Глава 2. Ты маньяк?
15 февраля 2026 г., 00:00
Утро началось не с крика петухов, спасибо всем богам, их нет на острове, а с мягкого света, заливающего кухню через большое панорамное окно. Лео стоял у плиты, сосредоточенно выливая тесто на раскалённую сковороду. Воздух пропитался густым запахом жареного масла, ванили и чего-то уютно-домашнего.
На кухонном столе на специальной подстилке грелась под лампой Ревнивица. Она лежала кольцами, её голова следила за каждым движением Лео, будто проверяя процесс. Лео Второй же устроился на полу прямо у ног повара, мурлыкая в такт помешиванию и время от времени задевая лапой его голень, намекая, что пробовать блинчики нужно не только людям.
— Нет, дружище, тебе нельзя, — ворчал в ответ Лео Первый, аккуратно переворачивая идеально круглый блин. — У тебя своя еда. А данное произведение искусства для гостей. Отец рецепт мне показал маленькому, я его десять лет дорабатывал. Сегодня, кажется, получилось идеально.
На лестнице послышались осторожные шаги. Первым появился Пэйен. Он спускался медленно, чуть скованно, но без болезненной гримасы на лице. Спина, кажется, отпустила, оставив лишь лёгкую, тянущую усталость.
— Доброе утро, — тихо сказал он, останавливаясь у входа в кухню.
Лео оглянулся и улыбнулся.
— Доброе. Что-то со спиной? — Лео читал фанатские теории, что у Пэйена нелады со здоровьем, так как во время съёмок он часто спал из-за обезболивающих. Сам Лео предположил, что это именно спина, так как сейчас актёр держался за поясницу.
— Да, старая травма. Но уже лучше. Вчера… Хэн помог. — Пэйен будто ещё переваривал события, случившиеся за закрытыми дверями.
— А это случайно не грыжа в пояснице? — Лео вылил очередную порцию теста на сковороду.
— Д-да, как ты понял? Врачи, с которыми мы сотрудничаем, все подписали соглашение о неразглашении. Ты не мог найти эту информацию на просторах интернета! — Пэйен аккуратно опустился на жесткий стул и облокотился на спинку. В его взгляде читалось недоверие и осторожность. Слишком много посторонний знает о его болезни.
— Пэйен! Не переживай, я нигде не встречал информации про твоё здоровье. Просто… Знаешь… в психологии есть понятие психосоматика. — Лео постукал лопаткой себя по лбу. — С точки зрения психосоматической теории грыжа поясничного отдела позвоночника может являться отражением проблем с финансами, неуверенности в себе и своих силах, невозможности изменить собственную жизнь.
Он замолчал, давая гостю переварить услышанное. А потом выключил газ и перенёс стопку блинчиков на стол.
— А твой «прилёт» сюда, твоё состояние, тяжба с агентством, слухи, гуляющие про долги перед бывшим менеджером… Я просто сложил два и два. — Лео отвернулся к стойке с чистой посудой. — Тут у нас каждый со своими тараканами… и питомцами, так что больную спину мы тоже попробуем тебе если не вылечить, то облегчить, — он кивнул на Ревнивицу и Лео Второго.
Пэйен наблюдал, как Лео ловко расставляет приборы, как в хороших ресторанах, миллиметр к миллиметру, и сложенные в цветок салфетки даже имелись.
— Они… они тут всегда с тобой? — Он перевел взгляд с ловких рук Лео на питомцев.
— Тараканы? Почти с самого начала моего тут пребывания, — хихикнул Лео и начал рассказывать, как появились Лео Второй и Ревнивица. — Предыдущие гости нашли кладку змеиных яиц. Лео, конечно, первым её разнюхал и изничтожил всех, кроме последнего. Мы тогда все втроём спасали из его пасти яйцо с Ревнивицей. Комедийный боевик получился с таймером на поиски инкубатора или деталей, чтобы его собрать. Один грел яйцо, второй вспоминал инструкции по выведению рептилий, третий — инкубатор мастерил… В общем, выкручивались как могли. Она вылупилась тут и осталась. Ревнивицей назвали в честь персонажа из дорамы. А кот… он сначала ревновал, шипел. А теперь они лучшие друзья. Ночью спят вместе: кот на лежанке, змея раньше помещалась на коте, а теперь рядом спит. Греются.
Пэйен слушал, и на его лице впервые за эти дни появилась не просто усмешка, а лёгкая, живая улыбка.
