Глава 6: Голоса в моей голове
4 февраля 2026 г., 00:26
— Ваше Величество, вы уверены?
— Да, я хочу посещать ваши собрания.
— Без обид, но раньше вы не проявляли к этому никакого интереса.
Люцифер с довольным выражением лица уставился на Картиллу — или как там её… Кармита… Карилла…? Ах да, Кармилла. Собрания Оверлордов.
Он расспросил кота-бармена о них после того, как Аластор исчез из их разговора у бара. Значит, самые сильные грешники собираются, чтобы обсуждать политику? Что ж, ему стоит присутствовать. Он же Король Ада, в конце концов. Немного грубо, что его не приглашали с самого начала.
Но он их прощал за это.
— Я просто хочу быть более… э-э… активной частью политики Кольца Гордыни.
— Почему?
Вопрос заставил Люцифера на миг замереть и задуматься. Почему он этого хочет? Часть его радовалась мысли о чём-то, что отвлечёт от неудачного брака и депрессивного состояния. Другая часть хотела быть в курсе — знать, не угрожает ли что-то отелю или его дочери. Пока всё шло гладко, и он намеревался сохранить это положение.
И был ещё один крошечный плюс, почти не стоящий упоминания. Он мог бы узнать больше о «сопернике» Аластора, Воксе… и, возможно, немного отомстить этому типу за разбитые лампочки в отеле и, конечно, за подмоченную репутацию.
У него было очень-очень смутное предчувствие, что к счастью Аластора причастен какой-то секрет.
— Чтобы защитить свою дочь, — просто сказал он, взгляд скользнул к двум женщинам-демонам, стоящим за спиной Кармиллы — она поймёт это как мать.
— В принципе, вы можете прийти, если хотите. Следующее собрание завтра. Мы планируем обсудить действия Оверлорда Вокса и что с ним и Ви делать.
— Ах, что с ними делать..? Что вы планируете? — спросил он, любопытствуя, как оверлорды решают такие вопросы.
— Об этом и будем говорить. Он должен быть наказан за то, что переступил черту.
— И какое именно наказание?
— Посмотрим. Прошу прощения, у меня другие дела, — сказала она, отпуская его, — но Люцифера это не обидело.
— Конечно. Я ухожу.
С этими словами он исчез из её кабинета, оставив на полу золотистые искры там, где только он стоял.
***
Вокс знал, что прошло примерно неделя — по соцсетям. Аластор появлялся то тут, то там, вёл свою радиопередачу, издевался над ним и заряжал, когда энергия падала ниже 20%, но больше ничего не делал. Это и было своего рода наказание. Ждать, пока кто-то тебя добьёт — висеть бесполезно в боли на стене, как чёртов трофей, о котором говорил Аластор, — это сильно напрягало разум. Он не выдержит долго, не сойдя с ума. Доступ к соцсетям причинял больше боли, чем помогал; даже спустя неделю он оставался самой обсуждаемой темой во всём Аду. Обычно это льстило бы эго, но не в этот раз. Все считали его неудачником, потому что он больше не появлялся. Большинство было уверено, что коллеги тихо прикончили его, потому что он бесполезен. О, как он хотел заорать грешникам, что он не мёртв, что он не какой-то лузер. Но не мог, и всё, что оставалось, — смотреть, как они треплются о нём. Даже отель уже не был такой горячей темой; люди приняли его и продолжили жить своей жизнью, поскольку там ничего особо интересного не происходило. Единственный ролик, который хоть немного заинтересовал, показывал троих грешников, насмехающихся над Люцифером. Они действительно больше не боялись его, и это было видно. Но даже это быстро угасло — в отличие от потоков ненависти в его адрес. Поэтому он забил на соцсети — они делали его тупым. Предпочитал просто переходить в низкоэнергетический режим и хотя бы притворяться, что спит немного, чтобы сбежать от мыслей. Что от него осталось? От гордого Оверлорда? Вокс… ему всегда нравилось это имя… «голос». Оно ему шло. Винсент — такое дурацкое имя. Винсент-тек… ха, звучит ужасно. — Привет, Винсент. Снова он был слишком погружён в мысли, чтобы заметить, как Аластор возник перед ним. Он даже не вздрогнул — слишком устал для этого. — Молчалив, как всегда, хм? Не понравился мой маленький подарочек? — Заткнись. — Ты не разучился говорить. — Чего тебе? — …Грубо. Что я тебе говорил о поведении? Воксу хватило, и он просто выключился. Ха — преимущество перед другими грешниками: он мог это делать. Боль пронзила провода прямо в разум, и он закричал, включая монитор, чтобы