Опасный лес

      Утро. Джереми поначалу сложно было открыть глаза. Рукой, которая онемела от того, что на ней лежала его голова, он вяло протёр оба глаза поочерёдно и осмотрелся вокруг. Он лежал всё на той же печи, однако она теперь была менее тёплой. Никакого потрескивания дров не было. Мягкий свет солнца, лившийся из окна, заполнял всю комнату.       Было до сих пор удивительно, что всё это — не сон. Весь этот лес, эти люди, само это место, его собственные поступки... Джереми хотелось верить, что это просто очень натуральный и нехороший сон, но реальность не поддавалась его маленьким желаниям... Всё это по-настоящему, и от этого уже не сбежать.       Джереми присел на своей лежанке и посмотрел на пол. Он вспоминал всё, что произошло вчера, и о боже!..       "Вчера я просто взял да расплакался на ровном месте, буквально и метафорически! Какая же я всё-таки балда, размазня, идиотина! Кретин и олух! Это не просто не по-мужски... Это ужасно, ужасно стыдно, позор! — думал про себя Джереми, при этом держась за голову и чувствуя у себя в глазах новые слезинки — и даже сейчас я начинаю чувствовать это... Но ведь я просто не могу всё это выдержать. Так много событий за такое короткое время... И всё же, это просто не по-мужски! Я расплакался, как маленький ребёнок перед маменькой, и меня... — лицо Джереми побагровело от воспоминания предыдущего вечера. Он будто отвернулся от своего мысленного собеседника и устремил свой взгляд к деревянной стене — и я просто взял да обнял Айден... Ну это же, в конце концов, просто некультурно! Неприлично! Я повёл себя как слабак... Хотя, почему же "как"... Я и есть слабак."       Джереми внезапно вывел из мыслей какой-то звук с улицы. Он моментально взглянул в сторону окна, его глаза сменились с разочарованных на хотя ещё и грустные, но заинтересованные. Он медленно слез с печи и подошёл по скрипящему полу к маленькому окошку. На улице, на поляне перед домом, среди блестящего, мягкого, чистого снега стояла Айден с топором. Джереми сразу узнал его, ведь именно его он ранее крепко держал в руке. На нём, однако, не было никакой крови. Айден то и дело замахивалась и...       Рубила дрова. Джереми, наблюдая за этим из окна, наконец, улыбнулся. Было приятно видеть то, что человек делает обычную человеческую работу. Ничего сурового, просто Айден, рубящая дрова, на фоне слепящего утреннего солнца, снежных деревьев и голубого, почти безоблачного неба.       Джереми не мог оторвать от неё взгляда. Он только сейчас, при свете дня, заметил то, что Айден, на самом деле, не только очень относительно хороший человек и друг, но и красивый собою. Из-под шапки-ушанки вываливались чёрные волосы, слои тёплой одежды, в том числе и шапка с шарфом, пальто подходили ей как будто сшитые на ней. Большие глаза имели какое-то своё даже милое очарование.       Тук... Тук... Тук... Тукал топор о дерево. Как будто отбивался какой-то ритм, под который можно было и вздремнуть.       Джереми решил выйти на улицу. Он вышел в коридор, который был куда темнее освещаемой комнаты, кое-как нашёл свои всё ещё сырые и уже полуразвалившиеся ботинки и открыл дверь. Его встретил очень холодный, но сухой воздух, сразу ворвавшийся в дом через открытую дверь. Джереми побыстрее выпрыгнул с порога в снег и осмотрелся вокруг. Да, всё-таки погода была чудесная! В последнее время на красоту природы у Джереми не было времени обращать внимание, сейчас же можно было ею насладиться вдоволь. Джереми вдохнул полной грудью воздух и почувствовал утреннюю свежесть.       Джереми медленно начал подходить к Айден, немного щурясь от яркого света солнца. Только Джереми хотел пожелать доброго утра, как Айден прервала его очередным ударом топора, который расколол дерево надвое. Она оставила воткнувшийся в пеньке топор и повернулась к мальчику. Джереми хотя уже и знал, что Айден не свойственно проявление эмоций на лице, но он мог поклясться, что она ему улыбнулась.       — Проснулся наконец. Ты долго спал. Хотя не могу тебя винить, ты этот долгий сон заслужил! — Айден потрепала Джереми волосы, у неё явно было хорошее настроение. — а я вот не сплю уже три часа как. Не могу спать дольше, всегда встаю в семь или восемь часов утра... Сейчас в такое время темно, оттого я просто сидела в комнате, ходила туда-сюда, читала... На тебя смотрела.       — Зачем... На меня смотреть?.. — с долей смущения и удивления спрашивал Джереми.       — Всё думала: будить тебя или нет. Не могла никак решиться, буду честна. То ты зевал, и я хотела уж тебя потрясти и разбудить, то ты повернёшься на бок, и будить тебя уже не хочется. Да и вообще, давно я за людьми не наблюдала. Разве можешь меня винить в том, что хочется поглядеть на нового человека в спокойствии?       — Нет, пожалуй... — Джереми глянул в сторону, будто пытаясь сгладить какую-то вину за некое действие, которое он вовсе и не совершал.       