Гарри в плену у Волдеморта или он у его?

Гарри никак не мог уснуть. Он ворочался на кровати, переворачивался с боку на бок, тихо ворчал себе под нос. Сон не приходил — мысли мешали, напряжение не отпускало. Он уже в который раз перевернулся, когда вдруг со стороны стола раздался спокойный, но явно раздражённый голос: — Хватит ворочаться. Гарри замер и повернул голову. Волдеморт даже не смотрел на него — он продолжал что-то писать, перо тихо скользило по бумаге. — Если не хочешь спать, — продолжил он, — займись чем-нибудь. Иди поешь. Прими ванну. Или… поиграй во что-нибудь. В шахматы, например. Судя по всему, ты их любишь. Гарри резко сел. — Правда? — оживился он. — Хм… а это хорошая идея. И тут же… Громкое урчание живота предательски нарушило тишину. Гарри неловко замер, а затем пробормотал: — Да… похоже, я действительно проголодался. Он быстро встал с кровати и направился к двери. — Стой, — холодно остановил его Волдеморт. — Куда ты собрался? — На кухню, конечно, — ответил Гарри, будто это было очевидно. Волдеморт медленно поднял взгляд и устало закатил глаза: — Вообще-то ты можешь просто позвать домовика. Он принесёт тебе еду. Он снова вернулся к бумагам и добавил: — Позови Таффи. — Хорошо, буду знать, — кивнул Гарри, но уже тянулся к двери. — Но я лучше сам схожу. Волдеморт снова поднял на него взгляд: — Зачем? Гарри пожал плечами: — Ты же сам сказал заняться чем-нибудь. Я лучше пойду, приготовлю себе еду… заодно время убью. И, может, устану достаточно, чтобы потом уснуть. На мгновение в комнате повисла пауза. — Ты собираешься готовить… сейчас? — с лёгким удивлением спросил Волдеморт. — Да, — спокойно ответил Гарри. — Ты ведь не против? — Нет, — коротко бросил он. — Ты… любишь готовить? Гарри чуть улыбнулся: — Да. Особенно для себя. — Ясно. Волдеморт отвернулся. Гарри уже собирался выйти, но вдруг остановился у двери, обернулся и с лёгкой усмешкой спросил: — И ты не скажешь, что это «не дело для волшебника»? Волдеморт приподнял бровь: — А ты хочешь, чтобы я это сказал? — Нет, — быстро ответил Гарри. — Тогда иди уже. Гарри усмехнулся и вышел. Коридоры были тихими. Он спустился на первый этаж и направился на кухню. Там уже никого не было — только слабый свет и аккуратно разложенные продукты. Гарри закатал рукава. — Ну… посмотрим, что тут есть. Он нашёл мясо, овощи, специи — всё необходимое. Решил приготовить что-то сытное, но не слишком сложное: тушёное мясо с овощами и ароматными травами. Пламя в печи мягко разгорелось. Нож уверенно заскользил по доске. Мясо зашипело на сковороде, наполняя кухню насыщенным запахом. Гарри добавил специи, перемешал, попробовал соус. — Неплохо… Он сам не заметил, как полностью погрузился в процесс. Мысли постепенно утихли. Руки двигались уверенно, спокойно. А затем его взгляд зацепился за корзину с ягодами. — Клубника… Он задумался — и вдруг улыбнулся. — Тогда будет ещё и десерт. Гарри достал муку, сахар, яйца. Замесил тесто, аккуратно выложил ягоды. Печь уже была разогрета. — Идеально. Он отправил пирог в духовку. Время шло. Около двух часов он провёл на кухне — готовя, пробуя, исправляя вкус. В итоге на столе стояли две порции горячего блюда… и ароматный клубничный пирог. Гарри сел и поел. А затем задумчиво посмотрел на вторую тарелку. — Хм… Он усмехнулся. — Хочу увидеть его лицо. С помощью магии он слегка подогрел еду, взял поднос и направился обратно. Волдеморт поднял взгляд, когда Гарри вошёл. — Решил поесть здесь? — холодно спросил он. — Нет, — спокойно ответил Гарри. — Я уже поел. Это тебе. Волдеморт замер. — …Что? Гарри быстро поставил перед ним тарелку, десерт, приборы: — Давай, ешь. Думаю, тебе понравится. Волдеморт внимательно посмотрел на него: — Ты его отравил? Гарри резко повернулся: — Ты что, совсем? Я никогда не буду травить еду. Это… кощунство. Он отвернулся, явно обиженный. Волдеморт молча взял палочку и проверил еду. Ничего. Он сделал кусь… затем ещё. И замер. Еда была… действительно вкусной. Очень. Он поднял взгляд на Гарри, который смотрел на него с явным ожиданием. Слишком ожидающе. Волдеморт едва заметно усмехнулся. — Хм. В целом… неплохо. Гарри замер. А потом вспыхнул: — Неплохо?! Я вообще-то