Гарри в плену у Волдеморта или он у его?

Закончив с зельем, Волдеморт некоторое время наблюдал за содержимым флакона. Жидкость была ровной, тёмной, с лёгким переливом — именно такой, какой должна быть. Он поднёс её к губам и без колебаний выпил. На мгновение лицо его напряглось — по телу прошла волна магии, холодная и резкая, — но уже через секунду всё вернулось под контроль. — Лучше, — тихо отметил он. Поставив пустой флакон на стол, Волдеморт вышел из лаборатории. Коридоры третьего этажа встретили его привычной тишиной. Его шаги глухо отдавались от каменных стен, пока он направлялся в свои покои. Ему нужно было поесть. И подготовиться к завершению бала. Войдя в комнату, он не стал тратить время. — Таффи. Домовик появился мгновенно. — Да, хозяин? — Принеси еду. — Сейчас, хозяин. Волдеморт сел в кресло, откинувшись на спинку, и прикрыл глаза. Несколько секунд — просто тишина. Мысли медленно выстраивались в цепочку. Третий день бала. Заключительный. Сегодня всё решится. Через минуту Таффи вернулась с подносом. Она уже собиралась исчезнуть, но Волдеморт остановил её: — Передай Рабастану и Родольфу. После обеда — ко мне. В кабинет. — Хорошо, хозяин. Домовик исчез. Волдеморт спокойно принялся за еду. Без спешки. Как всегда — сосредоточенно, будто даже в этом был свой порядок. Закончив, он встал и направился к выходу. Коридоры уже были оживлённее. Пожиратели Смерти, встречая его, сразу останавливались. Кланялись. Приветствовали. — Милорд… — Повелитель… Волдеморт едва заметно поморщился. Он не остановился ни разу. Достаточно одного поклона — холодно отметил он про себя. Не постоянного спектакля. Он ценил уважение. Но не навязчивость. Добравшись до кабинета, он вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. Тишина. Наконец-то. Он прошёл к столу и сел. Перед ним уже лежали документы. Письма. Контракты. Имена чистокровных семей. Волдеморт открыл первый свиток. — Карассель… — тихо произнёс он. Ткани. Поставки. Финансирование. Влияние. Он быстро пробежал глазами текст. Второй документ — другая семья. Редкие ингредиенты. Доступ к определённым территориям. Третий — связи. Четвёртый — обещания поддержки. Волдеморт работал спокойно, но сосредоточенно. Он не просто собирал союзников. Он выстраивал систему. Контроль. Зависимость. Каждый договор — не просто соглашение. А цепь. Которая со временем станет прочнее. Он делал пометки. Иногда — исправлял формулировки. Иногда — добавлял условия, которые на первый взгляд казались незначительными… Но на деле давали ему преимущество. — Доверие… — тихо усмехнулся он. — Самая удобная форма контроля. Его перо остановилось на мгновение. И вдруг в памяти всплыло: «Если распределить ответственность… это может укрепить доверие между вами.» Волдеморт слегка прищурился. Гарри. Он на секунду замер. А затем продолжил писать. Словно ничего не произошло. Но мысль осталась. Он отложил перо. Посмотрел на часы. Скоро. Очень скоро бал подойдёт к концу. И тогда— Начнётся уже совсем другая игра. И Волдеморт был к ней полностью готов.

***

Дверь кабинета закрылась с тихим, почти неслышным щелчком. Волан-де-Морт стоял у стола, не оборачиваясь. Пальцы его медленно постукивали по гладкой поверхности, задавая ритм нарастающему напряжению. Перед ним — чуть поодаль — застыли Рабастан Лестрейндж и Родольф Лестрейндж. Они молчали. И это молчание становилось всё тяжелее. Наконец Волдеморт заговорил — тихо, почти лениво: — Мне любопытно… — его голос был ровным, но в нём сквозила холодная сталь. — Почему вы не сочли нужным сообщить мне… о вашем общении с Гарри Поттером? Рабастан дёрнулся, словно собираясь ответить первым: — Милорд, мы— Он не договорил. В следующую секунду его тело выгнулось, а с губ сорвался сдавленный крик. — Круцио. Заклятие длилось недолго — всего несколько секунд. Но их хватило, чтобы Рабастан рухнул на колено, тяжело дыша. Тишина. Волдеморт даже не посмотрел на него. — Я не давал тебе разрешения перебивать, — спокойно произнёс он. Родольф напрягся сильнее, но всё же шагнул вперёд: — Простите, Милорд… — он склонил голову. — Это наша ошибка. Мы… больше не будем общаться с Поттером. Пауза. И вдруг— — Ты больной? Родольф замер. Рабастан поднял взгляд, не веря, что услышал правильно. Волдеморт медленно повернулся к ним. В его глазах мелькнуло что-то холодно-насмешливое. — Я злюсь не потому, что вы с ним общаетесь, — произнёс он, чётко разделяя каждое слово. — А потому что вы не доложили мне об этом. Братья переглянулись. — То есть… — осторожно начал Рабастан, всё ещё тяжело дыша, — нам… можно? — Естественно, — сухо ответил Волдеморт. — Если мне кто-то интересен, я предпочитаю знать о нём всё. Он сделал короткую паузу, затем добавил: — Включая то, с кем он проводит время. Родольф медленно кивнул: — Мы поняли, Милорд. — Прекрасно. Волдеморт отвернулся, словно разговор уже потерял для него всякий интерес. — Тогда идите, — бросил он небрежно. — Я прекрасно вижу, что вы хотите его навестить. И, чуть тише: — Но впредь… вы докладываете мне всё. — Да, Милорд, — почти одновременно ответили оба. Они не стали медлить. Развернувшись, братья буквально вылетели из кабинета — быстро, почти поспешно, словно боялись, что их могут остановить. Дверь закрылась. И только тогда в кабинете снова воцарилась тишина. А Волдеморт, едва заметно усмехнувшись, вернулся к своим делам. Дверь подземелья распахнулась почти с грохотом. Рабастан Лестрейндж влетел внутрь первым, за ним — более сдержанно — вошёл Родольф Лестрейндж. — Поттер! На кровати дёрнулся Гарри Поттер. Он резко приподнялся, ещё не до конца проснувшись. — Вы чего… Но Рабастан уже оказался рядом и крепко обнял его: — Ты живой. — Ну… да? — растерянно ответил Гарри. Родольф закрыл дверь и подошёл ближе, внимательно его осматривая: — Ты как? Он тебя не трогал? — Если ты про убийство — нет, — усмехнулся Гарри. — Если про странные разговоры… то да. Рабастан отстранился: — Мы думали, он нас прибьёт. — Или тебя, — добавил Родольф. — Спасибо за оптимизм, — хмыкнул Гарри. Несколько секунд они молчали. — Ладно, — первым заговорил Родольф, — у нас новости. Гарри напрягся: — Плохие? — Как посмотреть, — протянул Рабастан, уже заметно оживляясь. — Нас не наказали. — Почти, — сухо уточнил Родольф, бросив на него взгляд. — Почти — не считается, — отмахнулся тот и снова повернулся к Гарри. —Короче, нам разрешили с тобой общаться, и еще мы должны быть на бале 6 вечера.