Джереми сумел вернуть свой взгляд на Айден и, пытаясь поменять тему, постарался как можно более энергичным голосом продолжить разговор.       — Айден, скажи... У меня будет свой собственный дом?       Айден, в это время поднимавшая дрова со снега, повернулась к Джереми и с удивлёнными глазами посмотрела на него.       — А ты хочешь жить в отдельном доме? Знаешь, на это нужно очень много ресурсов... Нужно сделать толстые деревянные стены, печь, мебель... Да и к тому же, тебе разве не понравилось у меня? — почти с каким-то разочарованием спросила Айден — у меня в доме хорошо, много места. На нас двоих хватает сполна. Нет, если ты конечно очень хочешь жить отдельно, твоё право, я с этим помогу...       Джереми хотел провалиться под землю прямо сейчас, настолько его переполняла ненависть к себе... За последние дни он сделал так много всего, чего никогда не сделал бы, и сказал так много, чего никогда не сказал бы, что он ощущал, будто он сейчас — худшая версия себя самого. Джереми не мог смотреть спокойно смотреть Айден в лицо, и с грустным голосом он лишь промямлил:       — Нет, конечно. Просто... Я так понимаю, что у тебя есть свой личный дом, у Кэти он есть, у Алисы тоже... А у меня не будет. Будто я какой-то обделённый... — Джереми за такие слова хотелось дать самому себе пощёчину, однако Айден восприняла их совсем не так как Джереми ожидал.       — Наши дома строились годами. Помнишь, я говорила, что можно срубать только отмеченные краской деревья? Это потому что Фен не допускает срубки более чем 5 деревьев за неделю. А эти деревья нам надо тратить на дрова, так что на стройматериалы дерева почти не хватает. Добыча кирпича — отдельная история. Строительство печи для Кэти заняло где-то года два... Весь остальной интерьер сделать так же сложно. Некоторые предметы мы забираем у таких бедняг как ты, которым повезло меньше. Ложки, вилки, весь сервиз, некоторое оружие и остальное барахло обычно носят с собой потерявшиеся. — Айден рассказывала это с заметным увлечением, ей самой было интересно об этом всём кому-то рассказать. — в общем и целом, построить дом сложно. Но когда-нибудь и до тебя дойдёт очередь, уверена! — Айден подмигнула мальчику и взяла топор в руки, затем закинула его за плечо — пошли в дом. Возьми пожалуйста пару-тройку дровишек и занеси в дом, будем топить. Надо что-нибудь поесть перед тем, как идти на твою первую миссию...       Айден, не смотря на Джереми, направилась в дом. Джереми не сразу осознал, что его что-то попросили сделать, потому он некоторое время просто стоял на месте. Однако когда вспомнил, сразу всполошился, поднял около пяти дров сразу и побежал за Айден в дом, по пути обронив два куска дерева и в итоге занеся в дом нужные три дровишка.       Зайдя в спальную, Джереми хотел было положить дрова в печь, но он их просто обронил, как и обронилась его челюсть, когда увидел Айден без тёплой одежды... Айден сидела в простой белой майке, шапка тоже отсутствовала. Джереми отреагировал на это так, будто увидел Айден совсем без одежды. Айден сначала не поняла, что удивило мальчика, но затем перекрестила руки на груди и с каплей удовольствия сказала:       — Да, ведь ты меня видел только в тёплой одежде. Наверно странное зрелище, верно? Но мне просто стало так жарко от рубки дров, не могла не снять все эти одёжи капусты... А пока я не замёрзла, давай клади дрова в печь. Джереми раскраснелся, и откашлялся, поднял уроненные дрова с пола и быстро положил их печь. При этом он старался не смотреть в сторону Айден.       — Да, и подожги их, пожалуйста. Я пока достану чего-нибудь поесть... — Айден кивнула на деревянный стол, на котором лежал коробок спичек. Затем она пошла в сторону выхода из комнаты, но перед тем как выйти, обернулась и тихим голосом проговорила:       — Главное, на этот раз не сожги мой дом, умоляю. Мне и так жарко. — Джереми лишь заметил маленький подмиг с её стороны перед тем как та вышла.       "Помнится вчера я назвал её бесчувственной... — думал про себя Джереми, делая при этом многочисленные неудачные попытки зажечь дрова — и хоть это и было очень обидное и неприятное звание, однако оно так и было... По крайней мере, мне казалось. Айден определённо изменилась, причём на моих глазах. С того момента, как она стояла в той комнате у Дэми и замахивалась на меня топором до нынешнего прошло, вроде, так мало времени, но уже сейчас она будто оживает. Или она всегда имела чувства, просто их было некому и незачем выражать? Действительно... Алиса? Высокомерная и самолюбивая, о чём с ней поговоришь. Кэти? Ага, попробуй с ней заговорить о чувствах и не сказать чего-нибудь лишнего, что вытечет в неизвестные последствия. Но чем я сильно отличаюсь от них? Почему именно передо мной раскрывается мягкая сторона этой холодной Айден?.. Аргх, чёрт бы тебя побрал, уже какую спичку спалил!"