— А Лео Второй в честь тебя назван? — актёр потрепал подошедшего к нему кота между ушек и позволил тому уместиться у себя на коленях.
— Ооо, это вообще отдельная история, я сюда сам переместился в мае. Хотел тут всё снести и разорвать контракт с магическим зеркалом, но из-за этого рыжего комка пока отложил данное желание, — Лео замолчал, типа отвлекаясь на чайник и заварник.
— Почему? — Пэйен немного развернулся, так, чтобы не потревожить Лео Второго, но увидеть хотя бы спину владельца необычного места.
— Мои родители… — Лео глубоко вздохнул. Он понял: раз Остров настойчиво через уже третью партию гостей задаёт ему этот триггерный вопрос, надо ответить, — они погибли в шторме одиннадцать лет назад, когда решили подзаработать и привезти на остров одного певца не через вызов зеркала, а просто забрав его с частной лодки и переправив на остров.
— Погоди, но ведь в правилах… — Пэйен замолчал. Кто как не владелец знает о правилах, записанных в брошюрке лучше, чем кто-либо.
— Да, именно так, и Остров самым жестоким, но действенным способом напомнил про правила. — Лео налил себе кофе и поставил на кофеварке новую программу для напитка Пэйену.
— А ты всё равно здесь, теперь помогаешь тем, из-за кого стал сиротой? — актёр внимательно смотрел за сведёнными плечами и натянутой как струна спиной.
— Так вы не виноваты в той трагедии, виноват мой отец, и от части тот малазийский певец, который помахал толстой пачкой денег перед носом отца, у которого старший сын ждал важнейшей операции. — Лео дождался, когда аппарат выдаст последние капли душистого ароматного кофе, и перенёс обе чашки на стол.
— Погоди, это случайно не про исчезнувшего третьего декабря в четырнадцатом году Джексона Риора ты говоришь? — Пэйен пододвинул к себе кружку и сделал первый глоток прекраснейшего напитка. Из-за того, что вода здесь поступает из источников, вкус изменился, стал более насыщенным и в тоже время мягким.
— Упс, — Лео очень внимательно посмотрел на гостя, — я не ожидал, что китайский актёр знает о таком не очень известном малазийском певце.
— Моя мама его слушает и очень любит присылать мне фан-клипы с его песнями на мои дорамы. Мне кажется, если ты сейчас включишь одну из песен, я даже слова пропою, — Пэйен передёрнул плечами и помотал головой, прогоняя бесконечные повторы своих экранных эмоций под песни в стиле лирической поп-баллады.
Лео чуть не подавился кофе. Он закашлялся и, отдышавшись, вытер проступившие слёзы.
— Фан-клипы? Покажи! Умоляю! — он протянул руку в сторону лежавшего на столе телефона. Пэйен хихикнул и поискал в переписке с мамой загруженные клипы, так как в отсутствие сети он не мог показать последние, которые уже не сохранял, а лишь просматривал.
Легкая музыка разнеслась по веранде, на экране сменялись кадры показывая историю Чу Мана и Мин Мин. Лео смотрел эту дорамку: Пэйен играл главного героя из вымышленного мира. Героиня вытянула его из-за своего патологического вранья.
— О, а я её так и не досмотрел, — Лео вернул телефон после просмотра минутного клипа, — спасибо за спойлер счастливого финала.
— А почему не досмотрел? — Пэйен аж подтянулся на стуле: выпрямился и наклонился ближе к Лео.
— Да, актриса деревянная! Между вами совершенно нет химии! — Лео помотал головой, забываясь, что перед ним сидит известный актёр, а не друг по обсуждению дорамы. — Я вообще удивляюсь, что у дорамы оказался приличный рейтинг. Эта Мин Мин раздражала с самого начала!!!
— Не вини Вэнь Синь, она замечательная актриса. Просто роль такая… подбешивающая. — Пэйен улыбнулся, совершенно не обидевшись на правдивый отзыв.
— А твоя игра мне понравилась, особенно стальной нрав гендиректора, — Лео подмигнул актёру и улыбнулся.
— Спасибо. — Пэйен не стал дальше развивать тему с фильмом, его больше интересовало, откуда на острове Лео Второй. — Так всё же, ты приплыл на остров, увидел тут котёнка и решил остаться?
— Не совсем так, я немного ступил и вытянул на остров… одного тайского актёра, и пока он отдыхал, а я убирал накопившуюся пыль, появился котёнок. — Лео не стал вдаваться в подробности.
