В этой семье может быть только один бездельник!

Кейл шел к своей цели. Чтобы заполучить первую древнюю силу, спрятанную в Вестоне, ему нужно было выполнить одно специфическое условие. — М-молодой господин, добро пожаловать! — пекарь согнулся в поклоне так низко, словно пытался врасти в землю. Кейл лишь мельком взглянул на дрожащего мужчину. Репутация «отброса» работала на него: никто не задавал лишних вопросов. — Дай мне хлеба, — бросил он, указывая на прилавок. — Отсюда и до туда. Упакуй всё. На прилавке зазвенела золотая монета. Глаза пекаря расширились — этой суммы хватило бы на недельную выручку всей лавки. — Я могу пойти в другое место, если не хочешь заработать, — безразлично добавил Кейл, заметив замешательство торговца. — Нет-нет, господин! Я всё сделаю в лучшем виде! Вскоре Кейл вышел на улицу, взвалив на плечо тяжелый мешок с хлебом. Лицо непроизвольно сморщилось от веса — тело Кейла было явно не приспособлено к физическому труду. Игнорируя провожающего его низкими поклонами пекаря, он направился вглубь города. Люди вокруг вздрагивали, завидев его, и спешили скрыться в переулках. Кейл с любопытством рассматривал рынок, наслаждаясь типичным фэнтезийным колоритом, который так отличался от привычной Кореи. Торговцы в ужасе отводили глаза, едва заметив его приближение. «Похоже, настоящий Кейл действительно был тем еще мерзавцем», — подумал он, проходя мимо очередной лавки. Оставив рынок позади, Кейл уверенно направился в западную часть Вестона. *** Карета с гербом Хенитьюз мерно покачивалась, увозя Рина прочь от суеты центральных улиц. Внутри царил полумрак и благословенная прохлада. Рин практически растекся по мягкому сиденью, чувствуя, как каждая мышца в теле благодарит его за прекращение «утомительной» прогулки до книжной лавки. То краткое мгновение, когда их взгляды с Кейлом Хенитьюзом пересеклись на улице, уже начало стираться из его памяти — слишком много усилий требовалось, чтобы об этом думать. — Фред… — почти шепотом позвал он. — Да, молодой господин? — Альфред мгновенно подался вперед. Если бы кто-то другой сейчас заглянул в карету, он бы не узнал личного слугу Рина. Обычно холодный, чопорный и пугающе официальный Альфред, которого побаивались даже старшие слуги поместья, сейчас выглядел совершенно иначе. Вся его напускная суровость и ледяная вежливость испарились, уступив место искреннему, почти родительскому беспокойству. Он быстро поправил подушку под спиной Рина и накинул на его ноги легкий плед. — Вы совсем выбились из сил, — Фред сочувственно вздохнул, бережно доставая из сумки заветный том. В его глазах, обычно напоминавших два холодных осколка, теперь читалась только безграничная преданность. — Отдохните. Я же говорил, что мне стоило пойти одному, а вам лучше было остаться в библиотеке. Рин едва заметно улыбнулся кончиками губ. Для всех остальных Альфред был неприступной стеной, но для Рина он был единственным человеком, способным создать уют в любой ситуации. — Читай… — выдохнул Рин, прикрывая глаза. — Не дотерплю до дома. — Конечно, господин. Как пожелаете, — Фред расплылся в теплой улыбке, радуясь, что может порадовать Рина. Он аккуратно открыл книгу и начал читать тихим, убаюкивающим голосом: «...Дракон-домосед лениво приоткрыл один глаз, наблюдая за девушкой со шваброй. "Если ты надеешься, что я сам вытру пыль с того золотого кубка, то ты ошибаешься", — проворчал он, поглубже зарываясь в гору золотых монет. — "Уборка — это слишком утомительное занятие для существа моего величия..."» Рин слушал, и тяжесть в груди, вызванная паранойей Кейла, окончательно исчезла. Пока настоящий Кейл Хенитьюз обливался потом в трущобах, пытаясь обхитрить судьбу, Рин под мерное чтение Фреда окончательно погрузился в состояние блаженного покоя. «Дракон прав... — была его последняя мысль перед тем, как окончательно провалиться в дрему. — Уборка, спасение мира, древние силы... всё это слишком утомительно». Альфред, заметив, что дыхание Рина стало ровным, не замолк. Он продолжал читать вполголоса, чтобы господину снились только хорошие сны, и его улыбка не угасала ни на миг. *** Карета с мягким скрипом остановилась у парадного входа в поместье. Ганс, который уже поджидал молодых господ, быстро подбежал к дверце, сияя своей обычной услужливой улыбкой. Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы засыпать Рина вопросами о прогулке, но дверца открылась раньше, чем он успел до неё дотронуться. Из глубины экипажа выглянул Альфред. Его лицо напоминало застывшую маску — безупречную, строгую и абсолютно непроницаемую. Он молча приложил палец к губам, и этот простой жест заставил Ганса мгновенно проглотить все заготовленные слова. — Тише, — одними губами произнес Фред. Его взгляд, направленный на Ганса, был красноречивее любых приказов. Ганс осторожно заглянул внутрь и увидел спящего Рина. Тот мирно сопел, уткнувшись щекой в подушки. Альфред же, не шелохнувшись, продолжал сидеть напротив, всё еще сжимая в руках второй том «Дракона-домоседа», который он читал господину до того, как тот провалился в сон. За три года Ганс привык к этой странной метаморфозе личного слуги Рина. Он знал: стоит молодому господину закрыть глаза или просто устать, как Альфред превращается в самого бдительного стража в округе. Весь его официальный вид оставался лишь оболочкой для тех, кто не входил в ближний круг. — Я сам отнесу его в покои, — негромко произнес Альфред, убирая книгу в сторону. — Приготовь чай к его пробуждению. И проследи, чтобы в восточном крыле никто не шумел. Альфред шел по коридорам поместья, неся Рина на руках так уверенно и плавно, словно тот весил не больше пуховой подушки. У самого поворота в восточное крыло дорогу ему преградила высокая тень. — Молодому господину нездоровится? — раздался вкрадчивый, пугающе вежливый голос. Рон Молан стоял, прислонившись к стене, и на его лице застыла его фирменная добродушная улыбка, которая у любого другого вызвала бы мороз по коже. Его острый взгляд скользнул по спящему Рину, а затем остановился на лице Альфреда. — Он просто устал, — сухо отрезал Фред, даже не замедлив шаг. — Может быть, мне помочь? — Рон сделал едва заметное движение вперед, и в воздухе на мгновение повисло тяжелое, едва уловимое напряжение. — Нести юношу в одиночку по лестницам — утомительное занятие. Альфред остановился. Он не вздрогнул от тяжелой ауры старого убийцы и не отвел глаз. Напротив, он лишь крепче прижал Рина к себе, закрывая его от взгляда Рона, и в его глазах вспыхнул холод, способный поспорить с ледниками. — Я справлюсь сам, — голос Альфреда звучал как удар стали о сталь. — Занимайтесь своим господином, Рон Молан. А покой молодого господина Рина — это моя забота. Не дожидаясь ответа, Фред прошел мимо, оставив Рона позади. Старик лишь тихо усмехнулся, глядя им вслед. Этот ледяной слуга всегда был любопытной деталью в доме Хенитьюз. *** Спустя несколько часов Рин медленно открыл глаза. В комнате царил глубокий ночной полумрак, нарушаемый лишь мягким отсветом догорающих в камине углей. Он обнаружил, что лежит в своей постели, бережно укрытый одеялом. — Фред, — негромко позвал он. Альфред, который в этот момент как раз готовил поднос у стола, тут же обернулся и подошел к кровати. Он собирался разбудить господина через пару минут, чтобы подать чай, но Рин проснулся сам. — Вы уже проснулись, господин, — Альфред подал ему чашку, от которой шел тонкий пар. — Чай как раз нужной температуры. Рин принял чашку и сделал глоток, чувствуя, как приятное тепло разливается по телу. Он задумчиво посмотрел на окно, за которым стояла густая ночная темнота. — Кейл... уже... вернулся? — спросил он. — Пока нет, господин, — ответил Альфред, поправляя кресло рядом с кроватью. В оригинальной новелле «Рождение героя» Кейл Хенитьюз сегодня вечером должен был напиться в стельку и  получить ранение в бок. А завтра, он встретил