***

      Урок химии. Мисс Блуми рассказывала о свойствах щелочных металлов. Литий, натрий, калий, цезий... Пол класса просто не обращала внимания на болтовню учителя, а другая половина пыталась понять, что означает хотя бы одно слово.       — К примеру литий, сочетаясь с кислородом, создаёт оксид лития, или же LiO2. Натрий так же — оксид натрия или же NaO2...       "Какой нафиг оксид?.. Что такое оксид?.. Почему литий и кислород создают оксид?.." — Лана определённо знала, что такое оксид, ведь это основа химии, которую забыть сложно, однако вся каша, которая перемешалась у неё в голове, просто не позволяла усваивать новую информацию. Лана осмотрелась вокруг и нахмурилась. "Никого даже и не спросишь... Оливер пошлёт из принципа, Эдвард пошлёт потому что "умный", Клэр слишком занята... Джереми, точно!" — Лана моментально повернулась влево, где ожидала увидеть своего одноклассника и, по совместительству, друга. Но там его не было. На этой парте никто не сидел уже как второй день. Лана раздражённо вздохнула и лениво повернула своё внимание обратно на доску и на Мисс Блуми. Лана налегла телом на парту, пытаясь хоть как-то сконцентрироваться. Глаза так и наравились закрыться и заставить её заснуть.       "Куда же пропал Джереми... Обычно он пишет в нашем чате класса о том, что болеет. Может с ним что-то случилось? Пожалуй, спрошу сегодня у мисс Саши..."       Звонок. Все, активно обсуждая свои дела, вышли из кабинета и разбрелись по школе. Оливер, Эдвард и Зип пошли в одну сторону, Лиззи и Петунья в другую, остальные разошлись после небольшого разговора по разным местам. Лана вышла из класса последней. Широко зевнув и растянувшись, она медленно зашагала в сторону спуска на первый этаж, где располагались шкафчики.            Было странно не иметь компании. Обычно всегда кто-то ходит и разговаривает: или Джереми, или Клэр, или Энгель. Она только и рада разговору. Но сейчас никто не подходил и никто с радостным лицом ей не рассказывал об очередной пятёрке, за которую она будет хвалить человека, а в секрете завидовать ему. Подходить самой к кому-то ей будто было страшно — вдруг у кого-то есть важные дела и она прервёт их?       Лана шла по коридорам со скрещенными на груди руками и осторожно и устало осматривала давно уже знакомые лица. Наконец она дошла до шкафчика и забрала из него рисовальные принадлежности — сейчас должен был быть урок рисования. Лана со вздохом закрыла шкафчик и...       — О боже! — Лана подпрыгнула от испуга и раскидала все кисти и краски. Она совсем не ожидала увидеть рядом с собой Клэр. — ах, ну и напугала ты меня... Зачем так прятаться? Можно было по другому... Заявить о себе! — Лана с раздражённым видом начала собирать раскиданные вещи с пола.       — Извини, не хотела напугать. Но если бы я подошла сзади и ты обернулась — эффект был бы такой же! — с небольшой улыбкой ответила Клэр — я тут хотела у тебя спросить... Как ты думаешь, где Джереми? Просто я ему писала, спрашивала, а он не ответил...       Лана остановилась. Она подняла глаза на подругу и с удивлением переспросила:       — Он не ответил?       — Да.       — Как... Странно. Обычно он отвечает на сообщения...       — Я думала сегодня спросить у мисс Саши о нём...       — Я подумала о том же самом. Вот ведь подлец, будто специально не пришёл на урок химии, именно тогда, когда мне нужна помощь! — конечно, она это говорила не всерьёз.       — Думаешь, он болеет?       — Скорее всего. Не волки же съели! — Лана слегка посмеялась со своей же шутки и подняла последнюю кисточку — пошли, совсем скоро звонок.       Через несколько минут весь класс собрался в кабинете рисования. Были все, кроме мисс Саши. Ученики уже разошлись по местам и переговаривались издалека, кто-то кидал бумажки. Звонок прозвенел, все замолчали на несколько секунд. Но учителя не было. Прошла минута, вторая, пятая... Мисс Саши не было. Все начали перешёптываться и хихикать между собой. В какой-то момент Оливер вообще запрыгнул на парту затанцевал на парте. Большинство зааплодировало, только Клэр, Лана, Кевин и другие более тихие и ровные ученики неодобрительно кивали в его сторону. Но всё вернулось на круги своя при входе в кабинет учителя. Вернулось на несколько секунд, ибо все увидели мисс Сашу... Совсем не такой, как раньше. На последнем уроке, входя в кабинет, она радостным, полным энергии голосом чуть ли не кричала: "Здравствуйте, ребята! Как я рада вас всех снова видеть. Надеюсь, это взаимно, ибо сегодня мы с вами рисуем природу. А для такого занятия всем нам обязательно нужно что? Правильно, хорошее настроение!". Сейчас же она с угрюмым лицом, не сказав ни слова, быстрым шагом вошла в кабинет, повесила свою куртку на вешалку и, видимо вспомнив, что обязана поздороваться, повернулась к классу и, пытаясь хоть как-то спрятать своё лицо, тихо проговорила:       — Здравствуйте, ребята... Тема сегодняшнего урока — натюрморт. Предлагаю вам... Кхм... Использовать любые предметы в этом кабинете и срисовать их, желательно, во всех деталях. Начинайте.       