— сказал Рабастан Лестрейндж, явно довольный собой. Гарри Поттер замер. — …Что? — переспросил он, будто не расслышал. Родольф Лестрейндж спокойно кивнул: — Мы поговорили с Милордом. Он… не против. Гарри нахмурился, внимательно глядя на них: — Подождите. В смысле — не против? Он же должен был вас наказать. Рабастан фыркнул: — Должен — не значит сделал. — Он злился, — добавил Родольф. — Но не из-за тебя. — А из-за того, что мы не доложили, — закончил Рабастан. Гарри ещё несколько секунд молчал, переваривая услышанное. Это… не сходилось. Совсем. Он ведь ждал другого. Криков. Наказания. Боли. — То есть… — медленно произнёс он, — вас правда не наказали? Родольф чуть повёл плечом: — Почти. Рабастан бросил на него недовольный взгляд: — Да нормально всё было. Но Гарри уже не слушал. Мысль вдруг вспыхнула в голове, заставив его на секунду замереть. Он не обманул… В памяти всплыл спокойный голос Волан-де-Морт: Я не собираюсь их наказывать Гарри опустил взгляд, сжав пальцы на краю одеяла. Он сказал правду… Странное ощущение кольнуло где-то внутри. Непривычное. Сбивающее с толку. Он медленно выдохнул. — Странно, — тихо сказал он вслух. — Что именно? — тут же спросил Рабастан. Гарри поднял на него взгляд, чуть щурясь: — Ничего… просто… Он замялся на секунду, а потом всё же договорил: — Я думал, будет хуже. Родольф коротко усмехнулся: — Мы тоже. — Значит, тебе повезло, — беспечно закончил Рабастан Лестрейндж. Гарри Поттер не ответил. Он сидел, чуть ссутулившись, глядя куда-то в сторону, но на самом деле не видел ничего перед собой. Мысль снова всплыла — настойчивая, неудобная. Слишком… неправильная. Гарри медленно сжал пальцы в кулак, чувствуя, как внутри поднимается странное, непривычное чувство. Сомнение. Стоп. Он резко выпрямился, будто сам себя одёрнул. Ты серьёзно сейчас об этом думаешь? Это же Волдеморт. Тёмный Лорд. Человек, который… Гарри стиснул зубы. Он убийца. Он опасен. Он враг. Факты. Чёткие. Понятные. Настоящие. И всё же… Он не обманул. Гарри тихо выдохнул, проведя рукой по лицу. — Эй, Поттер? — голос Рабастана вернул его в реальность. — Ты завис. Гарри моргнул и посмотрел на него: — А? Да… всё нормально. — Ты выглядишь так, будто у тебя мир рухнул, — хмыкнул Родольф Лестрейндж. — Нет, — быстро ответил Гарри. — Просто… задумался. Рабастан прищурился: — О чём? Гарри на секунду замялся. Сказать? Нет. Он сам этого до конца не понимал. — Ни о чём важном, — отмахнулся он. Но внутри всё ещё крутилось. Если он не врёт в мелочах… Мысль появилась сама — и тут же заставила его напрячься. Значит ли это… Нет. Гарри резко оборвал себя. Не начинай. Он глубоко вдохнул, будто пытаясь вытолкнуть эти мысли прочь. Это ничего не меняет. Он враг. Всегда был. И всегда будет. …правда? Гарри отвёл взгляд, чувствуя, как внутри остаётся тонкая, почти незаметная трещина в уверенности. И это злило его куда больше, чем страх. — Так… — он резко сменил тему, поднимая голову. — Вы говорили, до шести мы можем сидеть? Рабастан тут же оживился: — Да! — Тогда давайте займёмся чем-нибудь, — сказал Гарри, чуть резче, чем хотел. Родольф едва заметно прищурился, будто что-то уловил в его тоне. Но ничего не сказал. — Карты? — предложил Рабастан. Гарри кивнул: — Карты. Отвлечься. Это сейчас было важнее всего. Потому что думать об этом… он пока не был готов. Время медленно приближалось к вечеру. В своём кабинете Волан-де-Морт уже закончил подготовку к закрытию бала. На столе аккуратными стопками лежали контракты — выверенные, продуманные до мелочей. Всё было готово. Он откинулся на спинку кресла, на мгновение прикрыв глаза. Тишина. Мысли текли спокойно, но одна из них задержалась дольше остальных. Гарри Поттер. Волдеморт чуть склонил голову, обдумывая. Официант? Нет. Слишком… примитивно. Юноша уже успел привлечь внимание. Более того — заинтересовать. И не только его самого. Семьи Карассель и Форестильд явно заметили его. Это можно было использовать. Медленно кивнув самому себе, Волдеморт принял решение. — Таффи, — негромко позвал он. С тихим хлопком появилась эльфийка. — Да, хозяин? — Приведи ко мне Гарри Поттера. В кабинет. — Да, хозяин, — поклонилась она и исчезла. Почти сразу вслед за этим в комнате появился ещё один домовик — худощавый, с внимательным взглядом. — Да, Милорд? — спросил он. — Келвин, — спокойно произнёс Волдеморт. — Подготовь для Поттера одежду. Подобающую. Он сделал короткую паузу, затем добавил: — Красивую. — Да, Милорд, — кивнул Келвин и исчез. Волдеморт снова остался один. И лишь слегка улыбнулся, глядя на разложенные контракты. Тем временем в подземелье… Смех. Карты. Редкое, почти невозможное спокойствие. Гарри Поттер сидел на диване, увлечённо играя с Рабастан Лестрейндж, Родольф Лестрейндж… и Барти Крауч-младший. Последний держался спокойно, даже немного отстранённо, но взгляд его время от времени задерживался на Гарри — слишком внимательно. Он волновался. Но не показывал этого. — Я выиграл, — довольно заявил Рабастан, выкладывая карты. — Ты жульничаешь, — тут же отозвался Родольф. — Это называется талант. Гарри тихо усмехнулся. И в этот момент— хлопок. В комнате появилась Таффи. Игра мгновенно оборвалась. Гарри сразу узнал её и поднялся: — Таффи? Привет. Что случилось? Эльфийка поклонилась: — Здравствуйте, хозяин. Повисла тишина. — …Хозяин? — одновременно переспросили Рабастан, Родольф и Барти. Гарри неловко почесал затылок: — Это… долго объяснять. Таффи, не обращая внимания на их реакцию, продолжила: — Милорд желает видеть вас в своём кабинете. Позвольте проводить вас. Она щёлкнула пальцами — и дверь клетки открылась. Гарри замер. Внутри что-то неприятно сжалось. Он ещё не был готов. Совсем. — Ты не знаешь… зачем? — тихо спросил он. Таффи покачала головой: — Простите, хозяин. Но если мы задержимся, Милорд будет недоволен. Гарри мысленно выругался. Отлично. Просто отлично. Он провёл рукой по волосам, пытаясь собраться. Рано или поздно это всё равно случилось бы. — Ладно, — выдохнул он. — Пошли. Он шагнул вперёд, выходя из клетки. И на секунду обернулся. Рабастан смотрел на него напряжённо. Родольф — внимательно. Барти — слишком тихо. — Всё нормально, — бросил Гарри, больше для себя, чем для них. Шаги отдавались глухим эхом по каменному коридору. Гарри Поттер шёл за Таффи молча, глядя вперёд, но мысли его были далеко. Он не боялся. Странно, но это было правдой. Ни паники. Ни привычного ожидания боли. И именно это сбивало с толку сильнее всего. Это неправильно… Он должен был нервничать. Должен был ждать худшего. Это же Волан-де-Морт. Тёмный Лорд. Человек, о котором он знал одно: опасность. Жестокость. Смерть. И всё же… Он не наказал их. Гарри нахмурился, продолжая идти по коридору. Он не солгал. Мысли цеплялись одна за другую, словно пытаясь выстроить логичную картину — и не могли. Слишком много противоречий. Слишком много… несостыковок. Он позволил мне сидеть с ними. Позволил общаться. Не вернул сразу в подземелье. Гарри тихо выдохнул. И теперь зовёт к себе… Но не из-за наказания. Он это чувствовал. И от этого становилось ещё страннее. — Мы пришли, хозяин, — мягко сказала Таффи. Гарри остановился. Перед ним была дверь кабинета. Та самая. Он смотрел на неё несколько секунд, словно собираясь с мыслями. Просто иди. Это ничего не меняет. Но внутри что-то упрямо возражало. Меняет. Не сильно. Не полностью. Но… меняет. Гарри нахмурился, будто злясь на самого себя за эти мысли. — Входите, — раздался спокойный голос изнутри. Таффи открыла дверь. Гарри шагнул вперёд. Кабинет встретил его всё той же тишиной и порядком. За столом сидел Волан-де-Морт. Он поднял взгляд и на мгновение просто посмотрел на Гарри — внимательно, изучающе, будто видел не человека, а задачу, которую ещё предстояло решить. — Подойди, — спокойно произнёс он. Гарри сделал несколько шагов вперёд, стараясь держаться ровно. Без вызова, но и без покорности. Волдеморт чуть склонил голову, разглядывая его: — Сегодня закрытие бала. Пауза. — И я принял решение. Гарри напрягся — не от страха, а скорее от ожидания. — Ты больше не будешь работать