Глава 12. Операция: Идеальный покой.
15 марта 2026 г., 18:05
Рин поморщился. Тонкий, наглый лучик солнца умудрился пробраться сквозь щель в шторах и впиться прямо в закрытое веко. Это было актом агрессии со стороны мироздания.
Раздался едва слышный шорох ткани — Альфред, одним точным движением задернул тяжелый бархат. Тьма и уют вернулись на свои законные места.
«Кейл...», — лениво подумал Рин, глубже зарываясь в подушку.
В голове всплыли строки из новеллы: «Душа, полная обид, утоляла свою скорбь, комментируя вкус еды. Брови Кейла всё больше хмурились. Он думал о Нерушимом щите, единственной древней силе из «Рождения героя», которая не досталась никому и была лишь описана». Картина в воображении рисовалась безрадостная: туманные трущобы, сырость и старший брат, который вместо сна самозабвенно кормит дерево горами выпечки. Кейл сейчас наверняка покорно выслушивает бесконечный поток болтовни древней силы, решившей подработать гастрономическим критиком.
«Мешки хлеба ради щита. Лекции о вкусе зерна вместо сна. Слишком много усилий ради защиты, которую еще нужно активировать», — Рин едва заметно вздохнул.
Если бы дерево заговорило с ним, он бы просто притворился еще одним бревном в ответ. Его девиз был прост: лучшая защита — это игнорирование: если проблему не замечать, она может исчезнуть сама.
— Альфред, — прохрипел Рин, не открывая глаз.
— Слушаю, господин. Вы решили почтить этот день своим пробуждением? — бесстрастно отозвался слуга, замирая у кровати. — Солнце уже давно в зените.
— Воды... — едва слышно выдохнул Рин, не размыкая глаз и даже не пытаясь пошевелить головой на подушке.
Альфред среагировал мгновенно. Послышался тихий всплеск, и прохладный край стакана коснулся губ Рина. Слуга бережно приподнял голову господина, помогая сделать ровно столько глотков, сколько требовалось, чтобы утолить утреннюю жажду, не вызывая лишней бодрости.
— Благодарю, — выдохнул Рин, когда стакан опустел.
— Всегда к вашим услугам, господин, — Альфред бесшумно поставил посуду на столик.
Рин едва заметно пошевелился, обозначая слабый интерес к окружающему миру.
— Кейл?.. — проговорил он.
— Молодой господин Кейл покинул поместье еще рано утром, — спокойно ответил Альфред.
Рин едва заметно дернул уголком губ, думая о своем.
— Деятельный... — пробормотал он.
— Согласен. В его поведении чувствуется целеустремленность, — Альфред поправил складку на одеяле Рина. — Однако, пока ваш брат занят своими делами в городе, я планирую заняться вопросами вашего комфорта.
Рин приоткрыл один глаз, выражая молчаливый вопрос.
— Я отправлюсь в город, — продолжил Альфред, и в его голосе проскользнула стальная решимость. — Нам нужны пледы. Самые легкие, но при этом теплые, чтобы вы их почти не чувствовали. И подушки — они должны быть настолько мягкими, чтобы вы в них просто исчезали. Также я подберу несколько интересных книг с самым простым и ненавязчивым сюжетом. Буду читать их вам в дороге, чтобы вы могли спокойно спать под размеренное чтение.
Рин одобрительно закрыл глаз. Это было лучшее, что он мог услышать с утра.
— Фред... лучший, — едва слышно выдохнул он, выражая свою высшую степень благодарности.
— Рад, что угодил, господин, — Альфред склонил голову в безупречном поклоне. — Отдыхайте. Ваша единственная задача на сегодня — наслаждаться покоем.