бы Чхве Хана и был бы избит до полусмерти. Но Ким Рок Су, занявший тело брата, уже начал перекраивать сюжет под себя. Размышления о чужих проблемах вызвали у Рина чувство пустоты в желудке. Сон окончательно прошел, уступив место легкому голоду. — Фред. — Да, господин? — Хочу поесть... Вкусного... Но легкого... Рин говорил обрывками, экономя силы даже на построении предложений. Альфред, привыкший понимать его с полуслова, почтительно склонил голову. — Как пожелаете. Я схожу к Бикросу. Когда Альфред скрылся за дверью, Рин откинулся на подушки. *** Улица баров. Рынок. Затем площадь и жилой квартал богачей. Наконец, Кейл направился к поместью Графа, расположенному позади замка Лорда. – Что ты делаешь? Кейл остановился и посмотрел на Чхве Хана. Чхве Хан, проходя мимо замка Лорда, наверняка видел, как солдаты приветствовали Кейла, и как жители его избегали. Чхве Хан, вероятно, снова размышлял, насколько легко Кейла убить. Кейл спросил ещё раз. – Не собираешься идти? Как и ожидал Кейл, Чхве Хан последовал за ним. Вероятно, на этот раз он следовал за ним, чтобы спросить о похоронах жителей деревни Харрис и получить информацию. – М-молодой господин? Как только Кейл встал перед главными воротами, стражники и рыцари, заикаясь, поприветствовали его. "Ха, как же я хочу, чтобы перестали повторять «М-молодой господин»." Слышать их заикание каждый раз было странно. Он попал в тело отброса, поэтому старался не выходить за рамки этого образа. И ему было удобнее быть отбросом, чем добропорядочным господином. Он хотел двигаться свободно, но Кейл, будучи недовольным, нахмурился, и заикающийся рыцарь быстро открыл ворота. – Проходите. Кейл снова повернулся к Чхве Хану. Остальные тоже смотрели на Чхве Хана. Им, вероятно, было интересно, кто этот оборванец, последовавший за молодым господином. Рыцари с настороженностью наблюдали за ним. – Иди за мной. К этому моменту Чхве Хан, должно быть, уже понял положение юноши. Прихрамывая, он подошёл к Кейлу. Тот, заметив остановившегося за спиной мечника, невозмутимо обернулся и вошёл в главные ворота. Однако его сердце забилось быстрее. "Наверняка он собирается использовать меня в качестве заложника, если потом возникнет опасная ситуация. Поэтому он встал прямо позади меня." Конечно, Чхве Хан не стал бы его убивать. Но стать заложником было бы значительным душевным страданием, поэтому Кейл, нахмурившись, испепелил взглядом двух рыцарей, следовавших за ним. "Не идите за мной." Перед взглядом, полным явного смысла, рыцари замялись. Они попеременно смотрели на Кейла и Чхве Хана, а затем один из них с решительным выражением лица приблизился к ним. Рыцари превыше всего ценили принципы. Это были рыцари, которых ценил Дерут. "Ну, так и должны поступать рыцари." Кейл был доволен тем, как рыцари отреагировали на постороннего, несмотря на его нищенский вид и юный возраст. Он позволил одному рыцарю следовать за ними и повёл Чхве Хана к главному зданию поместья. – Вы пришли? – ...Да, Рон. Этот страшный старик. Он ждал Кейла у главного входа. Он действительно ждал его. Кейл испугался, но подумал, что это к лучшему. Взгляд Рона упал на Чхве Хана, и его добродушная улыбка застыла. "Рон вполне способен оценить силу Чхве Хана." Чхве Хан тоже пристально смотрел на Рона. Кейл, не обращая внимания на их перепалку взглядами, занялся своим делом. Его работа ещё не была закончена. – Иди за мной. Кейл снова позвал Чхве Хана и двинулся вперёд. Слуга Рон быстро последовал за Кейлом. – Молодой господин, что случилось? Если Вы скажете, я позабочусь об этом человеке. – Не нужно. В этот момент в коридоре показался ещё один человек. Это был Альфред. В отличие от Ганса, который суетливо подбежал к Кейлу чуть позже, Альфред двигался размеренно и тихо. Он направлялся прямиком к кухне, чтобы найти Бикроса. Проголодавшийся Рин, попросил чего-нибудь легкого, и Альфред не собирался заставлять своего господина ждать ни секунды.