Союз сошедшей под лунным светом

Они появились в заброшенном храме на окраине Нашгорода -месте, где лунный свет едва пробивался сквозь трещины в куполе. Вокруг всё ещё гудело эхо битвы: далёкие крики, грохот падающих обломков, рёв вишапов, которые отступали под натиском союзников. Ложная Луна висела над городом, как умирающая звезда, её свет уже не был ядовитым -он тускнел, растворяясь в ночи. Формула сработала. Коломбина была свободна. Но цена... цена только начинала проявляться. Люмин стояла у алтаря, обхватив себя руками. Плащ Дотторе, который он накинул ей на плечи, пах металлом и его кожей - знакомо, успокаивающе и пугающе одновременно. Она смотрела в пустоту, где раньше была Луна, и чувствовала, как внутри всё сжимается. Дотторе подошёл сзади -не касаясь, но близко. Его присутствие ощущалось как тень, которая всегда рядом. -Ты молчишь, -сказал он тихо. -С тех пор, как мы ушли. Люмин не повернулась. -Я слышу их голоса, -прошептала она. -Паймон... её крик. Арлекино... её слёзы. Я вижу их лица. Они смотрели на меня так, будто я умерла для них. Будто я... предала. Она наконец повернулась. Глаза были красными от слёз, которые она сдерживала всю дорогу. -Я теряю себя, Дотторе. Я всегда была той, кто спасает. Кто стоит впереди. От меня ждут мягкости, жертвы, решение проблем. А я... я выбрала грубость. Тебя. Простат ли они меня? Потеряю ли я себя как женщину в этой тьме? Или... я уже потеряла? Дотторе смотрел на неё долго. Потом медленно поднял руку -коснулся её щеки, стёр слезинку большим пальцем. -Ты не теряешь, -сказал он. -Ты выбираешь. И это... пугает тебя больше, чем меня. Ты боишься зависимости. Ты всегда была независимой. Странницей. Героиней. А теперь ты здесь. Со мной. И это пугает тебя. Ты сделала свой выбор, и не можешь повлиять на чужой. Люмин кивнула, голос дрожал. -Да. Пугает. Потому что я стала... зависимой. Я всегда была той, кто идёт вперёд. А теперь... я иду за тобой. Я боюсь, что стану твоим инструментом. Что потеряю себя. Он шагнул ближе, прижал её к себе -не грубо, а крепко, как будто хотел впитать её страх. -Ты не инструмент, -прошептал он в её волосы. -Ты -моя причина. Моя слабость. Моя одержимость. И если общество осудит тебя как предательницу... пусть. Они не знают, что такое выбирать тьму, чтобы наконец почувствовать свет. Люмин уткнулась лицом в его грудь. Её тело дрожало. -Но они правы. Я выбрала тебя и теперь…. Общество отвергнет меня. Меня будут называть падшей. Предательницей. Как я смогу жить с этим? Дотторе приподнял её лицо, заставив посмотреть в глаза. -Ты будешь жить со мной, -сказал он. -И этого достаточно. Дотторе поцеловал её -медленно, глубоко, как будто хотел забрать всю её боль в себя. Он прижал её к себе - крепко, но не грубо, как будто хотел впитать всю её боль, всю её дрожь. Люмин уткнулась лицом в его грудь, вдохнула запах металла, озона и чего-то неуловимо его - запаха человека, который давно забыл, что такое тепло. Её руки обвили его шею, пальцы запутались в голубых прядях, тянули ближе, словно боялись, что он растворится в лунном свете. Дотторе не говорил ничего. Только наклонился и коснулся губами её виска - медленно, почти благоговейно. Поцелуй скользнул ниже - к скуле, к уголку губ. Люмин повернула голову, поймала его рот своим. Поцелуй был глубоким, отчаянным - языки сплелись, дыхание смешалось, как будто они пытались забрать друг у друга воздух, чтобы не задохнуться от одиночества. Он подхватил её на руки - легко, как будто она весила меньше пера. Шагнул к алтарю, опустил её на холодный камень - но не отпустил, сразу накрыл своим телом, согревая. Плащ соскользнул с её плеч, обнажив кожу - синяки от его пальцев, следы зубов на шее, золотистый отблеск в лунном свете. Дотторе замер на миг, глядя на неё сверху вниз. Его глаза горели красным - одержимостью, безумием, но в этот раз в них было и что-то новое: почти благоговение. -Ты... - прошептал он, голос дрогнул. - Ты не убегаешь. Люмин подняла руку, коснулась его щеки - пальцы дрожали. -Куда мне бежать? - ответила она тихо. - Я уже здесь. С тобой. Он наклонился, поцеловал её снова - медленно, мучительно, как