официантом, — продолжил Волдеморт. Гарри моргнул. — Вместо этого, — спокойно добавил он, — ты будешь присутствовать как гость. Тишина. Секунда. Две. — …Гость? — переспросил Гарри. Волдеморт едва заметно усмехнулся: — Ты уже привлёк достаточно внимания. Будет разумнее использовать это. Он сделал лёгкий жест рукой — и рядом появился аккуратно сложенный комплект одежды. — Приведи себя в порядок и надень это. Гарри перевёл взгляд на одежду, затем снова на Волдеморта. Это… что вообще происходит? Ни угроз. Ни приказов в привычном смысле. Ни наказаний. Только решение. Холодное. Продуманное. Но не жестокое. И это выбивало из колеи сильнее всего. — Почему? — вырвалось у него. Волдеморт приподнял бровь: — Потому что ты мне интересен. Ответ прозвучал так просто, будто в этом не было ничего необычного. Гарри сжал губы. Опять это. — И, — добавил Волдеморт, — ты уже доказал, что способен быть полезным. В памяти всплыл разговор с Карасселями. Гарри отвёл взгляд. — Ясно… Но ясно не было. Совсем. Он снова посмотрел на одежду, затем на Волдеморта. Он не ведёт себя как… Гарри резко оборвал мысль. Не начинай. Это всё тот же человек. Просто… с другой стороны. Которую он раньше не видел. — Иди, — спокойно сказал Волдеморт. — У тебя мало времени. Гарри кивнул: — Хорошо. Он взял одежду и направился к выходу. Но у самой двери на секунду остановился. Не оборачиваясь. Это всё ничего не значит… Он сжал ткань в руках сильнее. И всё же вышел. — Сюда, — тихо произнёс Таффи, останавливаясь у одной из дверей. Гарри кивнул и вошёл. Комната оказалась просторной и светлой — совсем не такой, как подземелье. Большое окно пропускало мягкий вечерний свет, а в центре стояло высокое зеркало в полный рост. Посмотрев на одежду в своих руках, он начал переодеваться. Снял вещи, в которых был после вчерашней ванны в покоях у Волдеморта. Новая одежда легла иначе. Села по фигуре идеально, будто была сшита именно для него. Ткань не сковывала движений, но подчёркивала каждую линию. Гарри замер. И поднял взгляд на зеркало. Он не сразу понял, что смотрит на себя. В отражении стоял кто-то другой. Выпрямленный. Собранный. Слишком… уверенный. Даже растрёпанные волосы теперь выглядели не как беспорядок, а как часть образа. Гарри сделал шаг ближе и коснулся ткани на груди. — Это… я?.. Тихо. Почти шёпотом. Он нахмурился, повернулся боком, затем снова посмотрел прямо. Не официант. Не пленник. На секунду в голове мелькнула странная мысль: …гость. И от этого стало ещё более не по себе. Гарри резко отвёл взгляд. — Это неправильно… — пробормотал он. Но голос звучал неуверенно. Он снова посмотрел в зеркало — дольше, внимательнее. И где-то глубоко внутри что-то отозвалось. Не страх. Не тревога. А… интерес. Гарри резко выпрямился и провёл рукой по волосам, будто пытаясь вернуть привычный вид. — Ладно, — выдохнул он. — Просто одежда. Просто одежда. Но он всё равно задержал взгляд на отражении ещё на пару секунд. — Мы идём? — осторожно спросила Таффи. Гарри моргнул: — А… да. Он отвернулся от зеркала, но у самой двери всё же бросил последний взгляд. Короткий. Почти незаметный. …неплохо. Мысль мелькнула и тут же была подавлена. — Пошли, — сказал он уже увереннее. И вышел из комнаты. Дверь в кабинет Волдеморта была закрыта. Гарри остановился перед ней на мгновение. Тяжёлая древесина, тишина вокруг — и ощущение, будто за этой дверью решается что-то большее, чем просто встреча. Он поднял руку и постучал. Коротко. Уверенно. — Входи. Голос прозвучал спокойно, без раздражения, но с тем самым холодным контролем, который не требовал повторения. Гарри открыл дверь и вошёл. Кабинет был выдержан в тёмных тонах: высокие стеллажи, приглушённый свет, аккуратный порядок, который казался почти нарочитым. Волдеморт стоял не за столом — он был ближе к центру комнаты, словно уже ждал. Его взгляд сразу остановился на Гарри. Несколько секунд — молчание. Оценка. Затем уголки губ едва заметно приподнялись. — Хорошо выглядишь, Гарри. Слова прозвучали спокойно, почти буднично, но в них чувствовался интерес. Гарри слегка склонил голову — не как подчинение, а как сдержанное признание. Волдеморт сделал шаг вперёд. Ещё один. Он остановился совсем близко, сокращая дистанцию так, что пространство между ними стало минимальным. И протянул руку. Пальцы мягко, но уверенно сомкнулись вокруг запястья Гарри, затем скользнули ниже, перехватывая его руку. Гарри на мгновение напрягся. Внутри мелькнуло что-то — не страх, а скорее неожиданность, смешанная с внутренним сопротивлением. Но он не отдёрнул руку. Пауза. И в этот момент до него будто дошло. Не принуждение. Не контроль. А приглашение. Гарри медленно, уже осознанно, ответил на жест — его пальцы сомкнулись на руке Волдеморта в ответ. И этого оказалось достаточно. Волдеморт развернулся первым, увлекая его за собой. — Пойдём, — произнёс он спокойно. И Гарри пошёл рядом. Без сопротивления. В ногу. Вместе они направились к выходу из кабинета — туда, где их уже ждал зал, полный гостей и взглядов. Коридор перед входом в бальный зал был освещён мягким магическим светом. Музыка, приглушённая толстыми дверями, уже доносилась оттуда — ровная, торжественная, почти убаюкивающая. Гарри остановился на мгновение. Двери перед ними распахнулись. И они вошли. Сначала — тишина, как будто сама музыка на долю секунды стала тише. А затем — взгляды. Один за другим. Разговоры начали стихать. Движения замедляться. Взоры гостей, уже находившихся в зале, начали поворачиваться в их сторону. Гарри шёл рядом с Волдемортом, не отставая ни на шаг. Его рука всё ещё была в его руке — не как принуждение, а как что-то… уже естественное. Привлекающее внимание само по себе. Первым отреагировал Рабастан Лестрейндж. Его брови едва заметно поднялись, губы искривились в интересе, который он даже не пытался скрыть. — Надо же… — тихо протянул он, скорее самому себе, чем кому-либо. Родольфус стоял рядом, более сдержанный, но его взгляд стал внимательнее, оценивающим. Он медленно скользнул глазами по Гарри, словно пытаясь понять, что именно изменилось. Барти Крауч-младший не скрывал реакции вовсе. Его глаза загорелись почти фанатичным интересом. Он чуть наклонил голову набок, улыбка растянулась шире обычного. — Интересно… — едва слышно произнёс он, не отрывая взгляда. Драко Малфой замер. На долю секунды он выглядел так, будто не сразу поверил увиденному. Его взгляд метнулся от Гарри к Волдеморту и обратно. В его глазах промелькнуло сразу несколько эмоций — удивление, напряжение… и что-то ещё, более личное. Он медленно выпрямился, стараясь сохранить привычную холодную осанку, но взгляд не отвёл. Музыка в зале продолжала играть, но теперь она казалась фоном для главного события вечера. Гарри чувствовал это. Взгляды. Оценку. Признание — пусть и молчаливое. Он больше не выглядел как чужой, случайно оказавшийся здесь. Он выглядел как тот, кто пришёл вместе с хозяином бала. Как гость. И это ощущение — странное, непривычное — вдруг стало очевидным не только ему, но и всем вокруг. Шёпот начал возвращаться, но уже другой. Более осторожный. Более внимательный. Гарри сделал ещё один шаг вперёд, не сбиваясь с ритма, рядом с Волдемортом — в центр зала, где всё внимание теперь было направлено именно на них.

