Вроде ЗППП у него нет, тогда проблема остаётся в беременности... Делдит мотнула головой так сильно, что причёска едва не рассыпалась. — Ты совсем с ума сошла! — мысленно накричала она на себя. — Лучше потрахаться с дикобразом, чем с этим извращенцем! Забудь! Выкинь из головы! — Ты чего головой мотаешь? — подозрительно спросила Клэр, проследив за её взглядом. — Заметила кого-то? — Да, своего бывшего, — Делдит и правда заметила Йохана. Он стоял неподалёку от Валентайна, с таким же непроницаемым лицом, как всегда, и, кажется, разговаривал с каким-то стариком в мундире. — Пойду, закачу скандал. Скажу, что он испортил лучшие годы моей жизни. Заодно подожгу что-нибудь для настроения. — Не смей, — грозно сказала Клэр, и в её голосе послышались металлические нотки. Она явно не понимала юмора. Делдит изначально не собиралась никуда идти, но сейчас, глядя на серьёзное лицо учительницы, ей вдруг захотелось немного пошалить. Она сделала демонстративный шаг в сторону принца. — Либо я иду к нему, — объявила она, — либо мы танцуем. Выбирай, Клэр. — Ты не посмеешь. — Ещё как посмею. Они смотрели друг на друга — ученица и учительница, и в этом взгляде было всё: вызов, упрямство, и где-то в глубине — искорка веселья. Клэр вздохнула так тяжело, что, казалось, люстра над ними покачнулась. — Один танец, — процедила она сквозь зубы. — Один и если ты наступишь мне на ногу — я тебя прокляну. Делдит расплылась в довольной улыбке и схватила её за руку. Она буквально тащила её к центру зала, лавируя между парами и ловя на себе удивлённые взгляды. Клэр упиралась, но не сильно — скорее для виду, чтобы сохранить остатки достоинства. — Только с краю! — сурово сказала Клэр, когда они почти дошли. — Чтобы поменьше народу видело этот позор. — Так вот насколько вы меня любите, — Делдит приложила свободную руку к сердцу, изображая глубокую обиду. — Только с краю, в тени, чтобы никто не увидел, как вы танцуете со своей любимой ученицей. — Любовь вообще не этим измеряется, — фыркнула Клэр, но щёки у неё предательски порозовели. — И перестань паясничать. — А с Теей вы бы в центре потанцевали, я уверена, — продолжила Делдит, заходя с другой стороны. — Она же тихая, послушная, на ноги не наступает. Её бы вы не прятали с краю. Клэр закатила глаза так выразительно, что это движение могло бы стать отдельным видом искусства. — Во-первых, Теа вообще не просится танцевать. Во-вторых, она хотя бы не несёт чушь каждую секунду. А в-третьих... — Что в-третьих? — В-третьих, заткнись и давай уже танцевать, раз притащила. Делдит довольно улыбнулась и, не дожидаясь дальнейших возражений, положила руку на талию гувернантки. Клэр напряглась, но руку на плечо ученицы положила. — Только не наступи, — предупредила она. — Не обещаю, — честно ответила Делдит, и они закружились в вальсе — с краю, под любопытными взглядами гостей. — Хорошо, что вы низкая, — сказала Делдит, кружа Клэр в вальсе. — Иначе это выглядело бы очень нелепо. Я как маленькая девочка, которая пытается вести взрослую тётю. — Это обидно слышать, — фыркнула Клэр, но в её голосе не было настоящей обиды. — Во-первых, я не тётя. Во-вторых, мой рост — 165 сантиметров. Это нормальный рост для женщины. — Ну да, нормальный, — согласилась Делдит. — Но я ещё вымахаю, а вы — нет. — Вы думаете, что проживёте ещё сотню лет и совсем не вырастете? — усмехнулась Делдит, ловко уворачиваясь от соседней пары. — Жаль, что во дворце нельзя танцевать сальсу. Вот где настоящий драйв! — О, нет, — Клэр даже поперхнулась от одной только мысли. — Я бы на такое точно не пошла. Даже не уговаривай. — Я умею уговаривать, — загадочно улыбнулась Делдит. — Так что пошли. Вот Теа — молодец, совсем не ломается. Делает, что скажу. Она посмотрела в сторону, где у стены стояла сестра, и вдруг поймала себя на мысли, что видит свою учительницу в новом свете. Когда Клэр не отчитывала её, не читала морали, не смотрела своим фирменным испепеляющим взглядом — она была довольно милой женщиной. — В прошлой жизни я бы обязательно предложила бы ей встречаться, — мелькнула мысль. — Интересно, как бы она отреагировала на мое признание? Наверное, приказала бы мне забыть этот бред. — О чём задумалась? — подозрительно спросила Клэр, заметив её отсутствующий взгляд. — О том, что вы красивая, когда не злитесь, — ляпнула Делдит и тут же прикусила