понять, в чём дело. Одна из теней Аластора расколола его корпус сбоку, ломая пластик по кусочкам. — Аааа! Стой! СТОЙ! — взмолился Вокс, и боль прекратилась. — Ты вернулся. Больше так не делай. Когда я с тобой разговариваю, оставайся здесь, а не выключайся. Вокс кивнул, насколько позволяли путы. — Да… сэр. Ты сейчас не на моём уровне, так что будь чуть уважительнее. — Да… сэр. Аластор рассмеялся, явно наслаждаясь тем, насколько легко он может расколоть телевизор и унизить его. — Но вижу, дух у тебя ещё остался. Вокс вздохнул, и лицо на дисплее сменилось с раздражённого на нейтральное. Когда он выглядел так, Аластор не находил повода причинять боль по другим поводам. Олень вернулся к радиопередаче, и Вокс слушал. На этот раз ничего особо бесящего — только пара обновлений после войны, и всё. Когда закончил, Аластор снова обратился к нему. — Винсент, знаешь… на самом деле я хотел бы сказать, что мне жаль. За то, что я с тобой сделал. Вокс посмотрел на него, полностью ошарашенный мягкими словами от другого. — Тогда, когда ты предлагал партнёрство, я хотел сказать «да»… но не мог. Знаешь почему? Заинтригованный, взгляд Вокса упал на осанку Радиодемона. Не такая гордая, как обычно. Вокс затаил дыхание — или, вернее, вентиляцию на затылке — пока Аластор подходил ближе и гладил его сломанный корпус. — Нет… почему? — тихо спросил он, отчаянно желая услышать ответ. Аластор выглядел так же, как в баре, когда они разговаривали, и Радиодемон даже смеялся над дурацкими шутками и пародиями Вокса. Мягко. Он выглядел мягким, искренним. Сердце Вокса заныло, и он не мог закрыть рот. — Была сделка, которая держала мою душу. Я не мог быть с кем-то, но я её нарушил. С твоей помощью. Лицо Аластора приблизилось к лицу телевизионной головы. Бирюзовый румянец разлился по экрану Вокса. Он всегда хотел знать, почему Радиодемон его бросил. Всегда винил себя — что был недостаточно сильным, слишком наивным, недостаточно привлекательным для Радиодемона. У него же чёртова телевизионная голова. Это реальный отпугиватель для большинства. Вал никогда не страдал от этого, но он порно-Оверлорд и переспал бы с кем угодно, что не убежит достаточно быстро. И вот Радиодемон наклонился ещё ближе к телевизору, который рефлекторно закрыл глаза. Только чтобы резко открыть их снова от громкого смеха Аластора. Аластор держался за живот, хохоча во всё горло. Вокс в этот момент действительно не понимал, что всё это значит — или, может, не хотел понимать. — Ты всё ещё такой наивный, Винсент. На это монитор действительно дёрнулся — ошибки заплясали по экрану, вентиляция заработала против стыдной паники. — Ты правда веришь, что я тебя люблю? Всё ещё? Даже спустя столько лет? Я думал, ты умнее, но нет… ты действительно думаешь, что я тебя поцелую? — Он насмешливо постучал когтем прямо по центру шокированного экрана. — Я терпел тебя, Винсент, только потому, что ты был Медиа-Демоном, как я. Мне было любопытно, как ты работаешь, что ты сделаешь. Я никогда не считал нас равными. Ты был моим маленьким щенком, бегающим за мной следом. Я бросил тебя, потому что ты был наивен — посмел думать, что можешь быть мне равным, моим другом. Ты никогда им не был. И никогда не будешь. С каждым словом форма Аластора становилась больше — глаза чернели, рога вытягивались выше. Ему даже не нужна была эта устрашающая форма. Слёзы уже текли из широко открытых глаз Вокса, оставляя дорожки по монитору и капая с треснувшего корпуса. Выражение застыло. — О, тише, Винсент, не плачь. Ты и сам знал это… где-то в сердце, — раздался скрежещущий голос Аластора. Демон наклонился ближе и почти прошептал: — Не будь таким отчаянным. Я буду наслаждаться твоей болью в следующей передаче. Надеюсь, твои бывшие коллеги услышат твои уродливые всхлипы. И с этими словами демон исчез — оставив после себя только разбитый экран.***