***

Они остановились в центре зала. Гарри чувствовал себя неуверенно — как будто оказался не на своём месте, несмотря на все взгляды, направленные на него. Мысли путались, привычных ориентиров не было. Здесь не было ни Хогвартса, ни знакомых правил поведения. Он инстинктивно чуть сильнее сжал руку Волдеморта, удерживаясь за его локоть, как за единственную опору в этом пространстве. Это было почти незаметное движение… но для него — необходимое. Волдеморт не отстранился. Они стояли вместе, и именно это, казалось, делало Гарри «вписанным» в происходящее. Первыми их заметили ближе подошедшие гости. — Магнус! Голос был тёплым и живым. Домина шагнула вперёд, её лицо сразу же озарилось искренней радостью. Она сделала ещё полшага, явно намереваясь обнять его. Но её движение остановилось. Рука Волдеморта спокойно, без резкости, но уверенно поднялась вперёд, перегораживая путь. Жест был молчаливым — и однозначным. Домина на мгновение замерла. Гарри тоже почувствовал этот момент — короткое напряжение в воздухе. — Обойдёмся без объятий, — спокойно произнёс Волдеморт. Без раздражения. Без угрозы. Просто как факт. Домина слегка отступила, на её лице мелькнуло понимание, затем она мягко кивнула. — Конечно… рада тебя видеть, Магнус — Я тоже… — тихо ответил Гарри, немного неловко, но искренне. Следом начали подходить члены семьи Карассель Лорд Карассель Этьен выступил чуть вперёд, его осанка была собранной, голос — уверенным: — Рад видеть вас, Гарри. Вы выглядите… потрясающий. Гарри кивнул. — Спасибо. Разговоры продолжились. Обмен короткими фразами, вежливые формулировки, спокойный тон. Гарри в основном молчал. Он слушал, иногда кивал, иногда отвечал односложно — стараясь не ошибиться, не сказать лишнего. Всё здесь было слишком новым, слишком формальным. Рядом Волдеморт оставался неизменно спокойным. Его присутствие будто структурировало пространство вокруг. И именно так они продолжали стоять — вместе. Через некоторое время к ним подошла следующая группа гостей — семья Форестильд. Они держались чуть иначе: более открыто, с лёгкой улыбкой и заметной заинтересованностью. — Лорд Волдеморт… — начал глава семьи, слегка наклоняя голову. — И Магнус. Мы так рады снова увидим тебя, и на этот раз можно общаться без преград. Его взгляд задержался на Гарри дольше, чем на других. Гарри почувствовал это, но не отвёл глаза. — Взаимно, — ответил он, стараясь звучать ровно. Волдеморт не перебивал. Он лишь слегка повернул голову, наблюдая за реакцией гостей — и за самим Гарри. В этот момент Гарри снова немного сжал его руку на локте. Неосознанно. Как будто проверяя, что он всё ещё рядом. И этого оказалось достаточно, чтобы удержать равновесие среди всех этих взглядов, разговоров и ожиданий. Гарри ещё некоторое время общался с гостями — даже с теми, с кем раньше никогда не пересекался. Он слушал, отвечал коротко, иногда кивал, стараясь держаться уверенно. Но со временем усталость всё же дала о себе знать. Слишком много людей. Слишком много взглядов. В какой-то момент он слегка потянул Волдеморта за край мантии, привлекая внимание. Затем приподнялся ближе, чтобы сказать тихо. Волдеморт едва заметно наклонился к нему. — Ты не против, если я ненадолго уйду? — тихо спросил Гарри. — Хочу поболтать с… друзьями-официантами. Волдеморт на мгновение задержал на нём взгляд. — Иди, — спокойно ответил он. — Только не попади в неприятности. Гарри чуть улыбнулся. — Хорошо. Он отпустил его и сделал шаг назад. На мгновение — почти незаметно — их связь разорвалась. Гарри развернулся и направился в сторону, где сновали официанты, ловко лавируя между гостями. А Волдеморт остался на месте. Его пальцы едва заметно дрогнули — он коснулся другой рукой того места, где только что Гарри держал его. Тепло исчезло. И это ощущение показалось… странным. Непривычным. Он почти сразу вернулся к разговору — кто-то из гостей уже говорил о делах, о соглашениях, о выгодных условиях. Контракт. Обсуждение продолжилось, голоса звучали ровно и спокойно. Но где-то на краю сознания оставалось это лёгкое, непривычное ощущение пустоты.щ

***

Гарри только успел вернуться к своим — как разговор снова начался. Райм первым заметил его и тут же подался вперёд: — Магнус, ну наконец-то. Ты где пропадал? — Всё нормально, — коротко ответил Гарри, но не успел продолжить. — Серьёзно? — Дориан прищурился. — Тебя два раза уводили, и ты говоришь «всё нормально»? Гарри только открыл рот, но его перебили снова. — Подожди, — вмешался Ноа. — Давайте по порядку. Он скрестил руки и внимательно посмотрел на Гарри. — Какие у вас вообще отношения с Волдемортом? Тишина на долю секунды. Гарри моргнул. — В смысле?.. — В прямом, — спокойно продолжил Ноа. — Я видел, как он нёс тебя в свои покои. Когда ты спал. В этот момент несколько человек рядом переглянулись. — Чего?.. — тихо протянул Дориан. — Ты серьёзно? — Райм уставился на Ноа. — Да, — кивнул тот. — Я сам видел. Гарри замер. Мысли на секунду запутались. Он… нёс меня?.. В покои?.. Он не сразу нашёлся, что ответить. — Я… не знал, — наконец сказал он. И тут Райм не выдержал. Он коротко усмехнулся и легко ударил Гарри локтем в плечо: — Какие у вас вообще отношения, встречаетесь а? — Эй, — Гарри дёрнулся, но без злости. — Очень смешно. Рядом Дориан покачал головой: — Да уж… звучит странно. Виктор молчал, как обычно, но кивнул в знак согласия с остальными, наблюдая за реакцией Гарри. — Мы просто… — начал Гарри и запнулся. Он сам не до конца понимал, как это объяснить. — Ладно, — вмешался Райм, махнув рукой. — Потом разберёмся. Ноа всё ещё смотрел на него с интересом: — Значит, ты не против его общества? — Я бы не сказал, что это так формулируется… — пробормотал Гарри. В этот момент к ним подошёл ещё один человек. Лео подошёл к группе спокойно, без лишней спешки. Сначала он остановился рядом с официантами и коротко кивнул: — Магнус. Потом перевёл взгляд на остальных и вежливо добавил: — Здравствуйте. — Добрый вечер, — почти хором ответили несколько из них. Лео на мгновение задержал на них взгляд, затем снова посмотрел на Гарри. — Необычно видеть тебя здесь… после того, как ты оказался гостём, — произнёс он с лёгкой усмешкой. Гарри спокойно встретил его взгляд: — Я сам этого не ожидал. Лео кивнул, будто принимая ответ. — Понимаю. Он на секунду оглядел группу, затем снова посмотрел на Гарри: — Можно присоединиться? Поболтать. Официанты переглянулись. — Конечно, — ответил один из них. — Мы не против. — Тогда присаживайся, — добавил другой. Лео кивнул в знак благодарности и без лишнего пафоса встал рядом, будто это было самым естественным решением. Разговор быстро перешёл в более лёгкое русло. Дориан что-то тихо сказал Райму, тот усмехнулся в ответ. Ноа наблюдал за Лео внимательнее остальных, оценивая. Виктор, как обычно, больше слушал, чем говорил, но иногда коротко реагировал. Лео же держался