Квами на свободе!

      — О боже, Галиетта, ты должна это примерить! — взвизгнула Маринетт, поднимая красное платье, которое идеально сочеталось по цвету с тем, что Галиетта носила, будучи квами.       — Не знаю, — неуверенно ответила Галиетта, жуя третье печенье с шоколадной крошкой из пакета, купленного у входа в торговый центр. — Может быть, это будет слишком… слишком?       — Девочка, с твоей-то фигурой? Для тебя нет ничего невозможного, — заявила Аля, подталкивая ее в сторону раздевалки. — Поверь нам на слово.       Когда Галиетта скрылась за занавеской, Маринетт повернулась к Алье, сверкая глазами.       — Это так весело! Давно у меня не было подруги, с которой можно было бы ходить по магазинам и которая действительно получала бы от этого удовольствие.       — А как же я? — возразила Аля. — Я люблю ходить по магазинам!       — Тебе нравится покупать фотооборудование и журналистские принадлежности. Это совсем другое дело.       — Справедливое замечание.       Из раздевалки донесся приглушенный грохот и что-то похожее на грубую ругань.       — У тебя там всё в порядке? — спросила Аля.       — Всё хорошо! — ответила Галиетта слегка напряжённым голосом. — Просто… изучаю молнии. Почему они такие сложные?       Маринетт и Аля обменялись забавными взглядами.       — Нужна помощь? — предложила Маринетт.       — …Пожалуйста.       Маринетт проскользнула в гримерную и обнаружила Галиетту, запутавшуюся в красном платье и каким-то образом умудрившуюся просунуть обе руки в отверстие, которое явно предназначалось для головы.       — Как ты вообще… — начала Маринетт, затем покачала головой. — Неважно. Дай-ка я…       Пока Маринетт помогала распутывать свою новую подругу, Галиетта поймала себя на мысли о том, как она хочет, чтобы сегодня вечером все прошло идеально, когда они все запланировали провести время вместе. Как она хочет выглядеть прекрасно для Ками, как она хочет, чтобы вся эта ситуация каким-то образом разрешилась благополучно…       Внезапно вокруг её рук появилось тёплое, знакомое свечение.       — Вот! — наконец сказала Маринетт, поправляя платье. — Ого, Галиетта, ты выглядишь…       Она остановилась на полуслове, уставившись на что-то в руках Галиетты.       Галиетта опустила взгляд и едва не ахнула. В руках у нее были изящные красные серьги, идеально подходящие к платью. Казалось, они мерцали собственным внутренним светом.       Откуда они взялись? — растерянно спросила Маринетт.       Я… — запаниковала Галиетта, быстро сжимая в руках серьги. — Они были у меня в кармане! Я совсем забыла, что взяла их с собой!       Это была ужасная ложь, но Маринетт, похоже, смирилась с ней, всё ещё отвлечённая платьем.       — Они идеально подходят к этому наряду! Ты выглядишь потрясающе!       Галиетта слабо улыбнулась, пока мысли ее метались. Она только что использовала Талисман удачи. Случайно. Думая о том, как ей хочется, чтобы все было идеально.       Если у неё самой ещё сохранились способности, то, вероятно, у Ками они тоже есть.       Им нужно было поговорить.       Немедленно.       — Правда? — спросила она, стараясь говорить обычным тоном, и незаметно убрала волшебные серьги в карман.       — Да, конечно, — ответила Маринетт, кивнув. — Ками умрет от счастья, когда увидит тебя в этом.       Галиетта тут же покраснела и чуть не подавилась печеньем.       — Мы не… то есть, он не… мы просто друзья!       — Ага, — сказала Маринетт с понимающей улыбкой. — Просто друзья, которые выглядят так, будто хотят сожрать друг друга каждый раз, когда оказываются в одной комнате.       — Мы этого не делаем!       — Конечно, ты права. Вчера в библиотеке, когда ты помогала ему с домашним заданием? Мне показалось, ты собиралась перелезть через стол и поцеловать его прямо там.       — Это… это нелепо! — пробормотала Галиетта, но ее лицо краснело всё больше с каждой минутой.       — Правда? Потому что я видела, как он на тебя смотрит, Галиетта. Этот парень без ума от тебя.       Галиетта откусила еще один кусочек печенья, используя это как предлог, чтобы не отвечать. Но внутри ее сердце радостно затрепетало от подтверждения ее надежд.       — Раз уж зашла речь о влюбленностях, — сказала она, решив поменяться ролями, — а как насчет тебя и того загадочного парня?       Теперь настала очередь Маринетт краснеть.       — Что ещё за «загадочный парень»?       — Ну же! Ты иногда так смущаешься и уходишь в мечты, и я видела, как ты что-то рисуешь в своих блокнотах. Кто-то явно привлек твое внимание.       — Я не понимаю, о чём ты говоришь!       — Я видела тебя вчера, ты тренировалась писать «Миссис Маринетт Агрест» с маленькими сердечками вокруг имени.       — Это было… это было просто… я практиковалась в каллиграфии!       — С сердечками?       — Это декоративные изыски!       Из-за занавески голос Альи прервал их дискуссию.       — Вы двое ведёте там глубокие эмоциональные разговоры без меня? Потому что это противоречит правилам дружбы!       Они вышли из раздевалки, обе все еще краснея, и увидели Алю, которая ждала их, скрестив руки с озорным выражением лица.       — Хорошо, — сказала она, переводя взгляд с одной на другую, — я подслушала весь этот разговор, и у меня есть предложение.       — Что ещё за предложение? — подозрительно спросила Маринетт.       — Пари. Со ставками.       — Какие ещё ставки? — спросила Галиетта.       Улыбка Альи стала по-настоящему лукавой.       — Если Галиетта пригласит Ками на настоящее свидание — и я имею в виду настоящее, романтическое свидание в духе: «Не хочешь пойти со мной на карнавал в Трокадеро?» — то Маринетт должна будет признаться в своих чувствах этому «таинственному парню».       — Что? — пискнули обе девочки.       — Н-но я не знаю, как… как пригласить кого-нибудь на свидание? Какие именно слова нужно говорить?       Аля уставилась на неё.       — Ты никогда раньше никого не приглашала на свидание?       — Ну… Не совсем…       — Дорогая, это просто! Просто скажи что-нибудь вроде: «Привет, не хочешь пойти со мной на карнавал в эти выходные? В качестве свидания?»       — В качестве свидания, — осторожно повторила Галиетта, словно изучала иностранный язык.       — Да. Нужно уточнить, что это свидание, иначе парень подумает, что ты просто хочешь пообщаться «как друг».       — Точно. Как свидание. Поняла.       Маринетт с интересом наблюдала за этим разговором.       — Галиетта, ты никогда… Я имею в виду, ты такая красивая и уверенная в себе, я просто предположила, что у тебя есть опыт в подобных делах.       — Я… новичок в свиданиях, — осторожно сказала Галиетта. — Мои прежние жилищные условия не позволяли мне этого делать.       — Ну, у тебя всё получится, — доброжелательно сказала Маринетт. — А если Ками не согласится сразу, он просто идиот.       — А что, он может не согласится? — спросила Галиетта, внезапно охваченная паникой. — А что, если он всё-таки захочет пойти, а я понятия не имею, как на самом деле… встречаться с кем-либо?       — Тогда вы вместе во всем разберетесь, — твердо сказала Аля. — В этом и заключается смысл свиданий — понять, подходите ли вы друг другу.       Направляясь к кассе с новым платьем Галиетты, никто из них не заметил, как спрятанные в ее кармане серьги начали мягко светиться, словно откликаясь на ее решимость.

