Под его крыльями

      Люцифер медленно проснулся. Ночью он поздно забрался на другую половину кровати.       Место рядом было пустым... Ни механического тела в поле зрения. Люцифер подскочил. До него дошло — он не приказал телевизионной голове оставаться рядом, как только тот полностью починился. Конечно, Вокс исчезнет при первой же возможности.       Но… Люцифер мог просто позвать его.       — Вокс, иди сюда! — требовательно сказал Люцифер, уже немного разозлившись. Только что он доверял Оверлорду, а теперь уже предан. Эти смертные грешники… все одинаковые.       — Я здесь, идиот. — Рука махнула ему с другой стороны кровати, и Люцифер перегнулся через край. Там механическое тело лежало в странной позе, будто свалилось с кровати.       — Что ты там делаешь внизу? — осмелился спросить Люцифер.       — Просто любуюсь твоим прекрасным полом. Как думаешь, что я делаю, Люцифер?       — Не знаю. Поэтому и спрашиваю. — Люцифер опёрся подбородком на скрещенные руки и ухмыльнулся вниз на телевизор.       — Можешь, пожалуйста, помочь мне встать? — наконец спросил другой, так что Люцифер встал и поднял тело. Он осмотрел его и обменялся взглядом с экраном. — Что происходит? Я думал, ты всё перекалибровал.       — Да, я это делал — и сработало.       — Не похоже. — Люцифер уронил тело обратно на кровать и упёр руку в бедро, ожидая объяснений.       — Помнишь пулю Валентино, которая прошла сквозь моё тело?       Конечно помнит. Она задела и Люцифера, но Воксу, похоже, это не важно.       — Похоже, она повредила мне позвоночник. Сейчас я не могу пользоваться нижней частью тела. Руки и остальное в порядке. — Оверлорд приподнял верхнюю часть тела, и Люцифер посмотрел на него.       — Серьёзно?       — Серьёзно.       Люцифер поднёс руки к лицу и потёр щёки, пытаясь на миг успокоиться. Чёрт… он думал, ремонт закончен. Не то чтобы это не было иногда весело, но Люциферу нужен был перерыв от всего этого. Немного работы — это забава, но слишком много… нет.       — Что будем делать?       — Сегодня? Ничего. Мне нужно заняться чем-то другим.       — Чтооо?!       — Мне нужен перерыв, Вокс — и тебе, думаю, тоже. Тебя пытал Аластор, и ты правда не дал себе времени восстановиться.       — Я спал. Этого достаточно, — уклонился Вокс.       — Нет, я имел в виду ментально — делать что-то другое. Не спать. Это не считается.       — Ты сказал, что поможешь мне. Мы заключили сделку! — Вокс злобно жестикулировал, немного глючя, и Люциферу не понравился тон. Почему другой всегда вёл себя так, будто его предали, стоило Люциферу сделать что-то, чего Вокс не одобрял?       — И я уверяю тебя, я выполняю её. Но нам нужен перерыв. Обоим. Это моё решение, и тебе придётся смириться. В смысле, я не могу тебя остановить, если хочешь работать над собой — просто говорю, что повреждение проходит через спину, и будет сложно чинить это самому, не разбирая тебя заново. — Чёрт, этот трудоголик правда нуждался в отдыхе. Не то чтобы Люцифер шёл против сделки. Он был уверен, что Воксу тоже полезно расслабиться.       — Я приготовлю нам завтрак. Есть пожелания?       — Блины подойдут.       — В третий раз? Ты их правда любишь.       На этот раз Люцифер телепортировался на кухню и вернулся с блинами и сиропом для обоих. Он был в хорошем настроении, когда телепортировался обратно и увидел, что Вокс приподнялся, опираясь на спинку кровати в более нормальной позе. Если б Люцифер не знал, что ноги не работают, он бы не догадался. Только выражение лица выдавало лёгкое недовольство.       — Держи. — Люцифер сел на другую сторону кровати и поставил тарелку между ними. — Помочь покормить? — поддразнил он, но Вокс казался немного надутым. Он не ответил и просто схватил целый блин вилкой и засунул в рот.       Люцифер почувствовал себя немного беспомощным, пока молчание продолжалось, и напомнил себе совет бармена-кота.       Зачем навязывать разговор? Вопросы легче в начале.       — Какой у тебя любимый питомец?       Вокс медленно повернул плоскую голову к нему, явно раздражённый глупым вопросом.       — …Э-э, акулы?       — …Логично. Теперь ты спрашивай меня.       — Твой любимый питомец? Утки.       — Не весело, если угадываешь заранее. — Весь разговор не шёл так, как в баре в тот раз.       — А ты зачем спрашиваешь такое? — Вокс взял ещё один блин, на этот раз сильно пропитанный сиропом.       — Просто пытаюсь поговорить.       — Прекрати. Это ужасно. Ты правда мало общаешься с другими…       И чья это вина в последнее время? И я же с тобой разговариваю. Больше, чем с большинством людей, — подумал Люцифер. И это не всегда ужасно.       — Ха, ладно.       — Так что ты делаешь, когда не работаешь?       — Опять вопросы?       — Давай, просто ответь. Тебе нужно чем-то заниматься, чтобы расслабиться. — Люцифер знал о склонности к трудоголизму, но это не могло быть всем, чем Вокс когда-либо занимался.       — Мхм, Вельветт любила иногда устраивать киносеансы, — признался Вокс после того, как минуту уставился в потолок.       — О, я обожаю смотреть мюзиклы и фильмы. — Люцифер был немного рад, что у них есть что-то общее, даже если телевизор не сказал, что ему нравится.       — Ха… а, чёрт. — Часть сиропа капнула на костюм Вокса, и Люцифер впервые заметил состояние другого. Костюм был порван, открывая руки Вокса — и в целом не в лучшем виде. И… не выглядел комфортно. Неудивительно, что другой не в настроении расслабляться.       Так что Люцифер встал и порылся в своей одежде. У него почти ничего не было, что подошло бы оверлорду. Кроме… Он протянул свой розовый свитер с белыми пятнами и большим растяжимым воротом. Он был достаточно большим. Неудивительно, что другой чаще носил костюмы — как иначе он одевался бы с такой головой?       — Переоденься. Хотя бы верх.       — В это… всерьез? Категорически нет.       — Он удобный. Докажи — пока я не приказал, — поддразнил Люцифер, хотя мог и серьёзно.       — Да-да… ладно. Давай сюда. — Оверлорд раздражённо выхватил верх из рук бывшего архангела и начал стягивать порванный костюм. У него было… интересное телосложение, Люциферу пришлось признать. Красивое тело, синяя кожа и даже какие-то… жабры — или вентиляция — по бокам там, где рёбра.       — Чёрт, у тебя там дыра.       Вокс замер, прекратив движения, будто не верил, что только что услышал. Люцифер имел в виду дыру в груди другого и не заметил, как это прозвучало.       Вокс самодовольно ухмыльнулся.       — Можешь прямо сказать, когда находишь меня горячим, учитывая, как ты пялишься, пока я раздеваюсь.       — Я видел и получше.       — Где? Твоя бывшая жена довольно горячая, признаю — но ты так одинок, что заказывал другие… мужские услуги?       — ЧТО? Нет! Я женатый человек. Зачем мне сюда проститутку?       — О, Лу, у всех есть потребности. — Вокс закончил натягивать свитер, устраиваясь в мягкой ткани и становясь чуть удобнее. — Ты не говоришь, что никогда не дрочишь?       Это было не то, о чём Люцифер хотел говорить с оверлордом.       — Я-не… это не твоё дело, — запнулся Люцифер.       — Значит, тебе всё-таки нужно дрочить, хмм… Я думал, ангелы могут быть импотентами или что-то вроде. Знаешь, потому что похоть — грех и всё такое.       — Очень смешно. У меня есть дочь, придурок, — прорычал Люцифер, всё больше раздражаясь на телевизионную голову. — И не говори о моей жене. Мне это не нравится.       — Лилит иногда заходит, просто чтобы хоть немного потрахаться, Лу? — Вокс не останавливался. Он не знал, где грань — снова. Но на этот раз это было личное. Слишком личное для Люцифера.       — Заткнись, — предупреждающе прорычал Люцифер.       — ХАХ, значит, твоя жена правда жалеет тебя и заходит как шлюха для твоих нужд. — Вокс ухмыльнулся, и тон уже не был игривым. Он был направлен на удар.       Этого хватило.       Глаза Люцифера стали красными, рога выросли, пока он рывком дёрнул оверлорда за ворот свитера вперёд.       — ТЫ ЗАХОДИШЬ СЛИШКОМ ДАЛЕКО. Заткни свои чёртовы вентиляционные отверстия. Это приказ!       Он мрачно порадовался, когда глаза Вокса на миг расширились от страха.       — Но… — попытался возразить телевизионный парень.       — НЕТ. Делай, как я сказал. — Он силой вбил приказ в другого. Потом это уже не казалось таким приятным, и он отпустил телевизор. Люцифер фыркнул и покачал головой. — Мне нужен свежий воздух. — Он отвернулся.       Блондин думал, что действительно сделал прогресс с другим какое-то время, но потом Оверлорд вернулся к старым привычкам, и Люцифер не мог с этим справиться сейчас. Он хотел спокойный день. Он вышел на балкон.       — Может, это была ошибка, — сказал Люцифер больше себе, хотя ему было всё равно, услышит ли телевизор. Потом он расправил крылья и взлетел, чтобы прочистить голову. Он немного злился на себя. Почему он просто не починил Оверлорда, чтобы они могли работать вместе, как в другие дни? По крайней мере, это работало.       Он приземлился на случайную крышу и вздохнул. Вот тебе и мирный день. Он уставился на Ад. Это дерьмовое место.       Сердце ныло. Ему не хватало кого-то, с кем можно поговорить о чувствах, когда они вот так всплывали.