иначе, чем большинство аристократов. Без надменности. Без давления. Он спокойно участвовал в разговоре, иногда подхватывал шутки, иногда задавал вопросы, и в его тоне не чувствовалось привычного «сверху вниз». — Ты тут, похоже, уже освоился, — заметил Дориан. — В какой-то мере, — спокойно ответил Лео. — Но это не совсем моя привычная среда. — Заметно, — усмехнулся Райм. — Не ведёшь себя как остальные. — А должен? — слегка приподнял бровь Лео. — Нет, — коротко ответил Райм. — И это плюс. Ноа хмыкнул: — Редко встретишь аристократа, который не пытается давить статусом. — Статус — это инструмент, а не характер, — спокойно сказал Лео. На мгновение повисла короткая пауза, но не напряжённая — скорее заинтересованная. Гарри слушал их разговор и ловил себя на мысли, что Лео действительно выбивается из привычного образа. Он не пытался доминировать. Не дистанцировался. И это делало разговор… проще. Они продолжили общаться, обсуждая мелкие детали вечера, работу официантов и обстановку в зале, периодически перебрасываясь короткими репликами и шутками. И впервые за долгое время это выглядело почти как обычный разговор, а не как часть напряжённой игры, где каждый следит за каждым словом. Шум зала оставался фоном — ровным, приглушённым, почти привычным. Разговоры, движение, звон бокалов. Но в какой-то момент всё это будто отступило на второй план. Волдеморт медленно перевёл взгляд. Не резко. Не демонстративно. Просто — остановил его на одной точке. На Гарри. Он стоял среди официантов и аристократов, но не растворялся в них. Наоборот — выделялся. Не внешне даже, а самим фактом присутствия. Рядом с ним — группа. Официанты, которые уже не просто выполняли работу, а стояли рядом и разговаривали с ним как с равным. Среди них — Лео. Разговор выглядел… естественным. Слишком естественным. Волдеморт прищурился. Его пальцы едва заметно сжались на подлокотнике. Гарри смеётся. Говорит. Слушает. Не боится. Он снова здесь. Мысль была простой, но за ней тянулось что-то более сложное — едва уловимое, раздражающее своей неопределённостью. Пустота внутри, к которой он привык, на мгновение изменила форму. Как будто в ней появился… центр. Точка притяжения. И эта точка сейчас находилась там. Рядом с другими. Рядом с людьми, которые не принадлежали его кругу напрямую, но при этом свободно взаимодействовали с ним. Это не должно было иметь значения. Но имело. Его взгляд задержался дольше обычного. Наблюдение. Оценка. И… что-то ещё. Не интерес в привычном смысле. Не стратегия. Что-то менее оформленное. Лёгкое смещение восприятия. Будто Гарри перестал быть просто фигурой в пространстве — и стал чем-то, что удерживает внимание. Риддл слегка наклонил голову. Он разговаривает. Не со мной. Мысль промелькнула почти нейтрально. Но пустота внутри снова отозвалась — коротко, глухо. Это ощущение не было новым. Просто раньше оно не было связано с конкретным человеком. Теперь — было. И это… не укладывалось в привычную логику. Его взгляд на секунду стал ещё более сосредоточенным. Гарри не замечал. Смеялся над чем-то, что сказал Райм. Официанты рядом реагировали, поддерживали разговор. Лео спокойно участвовал, как будто ему здесь действительно комфортно. Риддл наблюдал. Не вмешиваясь. Но и не отводя взгляд. И в этом молчаливом наблюдении появилось едва заметное изменение: не контроль — а удержание внимания. Будто сам того не осознавая, он уже выделил эту группу из общего шума. И в центре этого выделения снова оказался Гарри. Пауза затянулась на мгновение дольше, чем обычно. Затем Волдеморт медленно отвёл взгляд. Но не полностью. Теперь он возвращался к ним время от времени. Не явно. Не постоянно. Но регулярно. Как к чему-то, что… стоит держать в поле зрения. И пока он не называл это никак. Но ощущение пустоты уже не было таким ровным, как раньше. Разговор в их группе постепенно перетёк в более спокойный и привычный ритм. Гарри ещё некоторое время стоял рядом с остальными, обмениваясь короткими фразами с сменным официантом, помогая по мелочам — без лишнего напряжения, будто это было чем-то естественным. Но спустя время он отступил от группы. Не резко — просто плавно вышел из разговора, поймав момент, когда внимание переключилось на что-то другое. И направился в сторону другой компании. Там он увидел Рабастана и Родольфа рядом с несколькими аристократами: Люсин, Селест и Домину — представителей семьи Карассель. Разговор у них был более плотный и насыщенный — видно было, что они давно знакомы. Гарри подошёл ближе. — Привет, — спокойно сказал он. Несколько взглядов сразу обратились к нему. — О, привет-привет! — первым отреагировала Люсин Карассель, сразу делая шаг навстречу. Её голос был живой и открытый, без тени напряжения. — Добрый вечер, — чуть более сдержанно добавила Селест, слегка кивнув. Люсин сразу продолжила, уже обращаясь ко всем: — Смотрите, кто к нам присоединился. Её энергия быстро задала тон разговору. — Не думала, что ты подойдёшь, — добавил она, глядя на Гарри. — Но это даже к лучшему. Гарри слегка улыбнулся: — Решил сменить обстановку. — Хорошее решение, — кивнул Люсин. — У нас тут как раз… более живая компания. Они быстро нашли общий язык. Люсин легко втянулаГарри в разговор — задавала вопросы, шутила, перескакивала с темы на тему, и общение между ними почти сразу стало непринуждённым. Домина, напротив, держалась отстранённо. Она не вмешивалась в разговор без необходимости, но внимательно наблюдала. Её взгляд периодически задерживался на Гарри — спокойно, без эмоций, будто она анализировала. В то же время Гарри, разговаривая с Люсин, иногда ловил её взгляд в ответ. И на мгновение между ними возникало молчаливое пересечение внимания. Они оба понимали, что о встрече в гостевой лучше не упоминать. Где-то рядом Рабастан общался с Бартти, активно обсуждая что-то своё и периодически смеясь. Родольф же находился рядом с Селест — их разговор выглядел более сдержанным и формальным, но не напряжённым. Домина оторвала взгляд от Гарри и чуть сместилась в сторону, оставаясь вне основного потока общения. Молчаливая. Наблюдающая. Люсин тем временем продолжала разговор: — …и в итоге всё равно пришлось разбираться на месте, потому что никто не хотел брать ответственность… Она усмехнулась, глядя на Гарри: — Похоже на некоторые ситуации здесь, да? — Похоже, — коротко ответил Гарри. Разговор продолжился. Уже проще. Живее. Ужин постепенно подходил к завершению. Разговоры становились тише, движения — более размеренными. Гости заканчивали трапезу, откладывали приборы, некоторые ещё обменивались короткими фразами, но общее настроение уже смещалось к финалу вечера. В зале повисло ощущение завершённости. И именно в этот момент звук резко изменился. Звон. Тонкий, отчётливый удар по стеклу бокала. Все инстинктивно обратили внимание в центр зала. Лорд Волдеморт стоял, слегка приподняв руку с