— А почему Лео Второй? А не Рыжик? — Пэйен намазал блинчик джемом и вопросительно поднял брови.
— Потому что парень этого самого актёра оказался ревнивым! — Лео ещё что-то пробурчал про «молодой взрывной» и «третий лишний», а затем уже громко добавил, — так что вот теперь кукуем тут втроём: Я, Котяра и Змеюка.
— Вы теперь как семья, — заметил Пэйен и потянулся за вторым блинчиком.
— Да, пожалуй, — согласился Лео и тоже потянулся за блином. — Не та, которую выбираешь, но та, которая… находится самым неожиданным способом.
На лестнице раздались более уверенные, быстрые шаги. Хэн. Он вошёл на веранду, уже одетый, с влажными после душа волосами. Его взгляд сразу нашёл Пэйена, сидевшего за столом, потом скользнул по Лео, и что-то в его глазах на мгновение стало напряжённым, чуть более острым.
— Запах на три острова, — произнёс он, подходя к столу. — Надеюсь, на мою долю хватит.
Хэн направился к кофеварке, чтобы включить программу и, проходя мимо Лео, который как раз тянулся за чистым стаканом из шкафа, Хэн «случайно» задел его. Сначала двинул локтем, угодив Лео под ребро, затем опять же чисто случайно развернувшись и идя обратно к столу, довольно ощутимо наступил на ногу и хлопнул глазками.
— Ой, прости, — сказал он без тени сожаления, даже не моргнув глазом. — Тесно тут как-то.
Лео крякнул, потёр бок, и бросил на него короткий, понимающий взгляд. Он видел эту ревность у Смарта, Сюя и Сюаня. Знакомый паттерн: защита своей территории, своих чувств, даже если они ещё не названы вслух. Но почему опять Лео?! Риторический мысленный вопрос в сторону Острова остался без ответа.
— Ничего, — пробормотал Лео, возвращаясь к блинам. — Места всем хватит. Присаживайся, пробуй, пока мы всё не съели.
Пэйен всё видел: и «случайный» удар, и взгляд Хэна, и спокойную реакцию Лео. Он ничего не сказал, просто продолжил завтракать, глядя в окно на просыпающийся сад.
Хэн сел напротив, осознанно преграждая чудесный вид из окна, его нарочито расслабленная поза и цепкий пристальный взгляд чётко показывали, что появившийся новый неучтённый объект мешает.
Лео горестно вздохнул и вернулся к своей порции блинов.
— Пробуй, — сказал он Хэну, кивая на значительно уменьшившуюся стопку. — И не вздумай говорить, что у вас в Шанхае лучше. Я десять лет шлифовал данный рецепт!
Пэйен хмыкнул. Его взгляд скользнул с Лео на Хэна и приобрёл изучающий, почти лабораторный интерес. Он взял следующий блин, аккуратно намазал его мёдом, но его движения из бытовых простых преобразились в поставленные, отточенные. Как будто кто-то невидимый крикнул «Камера, мотор!».
Атмосфера за столом изменилась. В глазах Пэйена вспыхнули озорные, почти дерзкие искорки. «Хорошо, Цзян Хэн. Раз ты строишь из себя крепость, давай проверим, насколько толстые у неё стены», — говорил этот новый, яркий взгляд.
Он поймал осторожный взгляд Хэна поверх чашки и демонстративно развернулся к Лео, будто отгородившись от остального мира. Следующий блин Пэйен ел с преувеличенным, театральным удовольствием. Он не поливал его мёдом, а возливал тонкой золотистой струйкой, следя, как сладость медленно заполняет каждую пору. Длинными, изящными пальцами он скатал блин в плотный треугольник, поднёс к губам, медленно, с намёком облизнул их, и только потом откусил. Закрыл глаза и издал тихий, срывающийся вздох, больше похожий на стон.
— Лео, это божественно, — прошептал он сиплым голосом, глядя на того сквозь полуприкрытые ресницы. — Ты где такой мёд раздобыл?
— Секрет острова. Нравится? — Лео мгновенно понял игру и лишь поднял бровь, скрывая усмешку.
— Ещё бы, — Пэйен одним слитным движением затолкал остатки блина в рот, прожевал смакуя, а затем взял дольку папайи в форме сердечка, помахал ею в воздухе, демонстрируя всем и, глядя прямо на Хэна, провёл сочным краем дольки по своей нижней губе, оставляя влажный блестящий след. — Такая сочная. Прямо… сводит с ума.
