William, it was really nothing

В доме с самого утра гремела посуда, Холли рисовала, разбросав восковые мелки по полу, а Миссис Уиллер активно готовила завтрак на всю семью. Всё как всегда: яичница с беконом, вафли, и кленовый сироп на столе. Майк же в это время уже как несколько часов сладко спал, видя пятый сон и упрямо игнорируя будильник.  Но одну вещь он не смог проигнорировать, Нэнси настойчиво стучалась в дверь и призывала его спуститься поесть, пока Майк нервно носился по комнате ища что-то наиболее сносное, желательно постиранное.  О, точно, Нэнси. В последнее время она всё чаще и чаще кидала обеспокоенные взгляды в сторону брата. Казалось, от её внимательных глаз не ускользнёт ничего, а его нервозность и отсутствие в последнее время слов: "Уилл придёт в гости" уж точно.  Его это бесило, эта её внимательность и странно проявляемая сестринская забота. Он не тянулся к этому всему, напротив: убегал, прятался, отрицал. И чувствовал вместе с этим стыд с виной за то, что ведёт себя так, и фактически просто отталкивает, а потом удивляется тому, почему к нему больше никто не подходит.  Уиллер, бегло натягивая на себя первую попавшуюся чистую вещь спустился к остальным и устало плюхнулся за своё место. Папа читал газету, мама всё никак не могла сесть и выдохнуть, считая своим долгом тщательно проследить за тем, чтобы каждый поел. А брюнет в это время вяло тыкался в тарелку, аппетита совсем не было. Поговорить, Поговорить, Поговорить.  Да, это всё, что было в его голове сейчас. Поговорить с Уиллом, хотя-бы для начала извиниться перед ним за всё, что он сделал не так. И там уже… как пойдёт. Всё еще он был в непонятках с того, как подступиться. Да, репетировал речь почти всю ночь и мысленно прямо сейчас, но тремор рук и ощущаемое каждой клеткой тела сердцебиение выдавало его с потрохами. В голове чёткая, позорная картина видения этого предстоящего (возможно) разговора, как он запинается, боится, а Байерс тяжело вздыхает и уходит.  Наверное, в данный момент это было самым сильным страхом: то, что его даже слушать не захотят, и тем самым поставят точку на этой многолетней дружбе, раз и навсегда изменившей абсолютно всю его жизнь.  Но ты же понимаешь, что Уилл так не сделает? Голос звучал откуда-то из глубин сознания, где очевидно ещё остались задатки здравого смысла. —Майк, а Уилл сегодня придёт? — раздался детский голос с противоположной части стола. Холли надеялась услышать положительный ответ, но вместо этого Уиллер на секунду опешил. Не подав виду, он покачал головой, после продолжив неспеша есть подостывшую яичницу.  —Нет, он занят сегодня. — как отрезал. Может, это прозвучало даже грубо.  Неосознанно брюнет поднял глаза на Нэнси. Она смотрела прямо на него: изучающе, с подозрением. От её этой проницательности так и хотелось сквозь землю провалиться. Но в этом и заключалась её забота, и, наверное, не будь её совсем, ему определённо было бы грустнее, но прямо об этом Майк никогда не скажет. Счет до момента, как она подловит его и поговорит, шёл не на дни, а на часы уже. Но он даже никогда особо не делился с ней проблемами, всегда старшая сестра оказывалась просто немым зрителем, уверенно собирающим информацию. Интересно конечно проявлялся её талант к журналистике…  Уиллеры по-тихоньку расходились, каждый по своим делам. Кто в школу, а кто на работу. Желание встать на колени и умолять маму разрешить остаться сегодня дома превысило абсолютно любые эмоции, но разве еще одна попытка убежать не сделает хуже?  Поэтому, уговаривая себя, брюнет сел за свой велик и поехал, параллельно продолжая мысленную репетицию. Он продумывал несколько возможных вариантов начала разговора, придумывал ответы на те вопросы, которые, как он считал, мог бы задать Байерс. Более детально Уиллер думал только о партиях в ДнД, но никогда не о том, чтобы просто поговорить.  И вот она, школа: ненавистные коридоры, скрипящие своими шкафчиками и оглушающие постоянным шумом, косые взгляды с прекрасными воспоминаниями о том, как каждому из их компании дали позорную кличку. Но сегодня он здесь не за этим, нужен только Уилл.  Идя через множество небольших компашек и в голове отмахиваясь от липкости их слов, Майк буднично открыл шкафчик и глянул по сторонам. Никого ещё не было, или… чёрт, а где все? Где Дастин, Лукас, Макс, в конце концов, Уилл? Захлопнув дверцу, он пошёл во двор, ноги сами тащили его туда. Может, Макс захотела новый трюк показать, или… или что нибудь ещё. Ну, бывает, что поделаешь…  На заднем дворе никого не было, но не успел брюнет расстроенно вернуться в школу, как столкнулся с друзьями.  —Майк, ты где был? Мы обыскались уже — Раздался голос Лукаса, но машинально глаза искали Уилла, а найдя, робко отвели взгляд, но подметили пару деталей: вид его был определённо не лучше, чем у Уиллера в первые дни после того самого потрясения. Кажется, прямо сейчас весь план катился к чертям, а голову заполнили вопросы.  -"Уиллу плохо? Я виноват в этом?" -"Это моя вина, определённо. Это из-за нашей ссоры"  От стремительно накапливаемого стресса желудок готов вывернуться наизнанку. После, все шли уже впятером. Казалось, кого-то не хватает, и оглянувшись, ещё раз мельком взглянув на шатена, он понял: Эшли. Её с ними нет. Но стоит ли вообще задавать этот вопрос, так отчаянно желающий вырваться из уст?  На раздумия ушло чуть меньше минуты. Он подумал, что мог бы задать вопрос не напрямую Байерсу, но при этом ему напротив, стоило попробовать обратиться именно к нему, не к кому-то другому. Но так боязно! Так тревожно! Сердце готово выпрыгнуть из груди!  Ногти впились в ладони. —А где Эшли? — неловко, тише обычного, сказал Майк, наконец задерживая взгляд на Уилле.  Уилл, потирая затылок, ответил. Всего пара предложений, но с плеч точно гора спала.  —Она занята сейчас, ну и, над чем-то серьёзным работает. Сказала, ей нужно пространство… — Прозвучало не слишком убедительно и вяло. Но, наверное, неважен факт недоговорённости. Главное, что её нету здесь.  И, чёрт возьми, что они обменялись словами! Они говорили! Боже, какая же сильная радость пришла заместо нарастающего минуту назад страха. Не было какой-то неприязни в чужом взгляде, ненависти, злости… неужели это правда, и Джейн оказалась права? Но может, рано ещё радоваться, да? —А… понятно, передай ей пожелания удачи от нас всех. — Он улыбнулся. Слова Байерса определенно не звучали убедительно, но важны сейчас только две вещи: состояние лучшего друга, и перспектива того, что разговор удастся.  Но время как назло замедлилось раз в десять, уроки были нудными, и оставалось только смиренно терпеть, время от времени поглядывая в сторону Байерса.  Уилл, в прошлые дни выглядевший лишь немного растерянно, сейчас напоминал уставшее нечто. Милое нечто, несомненно, но это не на шутку заставило забеспокоиться, раз за разом тихо постукивать по столу и ловить замечания, дышать чаще и выстраивать в голове сценарии причины, по которой шатен выглядел так.  Наконец, учебный день подходил к своему логическому завершению, и сквозь, казалось, тысячи взглядов на друга, он ждал подходящего момента чтоб сказать одно, такое простое предложение: Уилл, нам надо поговорить Но что-то каждый раз заставляло Майка отложить это дело, чтоб продолжить выжидать, довольствуясь тем, что теперь, когда рядом нет Эшли, они с Уиллом то и дело соприкасались плечами, впервые за долгое время идя вместе.  —Майк, кстати, выздоровел? — насмешливо спросил Дастин, явно намекая на то, как он когда-то грубо отмахнулся от беспокойства друзей.  —Да… спасибо, что беспокоитесь. — С улыбкой сказал брюнет, тут же словно теряя интерес к разговору и глазами находя Байерса. Друзья, пару раз легонько толкнув друг друга в плечо, чуть отошли, прихватив с собой Макс. Синлклер и Хендерсон глядели на этих двоих с нескрываемым интересом, ведь они не слепые, и эту хотя и не внезапную, но перемену, давно заметили. Компанию терять никому не хотелось. —Э-э… Дастин сказал он забыл в кабинете кое-что. — С этими словами трое отошли, пока рыжеволосая, недоумевая, тихо спрашивала в чём дело.  И вот, они вдвоём, и теперь, Уиллеру хотелось сквозь землю провалиться, лишь бы сбежать. Лишь бы не начинать разговор, не переживать все эмоции снова. Но тогда какой смысл в этом всём, если он снова захочет убежать? —Ну… как Эшли? — Первые слова оказались у Майка, и он успешно провалил простую задачу: начать диалог без неловкостей. —Рисует… она не посвятила меня в детали. — снова ложь, такая очевидная, что хочется смеяться. —Понятно… эм… — он замялся, теребя край рукава.  Повисло молчание, разрываемое тихим звоном в ушах и эхом шагов в пустом коридоре.  —Мы можем, ну… поговорить? Ты вроде хотел… — договорив, Майк глазами уставился в пол, боясь увидеть то, что не хочет.  Но Уилл не ушёл, не ответил грубо, не оттолкнул. Только понимающе кивнул и улыбнулся, как обычно и делал. —Хорошо… да. Прости за недавнее… — это извинение звучало для брюнета настолько привычно, что становилось стыдно. Почему извиняется он, если вина на его плечах? —Не извиняйся. Это ты меня прости, я как мудак себя повёл. —  Уиллер робко поднял глаза, а на лице Байерса отразилось искреннее удивление. Но Майк ещё не закончил.  —Давай поедем куда нибудь в более уединённое место, мне много чего нужно сказать. —  Шатен кивнул, и оба остались ждать друзей. План такой: они поедут все вместе как обычно, просто теперь в одну сторону. Конечно же, в подвал.