В этой семье может быть только один бездельник!

Для того чтобы воплотить в жизнь задуманное, Кейлу необходимо было выбрать место для привала. По дороге в деревню, которая располагалась недалеко от пещеры с чёрным драконом, не было ничего, что можно было бы назвать поселением. Мяяяяяяу Хон, рыжий котёнок из племени Мяо, первым выскочил из кареты вслед за Кейлом. Малыш забавно дёргал носиком, улавливая плывущие по лагерю ароматы, и радостно вилял хвостом. Весь лагерь был наполнен дразнящим запахом готовящейся еды. Вслед за ними дверца экипажа открылась во второй раз, и оттуда начал медленно — пугающе медленно для любого нормального человека — выбираться Рин. Он делал это так неохотно, словно каждое движение стоило ему недели жизни. Кейл, стоявший неподалеку, бросил на младшего брата долгий и странный взгляд. Рин же в ответ лишь вяло приподнял веки, не удостоив брата даже кивком — на это просто не было сил. Удовлетворение от прожитого дня часто приходит вместе с горячим ужином. Кейл рассчитывал, что сытная еда поставит точку в этом изнурительном дне, став предвестником спокойной ночи. Но сегодня главным блюдом на ужин стал суп с кроличьим мясом. – Чёрт возьми. Кейл раздраженно цокнул языком. Как ни странно, в этот раз Рон был ни при чём. Кейл перевел взгляд на Чхве Хана, который с завидным аппетитом поглощал свою порцию. Пока Кейл боролся с внутренним недовольством, Рин уже сидел у костра. На удивление, его тарелка была практически пуста — он умудрился съесть всё так быстро и незаметно, что никто и глазом не успел моргнуть. Теперь он лишь задумчиво ковырял ложкой чистое дно, словно пытаясь отыскать там какой-то скрытый смысл или затаившийся злой умысел. Мяяяяяяу Хлоп-хлоп Он и Хон, дети из племени Мяо, легонько постучали по ноге Кейла, как бы спрашивая, не хочет ли он отдать им свою порцию, если не собирается есть. В этот момент к ним, сияя широкой улыбкой, подбежал Ганс. – Дорогие котята, не хотите ли вы вяленые мясные лакомства, приготовленные мною специально для вас? Это здоровая пища без всякой соли и приправ. Котята, разумеется, демонстративно его проигнорировали, продолжая терроризировать Кейла. Ганс, не знавший об их истинной природе, продолжал крутиться вокруг, восхищаясь даже их высокомерием. Но тут тишину нарушил сонный, едва различимый голос Рина: — Я... хочу... Ганса это заявление буквально выбило из колеи. Он застыл с протянутым лакомством в руке, не зная, что ответить. Образ аристократа, добровольно претендующего на пресную кошачью еду, никак не укладывался в его голове. Однако Альфред возник рядом прежде, чем помощник дворецкого успел издать хоть звук. С безупречным изяществом он оттеснил Ганса и подал Рину тарелку с изысканными мягкими десертами. В лагере царили мир и покой, и эта обстановка в корне отличалась от той, что была во время событий, произошедших днём. Однако атмосфера среди рыцарей оставалась натянутой. Они украдкой поглядывали на Чхве Хана, который невозмутимо ел суп рядом с Кейлом. Вице-капитан, казалось, был погружён в глубокие и не самые приятные размышления. – Тц. Кейл щёлкнул языком. Сегодня он видел, как Чхве Хан наносил глубокие раны и отрубал конечности с ужасающей скоростью. Вице-капитан, докладывая об окончании боя, выглядел очень удивлённым — никто не ожидал, что всё закончится так быстро. Когда Чхве Хан встал рядом с ним и добавил, что «бой был лёгким, даже слишком», Кейл заметил, как зрачки вице-капитана дрогнули. Как и ожидалось, Чхве Хан не из тех, кто будет молча сносить оскорбления. — У Вас нет аппетита? Когда Рон подошёл с доброй улыбкой, Кейл нахмурился. Он перевёл взгляд с дворецкого на суп из кролика и только сильнее убедился в своей мысли: этот старик искренне наслаждается тем, что дразнит его. — Да, нет, — угрюмо ответил Кейл. На эти слова отреагировал Чхве Хан. – У Вас несварение? – Ну, не совсем. Если бы суп сварили не из мяса пойманного кролика, то это можно было бы ещё есть. Кейл посмотрел на Чхве Хана и махнул рукой, как бы говоря, чтобы тот не обращал внимания. Однако Чхве Хан смотрел на Кейла с серьёзным выражением лица. – На что ты смотришь? – ...