***

      Прошёл час, прежде чем Люцифер вернулся через балкон. Он действительно успокоился и был готов простить парня с большим самомнением. Кто-то должен начать первым.       Они могли поговорить об этом — о том, что Воксу стоит осторожнее подбирать слова — и урок будет усвоен… надеюсь. И может, они смогут сделать что-то расслабляющее на остаток дня.       Люцифер посмотрел на кровать, ожидая, что Вокс злобно уставится на него, но экран был чёрным.       — О, да ладно. Ты выключился? Ты же не любишь это делать. — Люцифер проверил телевизионную голову. Он наклонился и постучал по тёмному экрану. — Просыпайся.       Что-то пахло горелым. Люцифер принюхался. Откуда?       Он попытался найти источник и заметил тонкие струйки дыма, идущие из боков тела Оверлорда.       — Какого чёрта? — Люцифер наклонился над другим и перевернул его на бок, чтобы лучше рассмотреть.       Свитер был прожжён на уровне рёбер, так что Люцифер задрал его — только чтобы увидеть, что вертикальные щели на теле, те, что выглядели как жабры, больше не бирюзовые. Они были красными, раскалёнными изнутри. Люцифер завис ладонями над ними; они явно излучали тепло. Когда он провёл по остальной коже, быстро отдёрнул руку.       Всё тело было не просто тёплым — оно было горячим.       Телевизионный парень перегревался.       Что происходит? Где, чёрт возьми, руководство по механическим частям Оверлорда?       Если это продолжится, вся его кровать скоро загорится, и Люцифер не хотел, чтобы весь персонал отеля прибежал тушить.       Так что он подхватил перегревающееся тело и понёс в ванную. Жар не беспокоил его. Телевизионного парня сотряс приступ, и Люцифер опустил его рядом с ванной, которую начал наполнять холодной водой. Как только воды хватило хотя бы немного помочь, он уложил перегревающееся тело внутрь.       Он правда надеялся, что механические части не повредятся от воды и хоть немного водонепроницаемы. Люцифер подтолкнул спину другого рукой, поддерживая верхнюю часть тела, осторожно следя за открытой раной на груди после того, как стянул испорченный свитер. Если вода попадёт в системы, это точно будет плохо — даже если другой полностью водонепроницаем.       Ему нужен был миг, чтобы понять, что происходит.       Заткни свои вентиляционные отверстия…       Он посмотрел на вентиляцию на мониторе — они были закрыты. На теле тоже. Телевизионная голова задыхалась, что объясняло приступ.       Вокс регенерировал, потому что грешники не могут умереть, потом снова задыхался. Целый час. Почему? Если Вокс правда не хотел — или не мог — выполнять приказ, он мог разорвать контракт.       Да, тогда Люцифер получил бы его душу, но разве это не лучше, чем страдать целый час подряд? Или он правда такой упрямый?       А что если… Вокс… на самом деле хотел…       При этой мысли у Люцифера скрутило желудок. Может, его слова правда ранили другого больше, чем он думал. Вокс был неуверенным развалиной после пыток Аластора, и может, он ему доверился — а Люцифер сказал, что он ошибка. Он уверен, Оверлорд это услышал.       Нельзя говорить тому, кто пытался себя убить, что он ошибка, когда он нестабилен. Или по крайней мере, не стоит. Это не значит, что Вокс имел право ранить его, но бывший ангел должен был знать лучше.       Всё равно Люцифер не имел в виду это так. Он просто хотел, чтобы другой заткнулся, и забыл об особенностях тела другого. Вокс дышит через вентиляцию. Да, он ест ртом, как каждый другой грешник, но не дышит им, насколько Люцифер знал.       Блондин мог бы избить себя, но нужно было что-то делать. Он свёл пальцы, пытаясь силой открыть вентиляцию, но наказание удерживало его. Он не мог повредить его — не физически, по крайней мере. Но мог случайно мучить… всё логично…       Чёрт. Нужно приказать Воксу снова открыть вентиляцию — но он не мог этого сделать, пока другой без сознания. Люцифер остановил воду; её хватало и она была холодной. Бывший архангел уставился на монитор и отчаянно надеялся, что другой вернётся. Хоть малейшее мигание экрана хватило бы подтвердить, что Вокс вернулся, даже на миг. И так он ждал.       Вода, похоже, подействовала через несколько минут. Он почувствовал, что перегрев хотя бы остановился — и потом экран мигнул. Не показывая лица Вокса, но показывая, что другой вернулся на миг.       — Открой свои вентиляционные отверстия, — быстро приказал Люцифер.       В следующий миг что-то дико зажужжало. Вокс боролся за воздух. Экран полностью мигнул обратно, и Вокс выглядел болезненно и раздражённо несколько мгновений, пытаясь взять себя в руки.       — Мне так жаль, Вокс. Я не знал… мне так жаль. — Люцифер правда облажался.