будто хотел запомнить вкус её губ навсегда. Его руки скользнули по её телу - не торопясь, словно он заново открывал её. Пальцы прошлись по ключице, по груди - обвели соски кругами, заставив её выгнуться и тихо застонать. Губы следовали за руками - поцелуи на шее, на плече, на груди. Он задержался там, язык обвёл один сосок, прикусил нежно - не до боли, а до дрожи. Люмин запрокинула голову, пальцы в его волосах - не рвали, а гладили, прижимая ближе. Дотторе... - имя слетело с её губ как вздох. Она не кричала, не просила - просто звала, позволяя голосу дрожать, позволяя себе быть уязвимой. Он поднял голову, посмотрел на неё снизу вверх - красные глаза блестели, как будто в них отражалась вся его боль, вся его одержимость. -Ты... прекрасна, - прошептал он. - Когда не прячешься. Когда позволяешь мне видеть. Его губы спустились ниже - по животу, к внутренней стороне бёдер. Люмин задрожала, ноги раздвинулись сами собой - не от стыда, а от желания отдаться полностью. Он коснулся её языком - медленно, нежно, обводя круги, заставляя её стонать тихо, надломленно. Пальцы вошли внутрь - не резко, а осторожно, растягивая, готовя. Она выгнулась, руки сжали край алтаря, тело дрожало от переполняющего чувства - не только удовольствия, но и облегчения, что наконец-то она может не притворяться. Дотторе поднялся, навис над ней - его тело было тёплым, несмотря на холодный воздух. Он вошёл медленно, растягивая мгновение, глаза не отрывались от её лица. Люмин задохнулась, обхватила его ногами, прижимая глубже. Движения были ритмичными, глубокими - каждый толчок отзывался волной тепла, которая разливалась от низа живота к кончикам пальцев. Его руки гладили её бока, спину, запутывались в волосах, прижимая её голову к подушке, чтобы целовать шею, ухо, шептать что-то неразборчивое - может, её имя, может, признание. -Ты моя... - шептал он между поцелуями. - Моя звезда... моя слабость... моя... Люмин стонала - тихо, надломлено, позволяя голосу дрожать, позволяя слезам скатываться по щекам. Она прижималась к нему, шептала его имя, как молитву. Её пальцы гладили его спину - по шрамам, по следам, которые оставляла раньше. Она чувствовала, как он дрожит - не от усталости, а от чего-то глубже, как будто она была первым человеком, кто не бежал от него, а тянулся ближе. Дотторе ускорил ритм - не грубо, а отчаянно, как будто боялся, что она исчезнет. Его губы нашли её - поцелуй был мокрым от слёз, от пота, от желания. Люмин выгнулась, тело содрогнулось - оргазм накрыл её мягкой, долгой волной. Она закричала его имя - не громко, а протяжно, надрывно, сжимаясь вокруг него, слёзы текли по вискам. Дотторе последовал - застонал в её губы, тело напряглось, он прижался к ней всем телом, дрожа в унисон. Он не отстранился сразу - остался внутри, тяжело дыша, уткнувшись лицом в её шею. Они лежали так долго - переплетённые, потные, дыхание смешалось. Его голова на её груди, её пальцы в его волосах - гладили медленно, успокаивая. -Я боюсь... - прошептала она наконец. - Боюсь, что завтра ты проснёшься и поймёшь, что я... слабая. Дотторе поднял голову, посмотрел на неё - глаза блестели. -Я уже знаю, что ты слабая, - ответил он тихо. - И я... люблю эту слабость. Потому что она делает тебя моей. Люмин улыбнулась сквозь слёзы - грустно, но искренне. -Тогда... держи меня. Пока можешь. Он поцеловал её - последний, долгий поцелуй. -Пока могу... и после. Пространство дрогнуло. Они поднялись - оделись, взялись за руки. Мы не закончили, - сказал он. - Бездна не отступит. Люмин кивнула, прижимаясь лбом к его лбу. -Тогда... пойдём. Вместе. Дотторе поцеловал её -последний, долгий поцелуй. - Вместе. Пространство дрогнуло. Но вместо того чтобы сразу шагнуть в портал, он задержался, помогая Люмин встать. Её ноги всё ещё дрожали от недавнего, тело было слабым, но сердце билось ровно - как будто этот момент дал ей силы. Она поправила платье, накинула его плащ на плечи, и они вышли из храма - рука в руке, шаг в шаг. Лунный свет пробивался через трещины, освещая путь, как будто сама Луна провожала их. Вокруг был хаос - далёкие крики, грохот, но здесь, на окраине, царила