бокалом, по которому только что ударил. Звон затих. И вместе с ним — весь зал. Голоса окончательно смолкли. Взгляды были направлены на него. Он выдержал короткую паузу, прежде чем заговорить. — Я благодарю всех, кто присутствовал сегодня. Голос был ровным, уверенным, без лишней громкости — но его слышали все. — Этот вечер был проведён достойно. Он медленно перевёл взгляд по залу, словно фиксируя каждого присутствующего. — Отдельную благодарность выражаю семьям, чьё присутствие подчёркивает значимость этого собрания. Пауза. Лёгкое напряжение в воздухе стало ощутимым. — Семья Карассель. Короткий кивок в сторону их представителей. — Лорд Этьен Карассель… и Леди Виолетта Карассель. Дальше взгляд сместился. — Семья Валькрофт. — Кассиан Валькрофт. Эвелина Валькрофт. Ещё одна пауза — ровная, выверенная. — Семья Брейвен. — Саймон Брейвен. Мариан Брейвен. Голос не менялся, но каждое имя звучало отчётливо, как отдельное выделение. — Семья Хаверфорд. — Лорд Алессандро Хавerфорд. Леди Ливия Хаверфорд. Взгляд снова скользнул по залу. — Семья Монтеклер. — Лорд Ричард Монтеклер. Леди София Монтеклер. И наконец: — Семья Форестильд. — Лорд Теодор Форестильд. Леди Лорелла Форестильд. Он сделал короткую паузу. — Ваше присутствие было отмечено. Тишина в зале стала почти абсолютной. — Благодарю всех за участие. Ещё одна пауза — финальная. Затем он слегка опустил бокал. И этим жестом как будто завершил не только речь, но и весь вечер. После речи зал на мгновение замер — а затем раздались аплодисменты. Сдержанные у одних, более уверенные у других. Люди начали переговариваться, подниматься из-за столов, кто-то уже направлялся к выходу, кто-то задерживался, продолжая обсуждать вечер. Атмосфера снова стала живой — но уже без той торжественной напряжённости. Постепенно гости начали расходиться. Некоторые уходили группами, другие — по отдельности. Волдеморт некоторое время оставался на месте, наблюдая за залом, после чего направился к себе, не задерживаясь среди гостей. Поток людей редел. Шаг за шагом зал пустел. Гарри на какое-то время снова переключился на официантов. Он подошёл к ним и начал помогать — убирал посуду, собирал тарелки, относил их, включался в общий процесс так естественно, будто это было привычным делом. — Ты не обязан это делать, — заметил один из официантов, усмехнувшись. — Я знаю, — спокойно ответил Гарри. — Но мне не сложно помочь. — Тогда мы не будем тебя останавливать, — ответили ему с улыбкой. Они продолжили работать вместе. Между делом переговаривались, шутили, обсуждали мелочи вечера. Гарри задавал вопросы: — Вы давно здесь работаете? — Как вы вообще попали в эту сферу? — У вас большая семья? Разговор получался лёгким и непринуждённым. В процессе работы они смеялись, иногда перебрасывались короткими репликами, помогая друг другу с посудой и уборкой. В какой-то момент к Гарри начали подходить знакомые лица. Сначала представители семьи Карассель. Люсин и Селест подошли первыми. — Мы уходим, — спокойно сказала Селест, чуть кивнув. — Было приятно пообщаться, — добавила Люсин с лёгкой улыбкой. — Надеюсь, ещё увидимся. — Да, — ответил Гарри. — Спасибо за вечер. Они коротко попрощались. Чуть позже подошла Домина. Она остановилась перед Гарри на мгновение дольше остальных. — До встречи, — сказала она ровно. И, как и раньше, в её взгляде было больше наблюдения, чем слов. Гарри кивнул: — До встречи. Также попрощался Адриан из Карасселя, обменявшись с Гарри короткими фразами. Лео тоже подошёл отдельно. — Рад был снова увидеть тебя в таком… контексте, — произнёс он с лёгкой усмешкой. — Взаимно, — ответил Гарри. Они обменялись коротким кивком. После этого гости начали расходиться уже окончательно. Зал постепенно пустел. Шум стихал. Оставались только официанты и несколько человек, продолжающих уборку. Гарри остался вместе с ними. Он помогал дальше — складывал, переносил, иногда присоединялся к процессу мытья. — Смотри, так быстрее, — показал один из них. — Понял, — кивнул Гарри и повторил. — Ты вообще быстро учишься, — усмехнулся другой. — Привычка, — ответил он. Они снова засмеялись. Разговор продолжался уже без формальностей. Обычный, живой, почти бытовой. На фоне вечер, полный аристократии, правил и напряжения, постепенно растворялся в тишине и привычной работе. И в этом моменте Гарри выглядел уже не как гость среди чужих — а как кто-то, кто на время стал частью этой небольшой команды. После того как работа в зале была завершена, Гарри почувствовал, насколько сильно он устал. Тело тянуло тяжестью, мысли были немного замедлены. Он вышел из большого зала, на мгновение остановился и тихо позвал: — Таффи… Домовой эльф появился почти сразу. — Хозяин Гарри Поттер! Чем Таффи может помочь? Гарри слегка выдохнул: — Мне нужно место, где можно принять ванну. — Конечно! Таффи проводит! — оживлённо ответила она и тут же повела его по коридорам. По дороге она принесла ему чистую одежду. — Это для хозяина Гарри Поттера. Новое и чистое. — Спасибо, — коротко кивнул он. Ванная оказалась просторной и тёплой. Гарри наконец позволил себе расслабиться. Тёплая вода постепенно снимала усталость. Мышцы отпускало. Мысли становились мягче, размытее. На какое-то мгновение он даже почти уснул в воде — но резко очнулся, осознав это. — …так нельзя, — пробормотал он сам себе и быстро собрался. Он вышел, переоделся в свободную одежду, которую ему дали, и почувствовал себя немного легче. Но не до конца. Следующим шагом нужно было возвращаться. В подземелья. Гарри на секунду замер. Совсем не хочется туда идти… Холодные коридоры, жёсткая кровать, ощущение сырости и тишины. Даже с дополнительным одеялом это место оставалось не самым комфортным. Он мысленно вздохнул. Ладно… выбора особо нет. И только он сделал шаг, как его окликнули. — Поттер. Перед ним стоял один из слуг — эльф, которого он раньше не замечал. — Лорд Волдеморт ожидает вас в своих покоях. Через пять минут вы должны быть там. Сказано это было спокойно, почти без эмоций. И так же быстро он исчез. Гарри на секунду застыл. Потом глубоко вдохнул. — …ладно. Собрав мысли, он развернулся и направился к покоям Волдеморта. Когда он подошёл и открыл дверь, внутри было тихо. Волдеморт сидел на своей кровати — удобной, явно дорогой — с книгой в руках. Он даже не сразу поднял взгляд. Гарри закрыл за собой дверь и спокойно спросил: — Ты что-то хотел? Волдеморт перевёл на него взгляд, медленно отложил книгу. — Да, — произнёс он ровно. — Я хотел спросить, как прошёл день. Гарри на мгновение задумался, затем начал отвечать — сначала неуверенно, но постепенно входя в рассказ. Он говорил о бале, о разговоре с официантами, о встречах с разными людьми, о помощи в уборке. Волдеморт слушал. Не перебивал. Иногда слегка ухмылялся. Но его взгляд оставался сосредоточенным. И в этом внимании снова чувствовалось то странное состояние — пустота, которая