Эпилог
8 марта 2026 г., 20:55
Цепочка качается перед его лицом, набирая амплитуду с каждым толчком. Сынмин отвлекается на ее такт. Он сгорает изнутри, сходя с ума от возбуждения, а Чан даже не думал раздеться. Погружаясь на всю длину, он трахает его, придавливая к поверхности стола. Руки зафиксированы не до конца снятой рубашкой, что цепляется манжетами и не позволяет коснуться. Стонать тоже не получается — ладонь крепко сжимает его рот. И все, что возможно, — это издавать тонкий скулеж, пока Чан размеренно разбирает его, вынимая весь воздух из легких.
— Такой отзывчивый подо мной. Такой горячий.
Сынмин уже понял, что Чан обожает болтать во время секса. Сейчас ответить не получится, поэтому он сильнее сжимает голые ноги на талии, притягивая ближе, и двигается навстречу, встречая яростные толчки. Чан в ответ восхищенно вздыхает и быстрее двигает рукой, приближая Сынмина к разрядке.
Они сбежали с приема, оставляя Минхо одного разбираться с пришедшими гостями. С момента возвращения из Амстердама, динамика их отношений резко поменялась, несясь вскачь. Было много свиданий, разговоров, объятий, откровений. И много секса.
Улетая от него в тот день, Чан рассчитывал получить время, чтобы все обдумать. Сынмин же рассчитывал свести его с ума, отправляя свои фотографии: рука на голом бедре, обнаженное отражение в зеркале у кровати, селфи с искусанными губами. Это было смело даже для него. Но Сынмин чувствовал себя комфортно и ловил схожие интонации в телефоне. А получив в ответ фотографию с забрызганным белесыми каплями животом, он понял, что не ошибся.
Закусив губу, он нажимает на кнопку видеозвонка.
— Ты был слишком невинным. Я должен был догадаться, что тебя надолго не хватит.
— Заметь, первым здесь кончил ты, — Сынмин залипает на рваных движениях голой груди, когда Чан смеется.
— Ты ждешь моего разрешения?
— Любишь приказывать?
— Тебе понравится.
Сынмин вздрагивает от хриплых нот. Чан не касается его, но голос оседает, оставляя на коже полыхающие следы.
— Что же ты прикажешь мне в первую очередь? — ладонь соскальзывает вниз, где член уже напряжен. Ему надо так мало. Сначала он лежал тут и волновался, не перешел ли границу. А через минуту уже ласкает себя, пытаясь не показывать, насколько нуждается.
Чан хитро улыбается. Очевидно, попытка Сынмина провалилась.
— Послушный? Хорошо. Покажешь мне, насколько возбужден?
Сынмин оглядывается, а после поворачивается к изголовью и подпирает телефон подушкой. Усаживается перед камерой и разводит ноги в стороны.
— Блядь, Сынмин. Какой ты красивый, — на той стороне Чан задыхается. — Потрогай себя. Давай.
Он закрывает глаза, погружаясь в ощущения, ведомый голосом, и громкий стон срывается сам собой, когда Сынмин вновь опускает руку на член и проводит на пробу поверх белья, тут же сжимая. Мокрая ткань раздражает.
— Можно я их сниму?
Тишина в ответ удивляет. Сынмин приоткрывает глаза и видит черный экран. Хватает телефон — разряжен.
— Вот же блядство.
Зарядка далеко, а момент упускать не хочется.
«Так резко отключился
Это часть твоего плана?
Свести меня с ума?»
«Телефон сел
*вложение*
Один — один»
«Чтобы вести счет, нужно знать, когда началась игра»«И как давно ты дрочишь на меня?»
«Расскажу при встрече Очень красиво Хочу чтобы это была моя»«Ты скоро прилетаешь»
«Сделаешь селфи»«Это вопрос?»
«Наказание»«Вряд ли возможность дать тебе кончить на мое лицо можно считать наказанием»
«Ты убиваешь меня»***
— Вы трахались на моем столе? — Диван скрипит и липнет к коже. — А вариант дотерпеть до дома вас чем не устраивает? — У тебя здесь есть запасная рубашка? — А с твоей что? — Замаралась. — Для тебя нет. Надевай пиджак и уматывайте. Эй, прекрати пялиться на него. — Вы все время держитесь за руки. А когда кончаете — тоже? — Хани, ты вроде бы должен быть на моей стороне. — Ладно, мы, пожалуй, пойдем. Кстати, Минхо. — Что еще? — Зачем хранить смазку в верхнем ящике стола, если рядом с диваном есть такая удобная тумбочка? — Так там тоже есть. — Хани. — А что я такого сказал? — Пока, пока.
Примечания:
Всем спасибо, что уделили внимание и прочли этот текст.
В следующей главе примечания, если интересно, что было в голове, когда я это писала.