странная тишина. Люмин вдохнула холодный воздух, чувствуя, как реальность возвращается. "Что дальше? - подумала она. - Мы только что были одним целым, а теперь... снова война". Дотторе сжал её руку - молча, но это было как обещание: "Я здесь". Они не успели уйти далеко. Земля задрожала - воронка Безднаа открылась прямо перед ними, как пасть голодного зверя. Твари вырвались - чёрные, бесформенные, с горящими глазами, как осколки ночи. Они бросились на них, ревя, царапая камень когтями. Люмин инстинктивно вскинула меч - золотой свет вспыхнул, отбрасывая ближайшую тварь назад. Дотторе поднял руку - синяя энергия ударила, разрывая другую в клочья. Они стояли спина к спине, двигаясь в унисон - как будто их тела помнили ритм недавнего. Люмин ударила снова - волна света разнесла троих, но одна прорвалась, царапнув её по плечу. Кровь брызнула, боль обожгла. - Держись! - крикнул Дотторе, его голос был полон ярости. Он повернулся, схватил тварь за горло - не рукой, а энергией, которая сдавила её, как тиски. Тварь взорвалась, осыпаясь пеплом. Люмин кивнула, дыша тяжело. "Я не одна, - подумала она. - Но... это зависимость? Я полагаюсь на него, как на щит". Ещё одна волна - они отбивались вдвоём: её свет дополнял его тьму, его барьеры защищали её атаки. Тварь прыгнула на Дотторе - он отразил, но коготь задел его плащ, разорвав ткань. Люмин ударила - свет разнёс её в ничто. - Ты ранен? - крикнула она, не отрываясь от боя. - Нет, - ответил он, но голос был напряжённым. - А ты? - Жива. - Она улыбнулась сквозь боль - странная, почти счастливая улыбка. "Вместе. Мы сражаемся вместе. Это... правильно?" Но волны не кончались. Бездна ревел louder, воронка расширялась. Люмин почувствовала усталость - резонанс брал силы. "Я теряю себя? - мелькнула мысль. - Становлюсь зависимой от его силы? Или... это просто любовь?" В этот момент раздались крики - знакомые. Друзья приближались: Паймон летела впереди, её крошечное тело дрожало от усталости и эмоций, за ней Арлекино, Нефер, Лаума, Флинс. Они прорвались через тварей, увидели воронку - и Люмин с Дотторе в центре. - Люмин! - завопила Паймон, голос сорвался на писк. Она замерла в воздухе, глаза расширились. - Ты... ты всё ещё с ним?! После всего?! Люмин повернулась - сердце сжалось. "Они здесь. Они увидели нас вместе... снова". Арлекино шагнула вперёд, её глаза горели. - Мы пришли за тобой. - Голос был холодным, но в нём сквозила боль. Сандроне стояла позади, её кукольное лицо искажено - она не приближалась, но смотрела. Твари не ждали - новая волна бросилась. Люмин ударила - свет отразил, но одна прорвалась к Паймон. Паймон завизжала, пытаясь отлететь. - Нет! - крикнула Люмин, бросаясь вперёд. Но Дотторе был быстрее - синяя энергия ударила, разорвав тварь. Паймон упала на землю, дрожа. Люмин подбежала, опустилась на колени. - Паймон... ты в порядке? Паймон подняла голову - слёзы текли по щекам. - Ты... ты спасла меня. Но... почему ты с ним?! Я... я так боялась за тебя! Я думала, он тебя держит в плену! А ты... ты была с ним! Люмин замерла. Слёзы навернулись на глаза. - Паймон... я... Паймон не выдержала - она рванулась вперёд, обхватила Люмин за шею, уткнулась в плечо, рыдая громко, надрывно. - Я... я ненавижу тебя за это! - кричала она сквозь слёзы. - Ты бросила меня! Ты выбрала его вместо меня! Я... я всегда была с тобой! Я люблю тебя как сестру! Как больше, чем сестру! А ты... ты меня предала! Но... но я не могу без тебя! Не могу! Люмин обняла её - крепко, слёзы потекли по щекам. Они обе рыдали - громко, надрывно, прижимаясь друг к другу. - Прости меня, Паймон, - всхлипывала Люмин. - Я не хотела тебя бросить. Я... я просто устала быть одной. Он... он дал мне то, чего не было ни у кого. Но ты... ты моя семья. Я ценю тебя больше всего на свете. Ты всегда была со мной, когда все уходили. Ты... ты часть меня. Прости, что не сказала раньше. Прости, что заставила тебя плакать. Паймон отстранилась чуть, слёзы текли ручьём. - Я... я тоже прости! - кричала она. - Я не сразу приняла! Я была зла! Я думала, ты сошла с ума! Но... но ты моя Люмин! Я ценю тебя! Ты всегда спасала меня, всегда