почему-то реагировала на присутствие Гарри иначе, чем обычно. Гарри в какой-то момент замолчал. И вдруг осознал: — Зачем ты сюда меня позвал? Короткая пауза. Волдеморт чуть замялся. — Я… голоден. — А? — Я голоден, — повторил он уже более чётко. Гарри моргнул. — Тогда в чём проблема? Просто дай эльфам задание — они принесут тебе еду. Волдеморт слегка нахмурился. И в этот момент, почти незаметно, в его выражении мелькнуло что-то… не совсем привычное. — Я хочу, чтобы ты приготовил. Гарри замер. — …а? И тут до него дошло. В его голове быстро проскользнула мысль, и он слегка усмехнулся: — Тебе нравится мои блюда, да? Волдеморт тут же ответил: — Ничего подобного. Пауза. Затем чуть спокойнее: — Оно… приемлемо. Гарри хмыкнул: — Ладно, как скажешь. Он чуть улыбнулся и добавил: — Я приготовлю тебе еду. Но при одном условии. Волдеморт приподнял бровь: — Каком? — Ты позволишь мне общаться с моими новыми друзьями-официантами. Короткая пауза. — Конечно, — ответил Волдеморт. — Общайся. Но только по письмам. Гарри слегка удивился: — По письмам? — Они не будут находиться здесь постоянно, — спокойно продолжил Волдеморт. — Их присутствие ограничено балом. Гарри кивнул, осмысливая. — Значит, письма… А ты не думаешь, я буду отправлять что-то Ордену Феникса? — Нет, — коротко ответил Волдеморт. Он продолжил: — Ты будешь писать обычные письма. А потом давать их мне и я их зачарую и сами доставятся адресату. Без сов. Гарри на секунду задумался. — Хорошо… тогда я согласен. Он кивнул. — Тогда пойду готовить. Повернулся к двери, но на мгновение остановился: — Что ты хочешь? Волдеморт ответил почти сразу: — Без разницы. Гарри слегка усмехнулся: — Как скажешь. И вышел. Тишина в покоях снова стала привычной. Волдеморт сидел неподвижно, но мысли уже не были сосредоточены на книге. Он отложил её в сторону. И тогда ощущение, которое он раньше называл просто пустотой, снова дало о себе знать. Но теперь оно было другим. Чётче. Не таким ровным. Он медленно провёл взглядом по комнате, словно пытаясь зацепиться за что-то внешнее, чтобы объяснить внутреннее. Это не просто отсутствие. Мысль сформировалась спокойно, почти холодно. Это реакция. Он вспоминал. Как Гарри был рядом — говорил, отвечал, присутствовал. Как в его внимании появлялось что-то живое, не застывшее. И затем — как это исчезло, когда Гарри переключился на других. Не демонстративно. Просто естественно. И в этот момент внутри что-то менялось. Не резко. Но ощутимо. Волдеморт чуть сузил глаза. Когда он не рядом… становится… пусто. Пауза. И следующая мысль пришла уже более прямой, без попытки обойти её: И это раздражает. Не как внешнее раздражение. Скорее как несоответствие. Как нарушение внутреннего равновесия, к которому он привык. Он откинулся назад. Руки расслабленно легли на поверхность. Мысли продолжили движение. Значит… это не пустота. Он сделал вывод. Это зависимость от реакции. Тишина. И затем — более честная формулировка, без попытки её смягчить: Ревность. Само слово прозвучало внутри без эмоций, как факт, который нужно принять и зафиксировать. Он не пытался его оправдать. Не отрицал. Просто отметил. И это было странно. Он не привык давать подобным вещам место в своём восприятии. Но отрицать их тоже не имело смысла. Пальцы едва заметно сжались. Странно. Короткий, сухой вывод. Видимо это от мамы досталось.. Гарри мой пока он мне интересен... Кухня была почти пустой. Лишь тихий треск огня под плитой да едва слышный звон посуды нарушали густую, тягучую тишину. Тёплый свет от свечей ложился на каменные стены мягкими пятнами, делая пространство неожиданно уютным. Гарри стоял у стола, закатав рукава, и сосредоточенно нарезал овощи. Его движения были уверенными, точными, отточенными — словно он делал это сотни раз. Лезвие ножа плавно скользило по доске. Ровно. Чётко. Безошибочно. Рядом тихо закипал бульон. Пар поднимался вверх, наполняя кухню тёплым ароматом специй и чего-то домашнего, почти забытого. Гарри на мгновение прикрыл глаза. Спокойствие. Редкое. Непривычное. Почти опасное в своей мягкости. Никто не давит. Никто не кричит. Никто не требует. Он медленно выдохнул и продолжил готовить. Сковорода тихо зашипела, когда он выложил на неё мясо. Запах стал насыщеннее, глубже, заполняя собой всё пространство. Гарри невольно усмехнулся. — Ну хоть что-то нормальное… Почти шёпотом. Он не заметил, как дверь за его спиной бесшумно открылась. И как в проёме появился Волдеморт. Тот не произнёс ни слова. Просто остановился. И стал наблюдать. Гарри двигался легко, без суеты, без напряжения. В его движениях не было страха. Ни тени скованности. Словно он находился… не в плену. А дома. Волдеморт слегка прищурился. Интересно. Он не вмешивался. Не выдавал своего присутствия. Лишь молча следил, запоминая каждую деталь. Как Гарри пробует соус кончиком ложки. Как морщится, добавляя специи. Как наклоняется чуть ближе к кастрюле, прислушиваясь к звуку кипения. Живой. Слишком живой для этого места. Тем временем Гарри переключился на десерт. Он достал клубнику, быстро промыл её и начал нарезать. Движения стали чуть быстрее, но не потеряли точности. Сахар. Тесто. Ритм. Он был полностью поглощён процессом. И именно поэтому почувствовал это не сразу. А когда почувствовал — резко остановился. Нож замер в воздухе. Тишина. Гарри нахмурился. — …странно. Он медленно обернулся. И застыл. В дверях стоял Волдеморт. Неподвижный. Безэмоциональный. Смотрящий. Просто смотрящий. Несколько секунд прошли в полном молчании. — Ты… давно тут стоишь? — осторожно спросил Гарри. Ответ последовал не сразу. — Достаточно. Гарри скривился: — Мог бы и предупредить. — Зачем? Спокойно. Без малейшего намёка на извинение. Гарри вздохнул и отвернулся обратно к столу: — Если проверяешь, не отравлю ли я тебя — можешь расслабиться. — Я уже проверял. — Да, я заметил. Тишина снова опустилась на кухню. Гарри продолжил готовить, но теперь чувствовал взгляд. Прямо в спину. Чёткий. Давящий. …или нет? Он чуть нахмурился. — Ты так и будешь стоять? — Да. Просто. Без объяснений. Гарри тихо фыркнул: — Ну стой. Минуты потянулись медленно. Только звуки кухни — и это странное, почти осязаемое присутствие. В какой-то момент Гарри не выдержал: — Тебе что, заняться нечем? — Есть. — Тогда почему ты здесь? Короткая пауза. — Мне интересно. Гарри замер. Усмешка вышла тихой: — Серьёзно? Готовка? — Нет. Пауза. — Ты. Тишина. Гарри сильнее сжал нож. — …очень обнадёживающе звучит. В голосе не было страха. Только лёгкая, сбитая с толку растерянность. Он отвернулся к плите, делая вид, что полностью сосредоточен. Но движения стали резче. Волдеморт это заметил. И едва заметно усмехнулся. — Ты нервничаешь. — Нет. — Лжёшь. Гарри резко обернулся: — Я не— Он замолчал. Выдохнул. — …ладно. Может немного. Пауза. — Ты стоишь и смотришь, как маньяк. — Любопытное сравнение. — Ну а как ещё? Ответа не