***
Альфред покинул поместье с выражением лица человека, отправляющегося на священную войну. В торговых кварталах Вестона его появление вызвало мгновенный ажиотаж. Каждый лавочник знал: если личный слуга второго молодого господина Хенитьюза пришел за покупками, золото потечет рекой, но взамен он потребует совершенства, граничащего с невозможным. Торговцы наперебой выставляли свои лучшие товары, расстилая перед Альфредом шелка и бархат, словно перед королем. — Взгляните на этот бархат, господин! — кричал один. — Этот пух собран вручную с северных лебедей! — вторил другой. Альфред шел мимо прилавков, едва удостаивая их холодным взглядом. Он искал долго. Слишком долго для обычного человека, но недостаточно для того, кто поставил своей целью абсолютный покой своего господина. Он часами бродил по рядам, лично проверяя текстуру каждой ткани и упругость каждой подушки. Альфред потратил не один час, заставляя лавочников бледнеть от его ледяной придирчивости. Именно тогда, в самом конце торговой улицы, в тени старой арки, он приметил необычную лавку. Она не кричала о себе золотыми вывесками, но от неё веяло странным спокойствием. Внутри, среди запаха сушеных трав и старого дерева, Альфред нашел то, что искал. Старый мастер, поняв запрос гостя, достал из сундука плед, который казался сотканным из облаков. — Это «Покров тишины», — тихо произнес старик. — Он невесом, но согреет в любой мороз. Но главное — он защитит владельца. В его нити вплетено заклинание, способное один раз принять на себя смертельный удар, будь то магия или сталь, и рассеять его в воздухе. После этого он станет обычным пледом, но сохранит жизнь. Альфред коснулся ткани. Она была теплее летнего солнца, легче перышка и нежнее облака. Идеально: защита, которая не требует от Рина даже открывать глаза. Там же он обнаружил и подушку, которая показалась ему верхом инженерной мысли для ленивцев. — Артефакт «Вечного равновесия», — пояснил мастер. — Она всегда поддерживает идеальную температуру — ровно восемнадцать градусов. Неважно, палит ли солнце или за окном метель, она всегда будет приятно прохладной с обеих сторон. И она принимает форму головы так, что шея не почувствует ни малейшего напряжения. Альфред удовлетворенно кивнул. Завершив покупки книгой «Хроники бесконечных полей» — сборником настолько монотонных и бессюжетных описаний природы, что под них было физически невозможно не уснуть на второй странице, — Альфред вернулся в поместье. Пока Кейл продирался сквозь туман и грязь, собирая древние силы ради своей безопасности и мечты о жизни богатого бездельника, Альфред обеспечил Рину ту же самую безопасность и покой, не заставляя его даже вставать с кровати.***
Из-за тумана было трудно что-либо разглядеть. Особенно на вершине холма трущоб, самой высокой точке города Вестон после крепости графа, туман был ещё гуще. Другие не могли видеть, что делает Кейл и что он получает. {Дай ещё, ещё. Пожалуйста.} Сегодня, как и всегда, услышав леденящий душу голос полной скорби, Кейл высыпал мешок хлеба к корням дерева. Темнота внутри дыры постепенно менялась с серого на белый. Кейл слегка улыбнулся, чувствуя, что его старания не прошли даром. В этот момент... {Ещё, ещё, ещё!} Что это? Кейл отшатнулся назад от пронзительного крика, который звучал всё громче. Разве в книге было такое? {Ещё, ещё! Если принесёшь больше, я дам тебе подарок. Подарок.} Подарок. На это слово глаза Кейла блеснули. Конец близок. Конечно, он не знал, что это будет так безумно. – Подожди. В ответ на его слова сухие чёрные ветви дерева затряслись. Это было похоже на сцену из фильма ужасов. Кейл вздрогнул и быстро задвигался в тумане. Хотя утро уже прошло и наступил день, солнце всё ещё не взошло, и туман под хмурыми облаками становился всё гуще. Казалось, скоро пойдёт дождь. Он не видел, куда делись брат и сестра, но Кейл подумал, что они, вероятно, ушли прятаться от надвигающегося дождя, и поставил третий мешок хлеба перед деревом, пожирающим людей. Остался последний. Свет из дыры дерева был похож на белый, как и туман, окутывающий Кейла. Теперь, если он добавит остатки, он станет прозрачным. С большой надеждой он отдал последнюю буханку дереву. И наконец. *Ууууууууууууууууууу* Невероятной силы вибрация хлынула от дерева к Кейлу. Но больше, чем эта вибрация, направленная исключительно на него, его внимание привлекло дерево с постепенно становящейся прозрачной ямой. Хотя внутри дыры должна была быть тень, этот очевидный природный факт не действовал. Это была древняя сила. Именно тогда. Голос, который так настойчиво просил у Кейла ещё, снова послышался. {Было так, так вкусно!} Голос был суетливым. {Эта нежная текстура, и особенно третий мешок с хлебом был великолепен. Похоже, с течением времени еда тоже развивается! В наше время даже слова хлеб не существовало! Зерно, кажется, выросло на почве, лучшей, чем в других местах. Ведь не всё зерно одинаково.} ...Голос оценивал вкус хлеба. Шквал голоса обрушился на Кейла. Этого же не было в книге? Душа, полная обид, утоляла свою скорбь, комментируя вкус еды. Брови Кейла всё больше хмурились. Он думал о Нерушимом щите, единственной древней силе из «Рождения героя», которая не досталась никому и была лишь описана. "Вот почему никто её не забрал." Зачем было описывать полезную, но никому не доставшуюся древнюю силу? Внезапно возникла такая мысль, но этот суетливый голос говорил слишком много. {...Так что я наелась и мне было очень вкусно!} Болтовня, болтовня. Неужели обида не в жадности к еде, а в невозможности поболтать. Выслушав оценку вкуса, которая длилась несколько минут, Кейл кивнул, пытаясь прервать. {В древности не было таких вкусов. Люди из Леса Тьмы говорили, что служат богам, но давали только невкусное.} Но как только прозвучала история древности, Кейл решил потерпеть ещё немного. {Конечно, меня оттуда прогнали. За прожорливость. Ну и хрень собачья. Конечно, тогда я ушла вместе с товарищами. Мы собирались исправить мир.}