старался! Волдеморт тихо усмехнулся: — Ладно. Хорошо. Еда замечательная. Ты доволен? Гарри фыркнул, но кивнул: — Да. — Тогда займись чем-нибудь и не мешай, — спокойно добавил Волдеморт. Гарри закатил глаза: — Ладно. Он немного помолчал, а затем спросил: — Как звали эльфа? — Таффи. — Спасибо. Гарри тихо позвал домовика. Тасси появилась с лёгким хлопком и удивлённо посмотрела на него. — Здравствуйте, — вежливо сказал Гарри. Эльфийка растерялась. — Хозяин… позвал? — Можно мне другую одежду? Более удобную. — Д-да, конечно! Она исчезла и вскоре вернулась с вещами. — Спасибо, — искренне сказал Гарри. Таффи ещё больше растерялась и снова исчезла. Гарри повернулся к Волдеморту: — Я пойду… в ванну. Где она? Волдеморт не отрываясь от еды указал направление. — Там. — Спасибо. Гарри ушёл. Когда дверь за ним закрылась, Волдеморт спокойно доел. Некоторое время он молчал. А затем, почти незаметно, усмехнулся: — Хм… Он посмотрел на пустую тарелку. — Действительно вкусно. Короткая пауза. — Может… оставить его. И едва слышно добавил: — В качестве повара. Тёплая вода мягко окутывала тело, снимая напряжение, словно его и не было. Гарри откинулся назад, прикрыл глаза и тихо выдохнул. Наконец-то… спокойно. Ни криков. Ни приказов. Ни постоянного ожидания опасности. Он провёл рукой по воде, лениво наблюдая, как по поверхности расходятся круги. Вот это жизнь… Мысли текли медленно, лениво, почти приятно. Никто на тебя не давит… Можно спокойно общаться… с Рабастаном, с Родольфом… даже разобраться с ними нормально… Он чуть нахмурился, но тут же расслабился снова. Я не в подземелье. Не в клетке. Не в доме Дурслей… Лёгкая усмешка коснулась его губ. И еда нормальная… причём моя же. И вкусная. Он глубже опустился в воду. И ванна… Гарри тихо хмыкнул. Да уж… Дурсли бы с ума сошли, если бы увидели это. Короткая пауза. Мысли стали чуть тише. «Может… это ненадолго…» Он открыл глаза, глядя в потолок. Но хотя бы сейчас… никто не выносит мне мозг. Гарри прикрыл глаза снова. И просто позволил себе отдохнуть. Минут через двадцать он всё же выбрался из воды. Тело было лёгким, расслабленным, словно с него сняли невидимую тяжесть. Он вытерся, переоделся в чистую одежду и, проводя рукой по ещё влажным волосам, вышел из ванной. Потянулся. Сонливость приятно накатывала. Гарри направился к кровати и сел, расслабленно опуская плечи. И только тогда заметил взгляд. Волдеморт. Он уже почти закончил свои дела и теперь наблюдал за Гарри — спокойно, с едва заметной тенью улыбки. Гарри зевнул и только потом нахмурился: — Что? — Ничего, — ровно ответил Волдеморт. Лёгкое движение рукой — и в воздухе появилась книга, плавно опускаясь Гарри в руки. — Держи. Если не хочешь спать — можешь почитать. Он чуть приподнял свою книгу: — Я тоже читаю. Гарри с любопытством посмотрел на обложку: — И что это? — Ничего особенного. Заклинания. Гарри прищурился: — Тёмные? Волдеморт едва заметно усмехнулся: — Естественно. Я же Тёмный Лорд. Гарри закатил глаза: — Логично. Он устроился поудобнее, подложил подушку под спину и открыл книгу. Страницы тихо шуршали. В комнате воцарилась спокойная тишина — редкая, почти непривычная. Двое читали. Каждый — своё. Время тянулось незаметно. Постепенно буквы начали расплываться перед глазами Гарри. Он моргнул, зевнул ещё раз, попытался сосредоточиться… но усталость всё же взяла своё. Книга медленно опустилась. Гарри отложил её в сторону и, даже не укрываясь, просто повернулся на бок. Через несколько минут он уже спал. Спокойно. Глубоко. Ещё примерно через час Волдеморт закрыл свою книгу. Некоторое время он просто сидел, глядя в пространство, словно обдумывая что-то. Затем медленно поднялся, погасил свет — один за другим. Комната погрузилась в мягкий полумрак. Он подошёл к кровати. Остановился. Посмотрел на Гарри. Тот спал спокойно, даже слишком спокойно для того, кто находился в подобном месте. Волдеморт чуть склонил голову, словно изучая его. А затем… лёг рядом. Без лишних движений. Тихо. Почти бесшумно. Несколько секунд он просто смотрел в темноту. И едва заметная мысль скользнула в сознании: Интересно… как он отреагирует утром… Слабая тень усмешки. И тишина снова накрыла комнату.