Создатель в руках своих творений

PG-13
Завершён
13
автор
Размер:
86 страниц, 32 598 слов, 20 частей
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
13 Нравится 28 Отзывы 4 В сборник

Третья глава

Настройки
Спустя пару часов, когда Фёдор, измотанный физической болью и тяжелым разговором, наконец погрузился в беспокойный, прерывистый сон, Куромаку позволил себе ненадолго отойти от его кровати. Он долго стоял у окна, глядя на предпраздничные огни города, и в его голове одна за другой выстраивались логические цепочки. Он понимал: одних только лекарств недостаточно. Чтобы Фёдор поправился, ему нужно было нечто большее, чем просто медицинский уход. Ему нужно было исцеление души. Приняв решение, Куромаку достал телефон и поочередно обзвонил всех остальных. Его голос звучал сухо и официально, но за этой маской скрывалась непоколебимая решимость. Он кратко обрисовал ситуацию, опустив лишние эмоции, но добавил ту долю серьезности, которая не оставила места для споров. Куромаку настоятельно попросил, чтобы те бросили все свои дела и как можно скорее приехали в больницу. Прошло всего около получаса. Для Куромаку, мерившего время секундами, это ожидание казалось томительным, но на удивление продуктивным. Тишину стерильного коридора внезапно нарушил гул голосов, топот множества ног и какое-то непривычное для этого места оживление. Клоны прибыли почти одновременно, взволнованные, запыхавшиеся и всё еще не до конца верящие в происходящее. Собравшись у дверей отделения, они на мгновение замерли, обмениваясь короткими взглядами. Вся былая отстраненность и обиды отступили перед лицом общей беды. Ведомые Куромаку, клоны вскоре тихими, почти осторожными шагами зашли в палату к Фёдору. В комнате пахло лекарствами и покоем, а мерный писк приборов подчеркивал хрупкость момента. Они обступили кровать своего спящего создателя, глядя на его бледное лицо, и в этот миг в воздухе повисло негласное обещание - больше они его не оставят.

***

Сон Фёдора был чутким и тревожным, наполненным неясными образами и отголосками пережитой аварии. Но в какой-то момент само пространство палаты словно изменилось. По телу пробежал странный холодок, а подсознание подало четкий сигнал: он здесь больше не один. Ощущение пристального, почти физически ощутимого чужого взгляда заставило его веки дрогнуть. Фёдор медленно открыл глаза, щурясь от яркого стерильного света. Сначала мир казался нагромождением цветных пятен, но через секунду зрение сфокусировалось, и его сердце пропустило удар. Он замер, боясь даже вздохнуть, чтобы видение не растворилось. Прямо перед ним, полукольцом обступив больничную койку, стояли они. Все вместе. Знакомые лица, которые он не ожидал увидеть здесь, в этом холодном кафельном плену. Обладатель карих глаз испуганно и одновременно с робкой надеждой осмотрел каждого. Взгляд метался от сурового Пика до улыбающегося сквозь слезы Феликса, задерживаясь на каждом цвете, на каждой детали их образов. Это казалось невозможным, галлюцинацией, вызванной лекарствами. - Это... Это правда вы?.. - едва слышно прошептал Фёдор. Его голос, слабый и надтреснутый, дрожал от невыплаканных слез. - Или я всё еще сплю? Тишину, наполненную тяжелым ожиданием, внезапно разрезал резкий, насмешливый голос, который невозможно было перепутать ни с чем другим. - А ты что думал, помер, что ли, и мы тебе тут все чудимся? - Вару, стоявший чуть в стороне и скрестивший руки на груди, тихо усмехнулся. Его зеленые очки блеснули в свете ламп, а на губах заиграла привычная ехидная ухмылка. - Ну ты и паникёр, Создатель. Рано нас хоронишь, да и себя тоже. В палате возникло неловкое движение - кто-то возмущенно выдохнул, кто-то сердито зыркнул на зеленоволосого. - Вару, прекрати сейчас же! - резко осадил его Куромаку. Он стоял ближе всех к изголовью, сохраняя внешнее спокойствие, но его пальцы, сжимавшие медицинский планшет, заметно побелели. - Твои неуместные шутки в данной ситуации нелогичны и вредны для состояния пациента на девяносто пять процентов. Куромаку снова перевел взгляд на Фёдора. В его серых глазах за стеклами очков больше не было той профессиональной холодности - лишь глубокая, затаенная горечь и облегчение. Фёдор смотрел на них, и комок, стоявший в горле весь этот год, наконец начал медленно таять. Они пришли. Несмотря на всё, они были здесь.
13 Нравится 28 Отзывы 4 В сборник