была доброй! Я... я не хочу терять тебя! Даже если ты с ним! Только... только не бросай меня совсем! Они обнялись снова - рыдая, шепча слова любви и прощения. Люмин гладила спинку Паймон, Паймон цеплялась за её платье. Дотторе стоял в стороне - смотрел. Не с ревностью, а с трепетом, нежностью в глазах. "Она... плачет. Но это не слабость. Это... её сила". Он не вмешивался - только отражал тварей, которые пытались подойти. Арлекино стояла рядом с Сандроне. Её глаза были красными от слёз, но она не подходила. - Она... выбрала его, - прошептала Арлекино, голос дрогнул. - Я думала, мы... могли быть больше. Но... она счастлива? С ним? - В мыслях: "Это болит. Я не могу принять, что она с монстром. Но... ради неё я стерплю. Пока". Сандроне кивнула - кукольное лицо исказилось болью. - Счастлива. - Её голос был тихим, полным неприятия. - Но это... неправильно. Он - монстр. А она... свет. Я принимаю её выбор. Но не одобряю. Никогда не одобрю. Она предала нас. Но... она спасла меня. Как я могу отвернуться? - В мыслях: "Это разрушает меня. Я не прощу ему. Но ей... ей я дам шанс. Пока". Арлекино сжала кулаки. - Я тоже... принимаю. - Слёза скатилась по щеке. - Но это болит. Я видела в ней... равную. Может, любовь. А теперь... она с ним. Я не прощу ему. Но ей... я прощаю. Потому что люблю. - В мыслях: "Это не конец. Если он причинит ей боль - я убью его. Но сейчас... сейчас я стою с ней". Твари Безднаа не отступали - воронка расширилась, из неё вырвалась новая волна, больше предыдущей. Люмин поднялась, всё ещё держа Паймон за руку. - Они идут! - крикнула она. - Вместе! Мы должны держаться вместе! Паймон кивнула, вытирая слёзы. - Да! Ради тебя... я даже с ним встану! Арлекино шагнула вперёд, её оружие вспыхнуло. - Ради тебя. Только ради тебя. Сандроне активировала марионетки. - Да. Ради тебя. Не для него. Нефер и Лаума, Флинк - все собрались вокруг. Они смотрели на Дотторе с неприятием - глаза горели гневом, но в бою не было времени на споры. Дотторе усмехнулся. - Тогда... за работу. Они встали кругом - Люмин в центре, Дотторе рядом с ней. Твари бросились. Люмин ударила мечом - золотой свет разнёс первых. Дотторе поднял барьер - синяя энергия отразила удар. Арлекино прыгнула, разрубив двух тварей одним ударом. Паймон кричала указания: "Слева! Нефер, дендро!" Нефер ударил - лозы связали монстров. Лаума лечила - её свет вспыхнул, залечивая рану на плече Люмин. Флинк молниями отгонял дальних. Одна тварь прорвалась к Дотторе - он отразил, но вторая царапнула его по боку. Кровь брызнула. - Дотторе! - крикнула Люмин, бросаясь к нему. Паймон заколебалась, но крикнула: - Нефер, прикрой его! Нефер ударил - дендро уничтожил тварь. "Ради Люмин, - подумал он. - Только ради неё. Этот монстр... не наш". Арлекино разрубила ещё одну. - Ты... держись, - сказала она Дотторе сквозь зубы. - Ради неё. Не для тебя. Дотторе кивнул - молча, без насмешки. "Они ненавидят меня. Но... ради неё терпят. Это... странно". Воронка расширилась - из неё вырвался огромный вишап, рёв которого сотряс храм. Он бросился на группу. Люмин шагнула вперёд. - Вместе! - крикнула она. Все атаковали: золотой свет Люмин, синяя энергия Дотторе, молнии Флинка, лозы Нефера, лечение Лаумы, марионетки Сандроне, клинки Арлекино, указания Паймон. Вишап ревел, но отступал - удар за ударом они ослабляли его. Коломбина спустилась ниже - её лунный свет ударил в вишапа, ослабляя. - Держитесь! - крикнула она. - Луна падает! Ложная Луна дрогнула - трещины пошли по поверхности. Вишап взвыл - и взорвался, осыпаясь пеплом. Воронка начала закрываться. Бездна отступил. Группа стояла, тяжело дыша. Слёзы, кровь, пот - все смотрели друг на друга. Паймон прижалась к Люмин. - Мы... мы сделали это. Вместе. Люмин кивнула, слёзы текли. - Да. Вместе. Арлекино посмотрела на Дотторе - неприятие в глазах, но кивнула. - Он помог. Ради тебя. Но... это не значит, что я его приняла. Сандроне добавила: - Я тоже. Он спас меня. Но... он монстр. Мы терпим его. Пока. Дотторе усмехнулся. - Это... достаточно. Люмин улыбнулась сквозь слёзы. - Спасибо. Всем вам. Битва кончилась. Но где-то в небе - новая тень.