Огонь и Лёд

В заброшенной шахте, во время отсутствия Фаер Спирита Крот старательно выполнял наставление той странной огненной печеньки. Он перенёс ледяную девушку в самые нижние и прохладные этажи шахт. Места здесь были глухие, промозглые — то, что нужно, как ему казалось. Вот только дух не объяснил, как именно ей помочь. Просто сказал: «Придумай, как помочь», — и был таков. Откуда простому шахтёру знать, как лечить магических существ? Он и сам-то был маленьким кротом, привыкшим иметь дело с киркой и породой, а не с загадочными ледяными девами. Место явно помогало — кажется, помогало, — но этого точно было мало. Нужно что-то придумывать. — Если ей нужен холод, может, принести ей снега? Хотя где я его тут найду... — бормотал он себе под нос, меряя шагами пещеру. — Может, попросить кого о помощи?.. Не, если этот дух узнает, что я кому-то разболтал, где она прячется, он же мне голову оторвёт. Что же делать-то?.. И тут его осенило. — Точно! Холодные кристаллы! Если наберу побольше, смогу её прям укрыть ими с головой! Вот это будет круто! Загоревшись этой идеей, он схватил кирку и с удвоенным рвением принялся копать. Вскоре удача улыбнулась ему: в породе блеснул зелёный камень. Крот коснулся его лапкой — камень был достаточно прохладен даже для него, с его густой шёрсткой. Если уж ему прохладно, то ей точно подойдёт. Он уже хотел бежать обратно, но замер на полпути. Ледяная девушка... слишком длинно. Дух ей имя не назвал. Надо как-то её величать. Хмм... О! Придумал! Буду звать её Ледина. От слова «леди» и «лёд». Красиво и складно. Так вот. Вернувшись к Ледине, он бережно положил кристалл рядом с ней и стал свидетелем необыкновенной картины. Даже в своём полубессознательном состоянии она потянулась к самоцвету тонкими, почти прозрачными руками и прижала его к груди. Камень в её ладонях засветился мягким, приятным ледяным светом. Это зрелище так заворожило Крота, что он, забыв про усталость, тут же бросился обратно в шахты искать новые. За несколько часов он нашёл ещё пару таких же. Вернувшись, он не сразу заметил, что первого кристалла у Ледины уже нет. Решив, что тот завалился куда-то, он тщательно обыскал весь пол вокруг. Ни следа. Пожав плечами, Крот отдал ей два новых и, решив передохнуть и перекусить, просто уселся рядом, прислонившись спиной к холодной стене. Через пару часов второй кристалл в её объятиях тихо угас и исчез. — Так вот куда делся первый... Она их поглощает! — осенило его. — Значит, в них есть энергия, которую она тратит на восстановление? Ну точно! Ох, и почему до этого должен догадываться маленький крот?.. Все последующие дни он без устали собирал кристаллы и носил ей. С каждым разом она поглощала их всё быстрее. Сначала на это уходили часы, потом минуты, а теперь — считанные секунды. Её тело постепенно переставало таять, и на лицо возвращалось спокойствие. В один из таких дней, копая новый, ранее не замеченный им тоннель, Крот с силой ударил киркой. Порода отозвалась глухим гулом, и вдруг камень перед ним засиял тёмным, ледяным светом. В следующее мгновение невидимая сила отбросила Крота назад. Поднявшись и отряхнувшись, он увидел в стене прекрасный самоцвет в форме снежинки. От него веяло таким холодом, что даже на расстоянии Крота пробирала дрожь. Движимый любопытством, он коснулся его коготком — и лапку моментально сковала ледяная корка. К счастью, она быстро осыпалась, но боль была острой. — Т-т-такой холодный! Д-думаю, Ледине такой точно понравится! Достав из рюкзака щипчики для мелких камней, он осторожно ухватил самоцвет. Щипчики тут же покрылись инеем, но холод не добрался до лапок. Крот поспешно завернул снежинку в толстенную ткань и со всех ног кинулся к Ледине. Он так спешил, что даже не заметил, как на стене рядом с опустевшей выемкой зажглись странные символы, отдающие алым... Когда он добрался до Ледины, то с радостью отметил, что ей стало гораздо лучше. Подтаявшие места исчезли, лицо разгладилось, и на нём застыло выражение безмятежного покоя. — Ого, ей полегчало. Значит, не зря старался. Вот тот дух