Огонь и Лёд

В Ледяном дворце — Наконец-то скипетр у нас! — Фаер победно вскинул посох, сверкая улыбкой. — Осталось по мелочи: отнести его Фрост Квин, потом её же перенести во дворец... и после этого — я могу спокойно уйти обратно к себе? Он осёкся. Слова застыли в воздухе, повиснув невысказанным вопросом. А что потом? Что будет после того, как он поможет ей? Просто развернуться, улететь обратно в Драконьи земли и продолжить своё бесконечное, одинокое существование? До того, как всё это началось, его такая жизнь вполне устраивала. Но теперь эта мысль почему-то неприятно царапала изнутри. Его размышления прервал возмущённый голос Щербета. Тот наконец-то пришёл в себя после сцены в тронном зале, и теперь его буквально трясло от гнева. — Ты вообще о чём думал?! — ледяной дух наступал на Фаера, размахивая своей палкой. — Зачем ты схватил его сразу, даже не подумав? А если бы я опоздал? Если бы не успел вырвать его у тебя из рук? Ты вообще понимаешь, что одно неосторожное касание превращает в ледяную статую — и всё! Даже Королева потом не сможет разморозить! Навсегда! Фаер картинно закатил глаза. — Да не злись ты так, малой. Во-первых, ты забыл, с кем говоришь. С Великим Духом Огня, мощь которого превосходит лишь Миллениал Три, Шугар Сван и, может быть, сами Ведьмы. Никакая жалкая защита не способна навредить великому мне! — он скрестил руки на груди, и его улыбка стала ещё шире. — А во-вторых, чего ты сейчас-то кипятишься? Вот он я — стою перед тобой, целый и невредимый. Так что перестань давить эту свою злющую мордашку и давай уже займёмся делом. Говорил он это так, будто минуту назад не выдыхался в неравной борьбе со скипетром и не балансировал на грани вечного заточения во льду. Щербет тяжело вздохнул, признавая поражение. С этим духом спорить — только себе дороже. — Эхх... ладно. Ты жив, и это главное. Давай отправимся в ту пещеру. Только... — он наставительно поднял палец, — ...пожалуйста, не на своей реактивной скорости! Я за тобой не угонюсь! — Ну-у-у, не я же виноват, что ты такой медленный, — протянул Фаер с хитрой искоркой в глазах. — Но так и быть, помедленнее для тебя... малой. — Я же просил не называть меня малым! Продолжая эту шутливую перепалку, они наконец поднялись в воздух и взяли курс на заброшенную пещеру. Фаер бросил последний взгляд на удаляющийся дворец и подумал про себя: «Интересно, как там Крот с Фростей управляется? Надеюсь, этот пушистый копатель всё сделал как надо...» Он и не подозревал, что их встреча с Фрост Квин состоится гораздо раньше. И при совсем иных обстоятельствах. Некоторое время спустя Позади осталась уже четверть пути. Они летели высоко над облаками — достаточно высоко, чтобы ни одна печенька внизу не смогла их разглядеть. Весь полёт проходил в молчании, и это удивляло Щербета всё больше. Он-то готовился к тому, что Фаер Спирит будет без умолку рассказывать о своей силе, крутости и бесконечных подвигах, а выяснилось, что дух огня способен лететь молча. Да ещё и с таким серьёзным, почти мрачным выражением лица. О чём же он думает? Что тревожит эту вечно улыбающуюся головешку? Ответить на этот вопрос Щербет не успел. Скипетр, закреплённый у него за спиной, начал трястись. Сначала мелко, едва заметно, потом всё сильнее и сильнее. Он вибрировал так, что Щербету пришлось схватить его обеими руками. Увидев это, Фаер мгновенно вышел из задумчивости. Обменявшись быстрыми взглядами, они начали снижаться. Подходящим местом оказалась одинокая, пустая и на удивление плоская гора, возвышающаяся посреди заснеженной равнины. Едва их ноги коснулись камня, Фаер вскинул посох, готовый к бою. — Чего это с ним? Опять бушевать начал? — Я... я не знаю! — голос Щербета дрогнул. — Королева никогда не рассказывала о таком. Я вообще держу скипетр в руках впервые. Но мои чувства... они подсказывают мне, что скипетр... боится. Фаер недоверчиво покосился на ледяную палку. — Боится? Чего может бояться неживой объект? Даже если допустить, что у этой штуки есть чувства, — чего ей бояться, если сам Дух Огня, его естественный враг, не вызывает у неё дрожи? Он не успел договорить. Инстинкты взревели раньше, чем разум осознал опасность. Под землёй стремительно двигался поток магии — прямо к Щербету. — Берегись! Одним молниеносным рывком Фаер схватил Щербета за шкирку и отшвырнул в сторону. В тот же миг место, где тот только что стоял, взорвалось — из каменной тверди вырвалась ледяная пика. Но не обычная, какую могла бы создать Королева. Эта была с прожилками чёрного, и от неё веяло такой чуждой, неправильной энергией, что даже у Фаера на мгновение похолодело внутри. — Что за?.. С неба донёсся свист. Фаер вскинул голову — прямо на них пикировал рой ледяных стрел того же чёрного оттенка. Пламя вспыхнуло вокруг него. Он выбросил вперёд руку, посылая в стрелы широкую огненную волну. Пламя накрыло их, но к его шоку, стрелы не растаяли. Они прошли сквозь огонь, лишь слегка закоптившись, и продолжили свой смертоносный путь. Пришлось призвать щит. Стрелы врезались в огненный барьер, разбиваясь с пронзительным звоном, но каждая оставляла на нём глубокую трещину. Когда атака закончилась, щит напоминал стекло, по которому хорошенько ударили молотом. А затем на гору обрушился огромный кристалл. Он вонзился прямо в камень с такой силой, что скала дрогнула, и по поверхности побежали трещины. Кристалл был похож на тот, из которого они с Щербетом добывали скипетр, но больше, темнее. Ледяная броня, служившая защитой для той, кто находилась внутри, начала исчезать, рассеиваясь облаком морозной пыли. И когда она опала, Фаер увидел фигуру. До боли знакомую и до ужаса чужую одновременно. Он узнал её сразу. Но то, что он увидел, заставило его замереть. Его голос сорвался на хриплый, полный неверия шёпот: — Ф-ф-фрост Квин?!