— Вокс не присутствует? Кармилла спросила двух Ви, сидящих рядом. Люцифер сидел на другом конце стола, внимательно слушая. Сначала он не был уверен в этом собрании. В нём был настоящий страх перед мыслью обсуждать политику с гордыми Оверлордами, но он пересилил себя и пришёл. И не жалел. Значит, Вокс здесь не присутствует — и не только он казался этим озадаченным. Кармилла была слегка шокирована. — Но это собрание о нём. — Мы в курсе, — прорычала кукла — её звали Велзетта… Вельветт — но больше ничего не сказала. — Тогда приведите его сюда. — Это сейчас невозможно. Кармилла ударила кулаком по столу. — Вы шутите? Приведите. Его. Сюда, — повторила она, терпение таяло. — Невозможно. Что тут непонятного, сука? — Вельветт встала, враждебно уставившись на старшую женщину. — Почему? — в разговор вмешался старший паучий Оверлорд, голос спокойный и умиротворяющий. Люцифер давно махнул рукой на его имя — слишком сложное. Старший пытался успокоить женщин, мягко поглаживая плечо Кармиллы. — Не могу сказать, — пробормотала кукла, скрестив руки. — Вы сможете. — Да ну? Заставь меня, сука... — Мы поймём, когда вы объясните, — дружелюбно сказал паучий демон, всё ещё стоя за Кармиллой. — Вокси всё ещё регенерирует. Вы наверняка заметили мерцающий свет. Он в сильной боли и не может присутствовать на собрании, — сказал мотыльковый демон, в голосе нотка жалости к коллеге. — Это собрание о нём. Значит, он должен услышать, что мы говорим. А если не может быть здесь — хотя бы позвоните ему, — предложила Кармилла, и не только Люцифер заметил переглядывания Ви. Люцифер предпочитал держаться в стороне от разговора и просто наблюдал, как всё разворачивается. Его взгляд скользнул по другим участникам собрания. Казалось, все места заняты — и, конечно, Аластор тоже здесь. Он выглядел одинаково довольным, тихо следя за беседой. По-настоящему удовлетворённым, снова. Почему? — Нет. — Нет? — Кармилла приподняла бровь. — Скажите нам, что хотите ему сказать. Он примет все ваши условия, но мы передадим их ему. Он сейчас не в том состоянии, чтобы услышать это от вас. Что-то в Люцифере кольнуло. У него было чувство, что здесь, что-то не так. Он знал, что регенерация занимает время и очень болезненна — по крайней мере, так он слышал. И телевизионный придурок это заслужил, но регенерация не должна тянуться так долго. Если бы тянулась, половина Кольца Гордыни постоянно бы регенерировала. Может, потому что телевизионный демон наполовину механический? Может, им нужны учёные, чтобы собрать его заново. Всё равно… это казалось странным. — Хорошо… но на следующей неделе он будет здесь, и я хочу услышать от него лично, что он понимает все наши условия, — сказала Кармилла, сдаваясь и не заставляя других Ви приводить партнёра. — Ага, услышали, — прорычала кукла, не проявляя уважения. И с этим обсуждение продолжилось. Люцифер не особо вслушивался в условия, но это было не важно для него. Собрание подходило к концу после обсуждения ситуации с чёрным рынком. Кармилла, похоже, вернула хороший контроль над ангельскими материалами, что немного успокоило Люцифера. — Когда электричество вернётся в норму? — спросил крупный демон, похожий на динозавра. Заза… Зики? Люцифер давно махнул рукой на её имя тоже. Сначала ему нужно было запоминать только важных фигур — он говорил себе это как оправдание. — Мне тоже интересно. Вчера свет на целый час погас по всему Кольцу Гордыни — это было странно. Вокс регенерирует неправильно? — заговорила Рози — ха! Люцифер вспомнил её имя. — Он регенерирует, — сказала Вельветт, но никто не выглядел удовлетворённым ответом. — Да, но так плохо, что вызывает отключения даже спустя неделю? — спросил один из менее важных Оверлордов. — Вокс всегда был немного слабым. Не удивлён, что он не справился, — хохотнул Аластор. — Я уже дала наш ответ. Собрание окончено? — спросила Вельветт, улыбка натянутая. — Я слышал, что Вокс мёртв, он вообще ещё в вашей башне? — спросил кто-то. — ОН НЕ МЁРТВ! Вы должны быть благодарны, что мы всё ещё питаем ваши жалкие бизнесы. Без нас вы ничто! — гневно закричала кукла, готовая наброситься на других Оверлордов. Но она была права — большинство бизнесов зависело от электричества из башни Ви. Даже отелю оно нужно, чтобы не проводить терапию в темноте. Кармилла посмотрела на вспышку и задумалась на миг, прежде чем отпустить их. — Можете идти. Но на следующей неделе жду ответов — и постарайтесь исправить отключения. — Ага, ага. Ви встали первыми, и Люцифер смотрел, как они уходят. Хм… стоит разобраться в этом. Тема электричества стала для него личной проблемой. Поэтому он тоже встал и пошёл следом.