обрадуется! Он достал самоцвет теми же щипчиками и бережно вложил его прямо в её раскрытые ладони. Но в следующий миг всё пошло не так. Вместо того чтобы тихо раствориться, как другие кристаллы, самоцвет засиял чёрным, и от него начала исходить волна ужасающей, леденящей душу ауры. Крот в ужасе отшатнулся, прижимая уши. Тело Ледины поднялось в воздух, подвешенное неведомой силой. Её одеяние на глазах меняло цвет, становясь мрачным и глубоким, тёплая меховая оторочка перетекала в подобие чёрной робы. Корона из хрупких снежинок на голове заострилась, превращаясь в венец из острых, как бритвы, сосулек. На лбу проступил прекрасный, но зловещий вышитый узор. А в руках у неё начал формироваться новый скипетр — из чёрного льда, в сердцевину которого встал тот самый проклятый самоцвет. Она медленно, неестественно плавно опустилась на землю и открыла глаза. В них была пустота. Абсолютная, бездонная. Взгляд этих пустых глаз остановился на дрожащем Кроте. Бесстрастно, словно перед ней был не живой, дышащий малыш, а надоедливое насекомое, она наставила на него свой скипетр и произнесла без единой эмоции: — Ледяная тюрьма. Скипетр засветился, из него вырвался ослепительный магический сгусток, озаривший всю пещеру мертвенным светом. Крот почувствовал невероятный, всепоглощающий холод — такой, какого не должен был существовать. Мир померк. Последней его мыслью было: «Я так и не узнал её настоящего имени...» --- В королевстве ДжинджерБрейва Жизнь в королевстве текла своим чередом. Совсем недавно ДжинджерБрейв и его верная компания вернулись из опасного путешествия в земли Бист Ист, где они сразились с одним из Пяти Зверей — самим Шадоу Милком, Бистом лжи и обмана. Весть о возможной будущей войне с Дарк Энчантресс уже облетела всех, и жители, хоть и продолжали спокойно заниматься своими делами, теперь куда больше времени уделяли укреплению стен и тренировкам. На окраине королевства, в своей лаборатории под открытым небом, Визард и Алхимик занимались исследованиями древней формы печенья и расшифровкой информации, добытой за время приключений. Разговор перескакивал с темы на тему, пока Алхимик увлечённо смешивала реагенты, а Визард, будучи магом, вдруг замер на полуслове. Он почувствовал это раньше, чем увидел. Где-то вдалеке, в горах, зародился источник невероятно злой, тёмной магии. Визард резко обернулся. Судя по картам, там находилась старая заброшенная шахта. Он пригляделся, усилив зрение магией, и его сердце пропустило удар. Вся гора на глазах покрывалась льдом. Не обычным — чёрным, неестественным. Из него, словно шипы чудовищного зверя, начали появляться огромные ледяные пики, вспарывающие небеса. В тот же миг погода обезумела. Тёплый, солнечный день сменился пронизывающим до костей холодом. Повалил снег, листва на деревьях в один момент пожухла и осыпалась, а вода в ближайшем ручье застыла, превратившись в зеркало. Пока он пытался осознать масштаб произошедшего, из незамёрзшего чёрного входа в пещеры вылетел огромный ледяной октаэдр. Он на мгновение завис над горой, а затем рванул в сторону ледяного региона. — Снова нападение на Дарк Какао?! — выдохнул Визард. Медлить было нельзя. Он сорвался с места и побежал искать ДжинджерБрейва, чтобы немедленно отправить весть Пьюр Ваниле. --- Одна лишь Фрост Квин знала, куда держит путь. — Скипетр... — единственное слово слетело с её губ, и в нём смешалось всё: тоска, одержимость и могильный холод. Она летела, и мир под ней умирал. Леса обращались в ледяные статуи, озёра промерзали до самого дна, деревни застывали во времени, погребённые под снегом. Даже живые существа, попавшие под её тень, мгновенно покрывались инеем и останавливались навечно. В её голове билась лишь одна мысль, вложенная чужой волей: «Весь мир должен погрузиться в вечную зиму». В это же время Фаер Спирит, закончив свои дела в замке, даже не подозревал, что его встреча с ней состоится гораздо раньше, чем он рассчитывал. И что на этот раз лёд, с которым ему предстоит столкнуться, будет не просто холодным — он будет самой сутью отчаяния и тьмы.