***

Тем временем у мальчиков:

      — Чувак, твой друг сошёл с ума, — сказал Нино Адриану, с изумлением наблюдая, как Ками систематически бьёт все рекорды в игровом зале.       Ками начал с гоночных игр (вековые традиции наблюдения за тем, как игроки управляют всем, от колесниц до мотоциклов, сыграли свою роль), перешел к файтингам (тысячелетний боевой опыт тоже) и теперь с сосредоточенной интенсивностью, словно действительно участвовал в проектировании некоторых из величайших лабиринтов мира, пробирался через головоломки.       — Да, — согласился Адриан, хотя в его тоне звучала скорее задумчивость, чем восхищение. — Он… действительно хорош в этом.       Но он не добавил: «Слишком хорош. Никто не бывает настолько хорош во всем».       — ЧУВАК! — крикнул Нино, когда Ками снова показал высокий результат. — Как тебе удаётся так хорошо играть буквально во все игры?       — Наверное, мне просто везёт, — сказал Ками, и это было отчасти правдой. Хотя многовековой опыт работы с участниками соревнований определенно наделил его рефлексами, граничащими со сверхъестественными.       — Какой же ты везучий, — проворчал Ким, надувшись своего после проигрыша в гонках. — Ты просто какой-то гений компьютерных игр.       — Может, он просто тренировался, — предположил Адриан, хотя и смотрел на Ками с тем же подозрительным выражением лица, что и всю неделю.       — Да, тренировался, готовясь к чему? К Олимпийским кибериграм?       Ками уже собирался ответить, когда его живот заурчал так громко, что его было слышно даже сквозь музыку из игры.       — Может, сделаем перерыв на перекус? — предложил Макс. — У входа как раз стоит торговый автомат с едой.       — Отличная идея, — сказал Ками, втайне благодарная за возможность отвлечься от этого разговора. — Кто-нибудь еще чего-нибудь хочет?       — Принеси мне газировку, — попросил Нино.       — И еще немного чипсов! — добавил Ким.       Ками направился к торговому автомату, доставая из кармана монеты. Он выбрал бутерброд с сыром (потому что даже в человеческом обличье некоторые вещи никогда не меняются), вставил деньги и нажал кнопку.       Машина зажужжала, спиральный механизм закрутился, и…       Ничего не произошло.       Сэндвич упорно оставался на месте, а его монеты исчезли в электронных глубинах автомата.       — Ну же, — пробормотал Ками, ударив ладонью по автомату. — Дай мне мой сэндвич.       Ничего.       Он попробовал нажать кнопку возврата монет, но и в этот раз ничего не произошло.       Он осторожно потряс аппарат. И по-прежнему ничего.       Его разочарование начало нарастать — знакомое жгучее чувство, которого он не испытывал с тех пор, как стал человеком. Раньше, если что-то не работало как положено, он всегда мог просто… исправить это. Уничтожить навсегда.       — Глупая машина, — прорычал он, сильнее встряхивая её.       Сэндвич словно насмехался над ним из-за стекла, так близко, и в то же время совершенно недоступно.       Жжение усиливалось, распространяясь от груди до кончиков пальцев. Не задумываясь, он приложил руку к боковой стенке аппарата.       — Хорошо, — прорычал он. — Пусть будет по-твоему. КАТАКЛИЗМ!       Слово вырвалось само собой, как и тысячи раз до этого. Он не ожидал, что что-то произойдет — в конце концов, он был человеком, — бессильным, всего лишь подростком с проблемами в поведении и неудачными отношениями с торговым автоматом.       Вместо этого по его ладони пробежала потрескивающая темная энергия.       Торговый автомат задрожал, заискрился, а затем просто… рассыпался. Не взрывом, не с силой, а тихо и полностью, превратившись в аккуратную кучу деталей и электронной пыли.       Вместе со всеми закусками, которые в нём находились.       Ками уставился на груду обломков на месте бывшего торгового автомата, пока его рука все еще светилась остаточной темной энергией.       — Что за, — прошептал он себе под нос, — это, чёрт возьми?       Он лихорадочно огляделся, но в зале было шумно и многолюдно, а торговый автомат стоял в углу, где его никто не мог увидеть, поэтому каким-то чудом никто не стал свидетелем его маленького… инцидента.       