Он знал, куда бить. Хэн как-то проговорился в интервью, что самая запоминающаяся черта во внешности Пэйена — его губы. Хэн замер. Палочки в его руке дрогнули, едва не выронив креветку. Его лицо стало маской из гранита, но предательские глаза выдавали внутреннюю бурю: ярость, растерянность и невольное восхищение наглой, прекрасной местью. Он видел спектакль, понимал причины, но это знание било током прямо по нервам еще сильнее.
— Пэйен-а, — его голос прозвучал хрипло и сдавленно, будто через силу. — Может, хватит?
— Что? — Пэйен наклонил голову, притворяясь непонятливым. Он облизнул палец, на который «случайно» капнул мёд, задерживая язык на секунду дольше необходимого. — Я просто завтракаю. Разве есть что-то противозаконное в том, чтобы наслаждаться едой?
Лео фыркнул, кашлянул в кулак и прикрылся чашкой. Даже Лео Второй под столом уставился на людей, насторожив уши, будто чувствуя накал страстей.
Хэн резко, с грохотом отодвинул стул.
— Пойду, заварю себе чаю, кофе оказалось маловато, — бросил он сквозь зубы и встал: резкие, скованные движения выдавали его волнение.
Пэйен позволил себе лёгкую, торжествующую улыбку, и наконец-то отправил дольку папайи в рот.
— Спасибо. Очень… мотивирующее утро. Поднимает настроение на весь день, — прожевал Лео и мягко, почти нежно подмигнул Пэйену.
— Всегда к вашим услугам. Утро должно задавать тон всего дня. — Пэйен кивнул, его глаза смеялись уже открыто.
Хэн вернулся с порцией чая, сел, уткнувшись взглядом в свою тарелку. Казалось, всё тело вибрировало от сдержанных эмоций: ревность пожирала изнутри, смешиваясь с гневом на себя за уязвимость и раздражением на Пэйена за месть.
А Пэйен, удовлетворившись проделанной работой и получив свою долю внимания, наконец-то перестал играть. Он спокойно доедал завтрак, лишь изредка бросая на Хэна быстрые, оценивающие взгляды, в которых читалось: «Ну что, взял себя в руки? Или мне продолжить?».
***
Солнце стояло в зените, превращая бассейн в сияющую бирюзовую чашу. После завтрака с его напряжёнными нотками вода казалась идеальным лекарством от всего: скованности в спине, невысказанных слов, дурацкого флирта, который висел в воздухе, как неразорвавшаяся хлопушка. Пэйен первым осторожно, но с облегчением на лице вошёл в бассейн. Теплая вода обняла его, сняв последние остатки боли и напряжения. Он отплыл на середину, перевернулся на спину и закрыл глаза, позволяя воде поддерживать тело. Впервые за долгие месяцы его спина не ныла, не тянула, а просто… отдыхала. Лео и Хэн наблюдали за ним с бортика, и в их взглядах читалось общее удовлетворение от того, что Пэйену хорошо. Но наблюдение длилось недолго: взгляд Хэна скользнул по Лео, и в нём снова вспыхнул знакомый вызов. — Что, владелец острова, плавать умеешь, или только блины печёшь? — спросил он, скидывая сланцы и поднимаясь на стартовой тумбе, как профессиональный пловец. — Умею. Но осторожно, а то мы увлечёмся и Пэйена заденем, и он опять придумает месть, поизощрённее, чем за завтраком. — Лео усмехнулся, вставая рядом. И началось. Они как два молодых гордых глупых льва, распушив гривы перед единственной львицей, устроили настоящее водное шоу. Хэн демонстрировал изящные кролевые гребки, брызги летели во все стороны. Лео отвечал мощным брассом и резкими разворотами от бортика двумя ступнями, показывая отточенную технику. Они ныряли, делали сальто под водой, устраивали гонки от одного края бассейна к другому. Пэйен, наблюдая за ними, не мог сдержать улыбку. Смешно, немного по-детски, но бесконечно обаятельное соревнование двух мужчин. Он зааплодировал, когда Хэн эффектно вынырнул, откидывая мокрые волосы, и посвистел, когда Лео проплыл под водой почти весь бассейн на одном дыхании. — Эй, Пэйен-а, кто круче? — крикнул Хэн, останавливаясь у бортика рядом с ним и тяжело дыша. — Вода круче, — дипломатично ответил Пэйен, хлопнув ладонью по поверхности и запустив волну брызг. — Она мою спину вылечила, а вы двое только