Это была Ваша первая битва? Видя всю серьёзность Чхве Хана, задающего этот вопрос, Кейл небрежно сказал. — Какая битва? Ты имеешь в виду сегодняшнюю стычку с бандитами? — Да. — Первая. Я никогда не видел столько бандитов. Чхве Хан медленно кивнул и добавил, глядя на огонь: — Понятно. Вы, должно быть, впервые столкнулись с ситуацией, где на кону была ваша жизнь. Ха! Кейл возмущённо вздохнул. «Вовсе это и не первый раз, когда моя жизнь была на грани. Я из-за тебя столько нервов убил». Ему было достаточно видеть Рона, улыбающегося кролику, или Бикроса, точащего кухонный нож, чтобы его сердце сжималось в страхе. От этих мыслей желание есть пропало полностью. Звяк! Ложка в руке Кейла ослабла и безвольно упала в тарелку с супом. На этот звук Рин медленно, словно нехотя, повернул голову и странно покосился на брата. Это был редкий момент — обычно именно Рин первым бросал приборы на полпути, не в силах продолжать «тяжкий труд» поглощения пищи. Однако сегодня они словно поменялись ролями. Кейл, обычно деятельный и планирующий, замер над полной тарелкой, погрузившись в свои мысли настолько глубоко, что стал напоминать самого Рина в его привычном состоянии «отсутствия». Рин же, напротив, выглядел на удивление деятельным. Вместо того чтобы, как обычно, часами лениво ковыряться в еде, он уже успел прикончить свою порцию и теперь просто сидел перед пустой тарелкой. На фоне замершего в прострации Кейла это казалось почти невероятным проявлением продуктивности. Рин странно покосился на брата, на мгновение подметив, что Кейл сейчас донельзя похож на него самого, но тут же отвертелся от этой мысли — слишком утомительно было заниматься психоанализом. – Кейл-ним. – Что? Кейл, размышляя о том, что он не только избежал избиения, но и получил силу щита, почувствовал гордость за себя и решил, что ему больше не стоит беспокоиться. В этот момент, услышав зов Чхве Хана, он посмотрел на него вопросительно. Чего ещё ему надо то? – Первое время всегда тяжело.  – Что ты несёшь? Кейл переспросил угрюмо, но Чхве Хан лишь слегка улыбнулся, а затем спросил с серьёзным выражением лица. Его взгляд был чрезвычайно суровым. – Кейл-ним, Вы не занимаетесь боевыми искусствами? – Мне не нужно. – Разве у Вас не должны быть силы, чтобы защитить себя? Кейл недоуменно посмотрел на него, а затем медленно огляделся, пересчитывая свою «защиту». Пятнадцать солдат, пять рыцарей, Рон, Бикрос, Ганс... Он также задержал взгляд на Альфреде, стоявшем за спиной Рина. Невозмутимость и ледяная сосредоточенность этого слуги внушали уверенность, что он — не меньшая угроза для врагов, чем профессиональный мастер меча. Кейл переглянулся с окружающими его людьми, а затем, наконец, снова посмотрел на Чхве Хана и спросил: – Ты ведь тоже видишь их? У богатого сына графа было много охранников. Кейл невольно улыбнулся. Все они защитят его, когда появится такая необходимость. Его взгляд на мгновение скользнул по Рину, но Кейл тут же отвел его, почти не задерживаясь. Было очевидно: он не рассматривал младшего брата как защитника — скорее как еще один объект, который самому придется прикрывать в случае беды. Рин, заметив этот мимолетный, лишенный ожиданий взгляд, мысленно выдохнул. «Ну и хорошо... я не собираюсь утруждать себя и кого-то спасать», — подумал он. Его более чем устраивало, что Кейл не возлагает на него никаких надежд. Это означало, что от него не потребуют подвигов. Кейл решил быть более откровенным с Чхве Ханом, который смотрел на него, плотно сжимая губы. Стукнув себя в грудь кулаком, он сказал. – Я верю своему сердцу, я буду жить. Нерушимый Щит, окутывающий его сердце, всегда будет защищать его. Хотя, конечно, при условии, что он будет избегать встреч с такими страшными людьми, как Чхве Хан. Внезапно зрачки Чхве Хана, смотрящего на Кейла, задрожали. Мяяяяяяу Мяяяу – Хм? Что такое? Он и Хон подошли и начали переминать лапки на ногах Кейла. Он нахмурился от того, что время от времени в него больно вонзались кошачьи когти, но брат и сестра из племени Мяо уже тёрлись о его ноги, позабыв о еде. Тук Чхве Хан поставил пустую суповую миску и вскочил. – ...