Темное свечение исчезло с руки, оставив его одного перед доказательством чего-то, что должно было быть невозможным.       Он всё ещё обладал своими способностями. Каким-то образом, несмотря на то, что был человеком, несмотря на всё произошедшее, он всё ещё мог использовать Катаклизм.       — Ками! — раздался голос Нино из другого конца игрового зала. — Ты уже нашёл закуски?       — Э-э, — ответил Ками, глядя на груду электронного мусора, — возможно, возникла небольшая проблема с торговым автоматом!       — Какая проблема?       — Проблема с тем автоматом, эм…которого… больше не существует?       — Что?       — То есть, — быстро сказал Ками, — он сломан! Очень сильно сломан! Совершенно неисправен!       Он быстро запинал несколько крупных кусков под ближайшую скамейку и попытался выглядеть невинным, когда подошли парни.       — Что случилось? — спросил Адриан, растерянно оглядываясь по сторонам. — Разве здесь раньше не было торгового автомата?       — А должен быть? — спросил Ками, надеясь изобразить убедительное недоумение. — Я не помню, чтобы видел хоть один.       — Я мог бы поклясться… — сказал Макс, нахмурившись. — Когда мы приехали, здесь точно был торговый автомат.       — Может, его перенесли? — слабо предположил Ками.       — Кто вообще перемещает торговый автомат посреди дня? — подозрительно спросил Ким.       — Перемещает торговый автомат… люди?       Все уставились на него.       — Это не звучит как правда, — заметил Нино.       — Разве?       — Нет, чувак. Это совсем.       — Ну, — Ками отчаянно пытался сменить тему, — может, нам стоит поискать еду где-нибудь в другом месте? Наверняка есть фуд-корт или что-то подобное.       — Да, хорошо, — медленно произнес Адриан, все еще выглядя озадаченным. — Но я клянусь, здесь был торговый автомат…       Уходя, Ками старался не думать о последствиях произошедшего. Если у него всё ещё есть способности, значит ли это, что у Тикки тоже? И если да, то что это значит для всей их ситуации?       Ему нужно было поговорить с ней.       Немедленно.

***

      Галиетта расхаживала по гостиной, все еще в своем новом красном платье и сжимая в руке печенье для моральной поддержки. Ками сидел на диване, только что приняв душ, в своих лучших джинсах и кожаной куртке, которая делала его похожим на какого-нибудь кумира подростков.       — Итак, — сказала она, остановившись и повернувшись к нему лицом, — у меня к тебе вопрос.       -Да, — сказал он, хотя в его тоне звучала осторожность. Они оба были на взводе с тех пор, как обнаружили, что их способности всё ещё активны.       — Но сначала нам нужно поговорить о том, что произошло сегодня.       — Ты имеешь в виду инцидент с торговым автоматом?       — …И то, что я использовала талисман удачи, — тихо сказала Галиетта. — Случайно. Пока примеряла платье.       Ками выпрямился.       — Что ещё раз?       Она достала серьги из кармана, и они тут же начали светиться мягким, теплым светом.       — Я думала о том, как бы мне хотелось, чтобы всё было идеально, и вдруг в моих руках оказались они.       — Мы всё ещё обладаем своими способностями, — сказал Ками, скорее себе, чем ей.       — И что это, собственно, значит?       — Я не знаю. Но это меняет ситуацию.       — Как?       Ками долго смотрел на нее, замечая нервное выражение лица и то, как она теребила печенье в руках.       — А что ты хотела у меня спросить? — спросил он, вместо того, чтобы ответить.       — А, да, хорошо. Вот это, кхм, — Галиетта глубоко вздохнула. — Не хотел бы ты… не хотел бы ты пойти со мной завтра на карнавал на Трокадеро? В качестве… в качестве спутника?       Слова вырвались потоком, и она тут же затаила дыхание, ожидая ответа.       Ками уставился на неё, когда мозг, казалось, полностью отключился.       — Ты имеешь в виду… Свидание? — медленно повторил он.       — Да. Свидание. Где мы… встречаемся. Вдвоём. В романтическом плане.       — Ты хочешь пойти на романтическое свидание. Со мной.       — Да.       — Даже несмотря на то, что мастер Фу запретил нам оставаться наедине?       — Мы не будем одни! На карнавале будут тысячи людей!       — Это… действительно хороший аргумент.       — Так… это значит «да»?       