Союз сошедшей под лунным светом

Нашгород горел. Небеса над городом были разорваны трещинами, из которых лился ядовитый лунный свет - четвёртая Луна висела низко, как раненое сердце, пульсируя энергией, которую Дотторе когда-то выпустил на волю. Внизу кипела битва: вишапы ревели, твари Абисса рвались сквозь барьеры, а союзники Люмин сражались отчаянно - Нефер разила дендро стихией, Лаума лечила раненых, Флинс защищал всех молниями, Паймон кричала указания, а Арлекино двигалась как тень, уничтожая всё, что приближалось слишком близко. Люмин стояла в центре хаоса - не в центре битвы, а в секретном отсеке, где формула четвёртой Луны пульсировала синим светом. Рядом с ней был Дотторе - маска на лице, плащ развевается, как крылья ворона. Он не сражался открыто - наблюдал, рассчитывал, ждал. Кровь из её вены уже была в формуле: золотые искры танцевали внутри уравнения, заменяя то, что Сандроне собиралась отдать. Сандроне ворвалась внезапно - её марионетки разметали охрану, Плутоний нёс фальшивую версию уравнения. Она выглядела как всегда: кукольная, холодная, но в глазах горело отчаяние. - Дотторе! - закричала она, активируя механизм. - Верни Люмин или я воспользуюсь этим! Это завершит... Она увидела Люмин - не пленницу, не врага, а стоящую плечом к плечу с Дотторе. Глаза Сандроне расширились, кукольное лицо исказилось болью и яростью, голос сорвался в истерический визг. - Ты... с ним?! - закричала она, голос дрожал от неверия и гнева. - Ты предала нас?! Ты, которая спасала всех, которая была светом для Тейвата... теперь стоишь рядом с этим монстром?! Как ты могла?! Ты... ты разрушила всё, во что мы верили! Ты - предательница! Она бросилась вперёд - чтобы ударить Дотторе. Но удара не было она упала сжимаясь от внутренней боли. Дотторе даже не поднял руку. Он просто шагнул вперёд, его голос прозвучал холодно, надменно, как приговор, полный презрения и торжества: - Не думай, что я делаю это ради тебя, Марионетка. Моя партнёрша уж слишком любит своих друзей - как ей отказать? Ты - всего лишь побочный расчёт, жалкая кукла в большом механизме. А она... она - единственная переменная, которая заставила меня переписать уравнение. Так что не льсти себе. Сандроне замерла. Преобразователь всё ещё гудел, готовый к самоуничтожению. Она уставилась на него, потом на Люмин - слёзы блеснули в кукольных глазах, голос сорвался на крик. - Ты... что?! Ты никогда не спасал никого! Ты уничтожаешь лишних! Ты... ты изменился?! Из-за неё?! Из-за этой... героини, которая теперь стоит на твоей стороне?! Ты предал нас всех! Ты - тварь! Дотторе усмехнулся под маской - медленно, почти театрально. - Изменился? Нет. Я просто... нашёл причину не уничтожать. Пока. Он щёлкнул пальцами. Резонанс крови Люмин - тот самый золотой свет - влился в формулу. Уравнение задрожало, перестраиваясь на лету: жертва Сандроне больше не требовался. Ложная Луна начала рушиться - не от жертвы, а от новой стабильности. В этот момент небо раскололось окончательно. Лунный свет вспыхнул ослепительно - и Коломбина начала спускаться. Медленно, как богиня из древних легенд, её фигура материализовалась из света: крылья из лунных лучей, глаза, полные звёздной грусти. Она возродилась - свободная от Нибелунга, но с тенью боли в взгляде. Коломбина огляделась - увидела хаос, друзей Люмин, Сандроне, Дотторе... и Люмин рядом с ним. - Ты... - её голос был как эхо ветра, полный надрыва. - Ты выбрала его? Тьму вместо света? О, моя дорогая... это твоя судьба? Или твоя ошибка? Ты - сошедшая звезда, а он... он - бездна. Как ты могла связать себя с ним?! Люмин вздрогнула, слёзы потекли по щекам. - Коломбина... это мой выбор! Клянусь я вас не предавала! Но Коломбина не ответила - она просто подняла руку, и лунный луч ударил в остатки ложной Луны, завершая разрушение. Хаос Абисса начал отступать, но цена была заплачена - не кровью, а доверием. Друзья ворвались в отсек - Паймон впереди, за ней Арлекино, Нефер, Лаума. Они увидели: Люмин стоит рядом с Дотторе. Добровольно. Как равная. Паймон замерла в воздухе. Её глаза расширились, полные слёз, голос сорвался на истерический крик. - Люмин... ты... с ним?! - завопила она, слёзы брызнули из глаз. - Ты выбрала его вместо нас?! Вместо меня?! Я... я всегда была с тобой! Я думала... думала, мы вместе навсегда! Ты бросила меня ради него?! Ради этого... монстра?! Как ты могла?! Я... я люблю тебя как сестру, как больше, чем сестру! А ты... ты меня предала! Она заплакала - громко, надрывно, опускаясь на пол, как будто мир рухнул, тело сотрясалось от рыданий. Арлекино шагнула вперёд - её глаза горели холодным огнём, но голос дрогнул, полный боли и ярости. - Я думала, мы... союзники. Может, даже больше. - она почти кричала, слёзы блестели в углах глаз. - Я видела в тебе равную! Я доверяла тебе! А ты... предпочла его?! Ты выбрала тьму вместо света?! Вместо нас?! Как ты могла?! Я... я думала, мы могли быть... вместе! А ты предала всё! Люмин вздрогнула. Слёзы потекли по щекам, голос сорвался на крик. - Я... я не хотела вас ранить! - завопила она, голос ломался. - Но я устала притворяться! Я не могу больше быть спасительницей для всех! Я хочу... быть собой! С ним! Пожалуйста... простите меня! Я люблю вас, но я... я не могу иначе! Не могу! Паймон всхлипнула, поднимаясь, её голос дрожал от ярости и боли. Она хотела одновременно обнять путешественницу, но также ударить чтоб она пришла в себя. Она плакала каждую ночь думая, что ей грозит опасность, а та даже не спешила вернуться и сказать, что всё в порядке. - Любишь?! Ты... ты даже не посмотрела на меня! Ты выбрала его вместо меня! Я.… я думала, я твоя семья! Ты разрушила всё! Как ты могла его полюбить за пару дней! Арлекино молчала секунду, потом прошептала, голос надломленный: - Знай: если он тебя сломает... мы придём за тобой. И не для того, чтобы спасти. Для того, чтобы забрать назад то, что он украл. Ты... ты разбила мне сердце. Люмин кивнула, рыдая. - Это не было пару дней… перед тем как я согласилась мы общались несколько месяцев, там где время текло иначе. Я знаю... Простите... Пожалуйста, простите... я вас не бросаю! Дотторе положил руку ей на плечо - жест собственнический, но в этот раз в нём было что-то защитное. - Формула завершена, - сказал он. - Коломбина возвращается. А мы... уходим. Пространство дрогнуло. Они исчезли - оставив друзей в шоке, среди руин Нашгорода, где эхо рыданий смешивалось с грохотом рушащейся Луны.