язык. Клэр моргнула. На её щеках снова проступил тот самый румянец. — Танцуй давай, — буркнула она, отводя глаза. — И не болтай ерунды. Они довольно неплохо станцевали — насколько это вообще было возможно, учитывая, что Делдит то и дело норовила крутануть Клэр сильнее, чем позволял этикет, а Клэр шипела сквозь зубы, чтобы та не выпендривалась. Несмотря на это, движения были слаженными, повороты — чёткими, и со стороны могло показаться, что они репетировали этот танец годами. Когда музыка стихла, Делдит изящно поклонилась, Клэр сделала сдержанный книксен, и они замерли в ожидании реакции. Аплодисментов не было. Вместо этого по залу прокатилась волна бурного обсуждения. Гости перешёптывались, бросали любопытные взгляды, кто-то даже показывал пальцем, забыв о приличиях. Делдит ловила обрывки фраз: — ...это же та самая?.. — ...героиня войны танцует с воспитанницей?.. — ...а платье-то какое на ней, вы видели?.. — ...неужели у Маннов такие тёплые отношения с прислугой?.. — ...какой скандал!.. — Слышишь? — прошептала Делдит, наклоняясь к уху Клэр. — Ты теперь звезда бала. Все обсуждают твоё платье и твои манеры. — Это тебя обсуждают, — огрызнулась Клэр, но в голосе её не было злости. — Я тут вообще случайно. — Ага, конечно, — усмехнулась Делдит. — Случайно станцевала вальс в центре зала с ученицей. Очень случайно. Клэр закатила глаза, но уголки её губ предательски дрогнули. Кажется, ей начинало это нравиться. Совсем чуть-чуть. Делдит взяла бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта и залпом выпила. Пузырьки ударили в нос, защипало в горле, но она даже не поморщилась. — Эй! — Клэр дёрнула её за руку. — Я говорила тебе не пить! — Не пить только виски, — напомнила Делдит, возвращая пустой бокал обратно на поднос. — Вы сами так сказали, а это шампанское. Детское. Ну, почти. Клэр открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что попала в собственную ловушку. Делдит довольно усмехнулась — как легко было дурить эту учительницу, когда та не включала свой дар. Хорошо, что Клэр расслабилась и не контролировала каждое её движение. — Вот бы в моей школе были такие учителя, — подумала Делдит. — С ними хотя бы весело. Она обвела взглядом зал, выискивая сестру, и вдруг замерла. Теа стояла у той же колонны, где они оставили её после танца. Но перед ней уже собралась группа подростков — те самые, с которыми они сплетничали. Похоже, начался тот самый сюжет. Один из юношей — высокий, самодовольный, с масляным взглядом — стоял к Тее очень близко. Слишком близко для приличий. Она отступала, но он наступал. — Ну чего ты ломаешься? — услышала Делдит его голос, когда подошла ближе. — Можем поехать ко мне в гости, я покажу тебе свою коллекцию. У меня там такие интересные вещи... Теа молчала. Её лицо было белым, руки сжаты в кулаки, но она не двигалась. Не убегала. Не звала на помощь. Просто стояла и смотрела на него своими ледяными голубыми глазами. Делдит почувствовала, как внутри закипает ярость. Медленно, но верно. — Чего тут столпились? — бросила Делдит, подходя к компании с самым угрожающим видом, на который была способна. В её ладони заплясало маленькое, но очень злое пламя — чисто для украшения, хотя будь они не во дворце, она бы точно подожгла пару этих наглых морд. Увидев её, дети испуганно отшатнулись от Теи, как тараканы от света. Кто-то попятился, кто-то побледнел, тот самый наглый юноша даже заикаться начал. Теа же, напротив, выглядела совершенно спокойной — не испуганной, не раненой, просто стояла и смотрела на происходящее с лёгким недоумением, будто не понимала, из-за чего весь сыр-бор. — Леди О-овина... — начал было один из них. — Шавкам слова не давали, — оборвала его Делдит, даже не глядя в его сторону. — Если ещё кто-то откроет рот, готовьтесь сгореть. Я шутить не люблю. Все вздрогнули. Они знали, что это не блеф. Слухи о характере старшей дочери Манн разошлись далеко. — Как потанцевали с Клэр? — спокойно спросила Теа, подходя к сестре, будто ничего не случилось. Делдит перевела взгляд на Клэр, которая оглядывалась по сторонам с явным недоумением — учительница явно потеряла её из виду и теперь пыталась понять, куда она могла деться. — Ну мы п-пойдем... — проблеял кто-то из компании, и они начали быстро ретироваться. Делдит не стала их останавливать. Только в самый последний момент, когда