пыль в глаза пускаете. Ответ Пэйена только раззадорил их. Парни уже договорились на последний заплыв по кругу на скорость, встали на старт и приготовились. — На счёт три! — скомандовал Лео. — Раз… — Два… — подхватил Хэн. Лео уже набрал в легкие воздух, как из административного корпуса донёсся звук: не громкий, но отчётливый, пронзительный. Мелодичный тревожный перезвон. Зеркало. Лео замер как вкопанный. Всё его игривое настроение испарилось в одно мгновение. Лицо стало серьёзным, сосредоточенным. — Всё, — коротко бросил он. — Отменяется, у нас пополнение. Лео одним движением выпрыгнул из бассейна, схватил полотенце, на ходу обтираясь, и натянул футболку и шорты, которые лежали на шезлонге. Повторить оплошность как со Смартом ещё раз он не хотел. — Новые гости? — спросил Хэн, уже без издёвки, с интересом. — Похоже на то, — кинул Лео через плечо, уже бегом направляясь к серому зданию административного корпуса. — Не утоните тут без меня, а то в угол поставлю! Хэн и Пэйен остались у бассейна, наблюдая, как фигура юного владельца скрывается в тени пальм. — И что, это часто? — спросил Хэн, подплывая ближе к Пэйен. — Не знаю, — пожал плечами Пэйен. — Но, кажется, у него работа никогда не закончится. Они замолчали, слушая, как трезвон зеркала стихает вдалеке, растворяясь в тишине острова. Веселье и соперничество внезапно закончились, уступив место лёгкому недоумению и пониманию, что они здесь — лишь часть чего-то большего. Часть странного, медленного ритма острова, который диктует свои правила. И главное из них: когда зовёт зеркало, всё остальное может подождать.***
Тишина в комнате нарушалась не просто мерцанием: артефакт вибрировал, издавая низкое, настойчивое гудение, будто что-то внутри него напряглось до предела. Лео, едва успев вбежать и вытереть мокрые волосы, замер перед ним. В зеркале, среди туманных силуэтов, ярко горели двое. Они стояли вплотную, обнявшись, в полумраке какой-то комнаты — очень похожей по интерьеру на номер из которого Лео вытянул Пэйена и Хэна. Хуан Син прижался лбом к плечу Цю Динцзе, его стройная фигура содрогалась от беззвучных рыданий. Плечи тряслись, пальцы впились в спину партнёра так, что побелели костяшки. Динцзе же стоял неподвижно, как скала. Его бледное лицо заледенело, а глаза, устремлённые куда-то в пространство перед собой, горели холодным, настороженным огнём. Без эмоций, как щит: напряжённый, готовый ко всему. Лео не стал медлить. Ладонь легла на поверхность, в реальном мире прошло всего восемь часов, и если Пэйена и Хэна он вытянул где-то в обед, то для этой пары уже наступила полночь: ноябрь сменился декабрём. — Хуан Син и Цю Динцзе, надо отдохнуть. — Лео привычно зажмурился и отступил в сторону. Вспышка оказалась ярче и резче, чем обычно. Вихрь света выплюнул в комнату двух актёров. Они почти упали, но Динцзе удержал равновесие и поддержал Сина, который сначала отшатнулся, но потом вжался в него ещё сильнее. Лео сделал шаг вперёд, чтобы помочь, но Динцзе резко поднял голову. Его острый, как лезвие взгляд предупреждал. — Не подходи! — его голос прозвучал низко и опасно. — Где мы? Что это? Син испуганно выглянул из-за его плеча, в красных от слёз глазах стоял первобытный страх. Динцзе развернулся в полоборота: и не открывая партнёра для чужого человека, и чтобы самому видеть незнакомца. Лео медленно поднял руки, показывая, что он безоружен и не опасен. — Добро пожаловать в отель «Хоу Тай». Вы в безопасности. Это просто остров. Особое место. Здесь время течёт медленнее, чем в остальном мире. Вас никто не тронет, вы отдохнёте и вернётесь обратно к своим будничным заботам. — Остров? — Динцзе огляделся, его взгляд выхватывал старинные часы, странные карты на стенах, фотографии знаменитостей без имён с какими-то номерами. Лео перевёз их сюда, так как в родительском доме теперь появлялся редко. — Какая чушь. Кто ты? Поклонник? Маньяк? — Я — Лео. Владелец этого места, — он говорил