Пойду тренироваться с мечом. – Сразу после еды? – Я должен стать сильнее. «...Жуткий тип. Он хочет стать сильнее, чтобы потом уничтожить эту планету?» — Кейл отвернулся, устав от этих мыслей. В этот момент к нему подошёл Бикрос и протянул новую тарелку. – Приятного аппетита. – О! Спасибо. Кейл, улыбаясь, поставил тарелку с первоклассным стейком из говядины с лучшими специями на свой стол. – Для утоления жажды хорошо подходят кислые напитки, например, лимонад. Рон впервые после чайной предложил ему лимонад. Кейл, очарованный стейком, решил, что и так всё хорошо, поэтому проигнорировал напиток. Рон, не получив ответа от старшего, плавно перевел взгляд на второго брата. — А Вы, молодой господин Рин, не желаете? Рин, до этого момента казавшийся частью ландшафта, слегка приоткрыл глаза. Он незаметно кивнул и, приняв стакан, сделал небольшой глоток. В ту же секунду на его обычно пустом лице проступило выражение истинного, глубокого наслаждения. Кейл, наблюдавший за этой сценой краем глаза, замер с куском говядины на вилке. Внутри него сама собой появилась пометка: «Рин... он действительно силен. И жуткий». Для Кейла Рон был воплощением скрытой угрозы, но Рин общался с этим стариком с такой легкостью и полным отсутствием почтения, будто тот был обычным слугой. А уж то, с каким удовольствием он пил лимонад из рук этого убийцы, вызывало у Кейла нервную дрожь. – Если все уже закончили есть, то готовьтесь, вскоре мы начнём вечернюю тренировку! — прозвучал громкий голос вице-капитана. Кейл подумал: «Похоже, вице-капитана сильно вдохновил Чхве Хан». Наблюдая за полными энтузиазма рыцарями и солдатами, Кейл с удовольствием доел стейк и суп из кролика. От вяленого мяса, предложенного котятами, он решительно отказался — оно было совсем без соли, а Кейл не собирался есть пресную еду. Рин же, допив лимонад, окончательно обмяк. Его лимит бодрствования был исчерпан. — Фред... — прошептал он. — Спать... Альфред без лишних слов подхватил своего господина под локоть, помогая тому перебраться обратно в карету, пока рыцари неподалеку увлеченно размахивали мечами.

***

«Три дня». Въезжая в деревню, Кейл сосредоточенно подсчитывал оставшееся время. Через три дня чёрный дракон вырвется из-под контроля из-за взрыва маны. Это была территория виконта, расположенная рядом с землями графа Хенитьюз. И на горе справа от этой деревни несколько лет назад внезапно появилась вилла виконта. Разумеется, так казалось лишь со стороны, фактически же она принадлежала Маркизу Стену, который и выращивал чёрного дракона. Виконт этих земель был не более чем его собачкой на побегушках. «И именно в пещере за этой виллой, находится пленённый дракон». Чёрный дракон выйдет из-под контроля из-за взрыва маны. В итоге и пещера, и гора разрушатся. Кейл оглядел гору справа от той, через которую он перешёл, и цокнул языком. Венион из рода Стен — второй сын маркиза. Сумасшедший психопат, который сделал своего старшего брата инвалидом, чтобы занять место наследника. Этот безумец время от времени наведывался сюда, чтобы ради забавы пытать чёрного дракона. «Хорошо, что даже если моему брату и придет в голову какая-нибудь пакость, ему будет слишком лень воплощать её в жизнь» , — Кейл мельком взглянул на Рина, который дремал в углу кареты. — «Скорее всего, Рину вообще на всё плевать, ведь единственное, что его