Мисс Саша сразу уселась за стол и включила компьютер. Было предельно ясно, что она пыталась как можно больше спрятаться от учеников. Хотя бы чуть-чуть, даже за монитором — лишь бы её никто не видел. Класс переглянулся между собой. И хотя таким людям как Оливер и Зип было хотя и интересно, почему учитель так отличается от обычного её поведения, но впринципе всё равно, то Клэр и Лана моментально поняли, что они должны узнать, что произошло.       Лана, отличница в единственном предмете — рисовании, рисуя вазу с цветами намеренно сделала пару ошибок, чтобы спросить у мисс Саши про них и разглядеть её получше. Лана, зная, что обычно мисс Саша не требует поднятия руки ради подхода к ней, медленно затопала к ней и, держа свой рисунок в руках, застенчиво заговорила:       — Извините, мисс Саша... Мне кажется я что-то неправильно делаю. Ну не получается у меня сегодня... Вы не могли бы подсказать, что именно?       Мисс Саша медленно повернулась к рисунку в руках Ланы (не к Лане) и взяла его из рук. Лана же просто смотрела на учительницу и... Ей становилось просто жаль её. Лана даже не знала, что произошло, но видеть обычно весёлого человека таким было очень неприятно. Пока Саша смотрела на нарисованную вазу, при этом вообще не издавая никаких звуков, хмыканий и мычаний (что тоже не свойственно ей), Лане пришла идея аккуратно спросить интересующий её вопрос.       — Извините, мисс Саша, но... Что сейчас с Джереми? Он болеет?       Мисс Саша ничего не отвечала. Казалось, она даже перестала дышать. Лана не понимала, обдумывала ли она вопрос или просто ждала. Лана собиралась спросить второй раз, когда увидела что мисс Саша... Трясётся. Она сжала руки в кулаки, чем случайно сдавила рисунок и, не смея поворачиваться в сторону Ланы, очень тихо, трясущимся голосом, проговорила:       — Лана, уйди... Умоляю.       — Но...       — За свою парту! Быстро! — учительница внезапно стукнула кулаком о стол, отчего Лана подпрыгнула и задрожала как осиновый листочек. Она моментально подбежала к своей парте и как бы спряталась за ней.       Весь класс округлыми глазами от удивления смотрел то на Лану, то на учительницу. В классе снова зашептались.       — Класс, продолжаем рисовать... —       Саша чуть ли не прорычала сквозь зубы и вновь уставилась в компьютер.       — Что это вообще было? Почему она так на тебя разозлилась? — Клэр спрашивала подругу с изумлением, обе уже шли домой в свете сумерек.       — Я не знаю, не знаю! Но я так испугалась! Ты не представляешь как у меня всё внутри защемилось, когда она так стукнула о стол! — чуть ли не ноющим голосом жаловалась Лана — никогда не видела её такой... Я просто спросила её о том, как поживает Джереми. А она так стукнула, будто не о стол, а об мою голову!..       — Она так вскипела на вопрос о Джереми? Может она с ним поругалась сильно... Или он серьёзно заболел.       — Может нам стоит проведать его? — с волнующимся голосом проговорила Лана — он скорее всего сейчас дома, ну или хотя бы его папа. Уж он нам расскажет что-нибудь, да?       — Попробовать стоит. — ответила Клэр, при этом оглядываясь по сторонам.       В некоторых домах уже включался свет, небо было чистое. Снег ярко блестел, отражая свет фонарей. Клэр держала руки в карманах куртки, а Лана ходила с руками за спиной, при этом осматриваясь вокруг. Клэр впала в размышления, смотря на звёзды. Она и не заметила, что Лана отстала от неё. Клэр только через несколько секунд заметила, что подруги нет. Она обернулась и заметила, что Лана подходит к фонарному столбу, на котором висела какая-то бумажка.       Клэр немедля подбежала к подруге, не понимая, что Лану так заинтересовало в каком-то очередном рекламном объявлении. Она, будучи на расстоянии шага от Ланы, смотрела на неё с недоумением. Но потом она заметила её побледневшое лицо. Глаза были уставлены на бумажку, тело дрожало. Клэр повернула голову туда же и сразу обомлела. На бумаге было изображено лицо Джереми.       "ПРОПАЛ РЕБЁНОК! Джереми Краузе, 15 лет, рост 5'5 футов (167 см), чёрные короткие волосы, красно-зелёный свитер в полоску, синие джинсы. Цвет кожи — белый, телосложение нормальное. При нахождении звоните в полицию или по телефону..."       Девочки не могли поверить своим глазам. Можно было предположить всё что угодно: Джереми заболел, устал, поругался с кем-то, уехал за границу, пошёл к другу на ночёвку — всё это оказалось цветочками. Их одноклассник и друг пропал.       Возможно ранен, его держат в заложниках, мучают?! Всё возможно. У Ланы дрожали губы, Клэр чуть не упала на землю от шока. Они смотрели на бумагу с формальными описаниями мальчика и на прилагающуюся чёрно-белую фотографию с улыбающимся, застенчивым и миловидным, впрочем, как и обычно, Джереми. Обе подруги ненароком посмотрели в сторону всё более темнеющего и теперь кажущегося ещё более зловещим леса.       — Н-не может быть... — наконец промолвила дрожащим голосом Лана — как... Это возможно... Джереми... Он... Он...       — Про... Пропал... — Клэр договорила вместо Ланы.       Подруги посмотрели друг на друга и, будто сразу поняв мысли друг-друга, рывком побежали в сторону дома семьи Краузе.

***

      Сумерки так же накрывали и опасный лес. И накрывали они и Джереми с Айден. С первого взгляда могло показаться, будто у них нет конкретной цели, к которой они идут, и, на самом деле, так оно и было. Они действительно бродили по лесу почти бесцельно. Не было пункта назначения или конкретной задачи. Но была миссия. Найти и убить человека.       Весь день, после не самого разнообразного завтрака (обычная свиная тушёнка), Джереми и Айден готовились к этой судьбоносной для мальчика миссии. Айден готовилась физически: вспоминала карту местности, забирала ружьё из того самого сарая, перед выходом обошла округу и попыталась найти следы человека. Джереми же готовился морально. Он понимал, что теперь всё будет куда хуже, чем вчера. Ведь тогда он выстрелил в простой труп. Да, может это был человек, со своей историей и жизнью, но он, на момент нахождения там Джереми, был уже некоторое время мёртв. Тут же ему придётся стрелять в движущегося, живого, возможно истошно кричащего от боли, умоляющего о пощаде, плачущего и настоящего человека. Джереми скручивало живот только от мысли об этом. Держать ружьё, стрелять дробью в жалких людей... Неужели всё это действительно нужно...       Тем не менее, сейчас Джереми шёл с небольшим рюкзачком, который Айден откопала у себя в доме и в котором было компактно сложено ружьё. Если бы Джереми не знал, что он несёт у себя за спиной, наверно ему было бы легче. Но смертельная ноша, её предназначение и настоящее место было предельно ясно. И оттого было ещё хуже.       Джереми получил немного тёплой одежды, которую ему Айден так же любезно собрала из дома. Ходить в одном свитере да в футболке под ней несколько дней зимой может очень плохо сказаться на здоровье. Джереми понимал, откуда собрана эта одежда. Скорее всего эта тёмно-синяя куртка, что он сейчас нёс, ранее принадлежала какому-нибудь молодому мужчине. Серая шапка, скорее всего — женщине. Такие выводы он сделал из личного опыта. Это добавляло какого-то скрытого ужаса... Он идёт убивать людей дробовиком в украденной от людей же одежде.       Джереми на протяжении всей дороги молчал. Даже если бы Айден что-то спросила, он бы, скорее всего, просто вяло отмахнулся бы или промычал что-то невнятное в ответ. Айден, конечно, относилась к подобным делам куда более спокойно. Но то и дело поглядывая на Джереми, ей казалось, что его беспокойство начинает передаваться ей. От этого она тоже не смела ничего говорить. Айден вела за собой Джереми уже достаточно долгое время. Джереми понемногу уставал, ноги вяло перебирались, дыхание затруднялось. Ноша на спине становилась с каждой минутой всё тяжелее. Айден в один момент даже думала просто развернуться и пойти домой, но в один момент...       — Следы. — Айден сказала как бы себе, но Джереми тоже это услышал и подошёл к ней, чтобы разглядеть находку.       — Это получается... Здесь недавно был человек?       — Абсолютно верно. Судя по направлению стопы он пошёл... Туда. — Айден кивнула влево — идём. Твоя миссия совсем скоро закончится.       Джереми побледнел от такой формулировки. Будто он и не собирается никого убивать... Будто сейчас никто не будет страдать и он спокойно завершит свою миссию и пойдёт пить горячий шоколад домой...       