последовало. Лишь взгляд. Теперь — другой. Глубже. Гарри отвернулся: — Ладно… потерпи ещё немного. Он аккуратно разложил еду по тарелкам. Каждое движение — точное, выверенное. — Готово. Он повернулся: — Здесь будешь есть или у себя? Волдеморт сделал шаг вперёд. Медленно. — Здесь. — Как скажешь. И только сейчас Гарри понял, что усталость почти исчезла. Её место заняло другое ощущение. Странное. Живое. И опасное. Волдеморт сел за стол. Спокойно. Уверенно. С той самой холодной грацией, которая делала любое его движение значимым. Гарри остался стоять напротив. — Ну? — коротко бросил он. — Пробуй. Волдеморт не спешил. Он взял вилку, отрезал кусок и, не отрывая взгляда от Гарри, попробовал. Тишина. Гарри ждал. Секунда. Две. Три. — Съедобно. Гарри моргнул. — …что? — Съедобно. — Серьёзно?! — Ты ожидал иного? — Я три часа готовил! — Я в курсе. Пауза. — Тем более! Гарри сделал шаг вперёд: — И это всё?! Волдеморт посмотрел на него. И едва заметно усмехнулся: — Вполне съедобно. — Ты издеваешься?! — Немного. И спокойно продолжил есть. Гарри уставился на него: — Ты невозможен. — Знаю. Тишина. — Иногда хочется просто… — Гарри оборвал себя. — Закончишь мысль? — Нет. — Жаль. Он продолжал есть. Спокойно. Слишком спокойно для человека, которому «просто съедобно». Гарри прищурился: — Если тебе так «съедобно», почему ты уже всё съел? — Я голоден. — Ага. Пауза. И вдруг: — Это вкусно. Гарри замер. — …что? — Повторить? — Не надо. Но он всё равно чуть улыбнулся. Волдеморт это заметил. И промолчал. — Десерт, — спокойно сказал он. Гарри фыркнул: — Ну конечно. Он поставил тарелку перед ним: — Пробуй. Волдеморт попробовал. И на мгновение замер. Почти незаметно. Но Гарри это увидел. — Ага… Тихо. Довольно. — Не преувеличивай. — Тебе понравилось. Пауза. — Возможно. — Я так и знал. Тишина. Но уже другая. Мягче. Теплее. И всё же — с тем же скрытым напряжением. — В следующий раз… сделай больше, — тихо произнёс Волдеморт. Гарри усмехнулся: — Вот теперь это уже честно. Кухня постепенно стихала. Огонь под плитой уже не трещал так активно, посуда стояла аккуратно сложенной, а воздух всё ещё хранил тепло и запахи только что приготовленной еды. Гарри стоял рядом, опершись бедром о стол, и лениво крутил в руках ложку, наблюдая, как Волдеморт доедает десерт. Ничего не происходило. И в этом «ничего» было что-то странно… спокойное. Без напряжения. Без ожидания удара в спину. Без необходимости быть настороже каждую секунду. Просто тишина. Волдеморт медленно отложил ложку. Он не спешил вставать. Не спешил говорить. Взгляд его на секунду задержался на тарелке. Потом — чуть в сторону. На Гарри. Тот стоял расслабленно. Слегка растрёпанный. С уставшими, но живыми глазами. С лёгкой, почти незаметной улыбкой, которую он даже не пытался скрыть. И в этот момент Волдеморт вдруг поймал себя на мысли. Это не из-за еды. Он чуть прищурился. Мысль пришла спокойно. Без эмоций. Как вывод. Еда — лишь повод. Он медленно отвёл взгляд, будто проверяя это ощущение. Тишина осталась. Но теперь она ощущалась иначе. Не пустой. Наполненной. Он снова посмотрел на Гарри. Тот даже не заметил — просто стоял, задумавшись о чём-то своём, легко постукивая ложкой по пальцам. Живой. Слишком живой. И именно это… привлекало. Не вкус. Не разговор. Присутствие. Сам факт того, что он здесь. Волдеморт слегка сжал пальцы, опираясь на стол. Странно. Снова эта мысль. Но теперь она была чётче. Ему не нравилась еда. Ему нравилось, что Гарри рядом. Короткая пауза. Он не отвёл взгляд сразу. Как будто проверял это ощущение до конца. Наблюдал. Запоминал. Фиксировал. И затем — почти незаметно усмехнулся. Тихо. Беззвучно. Интересно. Гарри в этот момент поднял взгляд: — Ты чего завис? Волдеморт моргнул. И выражение его лица снова стало привычно спокойным. Закрытым. — Думаю, — коротко ответил он. — Опять свои гениальные тёмные планы? — фыркнул Гарри. — Возможно. Пауза. И затем, уже ровнее: — Или о том, что тебе стоит готовить чаще. Гарри закатил глаза: — О, ну конечно. Всё ради еды. Волдеморт ничего не ответил. Только снова посмотрел на него. На секунду дольше, чем нужно. Но в этот раз—он уже точно знал, что это не про еду. Волдеморт медленно поднялся из-за стола. Движение было плавным, почти ленивым — будто он никуда не спешил, но в то же время уже принял решение уйти. Он поправил рукав, бросил короткий взгляд на почти пустую посуду и развернулся к выходу. И именно в этот момент — Спокойной ночи. Голос Гарри прозвучал неожиданно спокойно. Без насмешки. Без напряжения. Просто… как нечто естественное. Волдеморт остановился. Не сразу. Словно сам не до конца понял, что именно его заставило замереть. Он медленно обернулся. Гарри уже не смотрел на него прямо —взгляд был чуть в сторону, будто он и сам не придавал значения сказанному. Или пытался сделать вид, что не придаёт. Короткая пауза повисла в воздухе. Секунда. Две. Волдеморт слегка прищурился. Странно. Но— И тебе. Ответ прозвучал ровно. Спокойно. Будто это было чем-то обычным. И, не добавляя больше ни слова, он вышел. Дверь за ним тихо закрылась. Гарри замер на месте. Несколько секунд он просто стоял, глядя в пустоту. А потом резко провёл рукой по лицу. — …гениально, Поттер. Он тихо фыркнул, но в голосе не было веселья. — Спокойной ночи. Серьёзно? Он закатил глаза и опёрся руками о стол. — Ты серьёзно сейчас пожелал спокойной ночи Тёмному Лорду? Короткая пауза. — Может, ещё чаёк предложишь в следующий раз? Он вздохнул, устало проводя рукой по волосам. Но где-то глубже—его это не так уж и раздражало. И это бесило ещё больше. — Да что со мной не так… Пробормотав это, он всё же собрался и направился обратно в подземелья. Комната встретила его привычной прохладой. Тишиной. И ощущением замкнутого пространства. Гарри лег на кровать, укутался в одеяло и уставился в потолок. Темнота была густой. Спокойной. Но внутри—было не так спокойно. Мысли не давали уснуть. Они цеплялись друг за друга, возвращались, путались. Волдеморт. Бал. Разговоры. Еда. Взгляд. — Чёрт… Он перевернулся на бок. Потом на другой. Одеяло зашуршало. Сон не приходил. Слишком много всего за один день. Слишком странно всё складывалось. — Это неправильно… Тихо. Почти шёпотом. Но даже это не помогло. Он закрыл глаза. Открыл. Снова перевернулся. И только спустя долгое время усталость всё же начала брать своё—но сон всё равно оставался беспокойным. Рваным. Неровным. Тем временем Волдеморт уже находился в своих покоях. Тишина здесь была другой. Более глубокой. Контролируемой. Он снял верхнюю мантию, небрежно отложил её в сторону и на мгновение замер. Мысли мелькнули—но не задержались. Редкость. Он лёг. Спокойно. Без колебаний. И закрыл глаза. Сон пришёл быстро. Глубокий. Ровный. Без лишних движений. Но даже в этом спокойствии—где-то на грани сознания—осталось едва уловимое ощущение. Чужого присутствия, которого здесь уже не было.