по-настоящему заботит — это мягкость подушек под боком». – Тц. Ганс вздрогнул от раздавшегося цоканья и быстро заговорил, обращаясь к Кейлу, Чхве Хану и Рину, который едва приоткрыл один глаз: – Молодые господа, мы с Чхве Ханом быстро сходим и узнаем насчёт гостиницы. Пожалуйста, подождите немного. Карета остановилась у самого входа в деревню. – Делайте, что хотите, — небрежно бросил Кейл. – Да, мы быстро! Кейл кивнул в ответ на слова Ганса, но продолжал наблюдать за Чхве Ханом. В его глазах читалась тоска. Почему он сражался с существом, чья мана вышла из-под контроля? Потому что не мог бросить эту маленькую и тихую деревню на верную гибель. Она напомнила Чхве Хану о деревне Харрис, где он познал любовь и месть. Поэтому он бросился спасать жизни незнакомых ему людей. Кейл нахмурился и позвал Чхве Хана. – Чхве Хан. – ...Да? – Иди и возвращайся скорее. Ах. Чхве Хан тихо выдохнул. Несмотря на прожитые десятилетия, в душе он оставался семнадцатилетним юношей. На губах Чхве Хана появилась искренняя улыбка, и он кивнул. – Да, я скоро вернусь. Кейл небрежно махнул рукой, Чхве Хан поклонился ему и быстро направился с Гансом в деревню. Рин же, стоило Гансу закончить фразу, тут же закрыл глаза и продолжил спать, мгновенно выпадая из реальности. Для него любая остановка была лишь поводом углубиться в покой. Ким Рок Су нравилось, что Чхве Хан моментально действовал, а не витал в облаках. Он задумчиво смотрел ему вслед, но внезапно нахмурился. Вдалеке показалась карета, стремительно приближающаяся к ним. «И почему мне не по себе?» Кейлу казалось, будто кто-то дрожащей, потной рукой даёт ему отравленное яблоко. Это было очень неприятное чувство. Внезапно он полностью осознал его причину. – Вот чёрт... Кейл вздохнул. Было видно, как старик упал, не успев увернуться от кареты, несущейся по дороге. А Чхве Хан побежал к старику в сторону неумолимо приближающейся повозки. «Какое же клише!» На карете развевался флаг. Красный змей — символ маркизата Стен. У Кейла задёргался глаз. Ну, вот и всё, начинается происшествие. Бум! Чхве Хан бросился спасать старика, но, не рассчитав скорость, врезался в стену здания. Звук удара был настолько громким, что даже Рин в карете болезненно поморщился, не открывая глаз. Чёрная карета маркизата Стен остановилась. – Ха-а... Кейл вздохнул и открыл дверцу своей кареты. Похоже, ему придётся вмешаться в эту клишированную сцену. Рин, оставшись в карете один, некоторое время сидел абсолютно неподвижно, медленно моргая в полумраке. Внезапный оглушительный грохот, от которого завибрировали даже стенки кареты, и стремительное исчезновение Кейла оставили после себя странное, почти осязаемое чувство тревоги. Магический плед «Покров тишины» всё ещё окутывал его плечи, но былой уют бесследно испарился.. Альфреда, который обычно оказывался рядом при малейшем шорохе, чтобы поправить подушку или успокоить господина, поблизости не оказалось. Без его невозмутимого присутствия Рин чувствовал себя не в своей тарелке. В голове лениво, но настойчиво зароились догадки: то ли на них снова напали, то ли карета просто развалилась. Тишина внутри внезапно стала казаться Рину не защитной, а какой-то подозрительной. Неведение утомляло — мозг, вопреки желанию хозяина, начал подкидывать варианты один мрачнее другого. Понимая, что Альфред, скорее всего, уже находится рядом с Кейлом, Рин пришёл к логичному выводу: спокойнее будет находиться поблизости от брата. Издав страдальческий, полный боли вздох, Рин нехотя поплёлся к выходу. Ступив на землю вслед за Кейлом, он тут же болезненно зажмурился от яркого дневного света. Рин замер рядом с братом, напоминая бледную тень, которую насильно вытащили на солнце. Он всё ещё не до конца понимал, что именно нарушило его покой, но его затуманенный сном взгляд уже выражал молчаливое проклятие в адрес всех, кто создаёт столько шума.