крайний мальчишка уже почти скрылся в толпе, она ленивым движением послала маленькую искру ему на штанину. Раздался испуганный вопль, и компания скрылась за колоннами, поднимая панику. — А если на тебя пожалуются? — спросила Теа, глядя, как Делдит хватает её за руку и тащит в сторону. — Ну и плевать, — отмахнулась та. — Я дочь герцога, а он — нищий аристократ, у которого земли — один захудалый посёлок. Кого император будет слушать? Теа хотела что-то сказать, но Делдит вдруг остановилась, развернулась и крепко обняла её. Сильно, почти больно. — Тебе сейчас не нужно обо мне переживать, — сказала она тихо, уткнувшись в розовые волосы сестры. — Эта ночь для тебя была тяжёлой. Очень тяжёлой и я не хочу, чтобы ты думала, что ты одна. Поняла? Теа замерла. Её руки повисли вдоль тела, но потом, через секунду, она всё же обняла сестру в ответ. Она пропустила мимо ушей все шушуканья, что доносились со стороны — там, где компания подростков всё ещё пыталась потушить штаны и обсуждала, как им теперь смотреть в глаза страшной Овине Манн. Делдит было плевать. Теа была в её руках, тёплая, живая, и это было главным. — Я ищу их, а они тут стоят, обнимаются, — раздался знакомый голос, и Клэр возникла перед ними, как грозовая туча на горизонте. Её лицо выражало смесь облегчения и возмущения. — Овина, ты уже наклюкалась? — Кто вообще опьянеет от одного бокала? — возмутилась Делдит, отпуская Тею. — Он был точно не один, — прищурилась Клэр, сверля её подозрительным взглядом. — Просто я не видела, когда ты выжрала бутылку целиком. Делдит с таким возмущением уставилась на неё, что даже Теа едва заметно улыбнулась. — Я практически не пила! — выпалила Делдит. — Один бокал шампанского! Один! Невинный, как я сама! — Знала бы Клэр, как она отжигала на выпускном, — подумала Делдит, вспоминая студенческие годы, где шампанское лилось рекой, а за ним следовали коктейли покрепче. — Вот тогда было настоящее «выжрала бутылку». А это так, детский сад. — И вообще, — добавила она, — я совершенно трезвая. Вот Теа спроси! Теа, я пьяная? Теа посмотрела на сестру долгим, изучающим взглядом, словно проводила тест на состояние опьянения. — Нет, — сказала она наконец. — Просто глупая. — Видишь? — Делдит повернулась к Клэр с победоносным видом. — Я глупая, но трезвая. Это моё естественное состояние. Клэр вздохнула и покачала головой. — Пойдёмте уже отсюда, пока вы не устроили пожар или что похуже. И, Овина, если увижу тебя с ещё одним бокалом — отправлю спать. — А если Тею? — Теа вообще не пьёт. Бери с неё пример. — Скукотища, — проворчала Делдит, но спорить не стала. — Все вечера довольно скучные, если ты не заметила, — проворчала Теа, и в её голосе впервые за вечер прозвучало что-то, отдалённо похожее на раздражение. — Единственное развлечение — это ты, которая чуть не подожгла людей. А ведь я сама хотела справиться с ними. Делдит поперхнулась воздухом. Клэр, которая уже разворачивалась, чтобы вести их прочь, замерла на месте и медленно, очень медленно повернулась обратно. Её лицо стало таким же холодным, как у Теи в лучшие дни. — Вы о чём это? — подозрительно спросила она, переводя взгляд с одной сестры на другую. — Только не говорите, что вы кого-то пытались убить? — Она уставилась на Тею с выражением, в котором смешались разочарование и испуг. — Теа, а у меня было столько надежд на тебя. Я думала, ты — единственная адекватная в этой семье. Делдит тоже смотрела на сестру в лёгком шоке. Теа хотела убить тех ребят? Эта тихая, молчаливая, вечно погружённая в свои книги девочка собиралась кого-то прикончить? Это было совершенно не в её характере. Ну, по крайней мере, в том характере, который Делдит знала. — Ладно-ладно, — вмешалась она, пытаясь разрядить обстановку и спасти сестру от гнева Клэр. — Разрешаю вам запить горе. Обоим. — Это было невежливо, — холодно сказала Теа, глядя на Клэр, но обращаясь, кажется, к Делдит. — А вы даже не спросили, что они мне сказали. Клэр открыла рот, чтобы что-то ответить, но Делдит её опередила, встав между ними. — А что они тебе сказали? — спросила она, глядя Тее прямо в глаза. Теа молчала долго. Потом медленно, очень медленно перевела взгляд на Клэр. — Ничего такого, с чем я не могла бы справиться сама, — сказала она наконец. — Но вы не дали. — Я защищала тебя, — тихо сказала Делдит. — Знаю, — Теа отвела глаза.