Джереми последовал за Айден дальше. Следы становились всё чётче и свежее. Присутствие здесь человека всего каких-то несколько минут назад было очевидно. Айден в моменте остановилась и повернулась к Джереми, отчего тот, из-за своего неустойчивого состояния, даже слегка испугался.       — Джереми, сейчас будет от тебя зависеть, как пройдёт это дело. Оно пройдёт либо быстро и почти незаметно, либо, в случае ошибки, долго и мучительно. Как для того человека, так и для тебя.       — Какие же... Ошибки я могу совершить?       — Сожаление, жалость, обдумчивость... Всё это очень замедлит процесс. И я думаю ты сам понимаешь, к чему приведёт такое.       Оба, и Айден, и Джереми, ясно понимали, что невозможен сценарий быстрого убийства. Джереми не сможет не чувствовать сожаление и жалость, и не сможет не думать и не накручивать себя. Всё обязательно пройдёт очень долго и очень болезненно. Теперь и Айден пришлось готовиться морально к наблюдению за мальчиком...       Совсем стемнело. Ориентироваться было всё сложнее. На удивление Джереми Айден начала изредка спотыкаться, а так же она, видимо, волновалась. Обычно ровное её дыхание начало будто колебаться. Джереми оглядывался вокруг и не мог разглядеть почти ничего.       Засмотревшись в сторону, он случайно столкнулся с остановившейся Айден. Джереми чуть не упал, но сумел устоять, и посмотрел с изумлением на Айден. Та, кажется, вовсе и не заметила столкновения, она просто смотрела в глубину леса. Джереми вгляделся тоже и увидел какой-то мигающий белый свет. Следы вели туда.       — Это он. — суровым голосом заключила Айден — тебе туда. Предлагаю тебе поначалу притвориться обычным человеком. Ты будешь выглядеть как обычный потерявшийся мальчик, которому тоже нужна помощь. Скорее всего, человек ничего не заподозрит и не будет относиться к тебе с подозрениями. Когда обстановка окажется подходящей, вынимай ружьё и стреляй без предупреждений и дополнительных песен и сказок. Если случится что-то экстремальное — я буду рядом и начеку. — наконец Айден повернулась к Джереми и даже с каким-то мягким и сожалеющим взглядом уставилась в его глаза. Затем она еле заметно вздохнула и чутка подтолкнула рукой Джереми в спину и добавила — давай, поскорей... Чем дольше колеблешься, тем больнее будет и ему, и тебе.       Джереми смотрел на мелькающий меж деревьев свет и не мог поверить в то, что сейчас будет происходить. Его отношение к убийству, к здешним правилам, местным людям было давно оговорено и никак не поменялось. Джереми шёл вперёд будто по инерции, данной ему Айден.       Он медленно подходил к человеку, сквозь кривые черные деревья, под странно-изогнутыми ветвями, по аккуратному, ровному и блестящему снегу, и с каждым шагом чувствовал себя всё хуже и хуже. То ему казалось, что ружьё сзади бряцает и тем самым легко может выдать его намерение, то казалось, будто его руки онемели и он не сможет взять само ружьё, то в один момент привиделось, что он идёт совсем не на свет, а в другую сторону: то есть ему казалось, что он делает всё, что ему Айден советовала в общих словах не делать. В моменте он даже подумал просто развернуться и пойти назад. Он это машинально уже почти сделал, когда его ослепил яркий луч холодного света, направленный прямо на него. Джереми зажмурился и прикрыл свои глаза рукой. Так как человек, направляющий на него свет, ничего не говорил, Джереми предположил, что незнакомец очень удивляется нахождению тут какого-то мальчика. Фонарик был опущен и Джереми увидел в глаза свою жертву.       Это был молодой человек, лет около двадцати двух-двадцати пяти. Фигура была достаточно высока засчёт длинных ног. Его вытянутое лицо и широкий лоб были немного покрыты снегом. Имелись маленькие усики и волосы каштанового цвета. Чёрная шапка с помпончиком казалась достаточно малой по сравнению со всей его головой. Из одежды у него была ярко-оранжевая куртка со светоотражателями тут и там и тёплые серые штаны. Так же на руках были чёрные перчатки. За спиной он нёс большой туристический рюкзак. Судя по всему это был затерявшийся турист. Человек смотрел на Джереми некоторое время с удивлёнными глазами и поднятыми бровями, но потом на лице появилась широкая улыбка.       — Наконец-то! В этом лесу есть хоть кто-то! Боже благослови, я спасён! — Человек подошёл на несколько шагов вперёд, но Джереми, с боящимся видом, отошёл на несколько шагов назад. Человек удивился, но не придал этому значения.       — Ох, так ты ещё и малыш! Извини, малой, не хотел напугать тебя. Да ты наверно много чего уже повидал в этом чёртовом лесу... По тебе видно, да. А ещё видно, что волнуешься. Не бойся, я не кусаюсь так же, как здешние волки!       "Он будто издевается надо мной... — прорычал про себя Джереми, при этом слегка стиснув зубы — я не малыш! Мне 15 лет! А волки... "Я не кусаюсь как волки"... Поверь, я знаю, как кусаются здешние волки, и если бы тебя один такой укусил, от твоего лица ничего бы не осталось!..".       Какая-то неясная желчь смешивалась с состраданием к человеку и к себе и создавала ужасно неприятное чувство, от которого хотелось как можно скорее избавиться. Но Джереми знал, что единственный способ от него избавиться — это выстрелить в незнающего беднягу. Потерянный путник продолжал.       — Не поверишь... Так легко потеряться в этом лесу! Ну ты наверно и это тоже знаешь. Я немного отстал от своей туристической группы, ну и оказался здесь.       — Зачем вы... Кхм... Зачем вы вообще пошли в этот лес?.. Все знают, что он опасен... — вопрос был скорее риторический, Джереми надо было потянуть время, прежде чем он смог бы решиться на действия.       — Тоже самое могу спросить и у тебя, малой. Как ты здесь оказался? За тобой, видимо, мало следили...       "На что он намекает?.. На то, что у меня плохие мама и папа? Почему сам сразу не ответил? И почему я так злюсь на него... Абсолютно нормальный человек, в нормальных условиях о котором я бы не посмел и чего-нибудь слегка грубоватого подумать... Но здесь и сейчас я будто хочу, чтобы он от меня отстал. Но единственный способ это сделать — это убить. Не хочу убивать, не хочу! Он не труп, не обезьяна, не маньяк-убийца и не плохой человек... Он не заслуживает такой печальной и безчестной участи!". Джереми посмотрел в сторону и, с тяжёлым взглядом, спросил очень тихим и грустным голосом.       — Извините, сэр... Вы куда собираетесь идти? Вы знаете, где находится выход? — Джереми начал чувствовать, как в его глазах начали формироваться слёзы. Человеку пока это не было заметно.       — Понятия не имею. Однако, мы можем постараться найти его вместе. Если будем работать сообща, то найти выход будет куда легче! Разделим обязанности и будем искать выход. И обязательно найдём его! И попадём домой... Ведь ты, как и я, хочешь домой, верно? — незнакомец широко и мягко улыбнулся.       Джереми не мог слушать всё это и не чувствовать жалость к этому человеку. Он и не знает, что вот-вот Джереми возьмёт ружьё и... Застрелит его. Что его маленькое путешествие закончится именно здесь и очень скоро. Слёзы накопились достаточно сильно, чтобы начать вытекать из глаз.       Человек, только услышав всхлипы, сразу указал на Джереми фонарём и увидел блестящие от света фонарика слёзы, текущие по щекам мальчика. Он немедля подошёл ближе и с испуганным лицом смотрел на плачущего.       — Эй-эй-эй, ты чего? Что случилось? Тебе плохо? Что-то болит? Эй, не плачь... Сейчас достану аптечку и-       — Сэр... Пожалуйста... Не надо! — сквозь всхлипы проговорил Джереми — простите, простите меня! Я умоляю, простите!       — Боже мой, за что?! Скажи же ты что-нибудь дельное!       — Пожалуйста, знайте... Я не могу по-другому! Иначе... Иначе и я закончу так же, как и вы... Пожалуйста, простите меня!       — О чём ты гово- — человек не закончил, ведь слова застряли в горле, когда он увидел, что мальчик снял свой рюкзачок и вынул оттуда старый большой двухстволный дробовик. Незнакомец моментально отшатнулся и с круглыми глазами смотрел на "малого".       — Пацан... Т-ты что т-творишь?! Откуда это у тебя?! Убери!!!       — Сэр, пожалуйста.... Не бегите! Прошу вас! Простите меня, не бегите, просто позвольте мне сделать всё проще и быстрее... — Джереми с трясущимися руками держал в руках тяжёлое ружье и пытался направить его на человека, но никак не мог наставить его верно. Слёзы текли всё сильнее.       Незнакомец понял, что пока мальчик колеблется, можно дать дёру. Он моментально сбросил рюкзак и побежал в противоположную сторону. Джереми заметил это не сразу, ведь он всё ещё наводил дробовик на бывшее место, где стояла жертва. Только потом он понял, что произошло, и моментально поднял оружие вверх.       — Не бегите!!! Пожалуйста, умоляю!!! — слова выкрикивались с трудом. Джереми скорее от напряжения и страха случайно нажал на курок. Произошёл громкий выстрел, от которого будто всё остановилось.       