медленно, чётко, как с испуганным животным. — Вы попали сюда, потому что зеркало почувствовало вашу боль. Ваше отчаяние. Оно… помогает тем, кто на грани. — Помогает? Похищая людей? — Динцзе не отступал. Он развернулся и прикрыл Сина своей спиной полностью, его поза говорила, что он готов на всё. — Отвези нас обратно. Сейчас же. Лео вздохнул. С некоторыми гостями легко. С другими — вот так. Приходилось проговаривать каждое слово. — Я не могу просто «отвезти». Чтобы вернуться, нужно время. Нужно, чтобы душа отдохнула. Здесь вы можете расслабиться. У вас есть несколько дней. Здесь сейчас… — он искал козырь, и нашёл его. — Здесь сейчас тоже гости. Ваши коллеги. Ли Пэйен и Цзян Хэн. Они будут здесь гостить еще шесть дней. Сработало не сразу, но сработало: настороженность в глазах Динцзе дрогнула, сменилась недоумением, а затем острым интересом. — Пэйен и Оушен? Здесь? — переспросил он без прежнего льда в голосе. — Да. Они у бассейна. Хотите, я проведу вас к ним? — Лео осторожно опустил руки. — Они всё объяснят лучше меня. Они уже… освоились. Актёры переглянулись. Взгляд Сина полный вопросов и слабой надежды устремился на Лео. Динцзе медленно кивнул, его защитная стойка смягчилась на градус. — Хорошо, — сказал он. — Веди. Но если это ловушка… — Это не ловушка, — мягко прервал его Лео. — Это просто место, где можно перевести дух. Идёмте. Он повернулся и пошёл к выходу, не оглядываясь, давая им ощущение, что они контролируют ситуацию. Через несколько секунд он услышал за собой осторожные шаги. Когда они вышли на солнечный свет и направились по тропинке к бассейну, Син немного отстал, держась за руку Динцзе. Его плечи уже не тряслись, но глаза по-прежнему оставались широко раскрыты, будто он боялся, что всё это исчезнет, как мираж. А Лео шёл впереди, чувствуя знакомую тяжесть ответственности. Новые гости. Новая боль. Новая история, которую Остров взялся исцелить. А Лео как обычно отдуваться. Тропинка от административного корпуса вела прямо к зоне бассейна. Оттуда доносились всплески, смех и оживлённые голоса: Пэйен что-то доказывал Хэну, тот отвечал со смешком, так беззаботно, что трудно поверить, что ещё вчера оба появились на острове на грани срыва. Контраст, когда Лео и новые гости вышли на открытую площадку, ощущался физически сильно. С одной стороны, весёлые первые гости: Пэйен, расслабленный, с улыбкой на лице, сидел на краю бассейна, болтая ногами в воде, а Хэн плавал рядом, периодически всплывая, чтобы что-то сказать, и его лицо открытое и беззаботное покрылось легким румянцем. Они выглядели как два человека, случайно нашедших райский уголок и решивших насладиться им по полной. И вторая пара: стояли в нескольких шагах от воды, будто на краю чужой территории. Динцзе собранный, его осанка выдавала готовность к обороне, хотя в глазах уже читалось не столько подозрение, сколько ошеломление. Син прятался за ним почти полностью, его взгляд скользил по знакомым лицам коллег с немым вопросом и недоверием. — Эй! — первым заметил их Хэн, переставая грести. Он приподнялся над водой, удивлённо присмотрелся. — Серьёзно? Цюцю? А-Син? Вы как тут…? Пэйен обернулся, и его улыбка сменилась искренним удивлением, а затем — пониманием. Он сам прошёл через шок «принятия магии». — Добро пожаловать в клуб отчаявшихся, — сказал он тихо, но чётко, слышно. — Кажется, остров решил, что нашей группе не хватает совместного отдыха. Динцзе медленно кивнул, его взгляд перешёл с них на удаляющуюся спину Лео, который, махнув рукой на прощание, уже направлялся в главный корпус. — Он… он сказал, вы здесь, — проговорил Динцзе, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность. — Объясните. Пожалуйста. Пэйен и Хэн переглянулись. Хэн вылез из воды и обмотался полотенцем. — Ладно, — вздохнул он. — Присаживайтесь. История длинная, странная, но, кажется, правдивая. И да, вы не в психушке. Не можем же мы смотреть один и тот же глюк толпой? Ну или мы в палате все вместе.