Ками посмотрел на неё — на этот раз по-настоящему посмотрел, будто другим взгялдом. Она стояла в своём красном платье, нервно поедая печенье, и приглашала его на свидание с уверенностью человека, который никогда в жизни никого не приглашал. Она была идеальна. Абсолютно идеальна.       — Да, — тихо ответил он. — Определенно да.       — Правда?       — Да? Я бы с удовольствием сходил с тобой на карнавал.       Улыбка, расплывшаяся по лицу Галиетты, была настолько яркой, что могла бы осветить половину Парижа.       — Но, — продолжил Ками, — нам сначала нужно согласовать это с мастером Фу.       — Верно. Конечно.       Словно по зову, мастер Фу вышел из своего кабинета, взглянул на них обоих, нарядно одетых и сияющих от счастья, и глубоко вздохнул.       — Дайте угадаю. Вы хотите пойти на свидание.       — Только на карнавал! — быстро сказала Галиетта. — Мы будем на публике! Под строгим присмотром!       — Наблюдение со стороны тысяч незнакомцев не считается наблюдением, — отметил мастер Фу.       — Пожалуйста? — спросили они в унисон, оба с одинаково умоляющими выражениями лиц.       Мастер Фу переводил взгляд с одного на другого, по-видимому, взвешивая риски и выгоды.       — Хорошо, — наконец сказал он. — Но есть условия.       — Мы примем любые условия! — с энтузиазмом заявила Галиетта.       — Вам нужно вернуться ровно в девять вечера.       — Считайте, сделано.       — Вы должны постоянно находиться в общественном месте.       — Это очевидно.       — И вы будете звонить мне каждые два часа и рассказывать, как у вас дела.       — Это… кажется, немного перебор, — сказал Ками.       — Это не подлежит обсуждению. Если вы хотите пойти на это свидание, то принимайте мои условия.       Они посмотрели друг на друга, а затем снова на мастера Фу.       — Договорились, — сказали они хором.       — Хорошо. А если я услышу о каких-либо… инцидентах… связанных с чудесными силами или исчезновением аттракционов, вы оба будете отстранены от занятий в школе и друг от друга до тех пор, пока не превратитесь обратно в квами.       — Всё будет хорошо! — пообещала Галиетта.       — Мы будем просто настоящими ангелами, — добавил Ками.       Мастер Фу скептически посмотрел на него, но кивнул.       — Хорошо. А теперь пошлите ужинать.       Когда они сели за стол, Галиетта не могла перестать улыбаться. Завтра у нее будет свидание. Настоящее, официальное, романтическое свидание с Ками.       Это казалось одновременно самым естественным и самым невозможным в мире.       — Мастер Фу? — спросила она, когда они закончили есть.       — Да, дитя моё?       — Спасибо. За то, что… позволили нам попытаться быть нормальными подростками, даже если мы таковыми не являемся.       Выражение лица мастера Фу смягчилось.       — Вы оба заслуживаете счастья. Даже если ваша ситуация… беспрецедентна.       — Вы думаете, мы совершаем ошибку? — тихо спросил Ками. — Что мы слишком сближаемся, не зная, сможем ли и дальше оставаться людьми?       — Я думаю, — осторожно заметил мастер Фу, — что некоторые вещи стоит пережить независимо от того, как долго они длятся. И я думаю, вы оба заслужили право узнать, что значит быть молодым и влюбленным.       — Влюблённым?.. — пискнула Галиетта.       — А разве нет?       Она посмотрела на Ками, который в ответ смотрел на нее с мягким взглядом и нежной улыбкой.       — Возможно, — тихо призналась она.       — Вполне возможно, — согласился Ками.       Мастер Фу улыбнулся.       — Тогда вперёд. Устройте свидание. Будьте молодыми, безрассудными и счастливыми. Но осторожными. Вас всё ещё ищут, и способности делают вас опасным для самих себя и окружающих.       — Мы будем осторожны, — пообещала Галиетта.       — Мы будем самыми осторожными подростками в Париже, — добавил Ками.       — Почему-то, — сухо заметил мастер Фу, — я в этом сомневаюсь.       Но он говорил это с улыбкой, и впервые с начала всего этого испытания Галиетте показалось, что всё действительно может наладиться.       Она собиралась на свидание с Плаггом. После тысячелетия знакомства они наконец-то собирались попробовать построить отношения, которые могли бы быть чем-то большим.       Что могло пойти не так?