Джерем закрыл глаза и не смел их открывать сразу. Он тихо всхипивал и пытался понять, что происходит. И тут он услышал страшные вопли боли... Дробь не убила беднягу. Джереми открыл глаза и увидел, что жертва ранена в живот и в бёдра. Истошные крики заполонили ближайшие окрестности леса. Он услышал, как на фоне Айден достаточно громко буркнула какое-то слово, похожее на русское "Блять". Джереми закрыл уши руками и уже бесконтрольные слезы вытекали из закрытых вновь очей. Он пытался представить, что ничего не произошло, что это просто сон, что бедный человек сейчас спокойно идёт по лесу и ищет путь домой. Но крики боли, которые легко проходили сквозь его руки, прикрывавшие уши, не позволяли ему уйти от реальности.       Джереми медленно открыл глаза и начал подходить к человеку. Кровь начала окрашивать ранее чистый белый снег. Человек не мог ничего сказать, так боль была сильна. Джереми просто смотрел вниз на беднягу и трясся всем телом. Не уж то и это сделал милаш Джереми? Выпустил дробью в живого человека, который сейчас просто лежит на холодном снегу и истошно стонет и кричит?       — Пожалуйста... Не кричите... Вы делаете только хуже! — Джереми проговорил громко, но трясущимся голосом — не делайте мою душевную рану еще больше... Прошу, не кричите...       В ответ были слышны лишь звуки агонии. Джереми стал медленно наводить дробовик на измученное существо. Мальчик стал понемногу задыхаться от плача. Джереми, перед вторым, контрольным выстрелом, после которого третий оказался бы уже точно лишним, успел сквозь слёзы проговорить очередной раз пару слов, которые он теперь будет говорить всегда...       — Простите меня!       Крики прекратились. Джереми предварительно отвернулся, чтобы не видеть то, как разлетается голова туриста. Он моментально кинул дробовик на снег и, пытаясь контролировать себя, направился в сторону Айден. Она не заставила себя долго ждать и вышла ему на встречу. Айден, кажется, не интересовал убитый. Она знала, что сейчас произойдёт, потому готовилась к тому, чтобы продолжать сдерживать себя от проявления сильных эмоций.       Произошло именно то, что она предполагала — Джереми рванулся к ней и крепко-крепко обнял её, слёзы, как и вчера, мочили её шарф. Айден ничего не говорила и лишь гладила мальчика по голове. Она не давала ему повернуться в сторону кровавого трупа. Джереми хныкал и приговаривал:       — Прости меня, прости меня, прости меня...       Начался обряд посвящения. Джереми, с пустым и уходящим в недоступную даль взглядом, смотрел на Кэти, которая говорила свою речь. В ней было что-то про дружбу, что-то про вечную связь, что-то про обещания, что-то про долг перед кем-то, видимо перед ней... Всё это было настолько прозрачно и неважно в данный момент. "Неужели, чтобы попасть в это чёртово общество, чтобы не быть убитым, чтобы всего лишь защитить мир от фантазий Кэти... Мне нужно было пройти через всё это? Зачем? На что? Что я этим доказываю? Что я не имею совести? Что я могу сломать в себе хорошего человека? Что теперь я не имею свою волю? Что я умею убивать хрупких людей? Что ж... Вы доказали мне кое-что... Как же аморален этот мир, в котором ради мира всех надо убивать. Теперь я знаю, что этот лес опасен лишь потому, что здесь сидят люди, которые считают, что единственный способ заставить человека быть хорошим — сделать из него ходячую куклу... Какую они сделали из Кэти. Она ничего не знает об этом мире. Чёрт, она не знает, что происходит в радиусе всего лишь двух миль... И теперь я точно знаю, что я не такой. И убийство — самый ужасный грех, что можно совершить... Большое "спасибо" за опыт, Общество Кэти.".       — ...И именно поэтому ты посвящаешься в ряды нашего общества! Ура! — Кэти с радостной улыбкой захлопала в ладоши — теперь ты с нами официально! Как я рада! Мы теперь с тобой навеки-веков друзья, верно?       Джереми вышел из своего транса и, услышав только последнее сообщение, попытался сделать маленькую, но при этом явно фальшивую и грустную улыбку.       — Да. Спасибо за такую возможность, Кэти...       "Как мило... Она и не знает, что я сегодня сделал... Она понятия не имеет, как я сегодня горько плакал и как мои руки тряслись с дробовиком в них... Она даже не знает, что на самом деле такое "Общество Кэти". Ну что ж, посмотрим как долго так ещё будет продолжаться... Как долго она будет оставаться в неведении... Как долго эта система ещё выдержит под натиском очевидных аморальных проблем и решений... Ну а пока... "Добро пожаловать в общество, Джереми!"